WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:     | 1 | 2 ||

«Алексей Смирнов Сказки Ледяного спокойствия Смирнов Алексей Сказки Ледяного спокойствия лексей Смирнов АМоей сказке конец, спокойствия Сказки Ледяного а по лесу бежит ...»

-- [ Страница 3 ] --

Супруг сидел перед зеркалом; рядом корячился столик, уставленный румянами, белилами и притираниями. Самой синей бороды не было. Она обнулилась, превратившись в парик, и Синяя Борода превратился в Девочку с голубыми волосами.

Тут в саду, под балконом, заиграла какая-то мандолина, и раздался ненатуральный бас:

- Пропала, пропала невеста моя! Она убежала в другие края!

- Сейчас-сейчас, одну секундочку, бегу, - шептал Синяя Борода, наслаждаясь серенадой (после которой, между прочим, и разбегались жены)..

Вообще, таких бород у него висело штук десять, на стенке, самых разных оттенков и длины. Под Карабаса, Черномора, Хоттабыча и Карла Маркса. Ну, и валялась всякая гуттаперчевая всячина с фамильными вензелями.

74. Разогрев - Не, они окончательно оборзели, - процедил Трубадур.

- Ну, чего тебе снова? - заныл Петух. - Принцессу не пускают на дискотеку?

- Да у них тут никаких принцесс, - отмахнулся Трубадур. - Есть одна Примадонна, и все. При ней - Король эстрады.

- Тогда что же?

- Они ставят нас на разогрев Газманова! Врубаетесь? Газманова!

Бременские музыканты нахмурились.

- Так дело не пойдет, - заревел Осел. - Не для того я ишачил.

- Ну, тогда действуем по старой схеме. Крадем Короля. Кто у них тут Король?

- Королем у них Сыщик, и он корешится с Маккартни, - угрюмо сказал Трубадур. - Конечно, мы украдем Короля, но все того же, эстрадного.

- Того самого, который при донне? - уточнил Кот.

- Ну да. Мы посмотрим, кто кого будет греть.

- Лишь бы не нас в камере, - философски поежился Пес.

... Лимузин Киркорова взяли в клещи.

- Мы Раз!.. бо-бо!... бобойники! - воскликнули Кот, Осел, Петух и Пес, которым даже не понадобилось гримироваться, благо такие в избытке. Женоподобный Король поверил им с первого слога.

- У тебя под днищем тикает бомба, - прохрипел Кот. - Взведенная. Слышишь? Тикает.

Тикало у Короля в голове.

- Тронешься с места, зайка моя, - пропел Петух, - и Примадонна овдовеет. И не сильно расстроится. Думай! Мобилу отдай.





- О чем? - спросил в отчаянии Король эстрады.

- Сам догадайся. Времени час, время пошло!

И разбойники скрылись, а через пять минут, одетый в форму старослужащего саперных войск, пришел Трубадур и прошел мимо Лимузина.

- А я не боюсь никого, ничего... - напевал Трубадур.

Король шепотом позвал его через щель прочно заклиненного оконного стекла.

- Зайка моя! - Сапер всплеснул руками. - Что случилось?

- Выключи бомбу, - осиплым, естественным голосом попросил Король. - И я все сделаю.

- А что ты можешь сделать, такой накрашенный? За двадцать гринов, да?

- А что тебе нужно?

- Мне нужно, чтобы Бременские музыканты не разогревали Газманова. Пусть его заморозит группа с Чукотки. Пусть поет "Белый-белый-белый снег".

Найди ему талантливых эскимосов.

- Это легко. Что-то еще?

- Пусть мы вообще никого не разогреваем. Пускай разогревают нас. Например, Uriah Heep или King Crimson. Минут на двадцать их выпустите.

- Это невозможно! Вы выдвигаете немыслимые требования.

Трубадур сел на корточки и стал рассматривать заводного Винни-Пуха, который расхаживал под машиной взад-вперед.

- Бомба! - пожаловался он. - Такая, сякая - обидела Отца!

- Хорошо, я согласен!

Через неделю публика, разогретая "Red"'ом, безумно скандировала:

- Баю, ба-юшки баю!... Я всегда ложуся с краю... Лягу, так и знай!...

Сыщик присутствовал и тоже, сдержанно, хлопал.

75. Реинкарнация гидры сказка-миф Девочка шла и задумчиво вертела стебелек с одним-единственным лепестком. Шесть чудес цветика-семицветика уже сбылись - и что же ей оставалось?

Она кусала губу, придумывая желание.

И вдруг этот цветик запищал тонюсеньким голосом, с мольбой обращаясь к девочке:

- Сделай что-нибудь доброе, а? Видишь, там на скамеечке сидит хромой мальчик в ортопедической обуви? Пусть он поправится?

- Это зачем еще? - нахмурилась девочка.

- Чтобы я вознесся на более высокую ступень воплощения, - ответил цветик. - Иначе мне приходится возрождаться на низшем уровне и постоянно расплачиваться за какие-то грехи, ибо я убил и прелюбодействовал. Меня обрекли числу семь. Я рождаюсь то гидрой - обязательно семиглавой, которую побивает национальный герой-богатырь, то плеткой-семихвосткой для избиения глупых кукол, то этим вот цветиком для удовлетворения идиотских капризов. Сплошное зло! А мне же хочется оправдаться, мне же хочется прелюбодействовать! Я желаю попасть на высшую ступень бытия и обрести человеческий облик.

- А чем же так плох и зол цветик? - удивилась девочка.

- Если бы ты знала, чего желают, - тот горестно вздохнул. - Недавно... впрочем, ты еще маленькая.

Девочка познакомилась с мальчиком, и ей отчаянно захотелось поиграть с ним в догонялки.





Она тяжело вздохнула, оторвала лепесток и повторила заклинание. А потом обратилась к мальчику:

- Встань и беги!

Раздался мелодичный звон, и мальчик побежал.

- И ты лети, - сказала девочка стебельку, пока тот летел в канаву, - на высший уровень.

Наигравшись, она вернулась домой ужинать. Включила телевизор. Там начинался фильм "Семь невест ефрейтора Збруева".

76. Русалочка - С Русалочкой вышла накладка, - доложил старший лаборант.

- Почему же? - возмутился профессор. - Принц ждет. Он заказал Русалочку. Уже расколдованную, с ногами. Но и с хорошим голосом. Я не пожалел для этого дела собственного сына, - добавил он, поглядывая на бак, привязанный цепью к кольцу, продетому в стену.

- Во-первых, он так и остался сыном, - печально сознался лаборант. Жабры прижились, а пол не изменился.

Профессор задумчиво побарабанил пальцами по столу.

- Мне отчаянно нужны деньги, - сказал он строго. - Я думаю, что Принцу все равно. Мы договоримся насчет пола. Возможно, так будет лучше. Что еще?

- Вокальная программа не сработала, - продолжил лаборант. - Сильно мешают жабры. Он, конечно, поет, но дальше шансона дело не двигается.

- Принц любит шансон? - профессор почесал в затылке. - Должен любить. Хотя он ждал, конечно, как минимум, тенора... Это все? Или вы припасли еще что-то, посерьезнее?

Лаборант задрожал, как осиновый лист.

- У него выросли ласты, - прошептал он. - Сначала выросли ласты, а потом они склеились в рыбий хвост.

Профессор побагровел:

- Что? У него вырос хвост? На что, позвольте спросить, сдался Принцу мужик с рыбьим хвостом? Принц - мужчина широких взглядов, но не настолько...

Он сел и взялся за виски.

- Короче говоря, Русалочки не получилось, - констатировал он. - Принц будет в ярости.

- Давайте закажем ему в Таиланде какую-нибудь танцовщицу. Заплатим ей, сделаем пару надрезов - якобы жабры, которые от любви к Принцу начали зарастать.

- Это мысль, - оживился профессор. - Только мы поступим хитрее. Мы не будем тратиться, мы устроим обмен.

Он подошел к баку и пнул его ногой.

- Отец... - пробулькал бак.

- Поедешь, Ихтиандр, в Таиланд, - объявил профессор. - В порядке обмена. Там полно извращенных туристов. Им одним морской милее дьявол...

77. Саженцы Их было трое братьев, и у всех появилась кличка Садко, а фамилии, возможно, были разные, такое бывает.

Первого звали Садко за особую меткость, ибо он с половины версты садил из берданки прямо в беличий глаз. Этот старший Садко подрабатывал киллером, и однажды его повязали, когда он засадил свою пулю в купеческий двор, заказанный боярским двором. Судили, пометили лоб и тоже не промахнулись с такого-то маленького расстояния. И даже пыж не помог, который он успел найти и проглотить прежде милиции.

Второй Садко был богатым гостем, благо приторговывал марафетом, эфежроном, герычем, планом и прочими вещами, которые привозил из заморских стран. Этот подсаживал молодняк; за то и прозвался Садко.

Однажды ему даже случилось проделать такую штуку с Подводным Царем, который захватил его где-то у берегов Кипра. Гуслей у Садко не нашлось, и он откупился таблетками экстази, от которых в подводном ресторане моментально начался шторм, и Царь махнул рукой - ступай, мол, с миром, но в следующий раз промышляй в сугубо нейтральных водах.

За то, что Садко подсадил много народу и понаделал, стало быть, много новых Садко, богатых и не очень, его посадили.

В камере, то есть хате, где очутился Садко, к нему бросился обниматься брат меньший, тоже Садко - но по иной причине Садко. С недавних пор младший Садко чалился за какую-то чепуху. Садко-Богатый Гость всю ночь докладывал брату о своих торговых приключениях. И совершенно зря, так как последнего брата порядочные люди называли не Садко, а Наседкой и давно грозились удавить.

В оперчасти он выложил все, что узнал от доверчивого брата.

И тот за коммерцию получил на полную катушку с конфискацией и приведением в исполнение.

А главное - сыщики вышли на секретный вертеп Подводного Царя, который, пусть не по крови, но по жизни уж точно был четвертым Садко. Сущий садист: выталкивал неугодных за дверь.

78. Самородок - Ну, старик, где твое золото? - спросило ГПУ.

- Какое, какое золото, - закудахтала старуха. И старик закудахтал нечто свое, но подобного содержания.

- Да поговаривают, что ты золотишко моешь, - с угрозой напомнил кожаный человек с наганом. Сзади маячил придурковатый красноармеец. Он ковырял штыком иконостас.

- Откуда, мил человек, у нас золотишко? - развел руками старик.

Чекист пощупал оклады - не из золота ли. Выяснилось, что нет.

- Мы ведь тут все вверх дном перевернем, - предупредило ГПУ. - И если найдем хоть крошку...

- Так на то ваша воля, - согласился старик. - Только переворачивать нечего.

Уполномоченный сумрачно осмотрел убогую утварь.

- Иди в подпол, потом на чердак, - велел он красноармейцу. Сам же начал обыск, простукивая древнюю мебель и заглядывая в кастрюли и горшки. Потом приказал деду вывернуть карманы, задрал старухе подол. Пнул подвернувшуюся под сапог рябую курицу.

Нищета престарелых была вопиющей.

- Ладно, дед, - молвил кожаный. - Пока не тронем. Но ты меня знаешь, если хоть краем уха услышу... спалю, короче, родную хату.

Комиссия ушла.

Дед схватил рябу, старуха полезла в шкапчик, налила ложку касторки и насильно влила курице в жестоко раздвинутый клюв.

Через полчаса курица закряхтела, и из нее вывалился бугристый, угловатый самородок в полфунта весом.

- Тяжело тебе было бедной, - приговаривал старик, который самолично запихивал самородок в курицу. - Прямо-таки каменный цветок.

Тут прибежала мышка, разъевшаяся невесть на чем до бодибилдинга, и хвостиком расколола самородок на кусочки.

Старик ахнул и стал собирать осколки в нательный мешочек, предусмотрительно снятый перед обыском..

- По цыпляткам рассуем, - зашептала старуха. - Цыплятки это, скажем.

- Да, согласился дед. - Пусть простое яйцо несет. А с детей какой спрос.

79. Сказка о двух близнецах Так получилось, что тропинки Ивана-Царевича и Колобка пересеклись.

Имелся там, в лесу, перекресток, где светофором - злобный филин.

Иван-Царевич пошел по привычке налево, за Колобком, который праздновал в своей сдобной душе убедительную победу над прочими соискателями.

А Клубочек покатился направо, где его поджидала Лиса. Если кто думает, что по пути он разматывался, то это большая ошибка. Что бы от него осталось?

Дело в том, что оба были желтого цвета. У Бабы Яги все было шито желтыми нитками, ибо Господь ей не выдал белых: не положено.

Колобок прикатился точнехонько к ней, к Бабе Яге. Деда-то она, пока Колобок гулял, успела сгноить за недосмотр. Отправила к Золотой Рыбке чинить корыто.

- Бабушка, я пришел! - закричал Колобок.

Царевич понял, что его водят за нос.

- Ну, старуха, не обессудь, - сказал он, подсекая избу под ножки, после чего вошел. - Я, бабушка, изголодался по Василисе и женскому полу. Так что откатаю тебя по полной программе.

Забил Бабу Ягу в ступу, вышиб днище и сдержал обещание.

- Бабушка! Бабушка! - заливался слезами Колобок.

...С Лисой получилось чуть иначе: она попыталась остановить желтенький Клубочек, но тот катил себе, не обращая внимания на придорожную оторву. Та припустила вдогонку; видя это, Клубочек в ужасе закричал:

- Я от Бабушки ушел! Я от Бабушки ушел!

И вывел Лису к положенному дубу с ларцом, где и был проглочен. А возле дуба околачивался Медведь, давно обуянный желанием кому-нибудь посодействовать.

Видит - Лисе нехорошо, корчится. "Нимфоманка, - решил он. - Известное дело. Всегда такая была".

И оказал ей медвежью услугу: такую же, какую Иван - покинутой Колобком бабушке. Прислонил к дубу, подвинув Андрея Болконского; отработал по самое никуда, тут-то ее и стошнило.

- Ты это чего же? - грозно спросил Медведь. - Аль не люб?

- Да нет, - прохрипела Лиса. - Просто шерсти нажралась.

80. Сказка о дружеском порабощении Алладин сидел и ковырял песок щепочкой.

- Я раб лампы! - воскликнул Джинн.

- Тогда убей, - равнодушно сказал Алладин.

- Но я твой друг! - тихо возразил Джинн.

- Так раб или друг? - задумчиво осведомился Алладин, и было в его тоне нечто вызывающее, соразмерное его собеседнику.

- Ооооооооооо!... Оооооооооооо!......... - Джинн горестно застонал и улетел за барханы тосковать и печалиться.

- Слышишь? - осенило Алладина. - Брось ты эту лампу. Полезай в меня. В желудок. Был рабом лампы - станешь рабом желудка.

- А разве так можно? - осторожно спросили пески.

- А где сказано, что нельзя? Будем вместе пищу вкушать, напитки. А если нужда подопрет - раскорячишься....

Восторженный Джинн вихрем ворвался в разинутый рот Алладина. По дороге он зацепился туфлей о молочный зуб и потерял букву "н", которой в магическом алфавите Джиннов соответствовала туфля.

- Слушаю и повинуюсь, - прогудело из желудка.

Но Алладин лежал неподвижно. Аллах запрещает правоверным употреблять Джин. Алладин же отродясь ни Джина, ни чего другого, похожего, не пил, и доза оказалась критической.

В очередной раз опечаленный, Джин помчался обратно в лампу, к фальшивому дяде-колдуну, с рапортом об успешном выполнении задания.

- Ты без туфли! - присмотрелся колдун. - Полезай в кувшин или лучше в бутылку или банку. Джину не место в лампе. Будешь прислуживать мне и царевне Будур малыми порциями.

81. Сказка о сером и гадком - Но мне никогда не хочется ничего такого, - пожаловалась Она.

- Это потому что у вас Серая Шейка, - объяснил гинеколог; сексопатолог и дальтоник по совместительству.

Всех подруг давно разобрали по танцам, по кустам, по лесополосам и могилам, по дворцам бракосочетаний. А ее так и прозвали Серой Шейкой, и лед фригидности уже подступал к ней со всех сторон, окружая, оставляя лишь малую полынью, в которой при серой-то шейке еще могли теплиться какие-то желания. Там, снизу, били слабосильные теплые ключи. А может быть, так не бывает, и грела пустая надежда.

Между тем лед становился прочнее, зима набирала силу, и к Серой Шейке медленно и верно приближалась гомосексуальная Лиса. Она ходила кругами, но пока не могла достучаться до Шейкиного нутра.

Наконец, Лиса отважилась на решительный шаг.

- Посетим-ка мы с тобой, дорогая подруга, клуб "69". А то ты все одна, да одна...

- Посетим, - без особого энтузиазма согласилась Серая Шейка. - А что это за клуб? Математический?

- О! - закатила глаза Лиса, розовея мехом, но иногда - голубея. - Это улетное место, там собираются все наши, родные, сплошь геи да лесбиянки.

Серая Шейка уже почти сдалась на милость похотливой Лисы.

...В клубе на городской окраине было шумно, жарко и влажно.

Лесбийская Лиса сосредоточенно тянула в соломинку коктейль с добавкой абсента.

Серой Шейке было неловко смотреть на расфуфыренных кур, подкрашенных петухов и мужской стриптиз: возле шеста изгибался почти совершенно раздетый селезень. Читатель поймет, что мы здесь изъясняемся метафорами, ибо настоящие утки, по сугубому недоразумению, не ходят к гинекологам. И лучше нам будет вернуться в человеческий мир.

Замутившиеся лисьи глаза негодующе сверкнули, когда к ним подсел вдруг невзрачный, рабочего вида паренек, стриженый под ноль. Обратился он, явно робея, не к опытной и равнодушной к нему Лисе, а к Серой Шейке.

- Бардак тут какой-то, - весело сказал паренек. - Я тут ни разу не был. Друганы присоветовали. Ты из этих будешь или натуралка?

- Я и сама не знаю, - ответила та. - Мне сказали, что у меня серая шейка.

- Это ерунда, - махнул рукой паренек. - У меня тоже был Гадкий Утенок, а как недавно пошли с друганами в здешнюю сауну, впервые - я ведь деревенский, так все аж присели: ну вылитый Лебедь! Везет же тебе, говорят. Ну что, пойдем?

- Но как же с шейкой? - упиралась та.

- Наплевать, ее же не видно, - засмеялся парень. И Серая Шейка вдруг впервые в жизни почувствовала, что наступила весна, и она готова пойти с ним, куда угодно.

Лиса, досасывая коктейль, только скрежетала зубами, да вращала глазами, в которых стояла дурная кровь.

82. Снегорочка С этой Снегорочкой получилось нехорошо.

Слепили дети снежную бабу; вонзили одну морковку, вонзили вторую. Дали ведро и метлу.

А поутру стучится в избу черноокая девица, закутанная в платок по самые глаза, да в платье до пят, плюс полушубок - весь в грязных, черно-зеленых пятнах. И в меховой шапочке без оборки.

Снежная баба во дворе вся истоптана, и письмена какие-то непонятные чудо!

- Поживу я у вас, - говорит странница бездетным старикам. - Горные тропы круты. Измаялась я... Перезимую.

- За дочку будешь! - обрадовались те. Да та еще так посмотрела, что попробуй не согласись.

Надо отдать девице должное: вела себя смирно, и ни в чем непотребном замечена не была. Работящая, плов готовила. Ровесниц сторонилась, хотя и прислушивалась, а те все о парнях: кто и где служит, да сколько до дембеля. По сеновалам не шастала, и никогда не меняла привычной формы одежды даже когда лето красное пришло. За эту зябкость ее точно Снегуркой признали.

И вот, на Ивана Купалу, пошли девки в лес венки плести, голышом бегать и через костер прыгать. Приехало поесть шашлыков областное начальство, и еще телевидение. Снегорочка тоже пошла.

- Заголяйся! - кричат ей несостоявшиеся подруги.

- Да что-то мне зябко, - твердит и отказывается она.

- Просим, просим, - рукоплещет начальство.

Встала Снегорочка в очередь. Подождала, пока толпа соберется, пока камеры наведут. Распахнула полушубок, а там - провода и батон в целлофане. И прыгнула.

Только ее и видели. Не стало ее, растаяла.

И остальных тоже больше не видели. Растаяли. А чего вы хотели? Зеленка, лето.

83. Снежная Королёва Кони бежали легкой трусцой; Снежная Королева стояла в санях и метала в прохожих ослепительно белые флаеры-листовки. Она приглашала родителей посетить государственный интернат для умственно отсталых детей и сдавать туда этих отпрысков, как было рекомендовано в президентской программе по подготовке кадров из тех, кому еще нет сорока. В интернате Королева обещала им полный пансион, но только жаловалась, что топят пока отвратительно, и очень холодно, детишки занимаются в шапках и варежках.

Кай прицепился к саням, схватил листовку и сунул ее себе в рот. Он стал жевать и сосать ее, так как давно уже вел себя безобразно, хамил, сквернословил и передразнивал парализованную бабушку, у которой был прописан вместе с сестрой. Может быть, ему попала в глаз какая-нибудь соринка; может быть, нет - история темная.

Герда, когда Кай не вернулся из метро, где скулил по вагонам "люди-добри, поможите пожалуста, нас тут сорок семей, дом сгорел", немедленно пустилась на его поиски и претерпела много лишений и горестей. Лишили ее всего, что она заработала той же просьбой, какие-то разбойники, не тронули только девственности, ибо той уже не было и в помине. Своими повадками и ухватками Герда настолько понравилась одной маленькой стерве, строившей из себя атаманшу, что та взялась проводить ее к учреждению, которым заведовала Снежная Королева.

Снежная Королева была женщина по фамилии Королёва, лет шестидесяти, дореформенной закалки.

- Это твой братик? - спросила она участливо. - Ты посмотри, какой он запущенный. У него насекомые! И стригущий лишай. И он не умеет складывать слова - не может даже сложить ни одного имени: ни собственного, ни Президента.

Кай при виде Герды мрачно прогундосил, едва та вошла, держа за руку Снежную Королеву:

- Я никуда не пойду. Здесь пожрать дают. И буквы показывают - Кай, там же бабушка! Ты помнишь бабушку?

Кай сразу встал, демонстративно обмочился и пошел, подволакивая правую ногу, а руку согнул в локте. Он перекосил лицо, придав ему выражение глупее обычного: бабушку помнил, дескать.

Снежная Королева всплеснула руками:

- Герда! Как же так? Ты бросила бабушку? И сколько же дней она одна?

- Да с недельку, - обронила Герда.

- Ты тоже здесь поживешь, - Снежная Королева пошла к телефону и с кем-то поговорила. - Квартира приватизированная? - обратилась она к Герде, отведя трубку в сторону.

- Кто ее знает, - пожала плечами Герда. Она уже помогала Каю отыскать букву "у" для затребованной фамилии.

- Ну и отлично, - Королева отдала еще несколько распоряжений и повесила трубку. - Здесь, детки, - она подошла к обоим и обняла их ледяными руками топили же плохо, труба поломалась, труба же, говорили в ЖЭКе, - здесь из вас сделают настоящих людей, всему научат. У нас хоть и холодная, да кузница.

Фабрика кадров. Лучше на Фабрику Звезд? Все впереди, девонька, все у тебя впереди. Будете потом управленцами хоть куда. Вам же еще нет сорока?

И она стала пристально всматриваться в Кая, чтобы рассеять последние подозрения.

84. Солдат и черт В одном государстве сильно озаботился царь, ибо его царевна перестала спать по ночам: металась, стонала и делала первые пробные попытки левитации. Ясно было, что в покоях орудует черт. Царя послали в аптеку: народную и гомеопатическую, но это не помогло, а резать хирурги отказывались; все же известные таблетки царевна уже выпила сразу, набравши в горсть, и только пуще разбушевалось.

Пригласили доктора из Вены, но тот все сидел, выслушивал стоны и ни черта не делал, прогнали. Тот же, уходя, со значением погрозил пальцем.

Тем временем шел по лесу один солдат, возвращался с белый свет, только что проигранной царем. Видит: сидит на пеньке дедушка. Дедушка охает, просит попить, поесть и почесать спину. Солдат от души поделился, чем мог, почесал, и дед расчувствовался: дал совет и колоду беспроигрышных карт.

Между прочим, он и был тот самый черт, этот дедушка.

Явился солдат во дворец лечить принцессу.

- Буду, говорит, с чертом в карты играть на собственную бессмертную душу. Изготовьте мне для этого железного робота с крепким лбом, и чтобы в играх понимал - квейки там знал, квесты, пасьянсы, сапёра, "Цивилизацию"....

Царь впервые в жизни вымолвил:

- Будет исполнено.

Ночью, как только явился черт, солдат ему и говорит:

- А не сыграть ли нам в картишки на мою бессмертную душу? Выиграешь бери! Проиграешь - получишь щелчков от моего младшего брата, - и показал на робота, который стоял в углу и мышку компьютерную, встроенную каким-то левшой для понта, наглаживал. - И от царевны отлепишься. По рукам?

- По рукам! - восхитился черт.

- Только ты с братом играй поначалу, - велел солдат. - В группе, так сказать, юниоров. Одолеешь брата - перейдешь в высшую лигу, я за тебя сам возьмусь.

На том и порешили. Черт сражается с роботом - только звон от щелчков идет, да черту, нежити, что от них? А солдат - к царевне в опочивальню.

И с каждой ночью стало происходить улучшение. Обнаружились положительные и крайне обнадеживающие сдвиги. И сон стал лучше, и не мечется барышня, и не стонет, а только сладко вздыхает и рядом местечко трогает, где солидная вмятина на простынке, чуть теплая.

Так и победили нечистую силу воинскими традициями.

Царевна от солдата - ни на шаг. Царь махнул рукой:

- Забирай и ее, и полцарства... нет, полмира, - распорядился он (черт никуда не делся и не дремал). - А лучше бы и весь мир.

85. Соловейчик Всем известна история о китайском императоре, который заболел, слушая механического соловья, и пустил слезу, послушав живого.

Живой соловей, воодушевленный успехом, полетел, пока не поздно, выжимать слезу из русского императора. Но это дело гораздо более сложное, не на того нарвался - уж и не вспомнишь, кто тот император был: Иван Грозный, Павел, Николай Палкин или Юрий Владимирович Андропов. Лучшее, на что он мог рассчитывать, это растроганное "пусть поет". Да на это и наплевать. Штука в том, что именно в этот момент император китайский задумал уладить в свою пользу Даманский вопрос и вообще прикупить себе северных территорий, ибо под соловья любились и размножались, и население увеличилось несказанно. Для этого он прислал русскому императору давно опостылевшего механического соловья. В знак дружбы и братства навек.

- Ишь ты! - ухмыльнулся российский правитель. - Экие умельцы! Наши-то лучше поют!

И он прислушался к трелям соловья, который как раз подоспел к его покоям.

- Ну-ка, позовите мне Левшу, - подумав, распорядился император.

Когда Левшу привели, государь повелел ему изловить соловья настоящего и сделать из него, в пику иноземному мастерству, существо полумеханическое: подковать, как обычно.

Доверчивый соловей, желая увидеть высочайшую слезу, вспорхнул на государственную ладонь и тут же был уловлен сетью.

Когда Левша, извиняясь и дыша перегаром, его подковал, соловей испросил у него маленькую булаву. Для Левши, хотя рабочий день уже закончился, задание было пустячным.

- И шпоры приделай, - пропел соловей.

Собравшись с силами, Левша присобачил шпоры и представил императору отечественного киборга.

- Ведь можем! - восхитился государь, вручая Левше целковый. - Не перевелись еще на Руси умельцы.

Но Соловей разбил булавой окно, вылетел, покружил, подобрал себе подходящий дуб и подался в разбойники. Многие годы его могучий посвист крушил и сбивал поезда и обозы, пока заезжий богатырь не сбил его дубиной, навсегда исключив затяжные полеты. А заодно богатырь вышиб из него ту идею, что свистнешь - и все тебе будет. Этого, Соловей, набрался, конечно же, от императоров.

Однако Соловей-разбойник не утратил сладкоголосости. Он умел втираться в доверие; взял себе паспорт, фамилию Соловейчик. Его наблюдали в обществе Бени Крика, Леньки Пантелеева и многих прочих отечественных законников. И слез пополам с бумажниками он выжимал теперь столько, что был совершенно доволен собой.

86. Спящий Красавец Однажды некогда, а было то дело в стародавние времена, в благословенном городе то ли Герате, не то Астане, жил один, да продлит его годы Аллах, гордый юноша-отрок, достойный за свою красоту соловьиных трелей, хвалебных поэм и благовоний. И надо же было случиться такой беде, что правил тем же городом падишах, у которого всего красивого и замечательного было уже в великом избытке, и сам он был ясен ликом, но все ему было мало. Этот жестокий правитель, надмеваясь в сердце своем, имел обычай периодически спрашивать у своего дьявольского зеркала, изготовленного, несомненно - да пожрет их смрадный шайтан - ифритами, ипритами и маридами, не существует ли в его подданстве, да и где-либо вообще, отрока, мужа или старца, способного превзойти его красотой.

И вот, в недобрый час, то зеркало ответило, что да, есть, почти уже отрок, но еще совсем муж, с черными бровями, подобными гусеницам, персиковыми щеками и лунообразным лицом; да и принципиально гораздо достойнее его господина. Падишах пришел в ярость и повелел незамедлительно разыскать несчастного отрока; ответом же стало то, что юношу искать ни к чему, ибо он и так уже с момента отроческого возмужания, томится в гареме падишаха и с нетерпением ждет, когда до него дойдет очередь и властитель его посетит. Но падишах решил не посещать отрока, боясь быть очарованным и впасть в прелесть. Взамен он приказал взнуздать, оседлать, навьючить и сбить в караван верблюдов; с этим же караваном скорби отроку, прекрасному, как луна и солнце, надлежало отправиться в удаленные горы; там его следовало бросить на растерзание шакалам, грифам и другим, неизвестным правоверной науке гадам.

Стеная и плача всем гаремом, где преобладали голоса низкие и зычные, отрока снарядили в изгнание, и злая воля ревнивого падишаха была исполнена.

Юноша, брошенный у подножия суровых и мрачных гор, предался отчаянию, моля Аллаха поскорее прекратить или как-то иначе, вразумлением, смягчить его муки и недоумение, ибо разум отрока так и не овладел причиной столь бессердечного с ним обращения.

Наконец, он поднялся на ноги и начал скитаться среди камней в поисках трав и жидкостей; не найдя ни того, ни другого, он, однако, приметил маленькую пещерку, где уже были приготовлены спальные ложа - тщательно убранные, пристеленные персидскими ковриками, где было выткано слово "Рухнама" - но совершенно крохотные; число этих постелей было нечеловеческое: семь. Вокруг было много притираний и масел в маленьких керамических сосудах искусной выделки; сама пещера была так мала, что юноше пришлось изучать ее, стоя на четвереньках, имея позади вход; поэтому естественно ему было при звуках переливчатого и переменчивого смеха встревожиться и попытаться развернуться. Изгнаннику удалось ничего не свернуть и не нарушить порядка постелек; он уже догадался, что в пещере обитают некие феи, а именно - гурии.

Гурии, нечеловеческим числом семь, были весьма удивлены увидеть гостя, однако отнеслись к нему приветливо - попросив предварительно выйти вон, а когда выслушали душераздирающую историю его обстоятельств, объявили, что вот уже давно нуждаются в человеке для своего гарема, каковым гаремом сами же и являлись - но только не в качестве евнуха, поспешно заверили они юношу, который уже собрался задать стрекача. Впрочем, и не в качестве хозяина: во-первых, в силу некоторых геометрических препятствий; во-вторых, обладание гуриями еще нужно как-нибудь заслужить - например, геройской гибелью в местах, названий которых отрок не понял.

И вот так сложилось, что при всей неопределенности своего положения юноша остался жить при гуриях. Они жили мирно и счастливо, причем хозяйки время от времени возносились и отбывали для ублажения или предварительного, демонстрационного пока еще знакомства с какими-то мучениками.

А отрок все мужал, наливался красотой; через доступные средства постигал азы бытия, да гонял шайтана.

Настал неотвратимый день, когда самолюбивый падишах озаботил дьявольское зеркало вопросом уже известного содержания. Получив безжалостные и исчерпывающие сведения, он пришел в такой гнев, что единым ударом гнутого сапога разбил зеркало, которое взорвалось и разлетелось по миру, вонзаясь злыми осколками в умы и сердца людей из различных эпох, народностей и фантазий.

Потом падишах, никому не сказавшись и уж всяко ни у кого не спросившись, переоделся дервишем, захватил корзину с яствами и отправился к подножию гор, где обитал его благочестивый соперник. Он нашел отрока близ родника, где тот следил за игрой причудливых рыб.

- Позволь мне напиться из родника, добрый человек, - спросил падишах елейным голосом.

- Изволь, - юноша посторонился, и ложный дервиш, приглатывая рыб, напился всласть.

- За твою доброту, о прекрасный юноша, - сказал падишах, - я отблагодарю тебя, я одарю тебя этим яблоком. Вот еще шербет, абрикосы, нас, маковая соломка - однако самым прекрасным и юным полагается именно яблоко.

Против такого довода юноша не сумел устоять, принял дар и, не имея привычки омывать плоды, надкусил, после чего сразу упал бездыханный. Тогда, прогнувшись и шипя, словно коварная и подлая змея, падишах пришел в полный восторг и немедленно скрылся, не думая, что гурии все видели и никогда не станут с ним знаться, чего бы он ни сделал и сколько бы подвигов ни совершил, поражая неверных бомбами со своего самолета-ковра и даже тараня их тем же ковром.

Гурии оплакали юношу - уснувшего, но не усопшего; переместили его в стеклянный гроб, откуда его должен был спасти поцелуем какой-нибудь странствующий эмир, и, призвавши на помощь маридов, перенесли в глубокое тайное подземелье, надежно спрятанное и под завязку набитое всякими спящими объектами сексуального преследования. Ибо к тому времени в мире развелось слишком много охотников до легкой лобзательной добычи; они рыскали по свету и в поисках своих имели даже наглость возмущать силы природы - обращаясь к ним напрямую, со сладострастными вопросами.

Теперь эта многолюдная усыпальница вообще недоступна, так как подходы к ней были наглухо завалены при бомбардировке подземелий Тора-Бора.

Правда, поговаривают, что Террорист Номер Один все еще обитает там, развлекаясь лобзанием праведников, но не выпуская их из гробов, и те бьются там в муках. Пресыщенный, он обещает разослать яблоки для самых прекрасных руководителям несимпатичных ему государств. В первую очередь, как он сам выразился, семерым из Большой Восьмерки; на вопрос конспиративного телеканала, почему, террорист вообще повел себя странно и неожиданно процитировал христианское Писание, заявив нечто вроде: "Семь Царей, а восьмой не из их числа, и недолго ему быть".

87. Старая мельница, где все перемелется Один литератор в чине халифа, не чуждый изысканной словесности, гулял в своем маленьком садике, который разбил прямо в лоджии, что на втором этаже, и вдруг услышал давно и прочно забытое:

- Продаем-покупаем! Продаем-покупаем!

Или это было чем-то другим? "Точу ножи"?

Литератор свесился с перил: - Чем побалуешь, любезный?

Любезный с готовностью явился в лоджию, где, узнав о занятии домовладельца, предложил ему креативную мельницу. Ты говоришь ей "Мутабор" и она сразу начинает молоть дерьмо! В колоссальных количествах! На любой вкус! Натуральное, сельскохозяйственное, без консервантов.

- Так уж и натуральное, - усомнился литератор.

Торговец сказал "Мутабор", и литератор немедленно зажал нос.

- А как же ее остановить? - спросил он.

- Очень просто: еще раз повторить: "Мутабор". Но самое главное - не засмеяться над собственным креативным дерьмом. Стоит тебе улыбнуться, и ты сразу забудешь волшебное слово.

- Ну, конечно, - отмахнулся литератор и купил мельницу. "Мутабор, повторил он про себя. - Мутабор". - Мутабор! - сказал он громко.

Дерьмо повалило из мельницы сплошным потоком, принимая самые диковинные формы. Оно отливалось в постмодернизм, научную фантастику, эротические триллеры и производственные романы. Литератор моментально разбогател. И как-то при свече, лакируя последний, юмористический роман, улыбнулся и вмиг позабыл волшебное слово.

Не напрочь, оно сохранилось, лишь "т" заменилось на "д", а это не помогало.

Дерьма прибавлялось. Спустя какое-то время друзья и знакомые начали сторониться литератора в чине халифа, недовольные запахами. Он прикупил для дерьма комнату, потом - этаж, потом - целый дом, да еще и соседний в придачу. Он экспериментировал: пытался, к примеру, заморозить все это дерьмо, превратить его в лед, но дерьмо оставалось дерьмом.

"Ничего, - подумал литератор. - Мудабор. Ничего. Утопчем, умнем. Натопчем базис, и двинемся вверх, монументальной стелой. Прорвемся. Мудабор.

Заморозим и будем расти. Не поскользнуться бы".

И он утаптывал, и плотность повышалась, а мельница молола свое, перемалывая стили, жанры и критические отзывы.

88. Стойкий Оловянный Чурка - Ну, хватит тебе на рынке околачиваться, - сказал милиционер, вертя у Хасана под носом спичечным коробком, набитым дурью. - Травой приторговываешь. Выбирай - или в тюрьму, или в армию.

- У меня же один нога! - воскликнул Хасан.

- А у меня - один знакомый военком. Мало ли что у кого.

На медосмотре старший врач призывной комиссии, хмурый и маловнятный после вчерашнего, признал Хасана неограниченно годным и не заметил протеза, которым Хасан очень гордился, так как справил его благодаря успехам в розничной наркоторговле.

Поэтому Хасана определили в стройбат строить гараж для генеральской дачи. Это было чудо, а не дача: красивый кирпичный домик, черепичная крыша с башенками, шпилями и спутниковой тарелкой, и даже с флюгером-петухом. Иногда в окне появлялась единственная отрада генерала, генеральская дочка: хрупкая, будто фарфоровая чашечка, в белом платье, почти совершеннолетняя. Хасан смотрел на нее.

Но его называли чуркой и за недоступностью генеральской дочки употребляли сообразно, возлагая для правдоподобия на поясницу дочкину фотографию. Еще его били табуреткой по голове, душили мокрым полотенцем и заставляли подолгу маршировать на солнцепеке, громыхая протезом.

- Чурка оловянная, - говорили ему. - Стойкая!

А сам протез однополчане разрисовали и расписали хульными вещами, противными Аллаху.

Генерал - коли сам не умел - обучал дочку бальным танцам и французскому языку. И дочка презрительно, хотя и не без похоти, посматривала на солдат-строителей, особо выделяя Хасана за его забавную походку.

Однажды Хасан заступил в караул дачи и застрелил из автомата тех побратимов, что подвернулись под ствол. И пустился бежать, и даже плыть в какой-то ребячьей дырявой лодочке, хотя некие местные крысы кричали ему вдогонку: "Держи, держи его! Он не внес пошлины, не показал паспорта!" Он, однако, плохо знал местность, изрядно отличавшуюся от родной. Ему пришлось долго ходить кругами, пока он не вышел все к той же даче, где генерал, расправившись с дознавателями и поисково-карательными отрядами, да впридачу расколошматив у журналистов видеокамеру, устроился пить с дочкой чай.

Хасан возликовал от того, что наконец-то проник в этот кукольный домик с фарфоровой девочкой. Он сел к столу, притиснулся к генеральской дочке, а генералу показал автомат.

- Алла Акбар! - сказал Хасан восторженно, думая, что это приличествует случаю и вообще напоминает славные школьные времена.

Заслышав во дворе рокот и топот, генерал завизжал:

- Не стрелять!

Но там как раз подоспели на бэтээре деды, которые всласть обсадились дурью, отнятой у Хасана. Им правильно померещилось, что чурка в доме, и они трижды выстрелили в окно из "Мухи".

Цокотуха разнесла самовар и всех вокруг, исключив дальнейший базар. В конце концов, за этот акт ей полагалась денежка, которую она не нашла и себе самовара не купила, а чужому завидовала.

Потом и нашли-то всего три сердечка, среди которых одно было оловянное. Но чье оно было, так и не поняли.

А злополучный протез какой-то отличник боевой и неуставной подготовки отвез, дембельнувшись. домой, где всем говорил, что лично оторвал его у Шамиля Басаева, но стойкий оловянный чурка снова скрылся, оседлав арабского скакуна.

89. Телефон Доверия У меня зазвонил телефон.

- Кто говорит?

- Откуда?

- От Верблюда.

- Ты же знаешь, Верблюд и Слон, что два года в завязке он, ваш диспетчер. Отошел я от дел, надоел беспредел. Повесьте, пожалуйста, трубку.

А потом позвонили мартышки:

- Пришлите, пожалуйста, книжки!

- Какие?

- Санитарные! Чтобы нам на работу, пищевую-товарную! Чтоб трудиться-не спать, шаверму набивать...

- Ладно, ждите... Но особенно не шалите...

А один позвонил, как медведь, да и начал реветь: "Му, да Му!" - Ничего не пойму!.. Утопил ты Му-му - ну и хватит депрессий, Герасим... Продадут тебя новой хозяйке... Нельзя ж так по шавке-лайке...

А потом позвонили цапли:

- Пришлите, пожалуйста, капли! Мы вчера в камышах, в воде, простояли всю ночь, и везде заболело, заныло везде, ну - понятно? Везде!...

- Да, везде. Это, девочки, не ко мне - в консультацию; и не надо ля-ля. Лечите, пожалуйста, триппер...

А средь ночи - беда!

- Скорее, спешите сюда! Вы бы знали, в какое болото занесло моего бегемота... Там и пьют, там и бьют, надругаются...

- Не сюда! Позвоните 02. Пусть они разбираются...

90. Топорная премия Вот покушал один солдат, ночуя в избе, каши из топора, а поутру оправился на гумне и пошел себе дальше с Огнивом, счастья пытать.

Вышел хозяин, мужчина еще в соку, на гумно и видит, что выросло там не бобовое дерево до небес, а ярмарочный шест с непременным призом: длинный и скользкий, уходит за самые облака.

Решил почему-то мужчина, что в приз ему достанутся там сапоги-скороходы и гусли-самогуды. Разулся и полез, цепляясь загибающимися когтями, да стопными наростами и оставляя царапины, которые сами собой складывались в прощальный наказ жене. Без фокусов чтобы, а то - вожжами.

И не подумал даже, на что ему сапоги-скороходы. И гусли. Играть не обучен, а ходить ему вовсе некуда.

Но, как заметил поэт, понятие имевший, коли втемяшится что в башку, то назад не выбьешь. Только если через уши, которые устроены сквозным сообщением.

Влез на облако, смотрит - точно: и гусли лежат, и сапоги топчутся. И верзила сидит с тарелкой на коленях.

- Молодец, - говорит. - Олимпиец! Умеете вы конфетку слепить из...

Не стал договаривать.

- Покушай, - говорит, - бобовой кашки.

Мужчина поел, и тут же его согнуло. Не помнил, как и по шесту съехал, но в заслуженных сапогах и при гуслях. Гусли завыли сиреной, а сапоги понесли чемпиона в провинциальную лечебницу, где на приеме сидела одна принцесса, заколдованная штатным расписанием. Которое, конечно же, сочинил великан. Что ни ночь, то дежурство. И день еще работать.

Как гаркнет на прибежавшего:

- Куда прешься в обуви? А ну, разувайся! И гусли ложи.

Намяла ему живот и выдала активированного угля.

"Скоты какие-то, - подумала принцесса. - Никакой гигиены. Все эти принцы - они только в сказках. А эти гадят на гумне, потом ползут по тому, что выросло, рук не моют, едят в три горла".

А великану того и нужно было, потому что он сам был скот.

91. Трубка мира - По случаю Водяного Перемирия мы все с вами выкурим трубку мира, объявил Маугли, и джунгли внимали его речам. - Я слышал, что так заведено у людей.

- Мы не умеем курить, - вздохнул постаревший Акела.

- У меня есть Красный Цветок, - ответил изрядно раздавшийся человеческий лягушонок.

- Что для этого нужно? - осведомилась Багира, изнемогавшая от жары.

- Цветок, - пожал плечами Маугли. - И табак.

Все посмотрели на Шер-Хана, который уже успел оправиться от ожолгов и явился на общее сборище. Не смея, да и не особенно стремясь противиться, он запустил лапу за спину и вынул оттуда скрывавшегося там, скулящего шакала Табаки - Вот и все, - развел руками Маугли.

Табаки скрутили листьями пополам с обрывками лиан, и Маугли поднес к нему Красный Цветок. Довольно скоро Табаки скурили.

- Не промахнись, Акела, - Маугли лично вложил окурок в пасть одряхлевшему вожаку.

Самая малая и самая похожая на трубку часть Табаки досталась Каа, который глубоко затянулся и стал еще мудрее, чем был.

- Теперь бы выпить, - изрек Каа.

- Все хотят пить, - согласились в листве, сверху.

- Ты не понял меня, маленький бандерлог, - смежил веки Каа. - Я сказал "выпить".

- Мне это очень нужно, - сказал слон Хатхи. - Иначе я могу взбеситься, а бешеный слон получает страшное имя Черная Гора...

- Я схожу к людям и возьму, - сказал Маугли.

Вскоре он вернулся.

Каа хлебнул и предусмотрительно уполз в местное варьете, где давали представление бандерлоги.

А слон Хатхи выпил, взбесился, передавил всех вокруг, и Водяное Перемирие закончилось.

92. Туча Туча идет, Туча! - в ужасе закричали Карик и Валя, глядя вверх.

Иван Гермогенович с беспокойством посмотрел на небо.

- Действительно, намечается, - пробормотал он. - Когда бы мы не уменьшились до размера жуков, все обошлось бы. Мы бы спряталсь. Зачем вы только пили из пробирки! Вкусно было, да? А вот беда бы прошла стороной. Но теперь...

Карик, содрогаясь, еще раз посмотрел, как тяжелое, свинцово-зеленоватого цвета чудище, все приближалось и приближалось.

- Под листик? - спросила Валя. - Под грибок?

- Какие там листики, - проскрежетал Иван Гермогенович, думая, что им, микроскопическим, уже никогда не добраться до шеста с красным полотнищем, где спрятано лекарство роста. - Бежать! Бежать изо всех сил, без оглядки!

Он подхватил Карика и Валю и, насколько хватало его старческих сил, понесся по еле видной тропинке.

На них упала черная, странных очертаний тень.

- Берегись! - взвыл Иварн Гермогенович. Карик и Валя зажмурились и зажали уши.

- "Потому, потому что мы пилоты, - пропел майор Туча не в пример лучше безголосого Ивана Гермогеновича. - Небо наш, небо наш родимый дом..."

Он наступил сапогом на пискнувшую троицу и зашагал дальше, наслаждаясь отпуском. Сияло солнце. "Первым делом, первым делом самолеты", - пел Туча. Невдалеке торчал красный флаг - шест, украшенный тряпицей.

"Не иначе, пионеры-герои воткнули, - подумал Туча. - В память о неизвестном истребителе, небесном тихоходе".

93. Федорин Мойдодыр Когда Федора заводила на манер "Стеньки Разина": "Как из маминой из спальни, кривоногий и хромой выбегает умывальник и качает головой...", соседи уже знали, что начинается маниакальная фаза психоза. И даже радовались, потому что иначе Федора грозилась повеситься, а в этом дому не один повесился.

Впрочем, Федора попивала, и на сей раз песней не кончилось; обнаружились дела пострашнее.

Главный в бригаде доктор, которого вызвали, сидел за столом и задавал Федоре уточняющие вопросы:

- Значит, одеяло убежало?

- Убежало.

- (В сторону): Два реланиума. (Федоре): А подушка?

- Как лягушка...

- Ускакала от меня, - докончил доктор. - И от меня, - вздохнул он с неодобрением, потому что собирался этой ночью поспать и не слушать Федору.

Соседи толпились в дверях.

- У нас бывает, - серьезно кивнула одна, в платочке. - Мы даже приглашали бородатого такого, с лозой ходил. Нечисто, говорит, тут.

- Это он правильно говорил, что тут нечисто, - соглашался доктор, пока Федору, спеленатую, вели вниз. - Весьма, - он потянул носом. - И как люди живут? Этому, с лозой, передайте: пусть к нам зайдет. У нас тоже много странного. Если только он уже не у нас.

...В отделении добрая санитарка успокаивала Федору:

- Где же оно убежало? Вот оно, одеяло! Куда же она ускакала? Вот она, подушка!... Мандадыр!... - позвала санитарка. - Мандадыр, работа приехала! Веди ее в ванную!...

Вошел здоровенный, кривоногий и хромой санитарище, сильно заспаннный. Ночами он любил прокрадываться в кабинет заведующей, которую все звали мамой, и спать там на удобном диване для научных совещаний.

Взглянув на Федору, он запустил лапу в бороду.

- До дыр, говоришь, мыть, - пробурчал он. - М-да.

И пошел надевать противочумный костюм. Мимо стенгазеты с нарисованной страшной мухой: "Полтергейст - болезнь грязных рук".

94. Финиш Ясного Сокола У Финиста Ясного Сокола была возлюбленная - Василиса, если не ошибаюсь, - и она постоянно оглаживала его русые кудри.

- Ты такой доверчивый, - сокрушалась любимая и премудрая. - Всем-то ты помогаешь, разной твари. До всего тебе дело. Настоящий дружинник. Сходил бы к воеводе за повязкой на рукав!

Ясный Сокол седлал коня и ехал оказывать помощь. В один прекрасный день он вылечил лапку ежу, вылечил лапку зайчику, вылечил крыло коршуну и хвост какой-то рыбе. Он даже подумывал о медицинской карьере: хотел взять фамилию "Борменталь" и отдаться в учение доктору Айболиту.

Вдруг он встретил двух сирых и убогих с брошюрами. Ему стало так жаль их, потому что брошюр их никто в его краях не брал по неграмотности, что он заграбастал целую пачку и посетил собрание с песнями и омовениями. Обученный грамоте Василисой, он взялся за чтение, всю ночь не спал, а утром объявил, что за ночь эту он сделался свидетелем Иеговы и теперь точно знает, как надобно по-настоящему помогать людям.

- Они построили специальную Сторожевую Башню, - возбужденно рассказывал он. - И выпускают официальный журнал.

- А это, часом, не сайентологи? - осторожно спросила премудрая, но не в полной мере, Василиса.

- Нет, это свидетели. Мы будем присутствовать на Суде.

Ясный Сокол немедленно продал коня вместе с упряжью, а с ними - щит и меч, любимую книгу. Вырученные деньги он передал сирым и убогим. Те дали ему кипу брошюр, и Ясный Сокол, лицо которого стало еще более кротким, чем принято на Руси, побрел свидетельствовать.

Чем и занимался, пока не встретил двух симпатичных молодых людей в черных костюмах и с рюкзачками. Они-то и рассказали ему о новой, заморской вере, от которой спасаются все, и даже имена высекаются в камне, а многоженство - впоследствии запрещенное - вообще явилось решающим доводом.

Финист Ясный Сокол положил свидетельства в ближайшее дупло, от чего с дуба сразу посыпались листья, в том числе и не дубовые. Он переоделся в черный костюм, нацепил рюкзачок, но пиджак все же снял, было жарко. Это дозволялось; можно было даже закатать рукава белой рубашки.

И отбыл за океан.

Там, странствуя в прериях с чемоданом, набитым литературой, он повстречался с индейцами. Те окружили его, учинили допрос:

- Я Финист, из племени мормонов, - учтиво поклонился Финист. - Меня зовут Ясным Соколом.

Дикари помолчали.

- Ты не Ясный Сокол, бледнолицый, - пожевал губами старый вождь. Ясного Сокола убили такие же, как ты, и звали его Гойко Митичем. И ты тоже умрешь, как собака!

Финист смиренно пошатывался, пронзаемый стрелами. Его имя уже успели высечь в камне, и он был совершенно спокоен.

95. Царевна-Лягушка и Жаба Василису, которая получилась из лягушки - а все-то дело и было в износе металла старческой иглы - совсем задушила Жаба, стоило ей прослышать от старых сплетников Гриммов о железном Генрихе и королевиче-лягушонке. Ведь ее Иван-Царевич ложился с ней и тщетно пробовал дефлорировать как нормальную женщину, и даже шкуру спалил, а вот германская принцесса не побрезговала земноводным соитием; кормила такого же заколдованного лягушонка царскими яствами изо рта в пасть, и вообще вела себя терпимее, прозревая светлую сущность королевича сквозь пупырышки и перепонки.

Василиса подсадила Царевичу в постель простую лягушку: что-то сделает? Дескать, волшебство вернулось на место, и больше не будет ему, Царевичу, ни жареных гусей, ни винных струй из широких рукавов. Возьмешь ли такую? Я уж раздуюсь, за меня не волнуйся, утро вечера мудренее - а уж вечер насколько мудренее, чем утро! Царевича, когда откинул одеяло, аж подбросило. Он до того расстроился, что мигом умучил животное, пробуя ногтем своим, отнюдь не царского вида, силком сковырнуть с амфибии шкуру. Без толку! Да что же это за напасть такая, что за вражеское нашествие - кого еще убить, разгромить, кастрировать?

Этого ему Василиса не простила.

- Поди, - говорит, - туда, не знаю, куда, и принеси оттуда то, неведомо что. Принеси, в общем, голову ихнего фюрера.

Ивана двжды просить не надо - собрал дружину и пошел на германцев, затмевая ратными подвигами домыслы болтливых братьев-сказочников.

Фюрер тамошний, лягушкой побывавший и уже учившийся рисовать акварелью, скромно довольствуясь чином ефрейтора, от ужаса сам себя подпалил, позабывши, что носит уже совершенно другую шкуру. От него сохранились лишь челюсти, опознанные по пломбам. А у верного, железного Генриха от такого позора на сердце лопнул последний железный обруч из тех, что опять наросли для беспощадной войны с соседями. Прямо в городе Нюрнберге и лопнул.

96. Черный пояс Однажды портняжке повезло удачно прицелиться, да уложить единым ударом черного пояса семерых мух. Гордый собой несказанно, он вышил на поясе белыми нитками: "Одним махом - семерых убивахом" и стал так разгуливать по улочкам. Все перед ним расступались. Мало кто был обучен грамоте, но уж очень важно он вышагивал. Пока портняжку не занесло на местный рынок, где некоторые при виде надписи сразу вручили ему кошельки, полные денег, и стали куда-то названивать, а прочие закрыли ларьки железными шторами.

Тут портняжку окружили семь человек.

- Ты, говорят, братан, собираешь тут арендную плату? - осведомился главный и совершенно лысый. Со слабо уловимым дефектом речи.

Портняжка выставил пузо: нате, читайте!

Те пригнулись и стали разбирать по слогам. Буквы дрожали.

- Я его знаю, - вмешался один. - Шьет и не отстегивает. Ты из какой сказки проснулся, друг?

- Из "Храброго портняжки", - прошептал портняжка.

- А мы из соседней, - воскликнул говоривший. - Земляки!

- Одним... махом... семерых... убивахом... Надо же! - уважительно молвил бригадир. - Мы так не умеем. Мы умеем семью махами - одного... Да пояса у нас не таких солидных цветов...

И повели его в небольшой шатер, где общая женщина стерегла паяльник и собирала на стол.

Замыкающий привычно лупил себя кулаком в ладошку.

97. Шоколад Альпенгольд Гензель и Гретель были гадкими, дерзкими, откормленными детьми, которые только и думали, как бы сожрать шоколадный домик-пряник, что был построен в чащобе из прославленного в рекламе телешоколада Альпенгольд. И состоял в частном владении одной неимущей женщины, которая, лишившись дочки-дюймовочки, мало-помалу питалась этим домиком, который ей по бедности выделил какой-то швейцарский кантон, от чего это здание медленно, но верно разрушалось - особенно в жаркие дни, плавясь, хотя домик притаился в тенечке. Но есть его было легче, потому что несчастная женщина сгубила не только настоящие зубы, но даже протезы, и она подъедала домик ложкой, а студеной зимой - сосала, закутавшись в платок и тулупчик; перетаптываясь и вытаптывая штопаными валенками ямку. Что до весны, то с капелью этой женщине однажды пробило голову шоколадной сосулькой, но, после курса лечения в клинике доктора Фрейда, ей стало лучше: во-первых, она познакомилась с фаллическим символом, а во-вторых, сладкое - особенно глюкоза - полезно для головного мозга.

И вот налетели розовощекие, крепкие недоросли, готовые к гормональному взрыву. Они отыскали заветный домик и принялись с превеликой жадностью пожирать крыльцо и парадный подъезд, нисколько близ него не размышляя. Что оставалось делать этой женщине, в которой переплетались и свивались арийские гены? Она отправила их в печь.

- Там вкуснее, милые дети, - сказала она.

Печь была очень старая, хозяйка использовала ее по назначению и никогда не откусывала от нее ни кусочка. Ее шоколад поседел от времени, покрылся белым налетом, напоминавшим настоящую побелку. Эта печь была даром ограниченного контингента советских войск, совсем недавно покинувших Германию - как думали некоторые, навсегда. В Германии, зная историю Гензеля и Гретель, подарили печь этой бедной женщине - в точности так же, как в одной сказке из этого сборника, печник подарил печь Ленину, которого смертельно оскорбил на покосе.

Армейский шоколад закалился и не однажды выдерживал испытание атомным огнем.

Крысиные, жадные зубки Гензеля и Гретель мгновенно застряли в этой печи, на которую они сразу накинулись, как с голодного острова, хотя дома уже отведали буженины, ветчин, колбас, бисквитов и какао. Молочные сломались, и некоторые постоянные сломались тоже, а дети топтались, ибо все прочие сидели глубоко и прочно. Тут-то подоспели их родители, давно мечтавшие от них избавиться и послать куда-нибудь - хотя бы в Артек или в МИМО, когда подрастут - и выпороли так, как умеют лишь добропорядочные крестьяне и бюргеры.

Россия - щедрая душа!

98. Шкурное дело Жили-были старик со старухой у синего моря, в лесу.

Это были заурядные старички: ругались над поганым корытом, пекли Колобков, прикармливали Рябу. Но вообще они прослыли трансвеститами, с элементами садо-мазо. Дедушка переодевался в ночную рубашку бабушки, надевал чепец и очки, ложился в постель с женским романом, включал сериал.

А бабушка наряжалась грозным охотником. Она распахивала дверь ударом тяжелого сапога, входила и наводила ружье, а потом начинала мучить дедушку.

Для этого у них по стенам были развешаны вожжи, уздечки, семихвостые плети, крючья.

Все заканчивалось на волчьей шкуре.

Разгуливая по лесу в костюме охотника, бабушка нередко присоединялась к настоящим охотникам, шовинистам-мачо. Она пила с ними эль у костра, зычно хохотала, грубо шутила и сочиняла охотничьи небылицы.

Хамы-охотники пихали друг друга локтями, презрительно потешались над бабушкой. Но у них были добрые, деревенские сердца. И как-то раз они подарили ей волчью шкуру.

"Чтоб тебе было помягче, с твоим дедом-педерастом", - сказали они.

Однажды бабушка-охотник явилась в избу преждевременно, истязать дедушку. И там она увидела этого дедушку в женском платье, который лежал на постели с их внучкой, гладил ей коленку и пел на ухо песни Пескова и Моисеева.

- Ах, ты мразь, - протрубил охотник и разрядил в дедушку оба ствола. Так что дамский роман, раскрытый на его груди, был прострелен в двух самых интересных местах.

Внучка соскользнула с постели, подняла с пола панаму.

- Ты посмотри, она вся красная стала, - сказала она укоризненно.

Потом, поразмыслив над распростертым дедушкой, она предложила оцепеневшей бабушке:

- Знаешь, что, бабушка, я тебе буду носить пирожки. Мама напечет. Мы тебе поможем с передачами. Колобка гони, чтобы не сказал лишнего. А Рябу снесем судье. Но только имущество у тебя наверняка опишут - отдай-ка мне волчью шкуру!

И голос ее задрожал, и пальцы немного скрючились. Она знала, что серебряных пуль у местных охотников отродясь не бывало. Палили черт-те чем.

99. Щелбанчик, или Обыкновенное Чудо Жил-был на свете уродливый карлик, страдавший привычным вывихом нижней челюсти - это такая болезнь бывает, дорогие читатели. А потому он пользовался невероятным успехом у дам. Он их прямо подряд сшибал, и завистники прозвали его Щелбанчиком. Ибо никакая приличная ёлка не обходилась без него, и всюду он ныл и твердил, что является заколдованным принцем. Дамы принимали его совсем за другого: кормили его, поили, катали в карете и на пони с бубенцами; одевали его, открыли ему счета в сорока банках - большего он не хотел от дам. Во-первых, ему не хватало мужского гормона:

у лилипутов частенько случаются разные напасти-мордасти. А во-вторых, при поцелуях у него привычно вывихивалась нижняя челюсть, и приходилась звать лекаря.

Одна простушка все же решилась взять его в оборот - уж больно он ей показался выгодной партией.

- До меня дошли слухи, принц, что вы - великий мастер по уничтожению крыс и мышей...

- Разумеется, - важно ответил ей Щелбанчик, потому что выдавал себя за Щелкунчика. - Вас донимают мыши? Нынче же буду у вас!

Прибывши к даме, Щелбанчик рассыпал на полу в кухне какую-то отраву и назвал это химическим оружием новейшего поколениия: бинарным. Нужны лишь два компонента: отрава и мышь. Каждый же из них по отдельности - безопасен.

Не слушая про мышей и не в силах больше себя сдерживать, хозяйка дома а она была пышная особа - навалилась на Щелбанчика и чуть не задушила его в грудях вместе с челюстью, которая после этого случая стала прочнее держаться на месте.

- Сударыня... сударыня.... Я должен открыться, - забормотал плененный Щелбанчик. - На мне лежит еще одно заклятье...

- Как? Еще одно? Какое же?

- Если я поцелую вас, я превращусь в медведя, - печально сказал Щелбанчик.

- О Боже? Вы не шутите? Неужели в медведя?

- Да. И вы тоже. Обыкновенное чудо, - пожал плечами Щелбанчик, надевая цилиндр и направляясь к выходу. - Честь имею, сударыня.

100. Эдипов комплекс - Ему давно пора рога наставить, - сказал Кот Баюн. - Такая девка пропадает.

- Срамота какая, - согласилась Баба Яга, выскребая экскременты из ступы. - Бомжует и с родной сестрицей живет. Родители пьянствуют. Это какая же будет генетика?

- Это такая выйдет генетика, - каркнул Кащей, - что соединятся ущербные рецессивные гены. И выйдет очередной урод, которых в лесу и без него достаточно..

- Надо бы наставить ему рога, - промурлыкал Кот Баюн. Кащей не раз грозился кастрировать конкурента, но больше пугал.

- У меня доминантные гены, - Кащей выпятил грудь. Звякнули латы, упало забрало. - Я долгожитель - я и наставлю.

- Я налью ему в копытце макового отвара, - придумала Баба Яга. - И он поспит.

...- Не пей из копытца, Иванушка, - упрашивала Аленушка, опасаясь родительских генов.

Но тот напился и вырубился, а проснулся рогатым.

Иначе и быть не могло, когда перед Аленушкой предстал Железный Богатырь, почти Дровосек, в латах и при мече.

Сынка, народившегося в дальнейшем, нарекли, по бедности воображения, Иваном.

Тот, не признавая рогатого братца за папу, за дядю, и даже за тезку, пробился в эшелон царевичей, ибо в нем пробудился Эдипов комплекс, и знал он, как уязвить настоящего отца.

И уязвил, привез за собой Премудрую невестку, которая совершенно сжила со свету свекрухиного козла, который давно попивал и попахивал, хотя попробовал только раз. Отсюда мораль.

101. Яма и Дамба Строительство Дамбы снова приостановилось.

Она должна была связать город-остров Кронштадт с материком.

Потому что не дело так отдаляться от коллектива.

Федеральное правительство выделило колоссальный транш, и руководство ломало голову:

- Освоим ли?

- Глаза страшатся - руки делают, - отозвался один из прорабов. - Не так страшен черт, как его малюют!

Он знал, о чем говорит.

И все взялись осваивать транш, который усваивался с неимоверной скоростью.

Когда он усвоился, приехала комиссия - разбираться, куда он пропал.

Помимо исчезновения транша выяснилось, что значительная часть уже готовой насыпи рассыпалась, лишенная опор, оград и преград.

- Известное дело - Дамбо, - объяснил комиссии все тот же прораб. - Как сейчас вижу: ночь. Мы, стало быть, палим костерок, отдыхаем после рабочего дня, умаялись. Корюшку жарим. И тут вдруг он - летит! Розовый-розовый!

- Кто - летит? - не поверила федеральная комиссия.

- Да слон же с ушами, - прораб даже удивился такому невежеству. - Зовут его Дамбо. Он машет ушами и летает, он из цирка.

- Мы-то все знай твердили: дамба, да дамба, - подали голос другие участники. - Заладили. Вот он и решил, что его зовут. И явился, не запылился.

- Да как рухнет, приземлившись! - закричали третьи, тараща глаза. - Вся работа насмарку. Этакий слон, с ушами. Как у орла! Все и рухнуло. Вон какая яма!

- Ну, хорошо, - согласилась комиссия. - Мы тоже знаем розового слона. И видим яму. Но где же все-таки транш?

- Так он и унес его, этот Дамбо, - воскликнуло руководство. - Содрал с нас за билеты - не даром же ему выступать. Циркачи, известное дело! Ловкая публика.

июль - сентябрь

Pages:     | 1 | 2 ||
Похожие работы:

«ПОЛОЖЕНИЕ о Всероссийском конкурсе электронных краеведческих изданий библиотек Край в формате DVD 1. Общие положения 1.1. Всероссийский конкурс электронных краеведческих изданий библиотек Край в формате DVD (далее — Конкурс) проводится Российской библиотечной ассоциацией (секцией Краеведение в современных библиотеках, секцией публичных библиотек и Круглым столом Электронные издания), Российской национальной библиотекой и ФГУП НТЦ Информрегистр. 1.2. Организационно-методическое обеспечение...»

«суббота ПРИЛОЖЕНИЕ 7 22 октября 2011 года № 119 (11912) ВОСКРЕСЕНСК Выпуск № 24 Дела и планы литераторов а первом после гарских литераторов секция прозы (руковоН летних каникул презентация сборника дитель Тамара Курбацсобрании пройдёт в столице Бол- кая) и секции поэзии Воскресенского гарии – Софии и в горо- (руководители по милитературного де Плевене во время уча- крорайонам Татьяна Деобъединения Радуга стия делегации воскре- глина, Ольга Новикова, им. И.И. Лажечникова, сенских литераторов...»

«СвердловСкая облаСтная универСальная научная библиотека им. в. Г. белинСкоГо СвердловСкому ГоСударСтвенному академичеСкому театру музыкальной комедии поСвящаетСя СоСтавитель е. якубовСкая Итак, мы начИнаем! 1933–1953 библиографический указатель екатеринбург 2013 УДк 016:792.071 ББк 91.9:85.334.3 И 92 и 92 итак, мы начинаем! : 1933—1953 : библиогр. указ. / Свердл. обл. универс. науч. б-ка им. В. Г. Белинского ; сост. е. Якубовская. — екатеринбург, 2013. — 94 с. : ил. — Свердловскому...»

«FB2: Your Name, 11 September 2010, version 1.0 UUID: 73132F13-0FE4-4475-ADEE-65D199D111B1 PDF: fb2pdf-j.20111230, 13.01.2012 Сергей Кравченко Кривая империя. Книга 4 (Кривая империя #4) Введите сюда краткую аннотацию Содержание Часть 10. Третья Империя (1762 — 1862) Часть 11. Гибель Империи (1862 — 1918) Часть 12. Игры последнего века (1918 — 2000) Заключение Приложения Примечания: Источники  Сергей Кравченко. Кривая Империя. Книга 4 Часть 10. Третья Империя (1762 — 1862) Екатерина II Великая...»

«Благодарность Эта книга стала результатом тяжелых работ и усилий многих людей так или иначе причастных к высшему образованию. Уже всем ученым было ясно, что Тюнинг в странах Латинской Америки станет как проектом, также и практическим опытом. Этот проект собрал воедино лучших представителей высшего образования для обсуждения наиболее значимых аспектов университетской системы с целью усовершенствования системы образования посредством обмена опыта с Западными странами. Таким образом, проект Тюнинг...»

«016446 B1 Евразийское (19) (11) (13) патентное ведомство ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ЕВРАЗИЙСКОМУ ПАТЕНТУ (12) (51) Int. Cl. C07D 401/12 (2006.01) (45) Дата публикации и выдачи патента A61K 31/4545 (2006.01) 2012.05.30 A61P 9/12 (2006.01) (21) Номер заявки 2010000 (22) Дата подачи заявки 2008.06. ПРОИЗВОДНЫЕ N5-(2-ЭТОКСИЭТИЛ)-N3-(2-ПИРИДИНИЛ)-3,5ПИПЕРИДИНДИКАРБОКСАМИДА, ПРЕДНАЗНАЧЕННЫЕ ДЛЯ ПРИМЕНЕНИЯ В КАЧЕСТВЕ ИНГИБИТОРОВ РЕНИНА (56) WO-A-2007/ (31) 07012412.8; 07111290. WO-A-2007/ (32) 2007.06.25;...»

«УДК 94(470-25) ББК 63.3(2)-Москва В 78 День нароДного смеха Московский простолюдин просыпается рано — в четыре часа утра, — когда колокола зазвонят к заутрене. Богомольная баба спешит в приходскую церковь, бакалейщик собирается в свою лавку, ванька-извозчик запрягает старого коняшку в сани, нищие и кликуши пробираются к законным местам на паперти. Московский фабричный в эти минуты досматривает последний сон, с ленцой потягивается на полатях, откладывая минуту, когда придется поторапливаться к...»

«CERD/C/AUS/15-17 Организация Объединенных Наций Международная конвенция Distr.: General 2 June 2010 о ликвидации всех форм Russian расовой дискриминации Original: English Комитет по ликвидации расовой дискриминации Семьдесят седьмая сессия 2–27 августа 2010 года Доклады, представленные государствамиучастниками в соответствии со статьей 9 Конвенции Объединенные пятнадцатый, шестнадцатый и семнадцатый периодические доклады государствучастников, подлежащие представлению в 2008 году Австралия * **...»

«Ольга Львовна Адамова-Слиозберг Путь Аннотация Книга воспоминаний Ольги Адамовой-Слиозберг о её пути по тюрьмам и лагерям — одна из вершин русской мемуаристики XX века. Ольга Львовна Адамова-Слиозберг Путь Вместо вступления Я реабилитирована. Двадцать лет этот час казался порогом в лучезарное будущее. Но вместе с радостью пришло чувство отверженности, неполноценности. Никто не вернет лучших в жизни двадцати лет, никто не воскресит умерших друзей. Никто не скрепит порвавшихся и омертвелых нитей,...»

«Общество с ограниченной ответственностью “РусВинил” ПЛАН МЕРОПРИЯТИЙ ПО КОНСУЛЬТАЦИЯМ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ И РАСКРЫТИЮ ИНФОРМАЦИИ (ПКОРИ) г. Нижний Новгород Август 2007 Комплекс по производству ПВХ РусВинил – ПКОРИ СОДЕРЖАНИЕ Стр. 1. ВВЕДЕНИЕ 3 1.1. Общие сведения о проекте создания комплекса по производству поливинилхлорида (ПВХ) в Нижегородской области 3 1.2. План мероприятий по информированию общественности и оценка воздействий предлагаемого проекта в соответствии с требованиями Европейского...»

«Молочно-медовые скидки Каталог №13 2011 (19.09 – 08.10) Крем-мыло Молоко и мед – Золотая Крем для рук и тела Молоко и мед – серия Золотая серия 75 г. 250 мл. 34,00 122,00 15571 15570 Идея и разработка – ЙОНАС ВРАМЕЛЬ Станьте своим личным визажистом! Декоративная Нежное мыло Смягчающий крем косметика Студио-Арт поможет вам выглядеть В НАШЕЙ 15,00 59,00 великолепно при любом освещении. Профессиональная серия, которой вы можете доверять всегда и везде – СТУДИИ где бы вы ни находились! ЗНАКОМЬТЕСЬ:...»

«ОФИЦИАЛЬНО Индекс № 38 (23927) Пятница, 28 февраля 2014 года № 15 (199) 2109 АДМИНИСТРАЦИЯ ГОРОДА НИЖНИЙ ТАГИЛ ПОСТАНОВЛЕНИЕ ОТ 25.02.2014 № 304-ПА Об итогах исполнения бюджета города Нижний Тагил за 2013 год Рассмотрев итоги исполнения бюджета города Нижний Тагил за 2013 год, руковод- 1) в срок до 1 апреля 2014 года обеспечить представление отчета об исполнении ствуясь Положением о бюджетном процессе в городе Нижний Тагил, утвержденным Ре- бюджета города Нижний Тагил за 2013 год в Счетную...»

«2 3 Утверждение изменений в ООП для реализации в 2013 / 2014 учебном году ООП рассмотрена, обсуждена и одобрена Ученым советом ФГБОУ ВПО АЧГАА Протокол № 2013 г. Ректор Утверждение изменений в ООП для реализации в 2014 / 2015 учебном году ООП рассмотрена, обсуждена и одобрена Ученым советом ФГБОУ ВПО АЧГАА Протокол № 2014 г. Ректор Утверждение изменений в ООП для реализации в 2015 / 2016 учебном году ООП рассмотрена, обсуждена и одобрена Ученым советом ФГБОУ ВПО АЧГАА Протокол № 2015 г....»

«сохранившейся в Еврейском колледже в Кордове, Испания. Перепечатано Salt Lake City: J.H. Parry Ко, 1887.) Перевод на русский http://outpouring.ru/news/2013-08-07-6357. Не это ли написано в...»

«Интерпретация с точки зрения глав 10–18 Пути правителя Десятая глава Пути правителя Как выбрать время На Пути правителя старайся осознавать единство сознания и тела в мире, тогда внимание твое не будет рассеиваться. Дыши всегда плавно и мягко, направляй внимание на дыхание, тогда свежесть и ясность восприятия всегда будут твоими верными спутниками. Всегда убирай посторонние мысли и ассоциации, являющиеся преградой на пути построения замысла, и тогда все планы твои будут совершенными. Любя народ...»

«Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение средняя общеобразовательная школа №1 г. Кимовска Утверждено Принято педсоветом Рассмотрено МО (пр. № 32 от 30.08.13 ) (пр. № 11 от 30.08.13) учителей естественно-математического цикла Директор МБОУ СОШ № 1 (пр. № 1 от 29.08.13) _/Хлюстова Г.П./ Рабочая программа по географии 6-8 класс учитель географии Тарасова Л.Е. г.Кимовск Пояснительная записка Рабочая программа разработана в соответствии с Программой по географии для 6-10 классов...»

«Аркадий Стругацкий Борис Стругацкий Крушение надежд — вот знак, под которым последние два десятилетия работали Стругацкие. В начале пути они верили, что когда-нибудь, пусть в отдаленном будущем, люди создадут здоровое общество, где каждый будет свободен и счастлив. Но настал момент, когда писатели пришли к мысли: жизнь никогда не будет безоблачной. “Где это вы видели прогресс без шока, без горечи, без унижения?” — спрашивают нас Стругацкие со страниц этой книги. В нее вошли три вещи; между...»

«Владимир Авдеев & Михаил Диунов Карлтон Стивенс Кун – классик американской антропологии Предисловие к русскому изданию Расы Европы Антрополог – труженик естествознания Прасковья Николаевна Тарновская, русский антрополог У истоков каждой научной дисциплины стоят личности, которые налагают отпечаток на всю национальную школу развития, становясь символами нации, в концентрированной форме отражающими суть научного мировоззрения. Если говорить о такой важной области естествознания, как физическая...»

«Кулинарные рецепты с фотографиями Для тех, кто заботится о себе. В книге приведены подробные рецепты полезных низкокалорийных блюд, готовить которые быстро и просто. Книга подготовлена во время проекта Диет нет, на блоге Иры Бонэр (январь, 2012) Цель проекта — не только похудеть, но и научиться правильно питаться, а также оздоровить свой организм. Подробное меню на каждый день составлялось во время проекта. Все рецепты подобраны специально, с учётом полезных для женского здоровья продуктов....»

«Мир самоцветов и драгоценных камней Александр Александрович Ханников Александр ХАННИКОВ Мир самоцветов и цветных камней Введение О камнях – драгоценных, полудрагоценных, поделочных, цветных – написано большое количество научных и научно-популярных трудов. Камень издревле привлекал внимание человека. Недаром определенный период развития человеческого общества называется каменным веком, т. е. временем, когда камни использовались во всех областях жизни – как орудия труда и войны, на охоте и в...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.