WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |

«Александр Лонс Арт-Кафе Стало почти обычным, что в параллельный мир можно попасть через какой-нибудь проход. Врата, портал, шлюз. Но такой переход всегда личная ...»

-- [ Страница 7 ] --

Возвращение домой запомнилось плохо и как-то конспективно. Урывками. Я выполнил все необходимые формальности, положенные по проекту и сдал дела. В назначенное время прилетел вертолет и забрал меня. Уже на борту мне выдали документы, паспорт на мое имя с визами трех государств, карточку Master Card, распечатки «электронных билетов» и тощую пачку американских долларов десятками. Как оказалось, лететь мне предстояло с двумя пересадками и в каждом аэропорту приходилось получать соответствующий посадочный документ. Только один эпизод не давал мне покоя. Помню, когда мы летели над морем, и островок с маяком еще даже и не собирался скрываться за горизонтом, как вдруг вертолет влетел в непроницаемую пелену тумана. Я был готов поклясться, что ни перед взлетом, ни во время полета никакого тумана и в помине не было. Однако на моих сопровождающих это не произвело сколько-нибудь заметного впечатления – все молчали, делая вид, что все оно так и надо. Видимо летчик ориентировался по приборам, потому, что ни солнца, ни неба, ни воды различить не удавалось – одно только молочно-белое пространство кругом. Из тумана мы выскочили неожиданно и вдруг, вокруг снова наблюдалось синее море, голубое небо и яркое солнце. Но никакого маяка позади, как я не всматривался, разглядеть так и не удалось.

Все дальнейшее прошло спокойно и безо всяких приключений. Вертолетом меня доставили в Лорд-Хоув-Айленд, где я почти сразу пересел на борт до Сиднея.

В сиднейском аэропорту оказалось шумно и бестолково, причем я так и не понял, зачем мне надо было иметь австралийскую визу: никто нигде, ни разу ее не спросил. Ну и ладно, все ж таки лучше так, чем наоборот. Я прошел к какой-то стойке и показал свои бумажки. Как выяснилось, ждать предстояло еще часов пять.

Возвращался я каким-то окружным путем через Дубай. Хорошо хоть не через Каир – был и такой рейс. Каирский аэропорт – это что-то. Как вспомню, так вздрогну – жуткая дыра. Никогда не забуду, как однажды летел оттуда с тургруппой. Один из наших перед выходом из отеля так крепко надрался, что практически утратил человеческий облик. Приставал к попутчикам с идиотскими вопросами, смеялся не по делу, курил где нельзя, а в аэропорту вдруг стал проверять документы у ожидающих вылета незнакомых пассажиров. Что интересно – они ему их показывали! А потом этот кадр начал приставать к стюардессам, хватал девушек за задницы (и это на Арабских Авиалиниях!), скандалил с соседями по креслам, несколько раз заставил пересаживаться какого-то китайца, короче – оттянулся парень по полной программе.





Дубайский аэропорт – это вам не Каирский, дубайский аэропорт один из лучших в мире, это сооружение двадцать второго века. Он огромен и подавляет своими размерами. Этот аэропорт – грандиозный человеческий муравейник, это дворец из стекла и бетона, колоссальное сооружение с разъезжающими по этажам автомобильчиками и плоскими эскалаторами, которым не видно конца и края. Внутри растут пальмы, сосны, еще какие-то экзотические деревья. Это город в городе, это Вавилон после столпотворения. Только в этом аэропорту я лицезрел сплошной поток людей всех рас, национальностей и религий, смешанный в одном месте. Рестораны, кафе-бары, медицинский центр, круглосуточный оздоровительный центр с бассейном, игровая площадка для детей, комната для молитв, химчистка, конференц- и бизнес центры… все для человека, все во имя его. Только плати, а цены на все – запредельные.

Ждать пришлось еще дольше, чем в Сиднее – свой рейс до Домодедова я дожидался целый день. Двенадцать часов. Я даже хотел снять номер в местном отеле часов на восемь, чтобы хоть нормально выспаться, но там заломили цену в пятьсот долларов, и я решил, что даже при всей моей любви к комфорту, это будет как-то многовато. Впрочем – я не жалею.

Перед вылетом в Москву из Дубая я слегка принял на грудь, и на радостях забыл всю свою ручную кладь в здании аэропорта.

Злоупотребление алкоголем может заставить подумать, что вы умнее, чем окружающие. До того каирского попутчика из воспоминаний мне было конечно далеко, ведь вел я себя тихо и мирно, но багажа потом было жаль до слез – там остались памятные образцы с острова Раскаяния. У меня там были фотки, видеозаписи, сувениры с морского берега, засушенные колючки… Домодедовский аэропорт пока единственный в Москве, что сертифицирован для приема самолетов «Айрбас А380», а именно на таком я и летел из Эмиратов. Но после Дубая, наше Домодедово воспринимать всерьез все-таки трудно: на том фоне отечественный аэропорт выглядел как сарай.

В общей сложности возвращение домой заняло более сорока шести часов – почти двое суток! Говорят, что сильно проще и быстрее лететь через Сингапур, но таких билетов на тот момент не оказалось, а мои провожатые сразу сказали, чтобы брал что дают, и не привередничал.

Них усегодня мойтем дольше он живет. ненавижуэтот день. Хотя, для кого-то дни рождения вещь может вне доступа,Как уверяет невообразимо. К больастроение – дрянь. Заела мизантропия, весь мир, особенно людей этого мира. Машина опять и это бесит тому ше человека, Техосмотр – дело неприятное, хлопотливое, неудобное, но крайне необходимое в нашей жизни. Одна из причин для трудностей – нужда ездить в метро, пока мою несчастную машинку лапают чужие грязные мужики в сервисном центре.

Не люблю метро, очень достают некоторые тамошние обитатели. Но особенно раздражает вонь. Отовсюду. По утрам изо рта воняет особенно ужасно.

Чистка зубов на ночь не дает никакого эффекта. Встречал только одного человека, у которого изо рта вообще не пахло. Ненавижу ублюдков, которые при разговоре прямо таки обдают тебя запахом своей внутренней гнили. Или гнили зубов. А от стариков воняет всегда, будь то ухоженный старый извращенец, или среднестатический пенсионер. Жаль, что люди сами не замечают своего запаха.



Эти люди строят планы, ставят какие-то цели в жизни, хотя о каких целях может идти речь? Мелкие сиюминутные планы. Почти все люди стремятся к созданию «Близкого Круга» – постоянной группы людей, членами которой они являются. Численность такой группы неважна – она может состоять из двух людей, а может и из нескольких десятков человек. Но есть один важный момент – поведение «близких» должно быть предсказуемо, иными словами «близкими» они будут как раз настолько, насколько предсказуемо их поведение. Если друг начнет вести себя непредсказуемым образом, человек оказывается в пустоте – а для основной массы людей это состояние очень неприятно. Поэтому человек заранее должен быть готов остаться один. В конце концов, чем меньше близких людей, тем спокойнее жизнь.

Еду в метро, а тут всюду и на каждом шагу придурки, идиоты, сумасшедшие.

Если раньше, наткнувшись на кого-нибудь пешеходно идущего человека, громко говорящего вслух с неким невидимым собеседником, все сразу понимали – идет сумасшедший на всю голову и лучше держаться от такого подальше. Мало ли что. Теперь же, встретив гражданина, разговаривающего в полный голос с кем-то незримым, мы точно знаем – у него Bluetooth на мобильнике.

Поэтому если и вдруг, нам попадается некий человек, оживленно беседующий без видимого повода, не обращающий внимания на окружающих и ко всему параллельный, естественно думаем про блютуз. Или малозаметную гарнитуру. Но, приглядевшись, и не обнаружив никаких признаков дивайса, начинаем понимать: что-то здесь не так, чего-то не в порядке, и охватывает нас обидное чувство внутреннего дискомфорта.

Вот и я вчера, пока ехала домой на метро после встречи с друзьями, натолкнулась на такого же гражданина. Оказалась с ним рядом, в одном вагоне.

Человек довольно живо разговаривал с неким неразличимым для прочих смертных собеседником. Гражданин временами смеялся, отпускал какие-то остроты и комментарии на, видимо, скрытые от посторонних слушателей реплики. Сначала я удивилась – мой мобильник на этой линии сеть не ловил, и уходил в режим ограниченного обслуживания. Но – мало ли! Может у дядьки такой оператор, что в метро свободно доступен? Или аппарат специально чувствительный? Или это только для меня МТС не работала? Впрочем, шум метро обычно мешал – не люблю я разговаривать в поезде. Неприятно. Однако этот дядька явно не тяготился посторонними звуками. Выглядел мужик странно, но до бомжа ему было еще далеко. Хорошо вычищенные ботинки, модная шляпа – такие носят только отдельные метросексуальные молодые люди и некоторые экстравагантные девушки. С этим со всем неприятно диссонировали мятые брюки и старая куртка, в каких лишь дачные пенсионеры прохаживаются по своему участку. Да и то стараются не вылезать в таком виде за калитку – неприлично. Общее впечатление дополняли длинные редкие полуседые патлы, хаотично выбивавшиеся из-под шляпы, и изжелта-бледное лицо мужика, иссеченное несколькими глубокими морщинами. Никакой гарнитуры, ни обычной, ни блютузовской в ушах не просматривалось.

Известно, что если у вас хороший элегантный костюм, модно подобранный со вкусом галстук, красивая рубашка, но при этом старые нечищеные ботинки и несвежий головной убор, то вы будете смотреться как бродяга. Если же мятый пиджак с жеванными брюками дополняется новой шикарной обувью, плюс стильная прическа и элегантная шляпа – вам скорее всего простят некоторую небрежность в одеждах. Но все имеет свои пределы, а объект моего наблюдения допустимые границы давно пересек.

Я вышла раньше этого странного человека, но встреча с ним зачем-то запомнилась, ядом воспоминаний отравила впечатления от приятного вечера.

Странно, давно уже такого не случалось. Мне всегда было глубоко наплевать на тех, кого я ежедневно вижу в московской подземке. Разве, глубоко в детстве? Но то было настолько давно, что уж практически забылось. Сейчас мне такое как-то пофигу. А тот мужик отчего-то вызвал ощущение стойкой душевной неловкости, чувство неполноты жизни. Как это называется по-умному? Когнитивный диссонанс, дай бог памяти.

А потом вдруг позвонил Алекс… ДомаКогда первая эйфория после возвращения постепенно пошла на убыль,накопилось – спасибо Стелле, респект ей иприступ уныния. Еще со вчера мы думали, с перерывами, что делать дальше, и как мне теперь жить с полученным грузом. Задача казалась сложной. У меня не было работы, следовательно – личных средств к существованию, что угнетало еще больше.

Напротив сидела Стелла, и о чем-то эмоционально мне рассказывала. Слушая в пол-уха свою подругу, я вдруг подумал, что еще не так давно никогда не поверил бы, что, вернувшись домой, почти сразу впаду в серую депрессию. Смена климата, деятельности и образа жизни плохо сказалась на моем самочувствии.

Наконец я осознал, что уже скучаю по маяку. Как такое вообще возможно?

Обычно считается, что если мужчина с женщиной (парень с девушкой) может дружить, то как-то не по-настоящему и без всякого секса. А вот если секс был – то все, дружбе конец. Почему? Поговорка даже такая есть – «лучше хорошая дружба, чем плохой секс». Причем вариантов у поговорки несколько, в зависимости от цензурности слов и резкости смысла. Но идея понятна, да? Так вот, почему, после секса дружба обязательно должна заканчиваться? Что мешает продолжению дружбы? На самом-то деле вопрос не такой уж и глупый. Действительно – вот дружишь с каким-то человеком, дружишь, а иногда и спишь с ним. Спишь – как понимаете, не в смысле совместного сна, а в смысле совершения полового акта. Казалось бы – чего лучше? Ан нет! Во-первых, такие отношения дружбой уже как бы и не считаются, а называются «связью». Во-вторых, кто-то из двоих сразу же оказывается в зависимом положении.

И дело вовсе не в латентных садистски-мазохистских наклонностях, а просто так выходит по жизни. Вот дружба и заменяется чем-то иным. Когда первая эйфория проходит, секс с этим человеком приедается, то ничего не остается, кроме воспоминаний. Иногда – приятных, иногда не очень, а зачастую и просто гадостных. А дружба – она тоже не вечна. Постепенно дружба истаивает как снег весной, и сам уже не заметил, как друг превратился в простую старинную приятельницу, о прошлом которой очень много знаешь, только вот знания эти никому нафиг не нужны.

Наша со Стеллой тривиальная «связь» постепенно перешла в дружбу, приправленную сексом. Ходят слухи, что мы неплохо смотримся вместе. Тут сработало мое отсутствие, недавнее сидение на маяке, и длинные ночные разговоры по Скайпу. После возвращения с маяка, я просто не мог наслушаться ее живым голосом, кроме того, у меня получалось заинтересованно слушать ее рассказы, живо реагируя на них. Обычно она повествовала о своих многочисленных подругах – разговоры на тему работы чаще всего оставались табу. Часть подруг проявилась во время моего отсутствия, и я их просто не знал.

– …Когда я с подругой ездила на Хеллоувинскую тусовку, – рассказывала Стелла, – произошел реальный прикол. Захожу в вагон метро, сажусь. Я вся из себя такая классная – в сиреневых колготках, сиреневых теплых гетрах, шортах, на голове – синие дреды, в ушах – звенящие серебряные серёжки, вокруг шеи – огромный черный шарф, которым я укутываюсь аж до носа, ну, ты его знаешь. Веселая картинка, но ничего такого блуднического или шлюшнического на мне не надето. Ну, может, шорты коротковаты и всё. Сижу. Вижу, что передо мной расположился дядя. То ли хасид, то ли кто-то похожий. Прикинь: мужик с длинной лопатообразной бородой и в черной шляпе с широкими полями, а читает какую-то книжку со странным шрифтом. Что-то вроде трости в руке держит. Я сижу и его разглядываю. Тут он поднимает глаза и замечает меня. Боже, каких только эмоций от вида меня я тогда не увидела!

Тут было всё: и удивление, и страх, и интерес, и злоба. Пялился он на меня до самой своей станции, возникло ощущение, что он читает мои мысли. Кошмар! Как будто увидел, блин, над моей головой инфернальную воронку. Но самое интересное случилось, когда он встал и пошел к выходу на своей станции. Он встаёт и я понимаю, что это не трость в его руках, а огромный такой топор! Большой, полукруглый топор. Я в шоке, а мужик всё так же продолжал пялится на меня с этим топором. Пока не вышел он на своей станции, я никак не могла успокоиться. Что за персонаж? Но это был явно не костюм для Хеллоувина.

– Да, прикольный дядя, наверное, – задумчиво сказал я. – Испугалась его? Нет?

– Не то слово! Ты б его только увидел, сам бы испугался!..

Мы сидели у меня на кухне и ели пиццу и о чем-то болтали. Пицца оказалась с грибами, вполне ничего, но, на мой взгляд, излишне острая. Никогда не увлекался перцем. Я уже закончил рассказ о своих приключениях на маяке. Не знаю, поверила ли мне Стелла? Похоже, все-таки если и поверила, то лишь с многочисленными невысказанными оговорками.

– …тусовка уже совсем не та. У всех свой круг общения, друзья-знакомые, и свободных мест нет, так сказать, – продолжала тем временем Стелла, пока я смотрел во двор через кухонное окно. – Я вот всегда хочу найти новых знакомых или друзей. Не вижу в этом ничего криминального. Но опять-таки, ощущение, что людей с подобными мыслями нет. Может – я психически больна, но никто этого пока не замечает? Знаешь, однажды я как-то задумалась об иерархии приоритетов, выявленных в порядке телефонных номеров вызова наших экстренных служб: сначала сохранность имущества – «ноль-один», затем социальный покой и правопорядок – «ноль-два» и уже третьим номером здоровье людей – «ноль-три». Забавно, прикинь? Имущество – на первом месте!

Я глянул в окно. За время моего отсутствия во дворе мало что стало другим. Открылся магазин, листва на немногочисленных деревьях стала редкой и осенней, а октябрьская погода вполне соответствовала настроению.

– …Пока тебя не было, я летом выкинула весь свой плюшевый зоопарк, подаренный моими бывшими мужиками, в подтверждении отсутствия у них вкуса и наличии жадности. Остался только мой неприкосновенный мишка. А сейчас вдруг страшно захотелось снова много разных зверей.

– Лучше бы не выбросила, а отдала в ближайший детсад или детдом, – провочал я. – Ума не хватило?

– Это риторический вопрос? Я отдала большие и красивые дочке моей подруги, а остальные положила в подъезде. Кто-то забрал.

– О, был неправ, извини.

– Ничего, всё нормально.

Стелла все-таки обиделась, и замолчала. В какой-то момент, как мне показалось, темы иссякли, и повисшая пауза будет теперь всегда.

– Слушай, – вдруг сказал я, когда молчание начало утомлять, – что тут без меня происходило? Наверняка кроме твоих тусовок здесь было что-то важное, пока меня не было.

– Тут много чего происходило. Ты вообще-то что имеешь в виду?

– Только то, что касается лично тебя или меня. Но про себя, я вроде бы, и так все знаю.

– А… Ну… Тебя искали, звонили всякие… А меня дергали по разным пустяками и сложным личным проблемам.

– Каким проблемам? Приглашали в клуб на Хеллоуин?

– Не только. Тебе правда интересно? – я кивнул. – Тогда слушай. Подруга с мужем попали в аварию на скорости более ста километров в час. Машина в ноль, причем машина новая. Там почему-то потерялось управление и создалось такое впечатление, что задние колеса вышли вперед. Ну, короче, их крутило и било о разделительное заграждение посреди трассы. Еще повезло, что разделитель был, иначе бы на встречку вынесло. После того как они выбрались из машины, она позвонила своему отцу домой и сказала, что не волнуйся, мол, мы в аварию попали, но все живы и здоровы. А когда потом приехали домой, оказалось, что отец умер от инфаркта – так перенервничал из-за аварии. А еще потом страховая компания на них наезжала, что они специально себе аварию подстроили, чтобы страховку получить. Совсем эти страховщики охренели, они что думают – людям жить надоело?

– Жуть какая! Хоть страховку-то выплатят?

– Вроде да. А что тебя больше всего поразило, что им отказывала страховая компания?

– Нет, что она зачем-то отцу позвонила. Надо было потом сказать. Не позвони она тогда, он бы жив остался.

– Да как тебе сказать… С одной стороны звучит жестоко, но вариант заботы о стариках налицо.

– Ну, не знаю… – неопределенно пробурчал я.

Разговор на кухне. Интимный круг кухонных бесед. Здесь возможно практически все или, по крайней мере, мы создаем на время иллюзию такой возможности. Кухня – всего лишь легкая словесная зона, где один шаг от мата до витиеватых сакральных истин. Независимое от каких-либо ограничений пространство, разве что подчиненное наличию вменяемого посредника. Темы, плавно переходящие одна в другую, легкие и незначительные, как осенний туман или неожиданно интересные, затрагивающие самые отдаленные уголки нашей памяти. Кухонные разговоры и параллельные миры.

– А еще раньше, – продолжила Стелла, – мне другая подруга позвонила, с ней тоже случилось несчастье, но совсем иного плана.

– У той-то, что произошло? – для порядка спросил я.

– Муж у нее – тихий спокойный, немного занудный физик, а самое главное для него, чтоб не приставали и ни какими просьбами не дергали. А она – креативщик.

– О как! Настоящий креативщик? И чего же она креативит?

– Да, настоящий. Причем, как и по профессии, так и по характеру. Так вот, уговаривала она его сделать ремонт в квартире, а он, естественно, не хотел.

В тот момент они тихо-мирно ужинали у себя на кухне, и пили вино. Ну, он от ремонта отказался, а она его хрясь стаканом по голове!

– Так. Она что, совсем в неадеквате оказалась? Разбила в кровь?

– Стакан о его голову разбился вдребезги и рассек лоб. Правда, она тоже пострадала – порезала палец об осколки. Потом совершенно пьяная и мало что соображая, взяла ключи от машины и отправилась на ней к своей матери, которая живет недалеко от меня. Протрезвев малость, вызвала меня на помощь в плане того, что ей теперь делать. Прикинь? Говорила, что ей очень стыдно, что никогда себе такого не могла представить, чтоб так обойтись со своим мужем. И как теперь ей домой возвращаться она не знает. При этом ее рассказ прерывался то на всхлипывания, то на смех, видать еще не до конца протрезвела.

– Вот страсти-то у вас! – сказал я, отрезая себе еще кусок пиццы. – Шекспир отдыхает! Так, а что ты?

– Ну, что я? – Стелла себе налила еще пива. – Придумала отмаз. Короче у нее был насморк, и она пила какие-то таблетки, я за это и зацепилась.

– Ага, влияние алкоголя? В сочетании с лекарствами? Гениально!

– Естественно, гениально! Я всегда говорю, что самый лучший способ защиты – нападение. Я ей сказала, что приезжай и начинай на него наезжать.

Как он мог? Мало того, что напоил тебя на лекарства, так потом, в таком состоянии, еще и за руль пустил!

– Тебе надо было стать конфликтологом!

– Мне уже поздно, хотя моя профессия не так уж и далека от этой.

– Да уж! При твоей работе особые нервы надо иметь.

– Ну, короче результат моего совета был на лицо: муж сделал ремонт!

– Несчастный мужик! Мне его жалко.

– Почему это несчастный? Я бы сказала, что очень даже счастливый. В любом случае живет с женщиной, которую очень любит. А это сейчас большая редкость.

– Счастливый? – не понял я. – Ощутил себя виноватым до такой степени, что даже ремонт сделал!

– Это мелочи. Если он в принципе ее может выносить, то значит, он и от этого кайф ловит.

– Кстати, а это идея… – задумчиво сказал я, так и не решив – покупать такую пиццу еще, или не стоит.

– Он бы давно бы с ней развелся, если б не тащился от нее. Просто они настолько разные люди, что стороннему наблюдателю даже их манеру общения трудно выносить. А ее характер! Жуткая сумасбродность и бесконечная говорливость – хуже, чем у меня.

– У тебя не такая уж чтобы сильная говорливость.

– Да? А я думала наоборот. А он прикинь: мужик такой правильный, все делает так, как должно быть. Ну что в смысле – все по правилам. Например, он только сам моет посуду, так как она должна быть идеально чистой. Сам гладит рубашки, ибо никто лучше него это сделать не сможет. Вообще педант, и прикинь, такая жена, которая спокойно с ним едет в метро из театра, где предварительно напилась. Мы там все вместе были.

– Значит, она вполне спокойна за себя – мужчина надежный, обстоятельный, довезет в лучшем виде, под забором не бросит.

– Короче она меня и всех знакомых пригласила в театр отпраздновать там свой день рожденья – билеты за ее счет. Сначала мы там в скверике попраздновали, потом – в антракте. Потом опять в скверике. Причем вино они принесли в больших бутылках из-под колы.

– Какие умники!

– Ну, в общем, так: люди едут из театра, да еще и со дня рожденья одновременно, прикинь? Он – в парадном костюме, а она – в вечернем экстравагантном платье. При этом он достаточно экономный, поэтому поехали из театра на метро, не на такси. Он такой педант, выглаженный весь, а с ним совершенно в жопу пьяная баба, которая через пару станций достает пакетик и начинает в него громко блевать.

– Класс! – восхитился я, представив ситуацию. – В таком состоянии в метро могли и не пустить!

– Причем девушка креативная, не так чтобы красавица, но она всегда обращает на себя внимание. Волосы в ярко-рыжий цвет выкрашены, какой-нибудь невообразимый наряд, не молодежный, но очень стильный, и обычно яркие большие украшения.

– Да, со вкусом женщина, – сказал я, чтобы хоть что-нибудь сказать.

По большому счету, все кухонные разговоры сводятся к осознанию факта собственной несостоятельности, невозможности что-либо изменить. Чужую беду – руками разведу. Моя жизнь и чужая – две непересекающиеся параллельные прямые. Да и по большому счету все, что мы тут говорим – это тот же бокал алкоголического напитка, который сначала оживляет, а потом вгоняет в серую тоску.

– У меня проблема, – сказал я, когда моя девушка исчерпала резерв новостей, и готовых к окучиванию тем.

– Да? – Стелла вскинула не меня удивленный взгляд. – Я что-то не заметила.

– Это не та проблема, о которой говорят в рекламе средств от импотенции. На том острове со мной что-то произошло… Я там резко одичал и отощал на местных кормежках, – продолжал я жаловался несчастным голосом. – Да и работа способствовала суровому образу жизни. Кстати, надо бы найти моего предшественника, он же явно знает больше меня, да и проторчал на том маяке сильно дольше.

– Надо. А похудел – не потолстел, тебе на пользу. Хорошо выглядишь. Вот если бы разжирел и в дверь перестал пролезать, вот тогда точно возникла бы проблема. Знаешь, когда-то, когда я была на стажировке в Германии, то поправилась там за три месяца на пять кэгэ! Причем такая картина наблюдалась у всей нашей группы, а не только у меня. Устояли только двое, да и то влюбленная парочка… – Стоп, ты была в Германии? А на стажировке, вы там что делали? Изучали философию Гегеля и Фейербаха на языке подлинника?

– Да не то, чтобы. Как правило, больше дурью маялись. Но и работали, конечно. В местном университете разбирали архивы, возвращенные из России.

Их наши военные после Второй Мировой захватили в качестве «контрибуции», а что дальше делать с ними, никто не знал. И вот недавно вернули немцам, а мы вот помогали приводить в порядок. И зачем им все эти книги? Именно в Германии я поняла, что везде читают мало и обходятся минимальным набором слов. Особенно дети и молодежь. Наш сосед сверху, учитель из Канады, рассказывал о необычной форме работы с начальными школьниками – ночь в библиотеке. Вечером родители приводят детей, снабдив их едой и спальниками, и оставляют на ночь в читальном зале.

– По-моему, такая форма обучения только в начальной школе и возможна… А жили вы где? В какой-нибудь общаге?

– Не, квартиру снимали. Еще то, знаешь ли, жилище. Весело у нас тогда было, пел, плясал и громко трахался почти весь дом. В этом доме было всего три этажа и шесть квартир. Раньше там проживали какие-то аристократы, а потом район пошел по наклонной: пооткрывались злачные места и сомнительные магазины, а по улице начали дефилировать переодетые девушками гомосексуалисты. На первом этаже снимали жилплощадь проститутки из Украины и Белоруссии. Они зарабатывали в отеле Хилтон, который тоже недалеко, и менялись каждый месяц, пока не заканчивалась виза. Девушки были все элитные, почти модели, так как отель Хилтон, сам понимаешь, пятизвездный и говна бы не потерпел. Напротив них жили пенсионеры. Вот онито, наверно, были единственными, кто не проявлял громкой сексуальной активности. Хотя, кто их знает – их же почти видно не было, в основном они обретались в своем загородном доме. На втором этаже жила я с подружкой. Обе молодые, красивые со всеми вытекающими последствиями. У меня тогда было аж целых три любовника, сейчас вот хватает только на тебя одного, да и то, чтоб не часто мелькал перед глазами. Напротив нас обитала парочка гламурных геев. Прикинь? С виду они выглядели почти нормально, и даже как бы интеллигентно. Наверху, над нами, проживал учитель из Канады, к которому каждую ночь таскались какие-то совсем молоденькие девушки с мальчиками и устраивали там веселые бурные оргии. Напротив них жил корейский шеф-повар из того же Хилтона с собакой-шпицем и со своей семейкой. Корейцы были баптистами, и по воскресеньям у них собиралась вся ихняя община, чтобы петь религиозные песни под гитару. Короче, дом стонал и охал, пел и плясал с самого утра и до позднего вечера, но у нас была одна неписаная установка: никакого громкого секса после двух ночи. Это правило не соблюдали только вышеупомянутые педики напротив. Они работали в каком-то ночном клубе, а потом под утро приводили к себе мужиков, прикинь? Между прочим, мужики все в классических костюмах, при галстуках, я в глазок подсматривала. И эти милые соседи, прежде чем заняться своим нетрадиционно ориентированным делом, играли со своими мужчинами в какие-то неприлично-ролевые игры: кудахтали, бегали в догонялки, прыгали на кроватях, мяукали и так далее в том же духе. Короче, жить было невыносимо, нам же на работу с утра! Однажды я не выдержала и вышла на кухню, (а там окошки напротив – дом был буквой «П») и начала по-русски отводить душу трехэтажным матом. Не даром же известный немецкий философ, богослов и психотерапевт Хеллингер советовал не копить раздражение. А один раз, когда мой сосед – совсем голый, но в женском лифчике, и его любовник в элегантном черном костюме громко целовались прямо на площадке, я совсем озверела. Тогда я открыла дверь и заорала, что они проклятые пидарасы, и если не прекратят, то я пожалуюсь хаусмастеру.

– А хаусмастер это кто? – спросил я для порядка.

– Хаусмастер это такой специальный полезный дядя, который выполняет мелкий ремонт в квартирах жильцов. Ну, слесарные дела там, сантехника, столярно-плотнические работы, все в таком роде. Поэтому-то хаусмастер очень популярный и уважаемый человек. Он же осуществляет связь с владельцем дома и вызывает, если надо, всякие разные муниципальные службы, если не может справиться сам. Кстати, хаусмастер – частый персонаж немецкого порно.

– Понятно. Так что ваши соседи? Прониклись?

– Прониклись. На следующий день они с извинениями принесли нам печенье (сами испекли) в знак примирения. Один из них сказал, что он хорват и понимает все, о чем я пытаюсь им сказать из своей кухни. Но мне вовсе не было стыдно, я даже обрадовалась, что не нужно переводить на немецкий все, что я говорила. Потом они ушли, а печенье мы есть не стали – выкинули. Мало ли что. Вскоре мы вернулись в Москву, а потом, через несколько лет, квартиру выкупила моя подруга, когда переехала туда на пэ эм жэ. Сейчас она живет там со своей бульдожкой, зато дом уже не тот. Теперь там жительствуют лишь порядочные люди, и только моя подруга да пенсионеры помнят былые веселые времена. По ночам стоит тишина, и даже корейцы сверху перестали устраивать песнопения. Если кто-то и трахается по ночам, то делает это пристойно и тихо. Под одеялом.

Я немного помолчал, не зная чего тут еще можно добавить внятного, а потом вдруг спросил:

– Знаешь знаменитую задачу про муху и два встречных поезда?

– Нет, а что? – спросила она без особого интереса.

– Ну, как же. Ее раньше любили задавать на всяких разных детских математических олимпиадах, пока задачка не попала в книгу «Математики шутят» и не стала общеизвестной. Значит так. Пара поездов, с расстояния в двести километров, несутся навстречу друг другу по одному пути со скоростью пятьдесят километров в час. В первый момент движения с ветрового стекла первого локомотива слетает муха и со скоростью семьдесят пять километров в час летит к другому поезду. Прилетев к нему, она сразу же летит обратно, затем опять летит ко второму локомотиву и так далее с той же неизменной скоростью. Для простоты ускорение при разгоне и торможении мухи учитывать не будем. Спрашивается, какой путь в результате пролетит муха до момента, когда оба поезда столкнутся и расплющат ее?

– Слушай, – недовольно проворчала она, – мне сейчас что-то лень думать на такие гнетущие темы.

– Раз лень, то не думай. Так вот, задачу можно решать двумя методами – сложным и простым. В первом варианте решения, принимая во внимание, что до своей дурацкой смерти муха успеет встретиться с каждым из поездов бесконечно много раз, придется найти сумму бесконечного ряда расстояний, преодоленных мухой от одного ветрового стекла до другого. Это вполне решаемо, но для получения ответа не обойтись без подсчетов на бумаге и некоторых затрат времени. К тому же надо знать высшую математику. Второе, решение можно легко проделать в уме: если поезда находятся на расстоянии двести километров и сближаются с суммарной скоростью сто километров, значит, они столкнутся через два часа. Все это время муха пребывает в полете, двигаясь со скоростью в семьдесят пять километров в час. Поэтому-то она и пролетит в итоге сто пятьдесят километров. Говорят, что когда приятель знаменитого математика Джона фон Неймана предложил эту задачу, то тот задумался лишь на секунду. «Ну, конечно же, сто пятьдесят! – сказал Нейман, – все очень просто». «Но как тебе удалось так быстро получить ответ? – удивился приятель. – Ты что, уже знал эту задачу?». «Нет, – ответил математик, – я просто просуммировал ряд».

– Забавный анекдот. И к чему это ты его мне рассказываешь?

– Просто то, что мы сейчас хотим сделать, можно осуществить двумя разными способами. Это я опять про поиск моего русского приятеля с маяка.

– Двумя способами? – не поняла Стелла. – Какими?

Тут я немного занервничал. Вообще, иногда у меня создается впечатление, что самые красивые и идеальные отношения возможны только с личностью, несуществующей в реальной жизни.

– Ну, как. Во-первых, можно просто прошерстить Сеть. Засесть за интернет, и произвести тщательную проверку по тем словам, что мне уже стали известны, пока я там на своем острове крыс гонял.

– Там был не твой остров. А во-вторых?

– А во-вторых, можно попытаться найти этого моего предшественника обычным способом. Он же из Петербурга, по его словам? Так вот, надо поехать в Питер, и разыскать его там.

– Поехать в Питер… Мысль неплохая, но как его найдешь? Ты же знаешь только имя, ну еще имена его приятелей, с кем он там рыбу ловил, и все. Хотя… – Что? – встрепенулся я. Вдруг Стелла что-то придумала оригинальное?

– Кое-что он все-таки о себе рассказывал… Например где учился, когда, на каком факультете. Можно выявить всех Иванов, а их никогда не бывает много, и проверить по одному.

– Во, это уже дело, – кивнул я. – Ты сейчас очень занята, или нет?

– Ты же видишь, как я «занята». Сейчас я в отпуске. Сижу, вся тут бездельничаю и твои жалобы на судьбу слушаю, вместо того чтобы поехать к теплому синему морю.

– Считаешь, этого делать не следует? Слушать мои жалобы?

– Какой же ты все-таки зануда! Вот жаловаться на судьбу тебе точно не следует, но идеи мне нравятся. А для начала поедем в Питер искать этого твоего Ивана. Надеюсь, что твой предшественник никуда не свалил после возвращения домой… Кстати, эти способы вовсе не исключают один другого.

– Да, еще про жалобы. Пока не забыл. Тот мужик в кафе… и на внедорожнике… это он же был, да? Он кто? Случайно не знаешь?

– А, это. Я уж и забыла давно. В тот раз, когда ты подсел ко мне в кафе, я занервничала и подала сигнал тревоги. У меня была договоренность с одним из коллег – мы часто прикрывали друг друга. Чисто профессиональное, ничего личного. Так вот, он и «вел» нас до самого моего дома, а потом я послала сигнал, что всё в порядке. Вот и все дела. А ты постоянно помнил об этом, думал все время? Ночами не спал, всё размышлял, места себе не находил?

– Ну не то чтобы ночами… но иногда думал, да. Строил разные гипотезы на сей счет.

Отыскать Ивана в многомиллионномобрадовался. оказалосьпока мы не раньше сверкал довольной улыбкойвстретились,два зуба. Встретилисьпростосмемегаполисе намного проще, чем я того ожидал. Когда мы то сначала он меня не узнал, потом удивился, а еще потом За время, виделась, он изменился: загар пропал, борода исчезла, аккуратная стрижка нила дикую шевелюру, но он по-прежнему был высок, широкоплеч, как и в тридцать мы у входа в некое учреждение без вывески, где работал Иван. Мы разговорились прямо посреди тротуара. Для обстоятельной беседы место явно не подходило:

нас толкали прохожие, обдувал холодный осенний ветер и поливал дождь, все это как-то не способствовало общению. Кроме того, Иван куда-то торопился, и в результате мы договорились увидеться завтра в более спокойной обстановке.

Назавтра я уже неторопливо шел по аллее парка, зачарованно слушая своего собеседника. Иногда я вставлял отдельные реплики, но в основном молчал. Его удивительная история увлекла меня.

– …а началось все с того, – продолжал Иван свой рассказ, – что еще в шестидесятых годах один скандинавский физик сформулировал теорему, из которой явствовало, что наш мир это только одно из проявлений более сложного многовариантного мира… Слушай, у тебя вообще-то с физикой как? Слыхал про антропный принцип?

– Что-то такое слышал. Обычно такие темы конек моей девушки – она у меня дипломированный философ.

– Девушка-философ – это круто! Но всегда хорошо. Значит, ты тоже кое в чем должен кумекать. Так вот, существуют две главные разновидности этого принципа: слабый и сильный. Слабый антропный принцип просто говорит, что если вселенная состоит из частей с различными свойствами, то мы будем жить там, где наша жизнь возможна. Это кажется вполне бесспорным и естественным, неясно только, существуют ли во вселенной такие отличающиеся области. Если нет, то любое обсуждение изменений свойств частиц материи и их взаимодействий совершенно бессмысленно. Сильный антропный принцип утверждает, что вселенная должна была быть такой, чтоб в ней стало возможно наше существование. На первый взгляд, это утверждение не может быть справедливым, потому как человек, возникший через миллиарды лет после установления базовых свойств нашей вселенной, никак не могло повлиять на ее структуру и на свойства элементарных частиц в ней. Вариантом сильного принципа является антропный принцип участия, сформулированный некогда американским физиком-теоретиком Джоном Уилером: «Наблюдатели необходимы для обретения вселенной бытия». Антропный принцип участия означает, что вселенные без разумного наблюдателя не обретают статус реальности. Причина этого в том, что только наблюдатель в состоянии осуществить редукцию квантового состояния, переводящую ансамбль возможных состояний в одно, реальное.

– Вот последнюю фразу я нифига не понял, но это – ладно. Ты мне лучше скажи, причем тут твои и мои приключения?

– Сейчас, потерпи. Так вот, была выведена теорема, что при условии создания новой реальности с наблюдателем, она получает статус вселенной. Первоначально это казалось полным бредом, и никто серьезно не хотел все это обсуждать. Причем в качестве одного из следствий вытекало, что если некая параллельная реальность будет полностью совпадать с нашей, текущей, то эти реальности сольются воедино. А вот если отличия будут, но незначительные, переход – туда-сюда можно осуществлять почти незаметно, не прибегая к высоким энергиям и большим затратам. Что-то типа того. Уравнения теории настолько сложны, что физики большей частью оперируют только их приближёнными формами, что, как понимаешь, не ведет к точности результатов. Более того, часто складывается такая ситуация, что для решения этих уравнений нет готового метода. Несмотря на блестящий математический подход, работа никого особо тогда не заинтересовала, а сам автор занялся потом другими вещами… Для разговора мы углубились в лесопарк Сосновка, что недалеко от Удельной. Стелла со мной не пошла, ссылаясь на экстренные дела – шеф достал ее даже в Питере и, несмотря на отпуск, загрузил какой-то срочной работой.

– Долго ли, коротко ли, – интонацией профессионального сказителя продолжал Иван, – но только по прошествии какого-то времени этой работой заинтересовался один склонный к эксцентрике мультимиллиардер. В молодости он был гениальным физиком, но сразу после университета унаследовал колоссальное состояние и ушел в бизнес. Вот он-то и заварил всю эту кашу, но ему и в страшном сне не могла привидеться истинная сила джинна, выпущенного из бутылки. Звали этого человека Джефри Корнел. Свое состояние он сделал на том, что заполучил кусок африканской земли, как потом выяснилось, битком набитый алмазами и редкими металлами. Это потом уж он активно торговал нефтью, недвижимостью и ценными бумагами, но главным его увлечением стала наука в довольно странном ее проявлении. Одним из первых его экспериментов непосредственно над всеобщей реальностью стал проект «Дисковидная Земля». Где-то в пятидесятых годах прошлого столетия в сознание группы людей была внедрена заведомо абсурдная история о некой организации, которая якобы существует уже более ста лет. Это было придуманное Корнелом «Общество дисковидной Земли». Подробнее посмотри в Википедии, там есть обширная статья на этот счет, причем излагается как раз та самая версия, что внедрил Корнел. Джефри Корнел, или Джеф, как назвали его в ближнем кругу, знал, что надо делать: он задал тщательно разработанную и внутренне непротиворечивую легенду о создании и истории этой организации. То был гениальный эксперимент. Эксперимент по творению альтернативной истории внедренной в нашу реальность. Самое забавное, что после того, как эксперимент прекратили, созданная таким образом организация, несмотря на всю нелепость своей идеологии, зажила собственной жизнью, сохранилась до наших дней и существует поныне! Дальше – больше. Джеф активно продолжил свои опыты над реальностью. Несмотря на абсолютную секретность, часть информации утекло в прессу, и с легкой руки журналистов результаты этих экспериментов стали называться «мифами Корнела».

Сейчас мало что известно об этом, но многие результаты опытов Джефа просто сделались фактами нашей истории, и теперь их уже невозможно идентифицировать и отличить от настоящих событий. Косвенными уликами может служить отсутствие крупных артефактов – прямых доказательств после того или иного события. Например, если имеются документы, нам показывают фотографии и рассказы очевидцев о каком-то строительстве, но материальных следов самого строительства не сохранилось – это наводит на подозрения. То же самое можно говорить о других исторических фактах. Если какое-то событие известно только из литературы, то вполне возможно, что это не настоящий факт, а миф Корнела. Впрочем, Джеф умеет хранить тайны. Достоверно известен только еще один миф Корнела – это «Проект Бикини», что стал одним из первых «мифов Корнела». Так вот, по нашему делу. Корнел закачал деньги, нанял команду высококлассных, умно мыслящих специалистов, и все завертелось. Новый его проект был окончательно развернут еще несколько лет назад, и названия у проекта не возникло, даже кодового, что, на мой взгляд, весьма разумно. Просто «Проект». С большой буквы. Сначала умные головы все продумали, рассчитали и взвесили. Головным предприятием всего этого дела стал «Институт Параллельной Реальности» – название, как ты понимаешь, неофициальное. Как можно догадаться, о чем-то забыли, что-то не так поняли, но в результате все более-менее получилось. У одного африканского диктатора, демократично называющего себя президентом, был куплен здоровенный участок земли, и там началась стройка. По целому ряду причин основные узлы Проекта размещать лучше всего как можно ближе к экватору. Территорию огородили и никого чужого не пропускали, а среди местных аборигенов распустили слух, что там строят завод по производству особо точных компьютеров для тех, кто может их купить. Забавно, но со спутника практически ничего не видно – авторы проекта знали, как надо, и основные мощности расположили под поверхностью земли, скрыв тропическими зарослями и банановыми плантациями. На поверхности только взлетная полоса и нечто похожее на виллу среднего американского фермера – вот вам и весь Институт Параллельной Реальности. Современные системы связи позволяли в настоящем времени контактировать с остальным миром, а на хороший внутренний аэродром могли приземляться небольшие самолеты, даже реактивные. Ну и вот, заработал, наконец, Институт в полную силу. У него много дочерних проектов, работающих под разными масками. Один из них этот наш – «Спасение маяков», другой – твоя «Химера», а сколько там еще, сказать трудно. Поскольку ты уже оказывался в рамках проекта, ну, Проекта – с большой буквы и в широком понимании, то тебя зацепили еще раз. «Химеру» ты прошел вполне удачно. Провели парочку тестов и включили в Проект, перебросив на маяк. Так примерно… Листья с деревьев уже сильно облетели и после вчерашнего дождя покрывали землю ровным ковром. Приятно пахло влагой, землей и осенью. В последние годы я полюбил осень, хотя раньше мне по душе было буйная летняя листва или весеннее половодье. Заходящее солнце делало цвета более яркими, представляя пейзажи необыкновенной красоты. Воздух заметно остыл, но дождя не было, а ветер с Залива до середины леса не добирался.

– …вообще-то параллельные миры были всегда, – продолжал свою лекцию Иван. – Первоначально в значении параллельных миров были психотропные вещества. Потом возникли книги. Люди отправлялись в эту альтернативную реальность надолго или навсегда. Кое-кого никакими силами нельзя было выдернуть из мира текстов, а кое-кто путал их с реальной жизнью. Лет сто назад появились фильмы. Но они уже по-настоящему убивали фантазию и ничего не могли изменить внутри себя. Не так давно возникли компьютерные игры. Главным различием данного новоиспеченного типа параллельных миров стало то, что тут уж сами участники могли сконструировать свою собственную параллельную реальность, а не идти за реальностью созданной кем-то другим. Еще потом – интерактивное телевидение, следом – настоящая виртуальная реальность… А теперь вот оказалось, что практически под боком у каждого есть целый Параллельный Мир, аналогичный Материальному, только где-то там, в недоступном для всех остальных месте. Здесь уже каждый может попросту создать себя сам. Кривые ноги заменить красивыми, убрать пару морщинок, сделать себе интересную фигуру, придумать имя, службу и даже пол. Здесь человек может стать собой или напротив, собой не быть, а стать, например, своим лучшим другом. И здесь не обязательно быть одним. Можно быть одновременно несколькими. А можно вообще не быть – принципиально не быть здесь – и это все равно можно расценить как личный ответ этому параллельному миру.

– Да-а-а-а… – только и смог выговорить я, когда мы вышли на небольшую площадь посреди парка с памятником военным летчикам – в годы войны здесь располагался фронтовой аэродром. – Сколько же бабла это все могло стоить? Откуда такие деньжищи, случайно не в курсе? Это же бюджет небольшой страны! Или – небольшой войны!

– Средней войны и средней страны, скажем так, – уточнил Иван, когда мы снова углубились в лес. – Про деньги я случайно в курсе. Получилось так, что ненароком я оказался ознакомлен с одним очень любопытным документом: мне в руки попал годовой финансовый отчет для совета директоров Проекта. Вернее – копия документа, но это уже мелочи. Только не спрашивай меня, как и что. Сам удивляюсь. Тут, по-моему, сработали два фактора – чья-то безалаберность, помноженная на чью-то ошибку. Так вот, случайно я оказался приобщен к тайне, и узнал, что весь этот финансовый мировой кризис… – Только не говори, – перебил я Ивана, – что мировой финансовый кризис был спровоцирован Проектом.

– Скажу.

– Что, правда что ли?

– Ага, – кивнул Иван. – Причем сейчас уже можно об этом говорить вполне спокойно. Все равно никто не поверит. В лучшем случае сочтут сумасшедшим или фантазером. Теперь уразумел, откуда деньги?

– А зачем вообще все это кому-то было надо? Как я понял из твоего рассказа, все строго засекречено и скрыто от глаз.

– Ну, интересно же. Фундаментальные основы мироздания. Большой Адронный Коллайдер – зачем нужен? Вот и это за тем же. Только БАК – это открытый международный государственный проект со смешанным финансированием, а «Проект» – проект сугубо частный… – Слушай, а все-таки – откуда ты про это знаешь?

– Хе-хе… оттуда, как говорили в одном шпионском боевике советских времен. Я был одним из разработчиков.

– Ты? Ты же биолог? Нет?

– Я, я. А что ты так удивился? Там были нужны и биологи, как раз моей специализации. Не скажу, что находился на первых ролях, не на вторых, и даже – не на третьих, но определенную роль сыграл, да. Я с тобой тогда не очень-то откровенничал – сам понимаешь, видел тебя в первый раз, и, как тогда думал, в последний.

– А почему ты… почему попал на маяк, а не сидишь где-нибудь в этом африканском институте за компьютером? Где он там? В Того что ли?

– Да как тебе сказать… Знаешь, есть такой метод допроса: человека крепко привязывают к стулу, фиксируют руки и ноги, чтобы они были неподвижны, и читают ему длинные стихи. Как вариант – крутят записи чтения стихов в исполнении авторов. Обычно допрашиваемый быстро «раскалывается» и во всем признается. Начинает давать показания. Международной комиссией по правам человека метод признан антигуманным и излишне жестоким, считается пыткой и запрещен к применению, как особо изуверский.

– Правда что ли? – удивился я. Слишком уж с умным видом говорил это Иван, к тому же услышанная информация о проекте все еще никак не «усваивалась» у меня в мозгу.

– Шучу, конечно. Что-то у тебя с чувством юмора совсем плохо стало. Тебе нужен витамин, чтобы мозги работали быстрее и лучше.

– Экстази, что ли?

– Ты – старый наркоман и извращенец! – засмеялся Иван. – Глицин тебе нужен, глицин!

– Да, – пробормотал я. – Как сказал наш ведущий фантаст: идеи витают в воздухе, но не ты один их ловишь сочком.

– Это ты сейчас о чем? – не понял меня Иван.

– О том. Так просто, забей… Но ты так и не рассказал – что с этим Проектом? Ты что, участвовал в разработке, а потом тебя сослали на маяк? Так? Или я чего-то неправильно понял?

– Правильно, правильно ты все понял. Почти так оно и было, только не сослали, а я сбежал туда сам… В этот момент телефон у меня в кармане издал знакомую трель – звонила Стелла, решившая уточнить – где мы и можно ли ей прийти? Как скоро оказалось, она уже ехала в метро. Мы не возражали, и через полчаса моя подруга присоединилась к нашей компании. Я, нехотя, познакомил ее с Иваном, а он в укороченном варианте повторил ту историю, что я уже слышал. Не люблю я знакомить своих девушек с посторонними мужиками. Врожденный инстинкт протестует. В отношениях это один из самых сложных шагов, вечно торможу в такие моменты. Странно, ведь знаю, что никто никому ничего никогда не должен, но все равно парюсь.

Вдруг Иван спросил:

– Ребят, вы когда в Москву?

– Послезавтра, а что?

– Я – с вами, только вот пару дней за свой счет оформлю. Мне все равно надо ехать в ваши края, а тут лишний повод. Приютите на пару ночей?

– Нет проблем, – сделав над собой титаническое усилие, согласился я. Я сильно тогда надеялся, что интонации моего голоса не выдали настроения и мыслей. – Если только на кухне согласишься спать: у нас однушка.

– А, где наша не пропадала, в спальнике не замерзну. Тараканов нет? А то я их боюсь до смерти.

– Нет, все чисто, – вдруг сказала Стелла, все это время внимательно наблюдавшая за мной.

Дорога из Петербурга в Москву запомнилась мне как-то сумбурно, сбивчиво и урывками. Помню только, что приехали поздно, а как только втроем ввалились в мою квартирку, что-то наскоро поели и начали укладываться. Для Ивана я приготовил диванчик на кухне.

– Почитать на ночь дашь чего? – спросил Иван, разворачивая свой спальник. – Книжку какую-нибудь? Я же не взял с собой впопыхах, а без книги никак не усну – дурная привычка.

– Дам, погодь… как же ты на маяке жил?

Недолго думая, я всучил Ивану русский перевод «Иконы царя Бориса». Книжка так и валялась на самом виду.

– Попробуй вот эту. Занятная книжица.

– Ничего себе! – как-то уж очень серьезно сказал Иван, вертя книгу в руках. – Ты что, и об этом тоже знал? Откуда собственно?

– Что я знал? – переспросил я, не совсем поняв, что имеет в виду мой друг. – Это ты о чем?

– Так ты совсем, что ли, не в куре? – ожидаемо спросил Иван. – Фигасе, совпадение! Так не бывает! Но ты же читал эту книгу, да? Читал? Понимаешь, там имеется перевод некоего документа, древнего пергамента, где изложен любопытнейший текст. Помнишь? Это описание путешествия в ад и успешного возвращения назад какого-то святого отшельника. Помнишь?

– Я даже немного помню про этот кусок. Не наизусть, конечно, только то, что он там был. Мне тот текст показалось до жути занудным, и я его пропустил, честно говоря. Я думал, что тут просто-напросто очередной вариант пересказа мифа об Орфее и Эвридике. Только без Эвридики.

– И без Орфея. Нет, это не совсем так. Вернее – совсем не так. Впрочем, сам миф об Орфее тоже непонятно откуда возник. Мало ли что там было у них, в античности… Мы же не знаем ничего. Все не так просто. Дело в том, что если сделать поправку на древность и архаический язык, то описания в пергаменте самого ада и ощущений от этого путешественника точь-в-точь сходятся с ощущениями человека переходящего в параллельную реальность.

– Опять совпадение? – изумился я.

– В том-то и дело, что нет, – веско уточнил Иван. – Понимаешь, ряд мелочей не дает усомниться, что очерчены именно подлинные события настоящего путешествия в параллельную реальность. Кроме того, в оригинальном тексте был еще один кусок, почему-то выпавший при написании книги – там обрисованы приемы подготовки сознания к такому переходу. Вот этот-то текст и являлся самым главным. За ним шла настоящая охота… – Прям как в «Клубе Дюма», в романе у Переса-Реверте, – задумчиво пробурчал я.

– Настоящая охота не то слово, – вдруг встряла Стелла, уже давно прислушавшаяся к нашему разговору. – А я-то думала все думала, почему столько тайн и секретов вокруг этой книжки? Какие-то сектанты за ней бегали, другие странные люди, даже правозащитные журналисты по радио обсуждали.

Ведь со стороны – обычный фэнтезийный бред на основе псевдоисторическои детективной фабулы.

– А вы тоже как-то заинтересованы в этом деле?

– Можно сказать что да. Только как бы с другой стороны… Кончилось тем, что проговорили мы до самого утра.

ЯНет,«Анаверное. Не может. У меня давнобуду япрошел тотиромантический период, когда секс интересен только лишь ради самого секса. Да, было такое, посмотрела на двух мужиков, сидящих рядом со мной, вдруг подумала:

может сейчас случиться так, что и сразу два мужика?»

чтобы я и два парня. Давно уже. Мой тогдашний бывший и его друг. В плане физиологическом понравилось, но на душе потом скверно, гадко стало. Уже утром бывший что-то почувствовал и начал с тревогой по-собачьи заглядывать мне в глаза, на что я его заверила, что он самый лучший, мой любимый и дорогой, после чего он вроде бы успокоился. На данный момент моей жизни секс сопровождается чувствами и никак иначе. А этим вообще все пофигу.

Вот и сейчас – сидим и говорим о чем-то важном, а мужики, углубленные в собственные разговоры, похоже, меня совсем не замечают.

Я демонстративно отвернулась.

А потом, когда мы изрядно уже обалдевшие от бессонной ночи, все втроем пили чай у нас на кухне, я вдруг решилась:

– Слушайте, есть у меня один такой знакомый искусствовед… – как можно задумчивее произнесла я. – Вообще-то он в Париже живет, но сейчас ненадолго в России. Был, по крайней мере. Если еще не улетел, то можно поговорить лично. Он может многое знать про окончание той истории: я-то сама плохо овладела материалом.

Вообще-то я немного лукавила, и Виктор нам сейчас тут ничем бы не помог. Но во-первых, я его давно не видела, а тут появилась возможность, а вовторых, посадить рядком троих мужиков показалось мне забавной идеей.

– Лично поговорить – это конечно хорошо, – пробубнил Алекс, – но можно и дистанционно. Это случайно не тот русский француз, о котором ты когда-то повествовала? Он еще клеился к тебе, нет?

– Ага, он самый. Почему это сразу – клеился?

– Так… из твоего рассказа показалось. А голова у него на месте? Варит еще? Ты, помнится, рассказывала, что он всяких там ангелов видел, даже разговаривал с ними… – Он, если хочешь знать, нормальнее нас будет, – почему-то обиделась за своего друга я. – Понял? Он очень многое может знать. Только уговор – при встрече с ним никогда не упоминать того, что ты сейчас сказал. Обещаете? Вы оба? И еще – никаких разговоров о его жене, даже если он сам о ней упомянет. Эти темы – табу!

– Обещаю, куда денусь, – обязался Алекс. Иван тоже что-то буркнул в этом духе. – Но к чему это всё? И зачем?

– Не знаю, так надо. Меня саму предупреждали. Погоди… у меня же где-то есть его визитка, если найду, то можно позвонить на сотовый… Сотовый… Я очень хорошо помню те времена, когда еще не имелось мобильных телефонов. Вернее – они имелись, но не у нас. Тогда все выглядело намного труднее, а потерять человека было легко и просто. Совсем не то, что теперь, когда с кем-то не видеться можно месяцами, а затем спокойно звонить и назначать встречу. А все встречи определялись тогда заблаговременно. В ту пору мы записывали адреса друг друга, чтобы потом всегда была возможность пойти к приятелю и позвать погулять. Или номера городских телефонов, чтобы позвонить. Зато сейчас вполне можно не иметь ни адресов друзей, ни квартирных телефонов, а встречаться где-нибудь в метро, или вообще там, где удобно. А ведь это открытая дорога к отступлению: хочешь начать новую жизнь, поменяй симку, а вместе с ней телефонный номер, и сразу же исчезни из жизни своих знакомых. Это не хорошо и не плохо, просто теперь все по-другому. А мобильники я ценю уже за то, что они позволяют слышать знакомый голос за сколько угодно километров от себя. Когда есть сотовая связь и работает мобильник.

Для вида я долго копалась, лазила по записнушкам, но потом «нашла» визитку «своего знакомого француза» в собственном органайзере, и легко дозвонилась. Виктор действительно еще был в Москве. Сначала он отказывался от встречи, ссылаясь на крайнюю занятость и скорый отъезд. Но когда услышал, что нас интересует, то, несмотря на загруженность, сразу же согласился встретиться и поговорить.

Виктор совсем не изменился. Он по-прежнему был моложавым на вид мужиком слегка за сорок. Как обычно подвижен, энергичен и на его физиономии словно приклеенная сияла улыбка. Судя по всему, это сначала дико раздражало моего бой-френда, но потом он, кажется, понял, что тут просто такое профессиональное качество. Необходимый инструмент для работы. Как только мы встретились глазами с Виктором, я сразу же успокоилась: можно не волноваться, он будет молчать. Мы почти незнакомы, мы «на Вы», и всегда имели чисто служебные контакты.

Мне не обидно. Просто вызывает негодование и злость, на данный момент. Может, накопилось, а может всё-таки досадно? Пока не определилась. Но одно знаю точно: теперь думаю только головой, от начала и до конца, пока не пойму, что человека можно пропустить через свои лёгкие. Главное, потом не задохнуться.

Я не придумала ничего лучшего, как позвать их всех в кафе. «Златоглазка» показалась мне тогда вполне хорошей идеей. Я позвонила и забила столик на четверых. Хоть и не ресторан, но такие штуки они практикуют.

Я оделась в светло-голубое, почти белое вечернее платье с открытой спиной, а короткая прическа и макияж «натюрель» завершили образ голливудской дивы на отдыхе – раскованной и находящейся в теплой компании. Я снова была блондинкой в тот вечер и могла все это позволить. Но вообще-то это платье терпеть не могу. Ни нагнуться, ни резко повернуться нельзя – сразу же сиськи норовят выскочить, а носить-то надо без бюстгальтера! Можно было бы, правда, использовать бюстье, но тогда получилось бы просто омерзительно.

Из-за дефицита мест мы попали в курящий зал.

Я уже давно не была в этом кафе, и тут кое-что изменилось. Переделали общий дизайн, установили сильные фонари, светившие откуда-то с уровня пола внутрь зала, убрали аквариум и заменили всю мебель. Стало как-то менее уютно и вообще по-другому.

Наконец «час икс» наступил, и появился Виктор. Я познакомила его с Алексом и Иваном. Мужчины церемонно раскланялись, но потом сразу же по обоюдному согласию перешли «на ты». Мужики сначала заказали мартини и колы, а потом пялились на мою спину.

– Сейчас все объясню, – начал Виктор, после того, как прослушал конспективные варианты наших историй. – Про икону царя Бориса, вернее – про тот роман – писал еще мой покойный отец, который был историком и большим специалистом в подобных вопросах. Кстати, Old-Lector – это именно его ник в Живом Журнале. Поэтому я, как тут у вас говорят – хорошо в теме. Так вот, оказалось, что предъявленный на экспертизу моим коллегам артефакт совсем даже не проходит по временным рамкам.

– Подделка? – удивился Иван.

– Не совсем. Пергамент – древний, а вот вложение сделано значительно позднее.

– Как? – спросила я.

– Очень просто. Взяли новую икону, просверлили в ней дырочку, и всунули свернутый в трубочку пергамент, и заткнули деревянной пробкой, чтоб со стороны было почти незаметно. Собственно мы имеем дело не с одним объектом, а с тремя – собственно икона, пергамент и деревянная пробка. Логично было бы предположить, что возраст пергамента, пробки и доски будет одинаков. Или только пробки и пергамента, а доска древнее. Но оказалось все наоборот – доска новая, а пергамент и пробка – старые.

– Как это?.. Ни фига ж себе!.. Почему?.. – почти одновременно сказали мы трое.

– Ну, доска, конечно не совсем новая, – усмехнулся Виктор, – она-то как раз вполне подходит ко временам Бориса Годунова, а вот пробка и пергамент – на тысячу лет старше. Причем как доска, так и затыкающий отверстие деревянный цилиндрик были сделаны из кипарисового дерева, только вот возраст разный. Теперь уже трудно сказать достоверно, что тогда произошло, но я понимаю так. Была некая вещь. Возможно – икона, возможно, что-то еще, но это было, скорее всего, нечто деревянное. Потом эту первоначальную вещь разломали, вынули свернутый в трубочку пергамент, вложили в новую икону с просверленным каналом соответствующего диаметра, и заткнули старой пробкой. Более того, в процессе выяснилось, что уже в наше время пробочку аккуратно извлекали, а потом вставили обратно. Видимо пергамент достали, сняли копию и поместили назад.

– Непонятно, – удивилась я. – Да и зачем пробку старую было использовать? Проще новую, из той же доски. Да и пергамент проще украсть, чем возиться, вытаскивать, потом запихивать обратно. Что-то не вяжется! Зачем такие сложности?

– Не знаю зачем, в этой истории много чего неясного, сейчас можно только гадать. Вероятно, сначала было так. Все это проделали на Руси, где в уже готовую икону прятали документ. Видимо, свободных кипарисовых деревяшек под рукой просто не оказалось. Причем проделавший эти операции мастер (а делал мастер – канал просверлен весьма тщательно) постарался, чтобы и доска, и затычка были из одного дерева. А уже совсем недавно кто-то нашел икону, извлек документ и скопировал его. Причем работал эксперт – все исполнено очень аккуратно.

– А почему тогда, на Руси, нельзя было использовать обломки той, предшествующей вещи? Старого контейнера для пергамента?

– Откуда ж я знаю? Вероятно – это так и останется тайной. Как бы там ни было, возраст определили вполне достоверно радиоуглеродным методом.

– Но погодите… – вдруг встряла я, раскуривая сигарету, – я читала, что недавно выяснилось, что метод крайне неточен или вообще неправилен. И потом – как можно определить раздельный возраст сразу нескольких предметов, много веков составлявших одно целое?

– Можно. Для определения возраста иконы радиоуглеродным методом нужно взять кусочек древесины из доски, на которой икона написана, и особым образом сжечь, переведя углерод в удобную для измерений форму. Затем этот образец помещают в специальный сосуд и измеряют содержание радиоактивного изотопа углерода. Це-четырнадцать. Дело в том, что этот изотоп постоянно образуется в атмосфере земли из азота, который обстреливается космическими лучами и превращается от этого в радиоактивный углерод. Этот углерод живет не так уж и долго – за двенадцать тысяч лет половина его атомов распадается, а продукты распада для нас совсем даже не важны. Таким образом, в атмосфере Земли концентрация це-четырнадцать всегда была постоянна, поскольку других серьезных источников этого изотопа на Земле не было. Но после начала ядерных испытаний, и особенно после Чернобыля, его стало гораздо больше… но сейчас не об этом. Так вот, пока дерево росло, оно усваивало радиоактивный углерод наравне с обычным, а когда засохло, то концентрация це-четырнадцать стала снижаться за счет распада. То же самое можно проделать и с красочным слоем, но тут аналогичная проблема – часть краски надо соскоблить и особым образом сжечь. Короче – чтобы определить возраст надо уничтожить фрагмент предмета… – Но я же сама читала, – не отставала я, – что метод очень неточен, часто просто ошибочен и иногда дает совсем неверные результаты.

– Есть такое дело, пишут подобные вещи, – терпеливо, но серьезно объяснял Виктор, только глаза у него смеялись. – Не все тут столь однозначно. Как я уже говорил, измерение возраста радиоуглеродным методом возможно только тогда, когда соотношение изотопов в образце не нарушено за время существования. Определение возраста таких запачканных образцов может дать немалые ошибки, но за десятилетия прошедшие с момента создания метода был накоплен колоссальный практический опыт, как в обнаружении загрязнений, так и в очистке образцов. В настоящее время погрешности метода находится в пределах от семидесяти до трехсот лет. Ну, один из самых известных случаев применения радиоуглеродного анализа – исследование кусочков Туринской плащаницы, независимо проведенное в нескольких лабораториях одновременно слепым методом в восемьдесят восьмом году. Оказалось, что к новозаветным временам реликвия отношения не имеет. Радиоуглеродный метод позволил тогда датировать плащаницу периодом одиннадцатым – тринадцатым веком, то есть не старше крестовых проходов. Как правило, радиоуглеродный метод критикуется приверженцами «Хронографии» профессора… как же его, дай бог памяти? Ну, у вас, в Москве работает… не то Хроменко, не то Фраменко… Да знаете вы его, тот, что «открыл», будто Ассирия и Россия это одна и та же страна, а Александр Невский и Батый – один и тот же человек? Еще радиоуглеродный метод отрицают адепты креационизма и всяких других учений, не признанных нормальной наукой. Сторонники плоской Земли, например. Причем критики под сомнение ставят, как отдельные случаи применения метода, так и его теоретические основы в целом. Обычно такие критики опираются на самые ранние научные публикации, отражающие несовершенную методологию шестидесятых годов, плюс собственное непонимание основ метода процедур калибровки… Я слушала, а Виктор все говорил и говорил. Говорил веско, доказательно, как он это умеет, но меня все-таки не убедил. Не верю я что-то этим изотопам.

За сотни лет, что угодно может произойти, как потом определишь? А вот Хоменко верю. Он же гениальный математик, все просчитал, и на компьютере проверил. И не он один, там целая группа. Зато все эти древние историки сто раз могли ошибиться и перепутать все. Ведь это же очевидно, что источники, рассказывающие об одних и тех же событиях с различных точек зрения, традиционными историками принимались за сообщения о различных событиях, датировались разным временем и относились к различным георафическим регионам. Обычное дело. А традиция с тех пор так и тянет эти ошибки, переписываемые из книги в книгу.

– А как же профессор Хоменко и его «Хронография»? – не унималась я. – Я читала эту книгу, там все строго доказательно и вполне логично. Уж его-то трудно упрекнуть в непонимании и незнании?

– Почему это – трудно? Очень даже просто. К тому же профессор ваш хоть и математический гений, но крепко крейзи. С математиками такое, увы, случается иногда. Я встречался с ним лично. Мельком, правда, но на всю жизнь запомнилось. По-моему у дяденьки хорошо съехала крыша. Но это – ладно, тут уже к психиатру – я не специалист. Давайте вернемся лучше к нашим баранам. Сначала немного о себе. Виктором меня назвали в честь французского прадеда, которого я вообще никогда не видел. Родился я в Петербурге, где и жил до десяти лет, а потом мы переехали в Москву. Мама умерла, отец никогда и ничем меня не поддерживал, и я всего добивался самостоятельно, без всякой помощи с его стороны. Все воспитание приняла на себя моя бабушка, она-то собственно и взяла меня к себе в Москву. Бабушка пристрастила меня к гуманитарным наукам, помогала с французским, с историей, с литературой. После ее смерти я с полгода прожил один, а когда окончил школу, то подвернулась возможность продолжить обучение во Франции – помогло приличное знание языка. После окончания университета я удачно завершил образование и сейчас имею нормальную должность в Парижском Музее Современного Искусства. Специальность – история искусств. Сейчас мне грех жаловаться – я счастливо женат, а кроме основной работы в музее, читаю лекции в университете и занимаюсь литературным трудом. В Россию я прилетаю по делам сравнительно часто, обычно дня на два – на пять. Редко – на неделю.


На большее у меня просто времени не хватает, причем всякий раз обнаруживаю, что в чем-то уже не разбираюсь, а что-то делать не умею. Каждый раз прошу кого-нибудь быть проводником, но здешние обстоятельства мне в основном знакомы.

Когда мне предложили активно поучаствовать в проекте «Три столицы», я сразу же загорелся. Разумеется, таких и подобных выставок было уже много, причем не только в России, но и во Франции. К слову сказать, в Москве, в том году, весной, уже проходила фотовыставка, что так и называлась: «Москва – Париж». В итоге, российские фотографы снимали Париж, французы – Москву, в результате только тех, кто оба эти города знал и любил, и заинтересовал этот проект. Рекламы почти не было, активности народ не проявлял, часто приходили случайные люди, и количество посетителей оставляло желать лучшего.

Вообще, мысль, конечно, далеко не нова. Идея организации общей выставки французского и российского искусства, привязанной к какому-то определенному временному интервалу, возникала и ранее. Еще, по-моему, при вполне советской власти что-то подобное уже проходило: в свое время выставка «Москва-Париж» привлекла массу народа, на вход в Музей имени Пушкина, где проходила выставка, люди выстаивали в длиннющих очередях, шли даже те, кто вообще далек от искусства. В современном исполнении готовилось нечто подобное, только выставлять планировалось не произведения начала двадцатого века, а вещи вполне современные, не старше двухтысячного года. Причем обязательно купленные тем или иным музеем и исполненные авторами из Парижа, Петербурга и Москвы. Французы немного побухтели, упирая на неравенство – почему, мол, с русской стороны два города, а с нашей только один? Предлагали добавить какой-нибудь еще, Лион, например, но, в конце концов, все утряслось, и дело пошло.

В нашем случае мы старались избежать прежних ошибок, к тому же покорял сам концепт, и где-то на задворках подсознания звучала забытая книга известного монархиста Василия Витальевича Шульгина – «Три столицы», написанная в двадцатых годах под впечатлением поездки в советскую Россию.

Наш проект планировался в рамках Года Франции в России и финансировался из многих источников: что-то дали частные фонды, что-то – ЮНЕСКО, чтото даже подбросили официальные власти. В итоге выставка обещала стать интересной. В качестве основной площадки избрали Санкт-Петербург, где как раз открылся новый Музей Современного Искусства на Васильевском острове. Целью проекта был «свежий» взгляд на жизнь всех трех мегаполисов. Для экспозиции отобрали работы в жанре концептуального искусства, множество фотографий, живописных полотен, архитектурных макетов, скульптур и инсталляций. Было анонсировано несколько объемных компьютерных презентаций, видеопоказов и лекций, все-таки у нас уже третье тысячелетие.

Дел было невпроворот, я трудился, не покладая рук.

В ту пору произошел забавный эпизод, весь юмор которого удалось оценить лишь много позже, когда нервы успокоились и страсти улеглись. Собственно, история эта имеет прямое отношение к делу Стеллы. Есть такой хорошо известный в узких кругах парижский художник Жан-Пьер Бертье – бородатый, совершенно лысый тридцатилетний тип двухметрового роста. Честно говоря, как художник, он на мой скромный взгляд, не значит ничего особенного. Но, в силу ряда обстоятельств, Бертье оказался одним из участников проекта «Три столицы». Так вот, кроме всего прочего он представил свою новую инсталляцию – «Ванна под лентой». То была обычная детская ванночка обильно обмотанная скотчем. Из-за какой-то путаницы на таможне, контейнер с «Ванной» был маркирован не так, как требовалось, а когда ящик вскрыли, то вообще не разобрались в чем дело. В Питере в ту пору стояла поистине тропическая жара, что, в общем-то, совсем не характерно для «Северной Пальмиры». В некоторых помещениях музея кондиционеры еще не работали, временами становилось нечем дышать, и люди буквально падали с ног. Сначала монтажники использовали «Ванну» для охлаждения пивных бутылок и собственных буйных голов, а потом, когда устроители полезли в каталоги и не обнаружили одного экспоната, все встало на свои места. Рабочие очистили ванну от обрывков липкой ленты, отмыли ее и предъявили организаторам.

Назревал поистине международный скандал. Естественно, автор «Ванны» тут же обо всем узнал, и потребовал вернуть инсталляцию в первозданном виде, или же выплатить компенсацию вместе со страховкой. Зашевелились юристы, и сумма могла оказаться весьма внушительной. Но тут нам изрядно повезло. Вдруг выяснилось, что художник вместе со своим арт-агентом что-то крупно напутали при заполнении документов, в результате чего «Ванна»

попала не туда, куда следовало. Таким образом, задача о пострадавшей стороне могла решаться по-разному, и мы подали свой иск, требуя компенсации затрат по «Ванне». Как тогда казалось, я неплохо знал Жан-Пьера Бертье, и мне были хорошо известны его вкусы. Я позвонил ему сам и предложил такой вариант: он снимает все свои претензии, а мы – оргкомитет выставки – отзываем встречный иск и устраиваем художнику приезд в Санкт-Петербург, чего сначала вроде как не планировалось. Поселяем в хорошем отеле и обеспечиваем экскурсии по достопримечательностям Петербурга. В противном случае возникнет судебное разбирательство, которое затянется надолго и неизвестно еще кто проиграет, и кто будет вынужден оплачивать судебные издержки.

Жан-Пьер немного подумал, поговорил со своим агентом и согласился на мировую, тем более что в Питере он никогда раньше не бывал, а посетить мечтал.

Чтобы хоть как-то окупить его приезд, я уговорил художника дать пару пресс-конференций и три интервью для влиятельных питерских изданий. С моей стороны это потребовало многих усилий и лжи: требовалось уверить Жан-Пьера, что в России его будто бы хорошо знают, глубоко ценят и ждут, причем просто горят желанием пообщаться. Естественно в Питере, кроме тройки продвинутых арт-критиков, про Бертье никто и слыхом не слыхивал, и мне довелось изрядно попотеть. С организацией самой пресс-конференции пришлось тоже немного нахимичить: переводчиком я назначил себя, а журналистов пригласил только тех, что не знали языка. Сам Бертье изъясняться мог только по-французски, тексты вопросов и ответов я приготовил заранее, а приносить записывающую аппаратуру запретил, упирая на то, что это будет стоить отдельных денег.

Короче – скучать мне не давали.

Как скоро выяснилось, из всех достопримечательностей Серверной столицы России Жан-Пьера интересовало только два аспекта: места, где можно недорого снять малолетнюю проститутку и дешево купить марихуану. Прочие красоты Питера были художнику глубоко параллельны. Как только я устроил его в отеле, художник тут же стал у меня спрашивать, как тут можно вызвать продавщицу секс-услуг, лучше сразу двух, причем не простых, а особенных… Когда он поведал мне о своих сокровенных желаниях, я начал понимать, в какую бяку могу вляпаться. Бертье, кроме прочего, оказался не просто любителем юных девичьих прелестей, но еще большим фантазером и выдумщиком.

Я объяснил Бертье, что то, что он желает, в России, мягко говоря, не приветствуется и вполне может закончиться для него тюрьмой. Еще я напомнил свежую историю про мировую знаменитость, скандал с одним известным российским музыкантом, обвиненном в Таиланде в гомосексуальной педофилии и растлении несовершеннолетнего подростка. Я пояснил французу, что тут далеко не Таиланд, и на такие возможные шалости могут отреагировать весьма сурово. Пришлось еще раз напомнить художнику, что даже безобидные с его точки зрения проказы здесь вполне наказуемы. Жан-Пьер занервничал, стал оправдываться, объяснять, что я все понимаю превратно и неправильно. Для полноты картины я припугнул его возможным арестом и заключением со всякими клошарами да хулиганами, после чего удалился, пожелав спокойной ночи. На ресепшене на всякий случай я оставил номер своего телефона.

Остановился я у одной своей давней питерской знакомой, и уж совсем было расслабился, когда где-то часа в два ночи позвонил взволнованный портье и попросил срочно приехать. Я вызвал такси и рванул в гостиницу, где оставил озабоченного француза.

Оказалось, что Бертье во всем разобрался сам, и с чьей-то помощью вызвал двух платных девушек. Пока все действия и пожелания не выходили за рамки привычных для Питера сексуслуг, девушки терпели. Но дело закончилось тем, что одну из жриц любви художник до крови укусил за шею. Несмотря на то, что Жан-Пьер очень хорошо заплатил, девица устроила истерику, закатила скандал и убежала вместе со своей напарницей, оставив обалделого француза с носом. Сразу же они обратились к врачу, рану сфотографировали, обработали, но потом все просочилась в прессу.

В конце концов, чтобы уладить возникшие проблемы, мне пришлось активно бодрствовать до самого утра. Но все обошлось. Я, как мог, втолковал французу, что ему еще сильно повезло, а то бы он вступил в тесный контакт с телохранителями девушек. Бертье бил себя в грудь, уверяя, что произошло недоразумение, девушка неправильно все поняла, а он ничего не желал, кроме как заурядного платного секса. Видимо свою роль сыграло то обстоятельство, что он иностранец, уже внес щедрую плату, а бандиты просто не захотели лишнего шума. Бертье уехал во Францию, а когда выставка заканчивалась, то и я засобирался домой.

Не могу утверждать наверняка, но, по-моему, именно этот случай послужил катализатором той вампирской саги.

Из гостиницы я шел пешком. Настроение сформировалось довольно меланхоличное, желалось чего-нибудь положительного и праздничного, а вокруг и всюду одна дрянь – в торговых рядах, в подземных переходах, в метро, в барах и ресторанах. Сплошная гадость и гнусность. Народ в России невоспитан, малокультурен, бестактен и, самое печальное – хмур, сер и мрачен. Люди неприятны, тяжко завистливы и смотрят друг на друга с ярко сформулированным неуважением. Все это вырабатывает стойкое неприятие: дома, улицы, города. Страны, наконец. Если вся сфера комфорта ограничена своей малогабаритной хатой – у такой страны нет будущего. Впрочем, известно это давно, но помимо общего настроения есть ещё и климат. Это жесть, а не климат.

Грязь – холодно, грязь – жарко. Это же полный беспредел. Ну, какой, скажите на милость, благоразумный Homosapiensбудет водиться в этих краях, если даже у всякого паспортизованного дебила есть возможность свалить в Средиземноморье? Куда-нибудь на Сицилию, где максимальная температура летом – двадцать шесть, а минимальная зимой градусов десять выше нуля, да и то в самые суровые зимы? Одно только это – мягкий морской климат – очень сильная мотивация к смене места обитания.

Особенно если человеку занимателен он сам как личность и ему неважна внешняя социализация. Если человек живет в бунгале у самого синего моря и потягивает коктейль из соков со льдом, то чего еще хотеть? Можно читать и писать книжки, можно смотреть на закат, можно наслаждаться нежным утренним ветерком. Можно ласкать прелестную женщину с бронзовой бархатистой кожей. Можно устраивать пешеходные прогулки протяженностью в день вдоль по линии прибоя. Одному, или в очаровательной компании. А потом, сильно, но приятно утомленным, зарываться в шелк простыней и смотреть сны про чудесный Селефаис, город в долине Оот-Наргай за Танарианскими горами[17]. Можно предаваться грезам, сделав свою жизнь раем. Только вот беда – для этого нужно лет двадцать повкалывать «креативщиком» на редкоземельных рудниках, трудиться в офисах коммерческим директором или еще каким-нибудь иным презренным лицом, всучивая разным недоумкам сушеное дерьмо в качестве эксклюзивного продукта. Но ключевой вопрос жизни – а получится ли сохранить твердость и силу духа, не расплескав при этом свои жизненные ценности? Сберечь веру в грезы и не запачкать душу о хаос пятничных пьянок, осложненных бытовым блядством? Не получить раннего ожирения с последующим инфарктом, не стать преждевременным инвалидом от скоропостижного инсульта? Раньше, чем реализовать свою мечту? И, что самое главное, не прекратит ли эта мечта быть мечтой, не подменит ли ее другая: о развращающей власти, о длинном тяжелом джипе, о большом кабинете с модельной секретуткой в приемной?

Впрочем, извините меня, наболело, вот и отвлекся.

Как позже выяснилось, кто-то из молодежи решил приколоться – отсняли фотосессию, и выдали ее за снимки милицейского фотографа, а потом некто состряпал другие необходимые документы, и через знакомого мента, материал подкинули куда следует. Ребята были студентами-медиками, поэтому знали, что делали. Все эти акты экспертиз и протоколы осмотров оказались сплошной липой, но такой качественной и профессиональной, что ни у кого не возникло и тени сомнения в подлинности. Вопрос – «зачем?» так и повис в воздухе, исполнителей сначала не нашли, или не хотели искать. Всю эту историю засекретили и спрятали с глаз долой, оставив неясным, кто сделал все документы, свалив на одного единственного мента. Но делал явно кто-то свой, причем делал на совесть.

Конечно потом, со временем, все эти подробности всплыли наружу, и всех «шутников» даже пытались привлечь в уголовной ответственности. Мента того из органов выперли, его начальству закатили выговор, но история зажила своей собственной, отдельной жизнью. Пошли разговоры про вампиров, начались публикации в интернете, в желтых и бульварных газетках, и уже никакие опровержения со стороны милиции не работали, наоборот – слухи только росли и множились. В силу стечения обстоятельств, одна из платных девушек, из «фирмы» куда обращался Бертье, оказалась дочерью одного высокопоставленного чиновника. Причем она и проституцией-то занималась лишь исключительно ради острых ощущений, что называется – для души, а ее хозяйка понятия не имела, что за «девочка» у нее работает. Потом отец девушки поставил на уши все, что мог – от частного сыска до Интерпола, «фирму»

эту прикрыли, владельцев посадили, а проституток разогнали по всей стране. Видимо в это время дело и попало к вашему шефу, Стелла. Дальше уже все знаете. А что касается истинного убийства, то да, одно действительно имело место. Когда слухи в городе достигли своего апогея, один покинутый брйфренд так заревновал бывшую подругу, что придушил ее, а потом решил спрятать свое преступление среди этой мнимой серии. Тоже мне, Отелло нашелся. Все искали маньяка, а оказалась обычное бытовое убийство. Кстати – милиция довольно быстро разобралась в чем там дело, незадачливого подражателя арестовали и посадили, но к тому моменту вы, Стелла, уже занимались другой проблемой… – А Мирского кто убил? – не выдержала я.

– Не имею понятия. Киллер. Этот ваш Мирский всю Европу наводнил фальшивыми иконами идеального качества, поэтому всем встал как кость в горле. Когда информация о подделках начала выползать, коллекционеры хотели его чуть ли не линчевать. Кроме того, он назанимал денег у бандитов, а те долгов не прощают. Несмотря на немалые доходы Мирский всем был жутко должен, что и понятно при его-то пристрастиях. Поэтому нанять киллера могли и бандиты, и богатые коллекционеры. Да кто угодно.

Стелла медленноэффект.с моими глазами ииз-за столика. Ее голаясветильником, веще можно сказать.волосы втого, рука девушки с дымящей сигаретой окаи грациозно поднялась спина и короткие облондиненные сочетании с легким макияжем производили залась на одной прямой сильным настенным результате чего показалось, будто Стелла держала в руке нечто ярко-сияющее.

– Минуточку! – вдруг подал голос первым пришедший в себя Иван. – Но что-то тут у тебя концы с концами не вяжутся! Если все эти укушенные вампирами трупы были не настоящие, а инсценировка, то любой судменэксперт сразу бы заметил лажу! На фотках все должно быть видно, и загримированного живого человека с трупом не спутает даже студент-медик!..

– Погодите, дайте сказать. Я уже говорила, или нет? – встрепенулась Стелла, явно радуясь произведенному эффекту. – Фотки сразу мне тогда не понравились. Кругом темно, снято с плохой вспышкой, цветопередача нарушена. Там хрен чего разглядишь, зато раны на шеях были видны очень четко. Вообще-то при качественном гриме устроить такие нефиг делать. Но шеф так уверенно заявил – снимал эксперт, снимал эксперт! Я и повелась. Поэтому про экспертов и медиков ничего не знаю, что мне сказали, то и передаю. Кстати, потом досье у меня забрали, причем взяли специальную подписку, что материалов по этому делу у меня больше не осталось, а все рабочие копии уничтожены и стерты с электронных носителей. Вот.

– Короче, – заканчивал свой рассказ Виктор, – с тех пор прошло уже… черт знает сколько времени прошло, но слухи о вампирах поползли дальше. Зажили своей жизнью. Я же, в силу своих скромных возможностей, следил за этим увлекательным процессом, поскольку стоял у самых истоков. Мне просто-напросто интересно было, чем же все это закончится.

– С этим понятно, но я вообще-то вот что не понял: этот ваш Бертье, и вообще вся та псевдовампирская история… какое это имело отношение к нашей проблеме? – снова спросил Иван. – Почему вдруг столько внимания какому-то извращенцу?

– О, я же не объяснил, прошу прощения, – извинился Виктор – Отношение там самое непосредственное, прямое можно сказать. Как выяснилось, в Москве было налажено целое производство поддельных икон. Везде, где только можно, выискивались старые и древние куски древесины, из них соответствующим образом вырезались доски, искусственно старились с поверхности и отдавались в руки иконописцам. Представьте: где-то в Москве сносят или ремонтируют старый дом, например, восемнадцатого века. Чем старше, тем лучше. И сразу же туда спешит соответствующая бригада. Крепкие ребята выламывают подоконники, деревянные перекрытия, балки. Все это везут в мастерскую. Они и не скрывались даже, у них был официальный договор и разрешения на покупку «элементов строительного мусора». В мастерской готовые доски покрывались росписью, искусственно старились, и поступали в продажу как древние. Краски тоже делались по всем канонам, причем очень хитро: для того, чтобы радиоуглеродный анализ не показал молодость воска, который входил в состав краски, фальсификаторы использовали смесь современного воска и озокерита – горного воска. Для сбыта была налажена целая сеть в Европе, а через границу все это переправляли посредством международных перевозок, выставок, совместных проектов – всех тех мероприятий, при которых использовались удобные ящики. Поддельные иконы везли в двойных стенках контейнеров. Но не всегда – иногда вполне открыто, в наглую, снабжая вполне честными заключениями экспертов, что данные иконы являются копиями, и никакой исторической и художественной ценности не представляют. В частности, мой протеже – Бертье – тоже на этом руки грел, он, кстати, и от иска-то так легко отказался именно потому, что нашей Фемиды боялся до смерти, и ему совсем не улыбалось загреметь в российскую тюрьму. А ведь мог. Одним из главных фигурантов в деле был некто Орест Мирский – очень уважаемый петербургский эксперт. Он же, кстати, сразу готовил и параллельные заключения, совсем иного содержания, может, потому-то его и застрелили потом – знал чересчур много. В зависимости от ситуации употребляли или тот, или иной документ. Поэтому канал использовали как для вывоза настоящих икон под видом копий, так и копий, которые потом уже выдавали за подлинники. Именно таким образом и переправили кону «Христос Пантократор» в которой хранился древний манускрипт, а вместо настоящей иконы в иконостас установили такую хорошую копию, что только экспертиза могла отличить. Вот эту-то самую экспертизу я и обеспечил. У меня есть в Германии хорошие друзья в институте Макса Планка, у них самое современное оборудование и методики. Икону атрибутировали и провели все необходимые исследования. Самое трудное было сделать все тихо, не привлекая излишнего внимания. То, что там оказалось, я уже говорил. Потом ее тайком вернули назад – боялись скандала. К этому возвращению ваш покорный слуга имел самое непосредственное касательство, хоть никто его и не поблагодарил. А та копия сейчас в Париже, но где конкретно – не имею представления. Возможно, что кто-то ее продал за подлинник, не знаю. Короче – запутанная получилась история. Как вы понимаете, большинство этих подробностей стало мне известно совсем недавно.

Стелла молча слушала, по своему обыкновению разрисовывая бумажные салфетки, а мы с Иваном забрасывали француза многочисленными вопросами, но, в конце концов, ему это надоело, наш гость стал малоразговорчив, отвечать начал скупо, и все поняли – разговор выдыхается.

Тут инициативу снова взял Иван:

– Знаете, вообще-то я не хотел рассказывать о себе, не думал что придется. Видимо таковы мои рок и карма.

– Причем тут карма? Давай, не тяни! Почему обязательно придется? – нестройным хором удивились мы.

– Надо. Сейчас поймете. Если бы я не был таким уж упертым прагматиком, уверовал бы в предопределенность судьбы. История моя сначала очень банальна. Наукой я с детства интересовался, после школы поступил в университет, и быстро стал активно работать в студенческом научном обществе. Сначала я довольно долго разрывался между биологией и физикой, даже поступил на два факультета одновременно, но победила биология. В качестве объекта у меня были виноградные улитки, а изучал я у них нервную систему. Дело в том, что у этих созданий очень удобные для наблюдения нервные клетки.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |


Похожие работы:

«Слава Шри Гуру и Гауранге Триданди Свами Шри Шримад Бхактиведанта Нараяна Махараджа ВАЙШНАВА ТАТТВА Сборник лекций • Выпуск 1 МОСКВА ВЕДАНТА ДАРПАНА 2003 ББК 86.33 H5 От издателей екогда Каядху, жена царя демонов Хираньякашипу, будучи бе ременной, оказалась в руках полубогов. Посчитав, что в ее лоне Нараяна Махараджа находится еще один демон, Девы решили дождаться рождения ребен Н5 Вайшнава таттва / Пер. с англ. А. Куницина — М.: ка и затем убить его. Однако великий мудрец Нарада Муни, появив...»

«ЕВРОПЕЙСКИЙ РЕГИОНАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ СЕССИЯ Копенгаген, Дания 15–18 сентября 2014 г. © Dreamstime.com © WHO © WHO © Dreamstime.com © Shutterstock Отчеты о ходе работы Европейский региональный комитет EUR/RC64/19 Шестьдесят четвертая сессия Копенгаген, Дания, 15–18 сентября 2014 г. 4 августа 2014 г. 140422 Пункт 5(h) предварительной повестки дня ОРИГИНАЛ: АНГЛИЙСКИЙ Отчеты о ходе работы Данный сводный документ содержит отчеты о ходе работы: А. по реализации Европейского плана...»

«Торсунов О.Г. ЗАКОНЫ СЧАСТЛИВОЙ ЖИЗНИ Книга первая Москва Ведабук 2004 СОДЕРЖАНИЕ Предисловие В чем необходимость данного издания?............................................ 5 Счастье прячется в глубине каждого из нас нас................................... 6 Тонкие силы, влияющие на наше сознание — фантазия или реальность?............................................ 7...»

«Вампир поневоле //Издательство АЛЬФА-КНИГА, Москва, 2010 ISBN: 978-5-9922-0569-5 FB2: AndyMay “Igorek67 ”, 22.03.2011, version 1.1 UUID: A1AD64E9-C43D-4130-984E-7D53FF9FAE9D PDF: fb2pdf-j.20111230, 13.01.2012 Ксения Баштовая Вампир поневоле Говорила мама: Не пей водку с пивом, не запивай коньяком, не глянцуй шампанским — козленочком станешь! Не послушались Андрей и Вовка и стали. вампирами. Правда, какими-то неправильными — света не боятся, в зеркале отражаются, кровь пить не хотят. Непорядок!...»

«Министерство образования и науки РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Петрозаводский государственный университет Кольский филиал УТВЕРЖДАЮ Директор В.А. Путилов _ 2014 г. ОТЧЕТ ПО САМООБСЛЕДОВАНИЮ ОСНОВНОЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ 130404.65 Подземная разработка месторождений полезных ископаемых ПО ГОС-2 Апатиты 2014 СТРУКТУРА ОТЧЕТА ПО САМООБСЛЕДОВАНИЮ ОСНОВНОЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ 1. Содержание основной образовательной...»

«Беспроводная погодная станция Модель: BAR826HG РУКОВОДСТВО ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ Установка часов вручную Беспроводная погодная станция Режимы отображения часов и календаря Модель: BAR826HG Будильники Установка ежедневного будильника РУКОВОДСТВО ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ Установка раннего будильника Включение будильника СОДЕРЖАНИЕ Повтор сигнала будильника Введение Основные элементы устройства Вид спереди Вид сзади зарегистрированных значений атмосферного давления. Подставка и настенное крепление Установка высоты...»

«Андрей Парабеллум НУЖНЫ ВОЗЬМ И И Н АП ЕЧАТАЙ! СОЗДАЕМ БЕСТСЕЛЛЕР ЗА 3 ВЫХОДНЫХ. http://infobusiness2.ru HTTP://INFOBUSINESS2.RU Нужны деньги? Возьми и напечатай! Создаем бестселлер за 3 выходных. 2007 © Андрей Парабеллум Нужны деньги? 2 Возьми и напечатай! Создаем бестселлер за 3 выходных. О ГЛАВЛЕН ИЕ ЧАСТЬ I СМОТРИШЬ В КНИГУ – ВИДИШЬ. БИЗНЕС! ДЛЯ ЧЕГО ВАМ НУЖНА ВАША КНИГА? 99% КНИГ УМИРАЮТ В РУКОПИСЯХ. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ! ЗАЧЕМ ЧИТАТЬ? ЛУЧШЕ ПИСАТЬ! КНИГА, КАК ИНСТРУМЕНТ ДЛЯ РАЗВИТИЯ БИЗНЕСА...»

«ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ ДЛЯ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ ИНТЕРНЕТ ВЕРСИЯ: WWW.RUS PRESS.GE №17 24 30 апреля I 2013 ВИЗИТ Б. ИВАНИШВИЛИ В СТРАСБУРГ с 22 по 27 апреля проходит ве сенняя сессия Парламентской Ас самблеи Совета Европы. Грузинская делегация во главе с премьер министром уже отправи лась в Страсбург, где состоялись первые рабочие обсуждения. До на чала встречи Бидзина Иванишвили оставил запись в Золотой книге СЕ, а после премьер и президент ПАСЕ сделали комментарии для жур налистов. По словам...»

«ИНТУИЦИЯ ПРОТИВ ЛОГИКИ? Следовательно, истина добывается не Знать, не осознавая только на пути строгих умозаключений, под Мы подошли, быть может, к самому таин властных логике, но и каким то иным обра ственному из парадоксов, сопровождающих зом. Каким же? научное творчество. Особую роль тут играют внелогические ме Как явствует из предыдущего, развитие на ханизмы научного поиска: угадывание, пси уки есть смена парадигм, смена резко разли хологическая догадка, наитие и прочие акты чающихся...»

«Аркадий Стругацкий Борис Стругацкий Крушение надежд — вот знак, под которым последние два десятилетия работали Стругацкие. В начале пути они верили, что когда-нибудь, пусть в отдаленном будущем, люди создадут здоровое общество, где каждый будет свободен и счастлив. Но настал момент, когда писатели пришли к мысли: жизнь никогда не будет безоблачной. “Где это вы видели прогресс без шока, без горечи, без унижения?” — спрашивают нас Стругацкие со страниц этой книги. В нее вошли три вещи; между...»

«Санкт-Петербургский филиал ИЗМИРАН Санкт-Петербургский государственный университет Центр геоэлектромагнитных исследований ИФЗ РАН Санкт-Петербургское отделение ЕАГО Материалы Пятой всероссийской школы-семинара имени М.Н. Бердичевского и Л.Л. Ваньяна по электромагнитным зондированиям Земли – ЭМЗ-2011 Книга 1 Санкт-Петербург 16-21 мая, 2011 ББК 26.2 УДК 550.3 Г35 Материалы Пятой всероссийской школы-семинара имени М.Н. Бердичевского и Л.Л. Ваньяна по электромагнитным зондированиям Земли –...»

«2011 Уважаемые констрУкторы, разработчики, технологи ЗАО Предприятие Остек предлагает Вашему вниманию цикл инженерных и технологических пособий в новом формате. В пособиях мы рассмотрим современные технологические решения, материалы и процессы для производства электронной техники. Целью инженерных пособий является ознакомление специалистов отечественных предприятий с современными технологиями и материалами для сборки электроники, а также помощь в подборе материала для конкретной задачи. В этой...»

«Парфенов В.Н. Последняя армия НАУЧНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ ЦЕНТР АНТИКОВЕДЕНИЯ ЯРОСЛАВСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ИМ. П.Г. ДЕМИДОВА ЯРОСЛАВЛЬ, РОССИЯ Римской Республики THE SCIENTIFIC & EDUCATIONAL CENTRE FOR CLASSICAL STUDIES AT YAROSLAVL DEMIDOV STATE UNIVERSITY YAROSLAVL, RUSSIA DAS WISSENSCHAFTLICHEN FORSCHUNGS- UND STUDIENZENTRUM FR DIE GESCHICHTE, KULTUR UND RECHT DER ANTIKE DER STAATLICHEN DEMIDOW-UNIVERSITT JAROSLAWL YAROSLAWL, RUSSLAND РОССИЙСКАЯ АССОЦИАЦИЯ

«Григорий Петрович Климов Имя мое легион Григорий Климов. Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9. Глава 10. Глава 11. Глава 12. Глава 13. Глава 14. Глава 15. Глава 16. Глава 17. Глава 18. Глава 19. Глава 20. Глава 21. 2 Глава 1. Красный папа Россия сама спасется и весь мир спасет. Ф.М. Достоевский Дежурный сержант милиции лениво откинулся на стуле и спросил: – Это ваши документы, гражданин? – Да, эти документы меня украл слепой нищий, который вовсе не...»

«УДК 519.6 О ВОПРОСАХ РАСПАРАЛЛЕЛИВАНИЯ КРЫЛОВСКИХ ИТЕРАЦИОННЫХ МЕТОДОВ1 В.П. Ильин В работе рассматриваются математические вопросы многообразных вычислительных технологий методов распараллеливания итерационных процессов крыловского типа для решения больших разреженных симметричных и несимметричных СЛАУ, возникающих при сеточных аппроксимациях многомерных краевых задач для систем дифференциальных уравнений. Характерным примером являются конечно-элементные приближения в газогидродинамических...»

«По поводу издания Лекций профессоров Н. И. и А. И. Сагарды 351 По поводу издания Лекций профессоров Н. И. и А. И. Сагарды* Предлагаемая вниманию читателей рецензия является беглым обзором недавно вышедшей книги, подготовленной главным редактором издательства Воскресение Михаилом Бориславичем Данилушкиным, составившим и отредактировавшим текст, а также написавшим вступительную статью1. Публикация целого ряда патрологических трудов двух знаменитых ученых, претендующая на роль учебного пособия для...»

«ОРГАН УЧЕНОГО СОВЕТА ТОИПКРО № 40 январь 2010 г. Газета Томского областного института повышения квалификации и переподготовки работников образования Дорогие коллеги! Поздравляем Вас с наступающим Новым 2010 годом, Годом Учителя! От всей души желаем всем крепкого здоровья, огромного счастья, уверенности в завтрашнем дне, мира и благополучия. Пусть сбываются все мечты и воплощаются желания, невзгоды останутся позади, а в Новом году будет только хорошее! Ректорат ТОИПКРО Здравствуй, Новый 2010 год...»

«CEDAW/C/NAM/2-3 Организация Объединенных Наций Distr.: General Конвенция о ликвидации 2 September 2005 всех форм дискриминации Russian в отношении женщин Original: English Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин Рассмотрение докладов, представленных государствами-участниками в соответствии со статьей 18 Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин Объединенные второй и третий периодические доклады государств-участников Намибия* * Настоящий доклад издается без...»

«Москва 2012 Сергей Полотовский Роман Козак И з д а те л ьст в о МАНН, ИВАНОВ И ФЕРБЕР ПЕЛЕВИН Москва 2012 И ПОКОЛЕНИЕ ПУСТОТЫ В определенном смысле все мои книги детские Виктор ПЕЛЕВИН, интервью сайту Сноб Содержание Who is mister P.? Чапаев и Пустота 9 71 Из жизни российских мистиков 73 Правила игры 13 Танка Пушкина Точка отсчета Сон 16 Дефицит детства Другие деньги Миф о мифе Сын артиллериста Generation “П” Тридцать первая Курил ли Пушкин Никакой 25 Кишка Б.Б. 27 Мелафефон Конец СССР 31 От...»

«Рай, святой город и слава трона Преподобный Элвуд Скотт (сокращенная версия). В начале 20-го века Бог дал Сенеке Соди славное переживание пребывания сорока дней на небесах. Эта книга изменит вашу жизнь и даст вам надежду, поможет вам отложить в сторону все проблемы и акцентировать внимание на славе Божьей. По мере его повествования о своем пережитом опыте Элвуду Скотту, вы будете чувствовать себя, как будто вы находитесь рядом с ним и наблюдаете много различных сцен из небесного царства, в...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.