WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |

«АЛЕКСЕЙ СУХИХ ЧАСТЬ ПЯТАЯ ОТ ПОЛУДНЯ ДО ЗАКАТА Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя. Спрашивай, что ты можешь сделать для своей страны. Джон Фитцжеральд ...»

-- [ Страница 5 ] --

— Наконец – то, - сказала Лена, открыв дверь, но не пропуская Леонида.- А то ждёшь в ночи, разные мысли в голову проползают.

— Это тебе, - протянул Леонид цветы. - Хризантемы из Владивостока.

Возможно, помнишь, у Аксёнова были «Апельсины из Марокко», которые попали на Дальний восток. У меня намного романтичней – хризантемы с Дальнего востока. Белые цветы всегда были знаком надежды.

— Какие чудесные, - наконец – то улыбка озарила лицо Лены. Всю минуту разговора в дверях она была бесстрастной. - Так наша надежда не пропала в волнах океана? Дай я тебя поцелую за такой подарок. Снимай плащ и проходи.

Я поставлю цветы и приготовлю кофе.

Едва Лена ступила на крымскую землю, как Сугробин отодвинулся от неё в туманную даль вместе с её намерениями не отпустить, не потерять. Она не умела планировать свои поступки далее нескольких дней. И полтора месяца разлуки с «женихом», как она уже стала называть Сугробина, казались ей космическим расстоянием, не меньшим, чем до звезды Альфа Центавра. А раз так, то зачем думать и беспокоится. Вернётся и всё обозначится. Второй администратор, симпатичный татарин её лет начал оказывать ей внимание, как только скрылся перрон с провожавшим Сугробиным.

— Так вот какой твой герой из – за которого ты всех наших чураешься, сказал он, присаживаясь на диван в купе напротив Лены. То ли поэт, то ли священник, но видный образец. Волос, правда, у него становится меньше, чем при рождении. Но главное не в этом.

Лена действительно ни с кем в театре близко не дружила и никаких, даже шуточных ухаживаний не принимала. Но то работа. А сейчас командировка.

«Сугробин тоже поедет в командировку», - подумала она. – И значит, мы будем в равных условиях». То, что Камчатка не курортный Крым она и не думала.

— Главное не в этом, - улыбнулась она коллеге. – И волос у него на мой век хватит.

— Тогда за приятную поездку и удачные гастроли, - сказал администратор, доставая бутылку «Бенедектина». – Люблю этот ликёр. И крепкий, и пить приятно.

Феодосия закружила блеском бархатного курортного сезона, уютом и дружелюбностью окружающих людей. Одноместный номер в гостинице, картинная галерея Айвазовского, музей Грина, блеск театра, наполненного беспечной курортной публикой и морскими офицерами. В день приезда она уже была в редакции городской газеты, познакомилась с отделом культуры, и сдала материал с информацией о гастролях.


Молодой руководитель отдела связал её с флотской газетой и редакцией дивизионной многотиражки, где она также проинформировала моряков через заметки в их газетах. Сверкающая горным загаром, Лена обращала на себя внимание мужчин и женщин. На представлениях она летала по театру в бальных платьях, всегда была мила и приветлива со всеми. Билетёры и гардеробщицы написали ей целое послание, восхищаясь ей как феей, спустившейся с облаков. И вскоре Лена в любом месте появлялась только в сопровождении одного или двух моложавых капитанов первого ранга или, в крайнем случае, с молодыми капитанами третьего ранга или местными репортёрами. В гостинице её не переставал баловать всё увеличивающимся вниманием администратор, живший на одном этаже. Она была счастлива. У неё была взрослая дочь, и был жених. Она чувствовала себя замужней женщиной, и была радостна, что её любили все, а она принадлежала только одному, далёкому. Но так продолжалось короткие дни. Очень трудно принадлежать неосязаемому существу, когда вокруг все любят друг друга.

Курорт на то и курорт, чтобы тело здоровело, а любовь искрилась и пенилась. И Сугробина с осязаемой болью на сердце она вспоминала только при получении телеграмм, подтверждавших его существование. И тогда ей становилось на время неуютно. Ведь тогда только началась последняя четверть ХХ века. И сексуальная революция ещё только предполагалась в России, как одно из ударных направлений в холодной войне. На обложках глянцевых советских женских журналов не разъясняли ещё, сколько требуется для здоровья женщины дней сексуального общения в неделю, месяц, год и не подбадривали женщину. А в соответствии с рекомендациями журналов ХХ1 века, женатых российских мужчин нельзя отправлять в командировки более чем на неделю. И то в менструальный период жены. Или между строк пробивалась мысль, что в закон о семье и браке следует добавить статью, по которой супружеская неверность причиной для развода не является.

Копчёный кижуч наполнил комнату одурманивающим запахом чревоугодия. Лена, кроме этого кижуча, не притронулась ни к чему остальному, что выставил на стол Сугробин из дальневосточных деликатесов, и была немногословна. Вернувшись с гастролей, она получила от сестры толстый конверт с Иссык – Кульскими фотографиями, которые напомнили ей, что счастливые дни она провела на песках высокогорного озера, где строился гранитный фундамент её всей остающейся жизни, а не в безмятежной, и не стоящей памяти, весёлости Феодосии. И первый раз задумалась над выполнением клятвы супруги, которую должна будет дать перед алтарём. А сможет ли она? Телефонный звонок из Владивостока усилил напряжённость в её мыслях, и она ждала возвращения Леонида с нервозностью и недовольством.

Ей не хотелось быть виноватой даже перед самой собой. Ведь никаких клятв не было. Был только разговор о намерениях, а она уже морально ущемлена в своей свободе. И ей это не нравилось. И потому так долго стоял Сугробин в её дверях.

— Так ещё разок за возвращение к надеждам, - сказал Леонид, поднимая бокал. – Надежда не должна умирать. Если она умрёт, то и человека больше нет. И Тихий океан сохранил её. А сохранило ли надежду Чёрное море? В тебе почему – то нет той радости, которая была у вагона поезда, и когда ты с восторгом говорила о нашей встрече после возвращения.





— Знаешь, милый, какими долгими были эти месяцы. Только фотографии и напомнили мне, какой ты. И я просто привыкаю к тебе. К твоему голосу, к твоему лицу. Я никак не предполагала, что так могу отвыкнуть.

— Давай выпьем, - ответил ей Леонид. - Я с детства помню одну песню. В ней дочка пишет отцу на фронт: «Здравствуй, папочка, - пишет Алочка. - Мама стала тебя забывать. С лейтенантами, да майорами по ночам стала часто гулять». — Не хами, Сугробин. Я тебе ещё не жена и не мать твоих детей. Я просто привыкаю.

— Тогда давай так. Ты на меня посмотрела, вспомнила. И вспоминай дальше обо всём нашем. А я вызову такси и уеду домой. А то твою Алочку ещё разбудим. А ей в школу.

Лена кивнула.

Через день Лена позвонила Сугробину.

— Здравствуй, дорогой. Я всё вспомнила. Собирай необходимые вещички и приезжай. Будешь жить у меня.

Сугробин был понятливый, и представлял совсем не простое совместное существование. Но Лена ему нравилась. «То, что не можешь решить разумом, глубоко прослушай своим сердцем. Только сердце всегда знает истину», мелькнули в голове строки прочитанного когда - то текста из библейских времён.

— Хорошо! – сказал он.

— Здравствуй, Алочка! – сказал Сугробин открывшей дверь девочке. – Мама Лена пригласила меня жить с вами.

— Она меня предупредила. Проходите. Располагайтесь, как дома.

— Ладно, показывай свои хоромы.

— А чего показывать. Класическая хрущоба. Хорошо ещё кирпичная, а не панельная, - размеренно, со знанием дела пояснила Алочка.- У меня комната с дверями, а у вас проходная будет. А Вы как жили?

— То же небогато. Примерно как ты. У тебя комната в двухкомнатной квартире. И у меня такая же. У тебя письменный стол, и у меня письменный стол. У меня, правда, шифоньер и книжный шкаф есть. Я книги люблю. А ты?

— Не очень, но читаю, которые в школе заставляют читать.

— А как в школе? Научила она чему–нибудь доброму, вечному? Или уже не до учёбы в твоём возрасте. Любовь на уме.

— Любовь, это всегда на уме. А учёба неинтересна. Физику, химию, математику совсем не учу. Всё равно не понимаю. Списываю контрольные, а на устных плыву. Да как многие. Фактически большинство так.

— Ладно. Если будем дружны, я тебя могу подтянуть по всем предметам, как домашний репетитор. Математику и физику я знаю, потому что инженер.

Литература у меня хобби. А историю с географией с детства знал отлично.

— С наукой разберёмся, если потребуется, - без всякого энтузиазма ответила на предложение Сугробина Алочка и спросила. – А Вы с мамой серьёзно решили быть вместе? Я давно хотела, чтобы в доме был мужчина. Но на маме почему – то никто жениться не хотел.

— Чтобы жениться на твоей маме требуется отважный человек, к примеру, как Петруччио из «Укрощения строптивого».

— Кто это такой?

— Так, - сказал Сугробин. – Отмечаю, что с литературой Алочка не на короткой ноге. Но как говорят водители, это не ходовая часть. В вашем доме я вижу массу хлама. Похоже, что квартира не чистилась с твоего рождения. А по правилам строителей, для того чтобы построить новое, надо расчистить место от старого. Поможешь мне в этом деле?

— Терпеть не могу хлам, - сказала Алочка. – Давайте чай попьём.

Тринадцатого октября компания собралась в полном составе у Валентинов на новой квартире. Галя у него была в отъезде. Волей судьбы все они жили в одном районе. Звереву не хватало метров по норме и ему, уже начальнику лаборатории, дали новую трёхкомнатную квартиру. Сургутину управление дорог выделило двухкомнатную на семью из трёх человек. Ширяев наработал на авиашасси однокомнатную квартиру, и тоже она оказалась вблизи от остальных. Детей не было у Валентинова и Сугробина.

К назначенному времени все собрались аккуратно в течении получаса.

Сугробин вышел из лифта и в нос ему ударил густой запах давно отошедшего, но незабытого фирменного студенческого блюда «пельмени с картошкой».

Дверь открыл улыбающийся Валентинов в поварском колпаке набекрень и поварёшкой в руке.

— Проходи, дорогой. Слышишь, какой запах. Нечаянно вспомнилось, а какие чувства. На двадцать лет помолодел.

Все были на кухне. С приходом Леонида не хватало только Сургутина.

— Привет, ребята! - сказал Леонид, обнимаясь с каждым.

— Виктор сейчас будет. Он звонил и сказал, что задержится на пять минут,- пояснил Валерий, заметив ищущий взгляд Леонида.- И хватит обниматься. Тащите всё на стол. Включайте музыку и открывайте бутылки. Вы приволокли всего столько, что до утра можно ни о чём не думать.

— Давно не собирались, можно и погулять, - сказал Зверев, загасив сигарету.

— Любо, братцы, любо, - гудел Ширяев.

Незакрытая дверь распахнулась, и звонкий голос Сургутина возвестил А вот и я. Встречайте.

— ООР1 в сборе. Все за стол! – приказал Валентинов, командуя как хозяин места встречи, и выставил на середину стола кастрюлю с пышащими жаром в ещё пузырящемся бульоне, пельменями. - И водку каждый себе наливает сам.

Мы уже не молоды, как десять лет назад. А у кого - то и болезни появились.

«За наше здоровье!» – все встали, сказали разом и сдвинули хрустальные бокалы. Первый тост был ритуальным. И выдерживался строго. И несколько минут все молчали, накладывая в тарелки и поедая пельмени, наполняясь ностальгическими чувствами.

— Вот теперь можно и по второй, - отодвинув тарелку, расслабленно сказал Володя и потянулся за ближней бутылкой. – Сколько лет прошло, а пельмени в нашей компании возвращают меня в общагу. Дома пробовал варить так, а не получается. И, кажется, всё правильно делаю, и вкус похож, а никаких воспоминаний не вызывает.

— С Валеркой в этом деле никому не сравниться, - сказал Саня и положил дополнительный половничек пельменей в тарелку. - Съем ещё пельмешек чуток и за остальные закуски возьмусь. Чёрт знает что! В магазинах ничего нет, а на столе даже красная рыба топорщится.

— Не слышал ещё, что Сугробин с Камчатки вернулся. Витёк Москву разграбил для этого случая. Вова от тёщи волнушек маринованных добавил, а я щучку самолично на Волге подловил. Вот и собралось неплохо, - пояснил Валерий — Да уж диссидентами вы не станете, - грустно протянул Ширяев. - А я «Архипелаг» Солженицына на папиросной бумаге принёс. Хотел порадовать.

— Посмотрим и книгу, - сказал Володя. – Но диссидентами не станем ни до, ни после. И ты не станешь. Кто такие диссиденты. Они враги России. Они ищут сочувствия и помощи у иностранных держав в ущерб нашей державе. А мы все граждане России, и будем всегда за неё, какая бы она ни была. Её надо выправлять, бороться за неё, а не жаловаться недругам на неё. Любой жалобщик – потенциальный предатель. Социализм – лучшее устройство общества в нынешней цивилизации.

— А ты за кого сейчас выступаешь, - спросил Сугробин. – За большевиков или за коммунистов?

— Это пусть Петька с Василием Ивановичем разбираются. А то ты скажешь, что и Ленин был диссидентом.

— И Ленин, и вся компания основателей РСДРП были диссидентами. И все они были против России и, как могли, противоборствовали ей. Ленин стоял за поражении России в русско – японской войне и в первой мировой. Он был враг Российской империи также, как и нынешние диссиденты, враги Советского Союза. И только один нынешний диссидент помог коммунистическому движению. Тот, которого на Корлована обменяли.

— Может, и Сталин диссидент!?

— Нет! Сталин был политзаключённым. Его, отсиживавшиеся в Щвейцарии и Франции коммунисты и большевики, и меньшевики, в свою компанию не брали. Они давали ему возможность отсидеть за них. И как он оказался в семнадцатом году в большевистско – еврейском правительстве, уму непостижимо. Похоже, что Ленин с Троцким застеснялись и призвали одного нацмена.

— Да хватит вам про диссидентов, - включился Сургутин, съедая последний пельмень из тарелки. – Послушаешь эти «голоса» и ничего не почерпнёшь. Ну, сидит этот генерал1 в психушке, и что! Брать дубины и идти кремль штурмовать. Только сумасшедший может дуракам при власти говорить, что они дураки. Потому и в психушке. Пример надо с Ленина брать. Тот погулял вдоль Енисея пару лет. И в Женеву. И оттуда, не боясь наказания, рассыпал искры. А Сталин в заполярном крае эти искры раздувал в пламя. Да так, что сталинский зэк в тридцатых годах благодарил его в сочинённой песне.

«…Вы здесь из искры раздували пламя. Спасибо Вам, я греюсь у костра». Деньжата у партии откуда – то были. И, конечно, не от экспроприатора Камо3, и не от марксистских рабочих кружков из России, которые если что и могли собрать, то не больше, чем для выпивки на загородных маёвках.

— Эх, Витёк, и сказанул. Кто не налил, налить и выпить, - взял бразды опять в свои руки Валентинов. - Обстановка в нашем обществе мне откровенно не нравиться. Пусть мы все уже не живём по частным квартирам. И на вино, и на еду у нас хватает. Но еды в стране мало, всё приходится доставать, а власть и торгаши жрут в три горла, делают себе огромные квартиры бесплатно, и все при автомобилях и дачах. Мы с Саней тоже автомобили купили, но ценой отказа от всего, что надо было для жизни. В кино не ходили, не то, что в театры или рестораны, как раньше. Когда в антрактах угощали своих девчонок шампанским и шоколадом. И мы вынуждены всё везде просить. Причем просить своё, заработанное и заслуженное. Так противно иногда становится.

Эх! Диссидентом я не стану, но хотелось бы лучшего. Так долго страна не протянет.

— Давай, за лучшее! – взялся за гитару Зверев.

Пронеслись свиданья под луною.

Гром оркестров, танцы, карусели.

Время не забыло нас с тобою – Незаметно круто повзрослели.

Володя пел нашу любимую с другими словами и улыбался.

— Слова сам придумал? – спросил Леонид. Володя кивнул.

— Сугробин, - кричал Валерий. - А как поживает женщина, которую я вместе с тобой подвозил в аэропорт? Он, мужики, настоящий паразит. Завлёк красотку в дикие края, понаслаждался, и бросил. И если он таких бабочек бросает, то его надо вздуть. Народ старается, детей рожает и растит, а он всё гуляет. Давай отчитывайся.

— Отчитываюсь, граждане, отчитываюсь, - поднял вверх руки Леонид.Валерию женщина понравилась. Мне тоже. Я вас всех приглашаю на факт подписания акта о браке по закону. И на свадебный пир, если подписание состоится.

— Наливай! – дружно и громко сказали все.

— Переводим день встречи и заседания ООР в вечер проводов последнего холостяка, - крикнул, перекрывая шум Валерий. - У меня не только водка в холодильнике, но и жаркое в духовке.

— Решился, дорогой, - сказал Володя Зверев Леониду, когда все песни перепели и он отложил гитару в сторонку. - Сам пошёл навстречу или завлекла?

— И сказать не знаю как. Твоя благоверная советовала мне не класть глаз на красавиц, чтоб легче жить. И сам я понимаю, что любить красавиц нелёгкое дело. Но сам я ничего не искал, и никому искать не заказывал. Нрав свой красавица успела показать. И одновременно она успела понять, что у меня на ней клином белый свет не сошёлся. Так что мы вместе пошли на создание юридической семьи по рассудку. А впрочем, мне с ней легко, пока ей не втемяшивается в голову несовместимая блажь. И сексуальные силы я не разбазарил, и как мужик я её устраиваю. На необыкновенность какую – то не рассчитываю после нашего «свадебного» путешествия, хотя которое само было необыкновенным. Предполагаю, что будет как у всех. Да и годики. Как ты сказал? «Незаметно круто повзрослели».

— Зацепила, значит, мужика круто, раз согласился на регистрацию, сказал Георгий Елене, когда она зашла к нему в редакцию со своими новостями.

— Почему это зацепила? Полюбила и выхожу за него замуж по любви. И хочу пригласить тебя с женой на мою свадьбу. А то уже не могу отвечать на её презрительные взгляды.

— А тебе не кажется, что это будет не совсем прилично. Он, конечно, сейчас ничего не знает, но впоследствии доброхоты расскажут и прибавят. И тебе придётся выпутываться из неприятностей. И если Бог допустил нашу дружбу, снисходя к твоей судьбе, то сейчас, когда он возвращает тебе утраченное, лучше для нас, если меня не будет на твоей свадьбе.

— Почему «доброхоты» сейчас не рассказывают? – спросила Лена. Она искренне не задумывалась над тем, что вокруг каждого из нас есть люди, жаждущие выставить подругу - друга в неприглядном свете. И также безмятежно пригласила милого друга Колю, подвизавшегося в фотографии, сделать съёмки свадьбы. Тот хмыкнул и отказался. О чем она сообщила Сугробину. «У меня был на примете фотограф, но в эти дни его не будет в городе». И никакое чувство неудобства в том, что её свадьбу будет снимать любовник, у неё не возникло. А про Бога она совсем не задумывалась. И отказ Поломкина её озадачил.

— Некому было рассказать, вот и молчат. Твой нынешний дружок не такой редкий гость в редакции. Он дружит с нашими поэтами. Я просто не знал, что он будет твоим. А будет он твоим мужем, и слухи поползут. И всё будет зависеть от того, как вы договорились относиться к прошлому.

— А Бог при чём? – спросила Лена. – Что – то я не замечала в тебе приверженности к Богу.

— Мир не познан человеком. Но это не сегодняшний вопрос. У вас свадьба по бедности на дому или с размахом?

— Сугробин не из вашей братии нищих журналистов, - сказала со злостью Лена близкому человеку, напомнившему ей « о преступности» её дружбы перед его женой, а теперь и перед Сугробиным. - Он сказал, что позволяет набить гостями весь малый зал в ресторане «Россия», а мне уже купил перстень в память о дне согласия на брак и обручальные кольца высшей пробы. А насчёт разговоров у меня всегда будет один ответ. Всё враньё!

Ей вдруг стало обидно, что её близкие друзья не подарили ей ни одной драгоценности «на память», отделываясь сувенирами. А случайно встреченный человек, не задумываясь оплатил поездку на Иссык – Куль стоимостью в её годовую зарплату и продолжает делать подарки. От обиды за себя хотелось плакать.

— Не сердись, милая, - обнял её Поломкин. – Мне тоже придётся выкручиваться. Счастья тебе. И береги это счастье, если его чувствуешь.

Свадьба прошла с блеском. Ресторанная публика стоя аплодировала, когда Сугробин пронёс Лену на руках через весь не короткий зал. Своих родных Сугробин не приглашал. Это ведь была вторая его свадьба, а радостей родственники ждали от первой.

После нескольких лет напряжённой работы НИИ была разработана и внедрена в серийное производство система спецконтроля летательных аппаратов второго поколения. Бортовой комплекс уже стоял в ракетах и летал в плановом порядке. На земле на полигонах заменялась наземная аппаратура первого поколения. Особые проблемы в переоснащении возникли в морском комплексе тихоокеанской океанографической экспедиции. В соединение входили 6 кораблей: Чажма и Чумикан водоизмещением по 12500 тонн и Чукотка, Спасск, Сибирь, Сахалин - по 6000 тонн. Чажма и Чумикан были построены по одному проекту. Остальные корабли были разношёрстные, и точно не украшали ни тихоокеанский военно – морской флот, ни СССР в целом. Пересекали эти корабли Тихий океан вдоль и поперёк и то, что не погибли в океанских штормах, то это заслуга наших капитанов и поддержка всевышнего. Уже после восемьдесят шестого года на Дальзаводе начальник СКа БЧ1, капитан – лейтенант на «Спасске» говорил тоскливо Сугробину за ночным ужином после вахты: «И чего командиры думают. И так осадка по главную палубу, а они ещё сотню тонн железа навешивают. Утонем, как только за остров Русский выйдем. Я жене перед каждым походом письма – завещания оставляю».

Пристрелочная поездка Сугробина и Суматохина позволила сделать теоретический макет морского комплекса. Сугробин с Суматохиным совершили несколько поездок в КБ Камова1 и Ухтомский вертолётный завод. С разработчиками Ка – 25 согласовали порядок разработки документации на доработку шести машин вертолётного авиаотряда в Петропавловске – Камчатском. В процессе рассмотрения возможностей нового поколения аппаратуры на собравшейся комиссии было решено исключить из комплекса ретрансляторы и задействовать вертолёты как самостоятельные измерительные пункты, что увеличивало надёжность приёма информации в два раза. Вертолёт, предназначенный для подвески однотонной торпеды, должен был нести аппаратуру на четыре канала такой же массы в салоне. И весьма неудобную антенну для летательных аппаратов с наружной стороны корпуса вертолёта. В это же время правительство приняло решение о строительстве двух современных кораблей для ОГЭ. И первый уже стоял на верфях Адмиралтейского завода в Ленинграде. Двадцати пяти тысячник обещал стать гордостью советских ВМФ и превосходить американские корабли по своим возможностям. Кораблю было присвоено имя «Маршал Неделин».

Для него КБ Камова был сделан заказ на создание специального вертолёта, и многие, многие миллионы полновесных советских рублей были затрачены на выполнение этого проекта. Рустайлин и Сугробин, взявшие на себя разработку конструкторской документации на подгонку вертолётов и кораблей к новым задачам, сохранили государству столько денег, что можно было закладывать третий корабль. И это не говоря уже о сокращении сроков введения комплекса в действие ранее на пять – шесть лет.2 Но кто это тогда оценивал. Всё разумелось как само собой совершающееся по принципу: «Русский ум изобретёт к зависти Европы…». Сугробина совершенно не смущала непрофильная работа. Уже при рекогносцировке он прикинул варианты доработки помещений кораблей, и салона вертолёта. После консультаций с разработчиками вертолёта у него ушли сомнения в правильности своих решений. В конечном итоге специалисты с завода – изготовителя вертолётов из г. Улан – Удэ втроём, за три месяца в аэродромных условиях, доработали шесть машин, приписанных к ОГЭ, по чертежам, выполненным в отделе Сугробина, получив за службу свою штатную зарплату и командировочные рубли.

Подготовленные материалы для проекта оснащения были отправлены для утверждения в министерство обороны. Рустайлин на начало года готовил рабочую экспедицию для разработки проекта на месте. Но как бывает, что-то не совпадало, что-то не было согласовано в высших инстанциях. Наступило лето, и Сугробин собрался в первый семейный отпуск вместе с Леной и Алкой, которая должна была осенью пойти в десятый класс, и ей полезно было поднакопить силёнок для выпускного года. Напряжённости особой в её учёбе Сугробин не предвидел, но Чёрное море для всех здоровье и радость.

Сугробин, занятый длинной дорогой осмысления не заметил, что окончил школу два десятка лет назад. И не задумывался над тем, как и чему там учат сейчас. Студенты, приходившие на практику и защиту диплома к нему в отдел, были грамотны и интеллектуальны, и ему представлялось, что всё идёт, как и раньше. Представлялось, пока он не решил подтянуть дочку Елены для уверенного поступления в институт. Без высшего образования для своих детей все, выращенные советской властью интеллигенты, в то время будущей жизни не представляли. И осёкся в своих намерениях Леонид в самые первые дни начавшихся разговоров о дополнительных домашних занятиях. Оценки знаний Алочки полностью соответствовала её самооценке. Математику во всех трёх наименованиях, физику и химию ученица девятого класса не знала совсем. И полбеды в том, что не знала. Вторая половина беды состояла в том, что и знать не хотела.

— Как экзамены сдавать будешь? – удивлённо спросил Леонид Алочку, смотревшую на него невинными прозрачными глазами подрастающей женщины. – Твоя мама уже сейчас во сне видит тебя студенткой.

— Отстали Вы от жизни, Леонид Иванович, - сказала девочка. – Если бы нам ставили двойки за незнание, половину учеников пришлось бы отчислить.

А это делать нельзя, потому что в нашей стране всеобщее среднее образование.

И человек без аттестата зрелости не может быть полноценным строителем коммунизма.

— Ё – ка – ла – мэ – нэ, - проговорил про себя Сугробин. – Вот это политзанятие по ликвидации безграмотности взрослого строителя коммунизма, ударника коммунистического труда!?

— Так! – проговорил Леонид. – Повтори ещё раз, что сказала, чтобы я запомнил и выучил наизусть.

— Что тут повторять. Если у преподавателя в журнале двойки, значит он плохой учитель, и не может ничему научить ученика. Преподавателю втык, директору втык и так далее. Так что давайте, Леонид Иванович, забудем наши намерения. Вы попробуйте воспитать Елену Максимовну, чтобы она не забывала, что является Вашей женой и матерью взрослой дочери, и уже сейчас бы думала, как меня сдать в институт. А аттестат у меня будет не хуже, чем у многих. Остальные предметы для меня легки.

Леонид Иванович тогда после этого разговора уехал к Курмышову с Метелиной. И целый вечер они перебирали косточки реформы образования.

— Все достижения социализма пришли от образования, данного всей массе населения. Хорошего образования на базе гимназического из Российской империи. Всё было так фундаментально, что троечники из моего класса знали все предметы не хуже нынешних отличников, - горячился Сугробин. – Ну и хрен с этими иностранными языками. У нас страна такая, что и мыслью за один раз не окинешь и чтобы повидать мир и экзотические места за границу ехать ни к чему. А сейчас эти индюки хотят построить коммунизм неграмотными строителями. Ну, зачем ставить положительные оценки не желающему учиться или дебилу! Дайте ему справку, что отсидел а школе десять лет, и готов сидеть дальше, если кормить будут. Нет такой нации, в которой все сто процентов детей способны образоваться. Даже Израиль не может похвастать таким результатом.

— Я тоже ничего не понимала в математике, - сказала Метелина. – И считаю, что если и проводить реформу, то школьное обучение надо с восьмого класса пустить по двум потокам. Один для технарей с математикой и физикой.

Другой для всех остальных. Сейчас в школьные программы закладывают азы высшей математики. А зачем вся математика химику или медику, или геологу.

Не лучше ли его силы сразу пустить по направлению, а не тратить на не нужность.

— Пожалуй, для подсчёта гонорара мне хватило бы и четырёх действий арифметики, - заметил Михаил. – Но за то я знаю, в чем разница между квадратом суммы и суммой квадратов.

— И в чём же? – полюбопытсвовала Метелина.

— А в том же, в чём разница между херувимом и парикмахером, засмеялся Курмышов. И поставил на стол бутылку прозрачного портвейна. – Завидую я тебе, Сугробин. На Камчатку съездил, новые земли, людей повидал.

Новую повесть писать без вранья можешь. Давай, рассказывай подробнее.

Экзамены за девятый класс Еленина дочка сдала так, как и говорила. И семья собирала чемоданы в отпуск. Они собрались ехать “дикарями” в Крым, в Алупку, где была какая-то база от ВТО.1 Сугробин заказал купейные билеты на поезд Горький-Симферополь и неторопливо готовился отдыхать… Неприятное всегда неожиданно. Сугробин сидел один в кабинете. Рабочий день кончался через полчаса, когда раздался звонок телефона, внутреннего, фамильного.

— Шеф, должно быть что-то забыл, - подумал он и взял трубку. Точно.

Звонил Рустайлин.

— Лёня, срочно дай фамилию ведущего конструктора для Камчатки.

Приказ о твоём отзыве из отпуска я уже подписал, завтра вся команда едет за пропусками в четвёртый отдел МВД. Сразу покупаем билеты на ближайший самолёт и вылетаем.

— Не очень ты меня обрадовал, - сказал я. - Что Елене сказать.

— Скажи, что Родина, требует… — Родина часто требует, да награждать забывает, - протянул Сугробин. Лена размечталась гулять со мной в приморских парках и пить массандровские вина. И вообще, это мой первый семейный отпуск. Ты что, развести меня хочешь!

— Ладно скулить, - сказал Георгий Емельянович.- Команду возглавляю я сам. И к сентябрю согласованные с ОГЭ и судостроителями чертежи размещения должны быть на утверждении в Москве у заказника. Фамилию жду в приёмной у директора.

Совместный отпуск на южно море накрылся. Лена померкла. Она не предполагала таких виражей в работе Леонида. На неё неожиданно переложились все проблемы по устройству и содержанию себя и дочери в «диких» крымских условиях.

— Я так хотела отдохнуть в семье, - протянула Алочка. – Я ведь и не знаю, как это отдыхать в семье.

— Твоя мама вышла замуж за человека, который наполовину принадлежит Родине. И Родина призвала его именно сейчас. И я даже не могу сказать примерное время возвращения. У твоей мамы есть близкие друзья? Тогда они не дадут ей пожелтеть от слёз в разлуке. Это ведь пока первая неожиданность со мной. Впереди много разлук и коротких и невообразимо длительных.

— Я люблю тебя, - сказала Лена. - И вышла замуж не затем, чтобы меня утешали друзья. Мне просто очень печально быть без тебя. Когда у нас снова всё сойдётся для всей только что родившейся семьи.

— Чтоб тебе не думалось о случайностях, я пришлю телеграмму о времени приезда.

— Дурной, - сказала Лена. – Пора забыть всё, что было до нашей свадьбы.

Сугробин передал ей все приготовленные на поездку деньги, сдал свой билет и улетел на Восток. Лена с Алочкой уехали через день. Всё у них прошло замечательно. Их пропускали на пляж ВТО, и было много приятных знакомств.

В подробностях обе женщины об отпуске не распространялись.

Дневник инженера Сугробина.

Аэропорт Стригино. 15 часов 30 минут. Самолёт ТУ-134 маршрутом Горький – Москва - Домодедово взревел своими тысячами лошадиных сил, запряжённых в жаропрочные дюзы, и пронзил серые облака, выходя навстречу солнцу. На борту Рустайлин, Суматохин, инженер - испытатель Гена Обеднев, конструктор Витя Паршин и я, Сугробин. Три командира и два работника.

Емельяныч, конечно, знает, что работниками будут и Суматохин, и Сугробин.

Внешне все спокойные, внутри у каждого своё. Все были собраны неожиданно и быстро, и у каждого остались свои личные, семейные неустроенные дела.

Спустя час – мягкая посадка в аэропорту Домодедово, и три часа прогулок по аэровокзалу и окрестностям. В баре приняли по тонкому стакану портвейнового вина. « За тёплый Крым и массандровские вина Елены Максимовны»,- юморнул Рустайлин. Я показал ему кулак. Спустя три часа флагман советской авиации самолёт ИЛ-62 вышел в беспосадочный перелёт по маршруту Москва - Петропавловск-Камчатский. Это было новое достижение Аэрофлота. Еще год назад самолёты ходили только с посадкой в Хабаровске.

Штурманы аэрофлота проложили новую северную трассу по высоким широтам с короткими мередианами. И за те же часы самолёты достигали Камчатки, как ранее достигали Хабаровска. Под крылом, невидимые из-за облаков, оставались Нарьян-Map, Норильск, Тикси, Дудинка, Магадан. За Магаданом блеснуло Охотское море, за ним Тихий океан и вот уже снежные вершины вулканов приветствуют наш самолёт. Снова мягкая посадка, и самолёт катится по взлётно – посадочной полосе мимо капониров истребителей-перехватчиков, мимо стоянок могучих 4-х моторных гидропланов. Ничего не изменилось в аэропорту. Разрыв во времени девять часов. В Москве раннее утро, здесь начало вечера. Расстояния на нашей планете становятся всё более и более малозначимы. И если вспомнить, что в конце прошлого века Чехов добирался на Сахалин полгода, то в наше время Лика Мизинова1 могла бы не грустить, и уверенно дождаться Антона. Но каждому времени своё измерение.

Лена с Алкой уезжали в этот день вечером, и я дал им телеграмму из аэропорта «Петропавловск – камчатский» о прибытии на место. Дальше связь у меня с ними прерывалась до конца командировки.

Места и путь к ним нам с Василием были знакомы. Из комендатуры при аэропорте я позвонил начальнику штаба соединения и сообщил, что постараемся прибыть в часть к ужину. Автобус из Приморска остановился у первого городского причала. Штаб находился в этот раз на Чажме. Нас поджидали и выслали к причалу дежурный катер. И в восемь часов вечера по камчатскому времени катер доставил нас на флагман, где, как принято на флоте, нас угостили крепким чаем и бутербродами с большим количеством масла и развели спать по каютам.

Правда, все собрались в каюте у Рустайлина и выпили за благополучное прибытие бутылку венгерского коньяка “Мэтра”, которую (да и не только её) благоразумно прихватили с собой. И затем уже отошли ко сну Я проснулся от странного сна. В иллюминаторе розовел рассвет, а в глазах - стояла картинка вершины Корякского вулкана. Я разглядывал Корякский вулкан с такой близости, как будто стоял на гребнях белых сугробов, в которых мне были видны кристаллики снега. Никем не тронутая первозданность, и лишь на самом гребне из под снежного свея проглядывался местами сероватый след тропы. Всё было близким, доступным и желанным, хотелось наклониться и потрогать снег рукой. Вдруг снизу из-под снежного карниза на стремительном галопе выскочил серый конь с белыми яблоками по всему телу, развевающейся мошной гривой и длинным лохматым хвостом, и пошёл по сугробам вверх. Склон был так крут, что казалось вот-вот и конь опрокинется.

Но он чуть замедлил ход перед гребнем, вскинул передние ноги на гребень, как бы человек мог зацепиться руками, подтянулся и поднялся на гребень. Было мгновение, когда мне показалось, что конь достиг своей цели и остановился.

Но это было только мгновение. И в следующий момент он уже был за утесом, и виделась в нем только жажда высоты. Но за утесом был крутой поворот, и за ним обрыв. Конь и не думал никуда поворачивать. Прыгнул и уже парил в свободном пространстве над пропастью, а затем его снова скрыл утёс. И я больше не видел коня, сон прервался. Но всё предыдущее изображение было так чётко и ясно, как не бывает в хорошем кинотеатре. Довольно долго я ещё лежал в постели, пытаясь переварить этот короткий запечатлевшийся сон и, ничего не определив, поднялся и выглянул в иллюминатор. В иллюминатор увидел только часть шкафута со спасательным кругом и больше ничего. Туман окутывал корабль сплошной стеной. Я умылся и вышел на верхнюю палубу.

Было тихо, безветренно и тепло. На юте пробили склянки. На вертолётной площадке поблёскивали лужицы от ночного дождя.

После представления адмиралу Энгельсу Краснову, адмиралом была дана команда командирам кораблей оказывать полное содействие работе нашей бригады.

Работаем, не вспоминая про кодекс о труде. Соблюдаем строго время еды и адмиральский час. И все вместе ползаем по рубкам и отсекам корабля от киля до клотика, меряем, эскизируем, считаем. Надо сделать привязку 6-ти, кораблей, все они разные и четыре из них стоят сейчас здесь в бухте Крашенинникова, а два на Дальзаводе. Именно потому, что корабли в одно время были на месте, и последовала такая спешка с отъездом. Да ещё надо посетить вертолётную часть в Елизове и согласовать вопросы доработки вертолётов. Как уже говорилось, я с Суматохиным с точностью до килограмма выяснили: наши вертолёты имели грузоподъёмность до полутора тонн и могли нести одну торпеду весом около 1200кг. Наша аппаратура по максимуму на четыре канала приёма весила только 1000кг. Всё у нас сходилось. Была подготовлена документация на доработку. Но у лётчиков люди нашего института ещё не были.

Сегодня у моряков выходной. Все офицеры, свободные от вахт сошли на берег, к семьям, к жёнам, к девушкам. Сошли на берег и все наши, знакомиться с городом Приморском. А я проспал до двенадцати и чувствовал себя великолепно.

На корабле банный день. Баня на “Чажме” великолепная. Сухой пар до 130°, а за стеной - ванна размером 2x3 и глубиной 1,5 м с чистой и холодной солёной тихоокеанской водой. После такой бани и без подсказки А.В.

Суворова,1 сделаешь всё как надо. Ребята из города приволокли всё в достатке, т.е. водки и рыбных закусок, поскольку люди с обедневшего рыбой запада СССР, попадая на Дальний восток, первые две недели кроме рыбы ничего не едят. А рыбы… Вечер после бани был длинный и оживлённый.

Сегодня день военно-морского флота. У моряков праздничный завтрак, обед и ужин. Мачты расцветили флагами, Моряки боевыми частями соревнуются в перетягивании каната, проводят волейбольный турнир на вертолётной палубе. Чтобы мяч не улетал за борт в море, его привязывают на прочную капроновую нитку. После спортивных соревнований выступил матросский вокально – инструментальный ансамбль. Наша команда выступала в роли болельщиков во всех мероприятиях. И только в праздничном обеде выступила как участник. Вечером в офицерской кают – компании крутили кино.

На военно – морском флоте в СССР кормят четыре раза в день. Завтрак в семь утра, обед в двенадцать, второй обед в пять часов вечера и чай в восемь.

После главного обеда на кораблях строгий «Адмиральский час» до 14 часов, когда никто не стукнет, не брякнет. Все, кроме вахты отдыхают.

Обедали и, вообщe, кормились мы в офицерской кают - кампании вместе с командиром и офицерами. На Чажме это было большое помещение, от борта до борта в носовой части на верхней палубе с посадочными местами, человек на семьдесят. По вечерам в ней показывали фильмы из узкоплёночного переносного аппарата. За время контактов с военно-морским флотом насмотрелся я кинофильмов, каких в кинотеатрах и не показывали никогда. И всё объясняется просто: киностудии гнали немало дерьма, и через прокат они не набирали необходимых десяти миллионов кинозрителей и не оправдывали затрат. И киношники сталкивали такие фильмы в армию, лагеря МВД и т.п. и защищали свои затраты в полном объёме да ещё и с перевесом. Приходилось терпеть. Что дают, то и принимай. После всевозможных скитаний в служебных командировках я считаю корабли лучшим местом для приюта. Корабль казался желанным родным домом, 04 августа.

Переехали с рейда на пирс, точнее поменяли корабли. Сейчас у меня отдельная каюта, занимаемая в походах флагманским штурманом, с мягким диваном и индивидуальным гальюном и прочими удобствами. Всё хорошо.

Получил стол для писания и живу в удовольствии одиночества.

После праздника меня прихватил «Кондратий». Температура, озноб, ломит все суставы. Лежу, не считая дни в постели, ем все таблетки, которые принёс корабельный доктор, но чувствую себя плохо. Встаю только на еду и то не на каждую. Состояние меняющееся, неровное Доктор, капитан – лейтенант медицинской службы заходит ежедневно. И фиксирует температуру и состояние. «Перемена климата», - констатирует он и утешает, - рассосётся».

Специализация у доктора – хирург. На кораблях в мирное время врачам беда.

Полное отсутствие практики и потеря всех навыков. За мои военно – морские командировки, только раз в океане у матроса случился аппендицит и врач сделал операцию. Всё прошло хорошо, и доктор ходил гордый и счастливый.

Зубной врач был задействован побольше. Мне было даже жаль, что зубы на кораблях меня не мучили.

Продолжаю лежать. Завтра суббота и баня. Надеюсь на её воздействие.

коллекционировать. «Огромное пространство, заваленное в стихийном беспорядке брёвнами с неровными проходами между ними. К каждому бревну привязан человек, и не один, а сколько убирается в длину бревна. По проходам ходят палачи и рубят головы на выбор. Палачей мало, жертв много. Палачам лень рубить подряд, и вот живой человек лежит между двумя трупами и кто его знает, может, надеется, что не пройдут по второму разу, пропустят…» Вот так!

Непонятные сны отражают глубинные процессы подсознания. Они или предупреждают, или предлагают, но всегда призывают к действию. И дело каждого принять сон к сведению или отмахнуться от непонятности, чтобы не думалось. Первый сон я растолковал как призыв к действию не страшась опасностей. Второй как предсказание, что я уцелею там, где нельзя уцелеть.

На пеньковых канатах, которыми чалят корабли к стенкам, перед самым бортом корабля надеты красные круги диаметром сантиметров семьдесят.

Зачем!? Чтобы крысы на корабль не проходили. А крысы на кораблях начинают жить с постройки их на заводе. Их присутствие и ощущаешь, и замечаешь регулярно. Рустайлин как-то зашёл в гальюн при каюте вертолётчиков и когда выходил, крыса села ему на голову. Раздался испуганный крик, потом художественный мат. И мы увидели сконфуженного шефа, проверяющего обеими руками свою голову.

6 августа В воскресенье ребята ездили на горячие источники в Паратунку. Я ещё болел. Уже было лучше, но решил доболеть в постели. В холодильнике у меня банка свежей икры, сливочное масло и немного водки. Чем не творческая жизнь!?

нефильтрующееся озеро. И они махнули в Питер.

— Сколько стоит такой бутерброд в Москве, - спросил меня Юрий Малахов, подавая ломоть белого хлеба во всю буханку, помазанный маслом и с краями наложенным сверху толстым слоем малосольной кетовой икры, крупной, как горошины и переливающейся под солнцем, как прозрачный янтарь. (Это было в другой раз на базе отдыха ремзавода «Зарница» в долине Паратунки, Домики там стояли рядом с рекой, а дежурная команда военно-морских сил из мичмана и двух матросов подлавливала свежачка для хороших гостей.) — В Москве никто не сможет съесть такого бутерброда. Он бесценен, как уникум, - ответил я Малахову. - Кета была поймана час назад, икра приготовлена в течение получаса. Никакие средства связи не могут подать её в таком виде в Москву.

— Но, эта икра приготовлена по браконьерски, рассчитана на минимальный срок хранения в холодильнике. Хранить её без холодильника пустая трата денег, - сказал Юрий, выпил полстакана водки и вонзил крепкие зубы в бутерброд, отхватив от него половину.

— “Тратить в пустую деньги не будем,” - пробормотал я вслед за рассуждениями и открыл холодильник, чтобы приготовить сeбe второй завтрак из рюмки водки и бутерброда с икрой.

Вчера в ночь ребята поставили краболовки. (это металлическое кольцо диаметром около метра с привязанной к нему по периметру сеткой в виде полумешка.) К сетке прикрепляется мясо, желательно притухшее, и крабы в ночную охоту заползают в сетку полакомиться. Их заползло несколько штук, небольших, в размахе от полуметра до семидесяти сантиметров, но самых настоящих дальневосточных. Вынув из крабов мясо, делаем чучела. Надеюсь довести в качестве сувенира хотя бы одного.

Сегодня мне лучше. Где-то там далеко южный берег Крыма. Вчера отправил письмо на домашний адрес Лены. Пусть показывает конверт друзьям с обратным адресом на Камчатке. Кажется, она за год осознала, что Сугробин работает для Родины, а не перепродаёт джинсы на толкучке. Но уже три недели, как мы ничего не знаем друг о друге. Где я? Где она? Дождь стучится в окно… А за иллюминатором в унисон с порывами дождя, рвёт снасти ветер.

Корабль чувствительно покачивает у пирса в тихой бухте. Завтра начинается четвёртая неделя командировки. Сереют дома Приморска. За ними зеленеют покрытые лесом сопки. В солнечную погоду берег живописен. С катера, плывущего из Петропавловска, в солнечную погоду город кажется белым, и берег напоминает немного Крым. Когда я сказал об этом молодой женщине с малышкой, сидевшей рядом со мной на катере, она невесело рассмеялась.

10 августа.

Сегодня с утра у меня командировка в лётную часть. Вместе со мной Рустайлин и Суматохин. Моряки дали нам ГАЗик с водителем и мичманом и к 10 часам мы прибыли на лётное поле. Командир и главный инженер полка встретили нас радушно. Познакомились так же с командиром эскадрильи и штурманом эскадрильи. У командира отчество было Ильич, а штурмана звали Феликс. Так их все и звали. Летали они классно. В этом мы с Рустайлиным убедились, когда они летали в океане с нашей aппapaтурой на госиспытаниях.

Но сегодня близко познакомиться не удалось. В полку были полёты.

Смеёмся: возвращаемся на корабли на вертолётах, если спасжилеты дадут. В камчатских волнах Тихого океана много не наплаваешь без спассредств.

Матросов здесь и плавать не обучают - ни к чему. Упал в жилете - не утонешь.

Без жилета будь чемпионом по плаванию, всё одно пойдёшь ко дну через несколько минут, замёрзнув от холодной воды. И катер не успеют спустить. Так что поговорили, посмотрели на ремонтные мастерские, и уехали обратно. К обеденному столу естественно не успели. Пришлось отобедать из холодильника.

Вышел на палубу. Погода, как и последние три дня, серая без проблесков солнца, но и без дождей.

18 августа.

Воскресенье. Бродил в ближайших окрестностях Приморска. Не устаю восхищаться камчатской растительностью: буйной, ярко-зелёной во всех оттенках зелёности. Воды растениям здесь достаётся так много, что на каменистых южных склонах скал и сопок, где должна бы быть одна пыль, растёт ягель. И заросли травы скрывают человека. Взрослые берёзы выглядят сказочными декорациями. Когда я первый раз смотрел на них из окна автобуса, мне подумалось, что это особая порода камчатских деревьев. Видимо шторма, снега и воды так воздействуют на дерево, что оно становится фантастически исковерканным с многочисленными раскинувшимися искривлёнными сучьями, образующими совершенно нереальную картину. Возле одного дерева можно снимать сказочные фильмы про леших и прочую сказочную невидаль.

Но сколько можно восхищаться! Четыре недели среди узких проходов, крутых трапов, подъёма по команде, обедов по команде и одним и тем же пейзажем, хотя и восхитительным для жителей без морских и горных красот живущих.

Работа выполнялась быстро, и не была такой сложной, как представлялась.

Моряки были довольны пребыванием “промышленников”, как они нас называли. Новые люди, поговорить, послушать, самим по рассказывать байки из морских приключений. У ОГЭ, как уже отмечалось, были несколько основных направлений работы: радиоразведка, дежурство в точках океана при запуске и посадке пилотируемых космических кораблей для спасения космонавтов в случае нештатной посадки, когда посадить в приуралье не получится. И главная работа по нашей части для приёма информации на финише полета испытательных баллистических ракет. В этих случаях ТАСС объявлял всему миру о закрытии определённых участков Тихого океана для мореходства на определённый срок. ОГЭ, по моему мнению, была самой плавающей частью, во всём ВМФ. И приключений, о которых можно было рассказать новичкам, было у моряков предостаточно.

Уходило лето. Всем известно, что за августом осень. А лето в России так коротко. Два вечера, подряд играл в карты. Это отвратительно. Обещаю самому себе больше не прикасаться. Чувствуешь тупость собственную, презрение к себе. И всё становится как-то не так, 20 августа.

Сегодня первый раз за время пребывания выехал в Петропавловск. На почтамте получил хорошую телеграмму от Лены. По возвращении в Приморск пошёл дождь. Снова закашлял. Нежелательно это.

21 августа.

Подписаны протоколы. Камчатские дела закончены. Завтра утром самолёт должен взять курс на Владивосток. Снова движение. И солнце засветило с самого утра. После обеда все кто куда разбрелись, а мы с Володей Паршиным присели на камушки недалеко от пирса, где не было ветерка, обнажили свои побледневшие тела, и грелись на солнышке пару часов. То-то на душе была отрада.

Вечером упаковал вещи. Рано утром, около шести машина с водителем и мичманом должна нас перебросить в аэропорт Елизово.

22 августа.

Борт самолёта Ил-18. Ровно гудят двигатели, крылья самолёта чуть помахивают концами. Это у Ил-18 такой давно знакомый полётный эффект, на который я всегда смотрю с некоторым смущением. Стюардесса принесла прохладительные напитки. Под крылом сквозь редкие облака и дымку серебрится Охотское море.

Утром я проснулся с первыми проблесками зари, повинуясь внутреннему голосу, поднялся и вышел на палубу. День начинался. В распадках ещё густели туманы, но вершины Вилючинского вулкана розовели белыми снегами на фоне прозрачного неба. “Выходим, Лёня”, - окликнул меня Рустайлин, проходя мимо с дорожной сумкой. Я вернулся в каюту и вышел со своим дорожным кейсом, который был похож на дипломат, но был значительно вместительнее, хотя и не был чемоданом. С ним меня пропускали в кабины всех самолётов, что позволяло значительно экономить время, которое тратилось в ожидании багажа. У трапа пожелал дежурившему моряку 6 футов под килем. Нa пирсе уже была вся наша команда. Курили, смотрели на часы. Машины не было.

Курим много и нервно. Пошёл второй час на размен, что оставался до отлёта, когда, наконец, сели и поехали. Оказывается, все службы проспали.

Проверка на КП и прямое шоссе, наконец. Водитель дал полный газ, машина с рёвом пролетела несколько километров и встала - отказал масляный насос.

Ремонт. Нервно курим. Поехали. Разменяли последний час до вылета и уже въехали в Елизово, как спустил баллон. “С вечера надо было выезжать”, буркнул я, выбрался из машины и встал посредине дороги, поднимая кейс вверх. Оставалось не более двадцати минут до вылета, когда сердобольный водитель остановил автобус неизвестного предназначения, и через считанные минуты выкинул команду у входа в Аэропорт, не взяв денег. “Регистрация на рейс продолжается”, - раздался голос информатора, хотя на часах было десять минут до вылета. На помощь в нашей безвыходной ситуации пришёл “Аэрофлот”: Его самолёты практически не летают по расписанию. И этот рейс не был исключением и задержался на час. Мы зарегистрировались и до посадки успели спокойно покурить, любуясь, вулканическим пейзажем.

Осень на Камчатке всегда солнечная. И невзрачная серая погода нашего пребывания сменялась прозрачной зелёно-жёлтой голубизной. Самолёт взлетел в чистое небо, под крылом скользнула голубым облаком бухта Крашенинникова с родной флотилией, блеснули все три вулкана окружающие Авачинскую бухту белыми шапками.

Далеко на севере из иллюминатора правого борта, при желании можно увидеть плотную туманность Ключевской сопки, крупнейшего вулкана востока, высотой в 4800м. Все камчатские пейзажи растаяли в несколько минут полёта, только море и небо. Через час под крылом появилась северная оконечность острова Сахалина, Татарский пролив и синяя лента Амура. Скоро Хабаровск.

23 августа «Ох, ты море, Японское море, много бед ты приносишь с собой…“1 В пять часов вечера по местному времени прибыли вчера во Владивосток. Принял он нас гостеприимно, также как и любой другой советский город принимает незапланированных гостей. Совершив два почётных круга по гостиницам, сдали вещи в камеры хранения морвокзала, и вышли на пляжное побережье вдохнуть морского воздуха и смыть перелётную пыль и грязь. Погода теплая, ласковая. В Приморье начинался бархатный сезон. Вода 22 градуса по Цельсию. Я сразу забыл все печали, уронив себя в морские волны. Вода изумительно прозрачная. Тело человеческое лежит на воде и не тонет. Я ставил себя вертикально, делал руки «по швам» и только колыхался, оставляя на поверхности нос для дыхания. Так прошло часа два, пока не стемнело. По темноте снова совершили круг по отелям. Круги делать удобно. Все гостиницы, включая комнаты отдыха на морском и железнодорожном вокзалах, обходишь в течение часа. В 11 вечера нервы не выдержали у администратора гостиницы ”Челюскин", и она нас разместила до утра. Мне достался номер с телевизором и холодильником, Георгию Рустайлину достался номер без окон.

24 августа.

Утром оформили пропуска в ПРИМ ЦКБ и Дальзавод. У причальных стенок завода, как и год назад, стояли многие десятки, может сотни военных и гражданских кораблей, подводные лодки и большинство из них те, которые мы с Василием видели. Тут же на текущем ремонте стояли “Чумикан” и “Спасск”.

Их надо было осмотреть, а в ЦКБ создать компоновочные чертежи. Но чтобы делать - надо жить. А жить было негде. В штабе Тихоокеанского флота, здесь же на берегу Золотого рога, получили бумагу - направление за подписью начальника штаба флота начальнику гостиницы краснознамённого ТОФ с указанием, принять нас во что бы то ни стало. Но кто такой начальник штаба Тихоокеанского флота в расцвет застойного времени по сравнению с начальником гостиницы. Послал он нашу бригаду… По Ленинской улице проходит главная трамвайная линия. Бригада наша сидела на скамейке на Ленинской у начала Дальзавода и предавалась нестройным мыслям, склонявшимся к одной. А не уехать ли домой, раз начальство о нашем пребывании не позаботилось. Но начальство сидело рядом и молча покуривало.

— Слушай, Георгий, - сказал я, - ведь кроме Советской власти у нас ещё есть и партийная власть. И если советская власть не понимает важности нашей работы и не желает устроить наш быт, давай обратимся к партийной. КПСС ведь правящая партия, и сама провозглашает, что «она за всё в ответе». А член партии в нашей бригаде только ты. Нужны мы будем нашему главному без документов!?

Рустайлин молчал. Здание горкома было в сотне метров.

— Пойдём? - кивнул я в сторону горкома.

Остальные коллеги на меня смотрели со скептическими улыбками.

«А я беспартийный», - сказал я сам себе и в пустое пространство, поправил галстук и пошёл в сторону городского комитета КПСС г. Владивостока.

Милиционер партбилета не спросил и показал второй этаж.

— По какому вопросу? - спросила секретарь в приёмной.

— По государственному.

Но не успела секретарша пройти с докладом, как из кабинета вышел сам, небольшого роста и совершенно невзрачный человек. И, не дожидаясь моих слов, заявил, приподняв руку над головой:

— Я не могу, мне надо срочно в крайком, - и вылетел из приёмной. Зайдите часа через два, - всё же успел сказать мне секретарь горкома из дверей.

И скрылся.

Два часа меня не устраивали.

— Где у Вас крайком? - спросил я у секретарши.

— Через улицу и наискосок.

— Что ж, пойду в крайком, - сказал я ребятам по возвращению. - Есть же там оборонный отдел. Да и недалеко, всего-то улицу перейти. Рустайлин поднялся и пошёл со мной. Через полчаса нас принял зам. начальника оборонного отдела, посмотрел документы с печатями Средьмаша и сказал, что устроить пять человек в гостиницу - раз плюнуть. Но застой есть застой. Через полчаса непрерывных звонков и разговоров с гостиничным комплексом на лбу у партийного чиновника появились капельки пота. Поселить по звонку крайкома не желали ни городские, ни ведомственные, ни заводские гостиницы.

— Позвоните мне часов в пять, - напутствовал он нас, когда мы покидали его кабинет.

— Был четвёртый час.

— Надо отмечать командировки и в аэрофлот. А из дома через ЦК КПСС забронировать этаж в центральной гостинице с видом на море, - стараясь скрасить грустную ситуацию, невесело шутил Вася Суматохин. Его и отправил на завод Рустайлин отметить командировки об убытии без даты выезда, а сам пошёл звонить в штаб флота. Дежурный по штабу уже знакомый с нами капитан второго ранга, предложил переночёвать, а в принципе и жить, сколько желаем, на плавбазе, которая пришла в ремонт и стояла у стенки напротив памятника партизанам. Командовал ей старшина с тремя матросами.

Старшина выделил каюту с тремя двухэтажными койками и тюфяками. Сели.

Пришёл матрос, молодой и тихий:

— Так старшина сказал, что каюта без замка, вещи не оставляйте. Вам ещё и простыни нужны. Может и будут. Не обещаю. - И ушёл.

— Никто ничего не обещает, все говорят - давай, - хмыкнул Гена Обеднев и предложил пойти за вещами. – И так весь день в брожении без обеда. И есть, и спать хочется.

Сходили за вещами, купили еды и вина. В гастрономе на Ленинской улице, вспомнив прошлогодний опыт, я попросил выбрать продавщицу три самых крупных копчёных селёдины с икрой. И она выбрала!

В каюте было грязно, простыней матрос не принёс, и никого из дежурного состава плавбазы видно не было. Выпили по 150, съели вкуснейшую, только что прокопчёную тихоокеанскую селёдку. На меня навалилась сбивающая с ног усталость, и я прилёг на тюфяк. Рустайлин с ребятами ушёл. Через час все вернулись и подняли меня, задремавшего. Крайком поддержал честь мундира и устроил бригаду в общежитии переподготовки партийных кадров.

Находилось оно в районе “первой речки” (так микрорайон обзывался). Это было остановок пять на трамвае в направлении аэропорта. Общежитие квартирного типа, просторная комната с тремя кроватями и вторая с двумя, ванна, душ, кухня, вид на Амурский залив, который был в десяти минутах ходьбы с не очень загаженным берегом, что позволяло найти место, чтобы посидеть и искупаться. Не дожидаясь ужина, я полез под душ и принялся за еду в чистом состоянии. А потом сразу в чистую мягкую постель, какой не видел четыре недели. И проспал до утра без сновидений.

Работа круглосуточно, на кораблях, в ЦКБ, в гостинице.

1 сентября.

Работа, работа. Глубоким вечером чарка для спокойного сна, и утром снова работа до вечера.

Купили билеты до Москвы на седьмое число. «5 и 6 число предполагается для отдыха на море и для разграбления Владика», - объявил Суматохин.

Владивосток был разграблен каждым по возможности. Отдавший все деньги на отпуск женщинам, я ограничился двумя баночками икры и куском чавычи килограмма в два семужного посола. Два дня курорта были совсем незначительным подарком за авральную работу, хоть и очень приятным. Мы выезжали на городской пляж под гостиницу «Челюскин». От мыса «Песчаный» на другом берегу залива дул мягкий ветерок. А у нашего берега набегали волны до полутора метров высоты. Я качался на волнах часами как в люльке. На берегу мороженое, лёгкая еда и снова в воду.

В ночь на седьмое к городу прорвались осколки циклона, бушевавшего на Сахалине, и ударили проливным дождём часа на полтора. Сразу посвежело и костюмы, надетые по случаю отъезда, совсем не давили на плечи.

8 сентября.

Борт самолёта ИЛ-62. Маршрут Хабаровск - Москва. Высота 10000м. Под крылом прозрачное безоблачное пространство. Пересекаем пространства Сибири. Под крылом голубая и зелёная тайга с реками, озёрами, горными хребтами. Редкие проявления человеческого присутствия… Из Владивостока самолёт шёл с посадкой в Хабаровске. Остановка была не без приключений: такой уж наш аэрофлот. Наш самолёт неожиданно отдали на другой рейс. Начались хлопоты, но к счастью, обошлось. Дали другой самолёт, задержав лишь на час. Неизвестно только, летят ли с нами наши вещи. Правда, мой кейс всегда со мной. Бессонная ночь и трепыханье в Хaбаpoвскe приморили. Да и Москва нас ожидала без привета. Билеты в Горький так и не были забронированы. Ждёт ли кто меня дома - тоже неизвестно. Чтобы не думалось, мы с Георгием достали припасённую и уложенную в кейс четвертиночку с балыком кетовым, выпили, закусили, добавили к сему несложный аэрофлотовский обед и задремали. Впереди нам были нужны всего-то только две мягких посадки. Путешествие заканчивалось.

В середине декабря после трёх часов пополудни Сугробин шёл из технической библиотеки по длинному переходу мимо профкома и парткома в инженерный корпус. Через непрерывные высокие окна перехода хорошо просматривалась широкая аллея, по которой уже потянулись к остановке на проспект отдельные работники с укороченным рабочим днём. Солнца за мглистым небом не просматривалось, и воздух темнел, обещая скорый вечер.

На просторной площадке перед лифтом стояли и курили Ласкаев, Зверев и Басиков.

— Когда трое разговаривают, четвёртый лишний, - сказал Сугробин, пожимая всем руки — Почему же так строго о нас судишь. Если червонец в кармане шевелится, можешь стать рядом. Славе скучно. Его опять девушка бросила, и он хандру развести алкоголем желает. Вот и обсуждаем. – Басиков сбросил нагоревший пепел в урну и затянулся. – Мы уже всё согласовали. Если принимаешь, то в пять часов на проходной. Лады.

Все разошлись. В кабинете Сугробин набрал номер Лены. Никто не отвечал. «Еду домой. К Леночке», - решил Леонид и придвинул папку со свежими бумагами. За десять минут до окончания рабочего дня раздался звонок, и бодрый голос Леночки заполнил телефонную трубку.

— Привет, милый! Как ты целый день без меня? Скучаешь? И я скучаю.

Только и вечер придётся поскучать. Главреж попросил посмотреть игру другого состава, и тебе придётся поскучать без меня. Я тебя люблю. Если тебе без меня скучно, приезжай.

— Не буду мешать твоей работе, - сказал Сугробин.

— Тогда до встречи.

Лена звонила из редакции от Поломкина Она не собиралась ни на какой спектакль, зашла поболтать, и Георгий уговорил её провести вечерок вместе.

— Редко заходишь, по телефону коротко разговариваешь. Вся в любимом муже. Это опасно. От мужа устанешь, а других вокруг нет. Вот носик и повиснет в унынии, - улыбался Поломкин.

— Вот уж уставать от мужа совсем не приходится. Он и половину времени со мной не проводит. Сплошные командировки. Даже собравшись в отпуск, ухитрился от своих обязанностей увильнуть. На море только через полотпуска в нормальный отдых вышла. Я же с мужем настроилась быть, а перестройка дело непростое…, - Лена поджала губки и какие – то неосознанные обиды на Леонида закружили её и она сказала. – Сейчас своему мужчинке позвоню.

На проходной Леонид появился ровно в пять. За турникетом уже стояли Ласкаев с Басиковым.

— Я готов, - просто сказал Леонид.

— Как, замужняя жизнь, Леонид Иванович, - спросил Стас после второй. – Как свадьбу отыграл, так и не видно тебя при наших мальчишниках.

— Не скучаешь по свободной жизни? - добавил Ласкаев.

— Не успел понять. Но то, что хандрить не приходится, если девушка бросила, то это совершенно точно.

— Конечно. – согласился Слава. – Какая хадра при такой красотке. Я б на твоём месте отказался ездить в командировки, и был всегда с ней.

— И надоел бы через три месяца, - буркнул Стас. – Правда, Володя?

— Меня такие вопросы не волнуют. У меня старшая дочь того гляди, замуж просится скоро начнёт. Мне её караулить приходится, - отмахнулся Зверев. – Давайте ещё по маленькой. И я вот думаю только, что Ленька поторопился.

Наш сверстник такую девушку только что оторвал. Все вражьи голоса от злости плачут, злословят, и льют помои на Советы.

Ты о чём? О Кристине? – спросил Басиков.

О ком же ещё. Простой советский сотрудник торгпредства в Париже охмурил 28 – летнюю миллиардершу Кристину Онассис и женился на ней. Наш ровесник. Ему, как и нам почти, 37 лет всего.

— А я ничего не слышал, - сказал Леонид. – Давайте подробности.

— Какие подробности, - махнул рукой Стас. - Только слухи. Сам знаешь, как на западе. Что правду сказать, что три короба наврать. А в наших СМИ молчок, как будто мужик и не советский. – Стас увлёкся. Глаза загорелись, голос окреп и зазвенел. – Хохма, конечно. Мужик был женат, но с женой не жил, хоть и ребёнка имел. Кто говорит, что он из Москвы, кто – из Иркутска. У него с матерью хрущёвка была. Так разговоры были, что ему в Иркутске перед приездом Кристины целую площадку в одну квартиру переделали. А сейчас, слухи снова, что в Москве ему две партийных квартиры отвалили, и тоже в одну сложили. Но Кристине Россия не понравилась, и сейчас они живут в Париже. А политбюро наше тоже не придумало, как миллиардершу охмурить, и флот её прибрать.

— Дела!? – усмехнулся Леонид. – Но я всё сделал правильно. В загранку нам не попасть и княгинь своих надо брать. Я ещё не уверен, что всё у меня сойдётся. Но появился смысл.

Я рад за тебя, - сказал Стас. – У меня смысл совсем куда - то уплыл1.

Давайте, мужики, выпьем за Лёнькин смысл жизни.

Ты знаешь, милая, сколько у Кристин пароходов? - бормотал пьяненький Сугробин Елене, войдя в дом. - А у тебя ни одного.

Какие пароходы? Какая Кристин? Где так набрался? – толкала к постели своего мужа Лена, случайно подошедшая домой чуть раньше его. И довольная тем, что не надо заниматься взаимными обвинениями - оправданиями, что ни о чём не надо разговаривать, и утром во всём можно будет упрекнуть Леонида.

– Давай, я сниму с тебя костюм, давай ботинки, брюки. Спи, мой дорогой.

Баиньки.

В начале следующего лета Елена Максимовна вошла в неудачный конфликт с руководством и была вынуждена покинуть насиженное место работы. Сугробина она не информировала, не советовалась и предстала перед ним изрядно смущённой в новом качестве безработного человека. В июле она собиралась на гастроли, и вдруг все планы нарушились. В развитом социалистическом обществе такое состояние не приветствовалось.

— Возможно это и к лучшему. Отдашь всё время и энергию поступлению Алки в институт. Аттестат она обещала получить не хуже, чем у многих, - сказал Сугробин Елене, когда она собщила ему о своих неприятностях.

— И ты не возмущаешься?

— Мало ли что бывает. Если бы ты мне чёрного ребёнка принесла, то пришлось бы решать к какому государству его приписывать. А это… Вы же на кулачках не подрались, за волосы не таскали друг друга?

— Ты, мой золотой, - обняла Лена мужа.

Для поступления Алки в институт, доченьку Елене пришлось водить за ручку на каждый экзамен и следить, чтобы не сбежала. Как уж она договаривалась с преподавателями об оценках, одному Богу известно. Но девочка была принята на первый курс педагогического института, который и закончила достаточно благополучно через четыре года. Тогда же, после зачисления в студенты, Сугробин отвёз их и себя вместе с ними, отдыхать на Ветлугу к знакомому лесничему, который отвёл им полдома на заимке. Там их навестил Слава Ласкаев, и вывез домой на своём автомобиле.

1979. Исламская революция в Иране. Захват американского посольства.

1979. В г. Свердловске (Екатеринбург) в марте месяце из секретных лабораторий закрытого биологического института «девятнадцатого городка»

вырвалась наружу сибирская язва. Город и окрестности были в панике.

Медицина не знала способов борьбы, так как в природе такого вида язвы не существовало. СМИ молчали, люди умирали. Сугробин был спустя год в командировке в Свердловске, и жена его школьного приятеля Струбалина Тамара, врач, рассказывала, как она воевала с бедой.

1979. Индюки решили отдать интернациональный долг и ввели советские войска в Афганистан. 1 Воинские части состояли из советских людей, которые никогда и ничего ни у кого не занимали, и никому не были должны. убитых, 50000 искалеченных и несметное количество ни на что истраченных полновесных рублей стоила война государству и народу. И вместе со строительством практически не нужного БАМа, подорвала экономику страны.

Воплощающим план Кеннеди оставалось только подтолкнуть, пришедшего к власти в 1985 году Горбачёва, начать алкогольную войну. И «великий, нерушимый, могучий» Советский Союз встал на четвереньки без единого выстрела в сторону противника.

1979. Вышел на экраны первый советский боевик «Пираты двадцатого века», 1979. 21 декабря исполнилось сто лет со дня рождения И.В. Сталина.

Дальнобойщики всей страны весь год ездили с портретом Сталина на лобовом стекле.

1980. Индюки лишили гражданства и выслали из страны Василия Аксёнова2 писателя, автора тепло принятой современниками повести «Коллеги», романа «Звёздный билет» и др. И совершенно зря подняли его этим на пьедестал. Аксёнов не был владетелем умов и популярностью пользовался только у диссидентов. К тому же, в период с 1971 г. по 1979 г., из Союза было выпущено «по – доброму» сотни тысяч евреев. И тут, как говорится, «одним больше, одним меньше». Гражданство Аксёнову вернули в 90 – м году.

1980. Советская подводная лодка К – 324 достигла Северного полюса.

1980. Академик А.Д. Сахаров, увлёкшийся поисками справедливости, был ограничен в перемещении по стране и выслан в г. Горький под гласный надзор.

В Горьком ему предоставили благоустроенную квартиру на первом этаже бесплатно, с телефоном. Но в одну комнату подселили партийную наседку, а под окнами поставили фургон с надлежащей аппаратурой, и с постоянно дежурившим сотрудником КГБ. Частым гостем у него была его новая жена Елена Боннарт.

— И чего Сахаров спутался с этой дамой» – спрашивал себя и остальных Володя Зверев на очередном заседании ООР в восемьдесят первом году.- Он же самый честный, самый порядочный, скромнейший человек, искренне пытающийся образумить вождей. Но если Елена тоже правозащитник, то я определённо не меньше, чем херувим.

— Чего это ты так взъелся на бабу. Женился Сахаров, так это его дело.

Мало ли стариков свихивается на бабах, - очень спокойно произнёс Валентинов.

— А ты слышал про следователя Льва Шейнина. Он ещё книги писал.

Почитай, может, что и узнаешь.

1980. В Москве состоялись летние Олимпийские игры. Из–за введения советских войск в Афганистан США, Япония, ФРГ и ряд их сателлитов на олимпиаду не приехали. А сами утверждают со всех трибун, что спорт вне политики!

неофициальном трауре.

К началу восьмидесятых дрожжевым тестом расплылась невероятная тяга власть предержащих к жизни по образцам олигархического общества запада. А с ней коррупция, прямые экономические преступления под прикрытием органов, предназначенных для борьбы с этими преступлениями. Очередной июль. На стареньком безотказном трудяге ИЛ-14, принадлежащем НИИ, бригада в составе восьми человек под руководством Л.И Сугробина спецрейсом летит на Камчатку. Самолёт летит проторенными воздушными трассами над великой транссибирской железной магистралью. В маршруте обязательная посадка в Улан – Удэ. Там экспедицию ожидает представитель института с комплектом деталей для доработки вертолётов, подготовленным заводом – изготовителем вертолёта Ка – 25.

Дневник инженера Сугробина.

Я был последним по маршруту служебного автобуса, который отвозил бригаду от института до аэропорта. Лена была свободной в этот день и поехала провожать меня в аэропорт. Она не предполагала, что её муж вернётся только тридцать первого декабря. Была разговорчива и приветлива со всеми. Второй пилот глаз от неё не отводил. А когда уже летели на автопилоте, вышел в салон, подсел ко мне и спросил: «Как это ты оставляешь на месяцы такую…?» «Муж кажется женщине лучше, когда он вдали от неё, и ей есть с кем его сравнивать», - отшутился я.

Вечером перед вылетом мы с Леной тихо сидели дома за бутылкой венгерского «Деброя». Алочки, уже студентки второго курса, дома не было.

— Совсем недавно мы с тобой отметили три года со дня нашей первой встречи у Курмышова, - сказал я, поднимая бокал. – Это немалый срок для нынешних семей. И у нас с тобой поводы были. Помнишь, как в том году ты провожала меня в Закарпатье?

— Ой! Не говори ерунду, - сморщилась Лена. – Я тебя люблю, а всё остальное такая накипь, что я никогда ничего не помню.

— Счастливая ты, Леночка, что не помнишь. А как быть тем, которые помнят. И, наверное, хорошо для тебя, что я часто уезжаю.

— Наоборот, это так плохо. Я так и не успела привыкнуть к тебе.

— За то не отвыкла от лучших друзей.

Лена не знала, как ответить. Мелькнули слова Поломкина, что близкие люди всё расскажут обо всём, как было до и после. И ей показалось, что Сугробин знает о ней с Гошей. Сердце пронзила боль, что Сугробин может не вернуться к ней из этой дальней, и неизвестной по времени, экспедиции из–за её пустышного поведения. Её в этот момент не утешило даже его сообщение, что она регулярно будет получать его зарплату. Ведь он совершенно порядочный человек, но это ничего не значит для будущего. Непросто будет ему поверить, что полгода без него она была одна. И разговор завёл он неспроста.

— О чём ты, мой дорогой! Мне просто всегда не хватает тебя, когда ты уезжаешь. Я не так сказала. Я просто чувством чувствую, что ты рядом, а очнусь наяву, тебя нет. Я всегда с тобой. Ты дал мне новую жизнь, освободил от прошлого тяжёлого наследия. И я только с тобой.

— Дай – то бог! – сказал Леонид и поднял бокал. – За возвращение к родному очагу.

Лена выпила вино, перебралась на колени к мужу, обняла и долго сидела, положив голову ему на плечо, и слезинки выкатывались из её глаз и высыхали.

Сугробин был понятливый, и не мешал ей бороться самой с собой. Она не была испорченой женщиной.

Самолёт вёл ветеран войны, боевой лётчик, водивший в войну Дугласы.

После взлёта он вильнул в сторону института, на небольшой высоте прошёл над корпусами НИИ и газанул обоими моторами, как бы прощаясь. И только после этого стал набирать высоту. Первая остановка на дозаправку планировалась в Свердловске. Наш экипаж полностью летающий, как в ОГЭ щтаб плавающий. Командир, второй пилот, штурман, радист и четыре механика. Самолёт летает по непредсказуемым маршрутам, и техническое обслуживание его в аэропортах Аэрофлотом не производится. И обслугу самолёт возит с собой. Восемь человек экипажа, восемь пассажиров. В Свердловск прилетели вечером.

Весь личный состав вышел в вокзал. Командиры скрылись и, вернувшись через полчаса, доложили нашей группе, что их не заправляют. «До утра, сказал командир Сугробину, и экипаж расстаял в густой толпе аэровокзала «Кольцово». Проверить слова лётчика было невозможно.

Экипаж спал в ночлежках Аэрофлота для сотрудников Аэрофлота. Бригада сотрудников НИИ, которую этот экипаж обслуживал, болталась до утра в переполненном вокзале без сна, и какого – либо отдыха. Рейсы при вполне нормальной погоде задерживались, и в порту скопилось такое количество ожидающих пассажиров, что и постоять, прижавшись к стенке, было невероятной удачей. Наш самый молодой монтажник забрался на крыши двух спаренных телефонных будок и спал, попросив не оставлять его.

Утром, как только бригада и пилоты встретились, я отвёл заслуженного пилота в сторонку и предупредил негромко, что он меня везёт первый раз и не знает меня. А я испорчу ему самолёт, если он попробует бросить пассажиров ещё раз. «И делай сейчас первую остановку в любом порту, где солнце и тепло.

Мы купим водку, еду и поспим на травке». Командир самолёта не стал возражать и кивнул. Подходящей остановкой оказался Омск. Бригада по изложенной программе провела время отдыха.

В Улан – Удэ прибыли ночью. Байкал промелькнул, чернея ровной гладью среди окружавших гор. На вертолётном заводе комплектовал детали и встречал самолёт сотрудник моего отдела Коля Харламкин.

— Третий день с утра в аэропорт приезжаю вас встречать, - сказал он при встрече.

Доставка груза с завода и передача заняла день. С утра я выехал посмотреть на город, в котором оставил частичку своей юности. На площади Советской всё также стояли гостиница и театр оперы и балета. В небольшом кафе подавали позы. Бутылка тонизирующего напитка «Байкал» и три штуки больших, сваренных на пару, мешочков из теста, наполненные рубленой бараниной напомнили навсегда ушедшее время. Вспомнились девчонки с которыми дружил. В отделении связи написал и отправил открытку Катеринке с приветом из её родных мест.

В Забайкалье мы делали посадки в аэропортах с экзотическими названиями и ночевали в аэрофлотовских общежитиях всем составом вместе с экипажем. Сначала была Тогдамыгда. В Тогдамыгде командир посадил самолёт из–за надвигавшейся по всему горизонту грозовой опасности. И гроза бушевала полночи. Далее Магдагачи. Уютные и привлекательные по – своему местечки, построенные до войны, когда пассажирской авиации почти не было.

Все постройки были деревянные, и в ночлежных комнатах стояли старинные кровати с панцырными сетками, прогибавшиеся от длительного пользования до пола. Самолёт продолжал лететь над железной дорогой. Прошли Благовещенск, Биробиджан. Об этом сообщали пилоты, выходившие в салон покурить.

Биробиджан и еврейская автономная республика вызвали в памяти байку, а может и правду, об образовании республики. Известный еврей Соломон Михаэлс1, вхожий к И.В.Сталину, в приватном разговоре попросил кормчего создать для евреев республику в границах Советского Союза. «И где бы вы хотели компактно разместиться?» – спросил Сталин. «На полуострове Крым», скромно ответил Михаэлс. «Мы подумаем над этим вопросом, товарищ Михаэлс», - ответил Сталин. И через короткое время республика была создана в Хабаровском крае на Амуре.

Всем это кажется немного смешным, немного нелепым. Однако, добравшись до десятого года ХХ1 века, история вынуждена констатировать, что мысль Михаэлса была глубока. Было бы создано еврейское государство в Крыму, и татарам там было бы делать нечего. И Турция бы перестала плести мелкие интриги и вынашивать мечту о возвращении Крыма в мусульманский мир. И Украине Хрущёв бы не мог ничего передать, и дружба из–за этого бы двух народов не ломалась. Крымские берега были бы фешенебельно обустроены, и жители России не маялись бы на раскладушках под абрикосами, обогащая крымских частников.

Но и у кормчего мысль была неплоха. Организуйся всемирное еврейское государство на берегах Амура и китайцам пришлось бы задуматься, прежде чем рисовать карты с «исконно китайскими» землями. Еврейские политики тактично бы указали Пекину, что Китай, построив великую китайскую стену в пятнадцать тысяч километров, сам отгородил себе территорию от стены до тёплого моря. И на северные территории совсем не претендовал. И у теперешних российских властителей не болела бы голова о китайской тихой экспансии. А поскольку весь западный мир жаждет разделения российской Сибири и Дальнего востока на территории, подвластные сильным мира сего по так называемой «справедливости»,1 то к середине ХХ1 века карта этих мест может серьёзно измениться.

Но самолёт летел над Биробиджаном в восьмидесятом году и ни у кого, даже у китайцев, мыслей не было, что через десять лет великий и могучий рухнет. Сугробин летел укреплять могущество своей Родины. За Биробиджаном маршрут отклонился от железной дороги, и прошёл севернее Хабаровска прямо до Николаевска на Амуре. Там, в небольшом аэропортовском ресторанчике в рубленом деревянном здании, очень вкусно поели. Через Охотское море прямо на Петропавловск командир самолёт не повёл. На очередную ночёвку прибыли в Магадан.

Аэровокзал в Магадане ничем не напоминает о городе зеков. Современной архитектуры из стекла, алюминия и бетона, он был родным братом любому провинциальному аэровокзалу Советского Союза. Гостиницу аэрофлотовскую командир на весь состав не пробил, и все шестнадцать человек устроились на ночлег в салоне родного самолёта. С восходом солнца самолёт дозаправили. И командир повёл его над береговой кромкой к полуострову Камчатка, Через пять с половиной суток экспедиция прибыла в аэропорт Елизово. Экипаж самолёта пожал членам экспедиции руки, и скрылся в аэрофлотовских трущобах. Далее задача экипажа состояла в наиболее эффективном разграблении рыбных закромов полуострова по заказам руководства и удовлетворения личных интересов.

радиотехнического комплекса корабля «Чажма», был дежурным офицером при штабе в день нашего прибытия. Высокий красивый офицер двадцати восьми лет с большим чувством юмора, принял нашу команду и разместил на «Чукотке» в двух каютах вертолётчиков на корме рядом с вертолётной палубой.

Он был уже назначен куратором работ от ОГЭ и проявлял радушие с первых минут знакомства. «Чажма» стояла в ремонте на заводе ВМФ в посёлке Сельдевой в нескольких километрах от Приморска. Комплекс СКа лежал в ящиках на военных складах в Елизове под крылом старшины Тихолаза.

Бригада прибыла в четверг, и впереди были выходные. Богородский предложил начать работу с отдыха на озере. Народ измучился за неделю благодарностью принято.

Камчатку тогда снабжали бараниной напрямую из Австралии. В магазинах висели крупные жирные туши. Такие бараны в России не росли. Вася Суматохин называл их кенгуру и убеждал вслед за Козьмой Прутковым1 не верить написанному на ценниках. «Ведь как ошиблась старушка, прочитав на двери сарая слова из иксов и игреков, - говорил Вася. – Открыла дверь, а там австралийской баранины получались превосходные. Озеро находилось в двух километрах от центра Приморска. Низкий болотистый берег с редкими твёрдыми полянками и такое же неглубокое зыбкое дно под водой. Было тепло от солнца, тепло от вина и шашлыков. И дружелюбия. И все от отличного настроения прыгали в прозрачное озеро. Добрые отношения со средним звеном ОГЭ были налажены.

Для переброски комплекса на Камчатку НИИ зафрахтовал военно – транспортный самолёт АН – 12. Суматохин и Сугробин обеспечили погрузку в аэропорту «Стригино». После чего Сугробин улетел на своём самолёте с бригадой, а Суматохин был вынужден задержаться на неделю.

Вечером прибыл Василий Суматохин.

— Я сегодня на базе у Тихолаза всё перепроверил. Завтра надо направлять грузовики, сказал Суматохин, явно гордясь тем, что сразу включился в работу.

— Нет никаких вопросов, - сказал Богородский, с которым я связался по радио.

Пять рейсов грузовика «Урал», и на третий день с начала работ по перевозке вся техника находилась на борту «Чажмы»

Пришло известие о смерти Владимира Высоцкого. Это было неожиданно и печально. Официальному сообщению о причинах смерти не верил никто.

Офицеры, не опасаясь быть услышанными, говорили, что это убийство по заказу. Высоцкий был для всего народа выразителем его чувств и настроений.

Городок Приморск был в трауре. Печаль была искренней и глубокой. Ушёл певец, « к чему теперь рыданья. Пустых похвал ненужный хор».2 Как всё в России повторяется, и ничему не научился народ у истории. Не заступился народ за своего кумира, когда его ну, только что на отсидку не загоняли. Не заступился народ. И сам по себе рассыпался через десять лет, превратившись из народа в население, как и государство, перешло в разряд территории.

3 ноября.

Прошли три с половиной месяца. С началом работ бригада с корабля переехала в городскую приморскую гостиницу. И перешла на корабль только в середине октября, когда все работы монтажные и пусконаладочные были закончены, и большая часть сотрудников была отправлена по домам. В середине августа прибыл и принял руководство на себя Георгий Рустайлин. В сентябре появился Малахов с двумя инженерами для усиления инженерной мысли. В вертолётной части кропотливо работали с августа месяца специалисты вертолётного завода, дорабатывая боевые машины. Доработка никак не влияла на их боевые характеристики. Только в паспорта на машины было введено предупреждение на первой странице. «При плановых ремонтах такие – то устройства не снимать!» Через заместителя командующего ОГЭ по измерениям Владимира Литвинова наладили добрые отношения с руководством завода Завод имел на реке Паратунка лучшую на полуострове базу отдыха на термальном источнике. И по договорённости между нашим командованием из ВМФ, руководством завода и его профкомом, нашей бригаде на выходные дни выделялось по пять - десять бесплатных путевок без кормления. И мы отправлялись поутру в субботу до вечера в воскресенье. База была в пятнадцати километрах от Приморска. Река Паратунка течёт с гор и впадает в Авачинский залив между Приморским и Петропавловском. Там где санаторий, там термальные воды вышли на поверхность и образовали озеро, тёплое и зимой и летом. Но долго никто не предполагал, что вдоль всего наземного русла реки, течёт подземная Паратунка, горячая Паратунка. А когда об этом разузнали, то стали бурить скважины. Так по течению реки и образовались базы отдыха с термальными родоновыми источниками. Это был кайф, и настоящее санаторное лечение. Вода менялась в бассейне ежесуточно. Живописные склоны также живописно были уставлены деревянными вигвамами, каждый на 6 – 8 спальных мест со столами для пиршеств. По реке Паратунке, как и по всем камчатским рекам и речкам гуляли и нерестились все виды красной рыбы и вся прочая рыба. В пятницу наши дневальные закупали мясистые части барана, заквашивали шашлык и закупали всё необходимое для двухдневного существования.

И отправлялись на рейсовом автобусе иногда в пятницу вечером, не дожидаясь субботнего утра. Если кто-то по нужде уезжал в город, то приезжал на базу через Елизово. На базе брали у краснофлотцев пару рыбин с икрой, готовили парную слабослёную икру и закусывали в удовольствие бутербродами из целого ломтя белого хлеба, масла и икры на нём в полпальца толщиной. А потом варили уху, жарили шашлык. И между приёмами еды и вина, проводили часовые сеансы в бассейне. Термальные воды очень помогли всем сохранить здоровье во время пребывания в Вилючинске, и ещё на долгие месяцы. Чего я никогда бы не получил в России, я с лихвой получил на Камчатке. Снег ли, дождь ли. К концу сентября, погода регулярно начала показывать восточный нрав. В бассейне всегда было тепло и в вигвамах уютно. В Петропавловск я ездил, когда хотелось выпить пива или по необходимости общения с вертолётчиками. И всегда возвращался из города и от вертолётчиков через морвокзал. В Горький к Лене отправлялись письма регулярно раз в две недели, как договаривались. Она в своих письмах не распростанялась о своей жизни, и заканчивала страничку стандартно – люблю, целую, жду.

Елена Максимовна, так боявшаяся потерять свою свободу при замужестве, неожиданно получила её столько, что не знала, как ей распорядиться. У неё отпала масса домашних забот, обязательных звонков друзьям, чтобы о ней не забывали. Отпала и самая главная забота о ежедневном перерасчёте содержимого кошелька и распределения денег между ней и дочерью. Cугробин подарил ей после свадьбы большой цветной телевизор, только что входивший в советский быт. И Алка целый месяц не выходила из дома, просматривая все передачи подряд. И сама Лена спешила домой, не оставаясь на вечерние спектакли как обычно. Ей очень нравилось встречать собственного мужа или быть им встреченной. И после совместного ужина сидеть, обнявшись, перед телевизором. У неё всегда было всё не так, и она наслаждалась покоем. Иногда она просила Леонида заехать после работы за ней, и они возвращались домой вместе. После звонкой свадьбы в коллективе театра Сугробин был принят дружелюбно, но появлением за сценой не злоупотреблял.

Через полтора месяца Елена уехала в Ленинград на две недели на семинар театроведов. Там её всегда ждал милый друг из императорского театра. А в этот раз на семинар ехал другой друг из Иркутска, с которым вместе проводили сессии, обучаясь в одном потоке. И, обнимая обретённого собственного мужа, Лена раздваивалась в мыслях о предстоящих встречах. Женский организм долго помнит ощущения физической близости, и это нарушало спокойный ритм принятой новой жизни.

— Зачем ты вышла замуж? – упрекал ей ленинградский актёр. – Я разве отказывался от тебя? Ты же сама говорила, что всё решим, когда дочка кончит школу. И тогда, определив её на учёбу в Ленинград, устроим обмен жилья и будем вместе.

— Ты, милая лиса Алиса – Елена, завлекла меня, чтобы не пропадать от тоски за скучными учебниками на сессиях. И я не забываю о тебе даже на берегах Байкала. А жена упрекает меня, что стал задумчивый. Но если, изменяя жене со свободной женщиной, распутным был только я, то встречаясь со мной, теперь замужняя, распутной станешь и ты, - говорил другой милый друг, однокурсник по заочной учёбе из Иркутска.

Лена не занялась словоблудием с друзьями, считая прошлое прошедшим.

«Что было, то было. А с тем, что есть, будем разбираться», - сказала она себе, не задумываясь над тем, что разбираться бы ей ни с кем больше не стоило. В эти дни в Ленинград подъехала прибывшая в командировку её младшая сестра. И в маленькой ведомственной гостинице стало так весело, что пожилые администраторши вздохнули с облегчением, когда «девушки» из Горького покинули их тихую обитель.

совместный отпуск на море, где Лена оказалась в театрально курортной среде.

Потом снова постоянные краткосрочные отъезды мужа, и затем его полугодовое отсутствие. Соседи не сомневались, что замужество Елены закончилось. Она не разуверивала никого, получала передаваемую ей зарплату Леонида, и была свободна от всего. Затянувшиеся её безработные каникулы и нерастраченные силы наводили Елену на мысли о ребёнке. Как и все женщины, прошедшие через неоднократную смену любимых, она не сомневалась, что Сугробин после иссык – кульского её выступления, не будет пропускать положивших на него глаз женщин. И они, эти «нахалки», могут его от неё увести. «Только ребёнок оставит с ней Сугробина навсегда». Эта мысль сформировалась у неё в один из одиноких осенних вечеров, когда Алочки дома не было, а она грустно смотрела телевизор и отпивала по глоточку ликёр «Бенедектин».



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |


Похожие работы:

«Руководство пользователя 3.7.2013 2 DipTrace. Руководство пользователя Содержание Раздел I Создание простой схемы и печатной 4 платы 1 Введение 2 Установка размера страницы и размещение рамки 3 Настройка библиотек 4 Проектирование схемотехники 5 Преобразование в плату 6 Разработка печатной платы Подготовка к трассировке Автоматическая трассировка Работа со слоями Меж слойные переходы Классы сетей Ручная трассировка Измерение длины трасс Выбор объектов по типу/слою Размещение текста и...»

«Уважаемые участники Дней Тартуского университета в Псковском государственном университете! Приветствую Вас от имени Псковского государственного университета. 20 января 1786 года императрица Екатерина II Великая издала Указ о создании в городе Пскове классического университета. Через 225 лет Указ выполнен. Путем слияния пяти образовательных учреждений Псковской области в 2011 году создан УНИВЕРСИТЕТ. Каждый из участников процесса объединения передал университету свой лучший опыт, достижения,...»

«Мультиварка RMC-M4502 РУКОВОДСТВО ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ www.multivarka.pro УВАЖАЕМЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ! Благодарим вас за то, что вы отдали предпочтение бытовой технике от компании REDMOND. REDMOND — это новейшие разработки, качество, надежность и внимательное отношение к нашим покупателям. Надеемся, что и в будущем вы будете выбирать изделия нашей компании. Мультиварка REDMOND RMC-M4502 — это современное многофункциональное устройство для приготовления пищи, в котором новейшие инновационные разработки в...»

«Косарев А.В. ТОНКОПЛЁНОЧНЫЙ ТЕРМОЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ ПРЕОБРАЗОВАТЕЛЬ НОВОЙ АРХИТЕКТУРЫ И ЕГО РАБОТА НА ЕСТЕСТВЕННЫХ ПЕРЕПАДАХ ТЕМПЕРАТУР ВОЗОБНОВЛЯЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ ЭНЕРГИИ АННОТАЦИЯ Несмотря на заманчивую простоту и надёжность, несмотря на почти двухсотлетние усилия исследователей, термоэлектрические преобразователи так и не стали источниками электроэнергии в промышленных масштабах из-за низкого КПД и малых единичных мощностей. Их широко используют только в измерительной технике. Предлагаемый...»

«Аутоиммунный гепатит Проф. Ульрих Лейшнер Университет Франкфурта-на-Майне (Германия) Автор: Prof. Dr. U. Leuschner Zentrum der Inneren Medizin Medizinische Klinik Klinikum der Universitt Theodor-Stern-Kai 7 D-60590 Frankfurt am Main Germany Перевод и научная редакция: Проф. Аркадий Шептулин (Prof. Arkadiy Sheptulin) Москва Д-р Станислав Ситкин (Dr. Stanislav Sitkin) Санкт-Петербург Содержание 5 1. Введение 6 2. Аутоиммунный гепатит 2.1. Определение 6 2.2. Этиология и эпидемиология 6 2.3....»

«ФРАГМЕНТ Константин Илиев ПОРАЖЕНИЕТО ХРОНИКА ОТ КРАТКОТО СТОЛЕТИЕ Тази книга има автобиографичен характер. Променени по обясними причини са почти всички имена, както и описанието на някои второстепенни обстоятелства. Мемоаристиката по думите на Йосиф Бродски е последната крепост на реализма. Това, че този достоен човек с не особена симпатия споменава този литературен термин, не можа да ме накара да се впусна в ненужни стилистични упражнения. Разбирам реалистичното писане единствено като...»

«Руководство для инженеров Система, состоящая из нескольких чиллеров Конструкция и регулирование Градирня Вытяжной вентилятор Камеры обработки внутреннего воздуха Терминал переменного объема вохдуха Диффузор Командный Насосы (управляющий) блок охлажденной, горячей и охлаждающей воды (воды Абсорбционный охладитель Блок управления градирни) холодильной жидкости установкой непосредственного сжигания Панель управления установки Система управления оборудованием здания Охладитель жидкости с (BMS)...»

«Аркадий Федорович Пинчук К своей звезде Werewolf Пинчук А. К своей звезде: Роман в двух книгах.: Советский писатель; Ленинград; 1988 ISBN 5-265-00281-2 Аннотация Роман-дилогия К своей звезде посвящен жизни летчиков военной авиации. Его герои – пилоты, командиры и подчиненные, их друзья и близкие, жены и дети, – живут своими особенными, непростыми судьбами. В них тесно переплетаются разные мотивы и устремления – здесь и достижение высот летного мастерства, и любовь к близким, и необходимость...»

«Негосударственное общеобразовательное учреждение Средняя общеобразовательная школа № 38 открытого акционерного общества Российские железные дороги Утверждаю Рассмотрено на заседании методического совета. Директор НОУ СОШ №38 Заместитель директора по УР _Сухоруков В.В. Шелковников И.В. Рабочая программа по окружающему миру для 1 класса на 2013 – 2014 учебный год Составлена учителем начальных классов Ананьевой Юлией Александровной ОКРУЖАЮЩИЙ МИР 1 КЛАСС Пояснительная записка 1. Роль и место...»

«С. Л. Яворская ШУМАЕВСКИЙ КРЕСТ И КАЛЬВАРИЯ ЦАРЯ АЛЕКСЕЯ МИХАЙЛОВИЧА Шумаевский Крест представлял собой пластический ансамбль, состоявший из сотен разномасштабных резных и литых рельефов и скульптур. В центре ансамбля было установлено Распятие с предстоящими на фоне Иерусалима, слева и справа — архангелы с рипидами и евангелисты. Перед Распятием — трехчастное сооружение, символизировавшее храм Гроба Господня, — своеобразная аван-композиция, предварявшая рассмотрение ансамбля. По сторонам...»

«Ваш HTC Desire X Расширенное руководство пользователя 2 Содержание Содержание Распаковка HTC Desire X 8 Задняя крышка 9 SIM-карта 10 Карта памяти 11 Аккумулятор 12 Включение и выключение питания 13 Первоначальная настройка HTC Desire X 14 Хотите получить несколько быстрых рекомендаций по использованию вашего телефона? Ваша первая неделя с новым телефоном Функции, которыми вы можете наслаждаться в HTC Desire X Начальный экран Жесты пальцами Двигательные жесты Режим сна Получение контактов на HTC...»

«Четыре строки Сборник буриме Послесловие Д. М а н и н а Составление, примечания и рисунки М. Казанской © Р. Асланбейли, А. Бурштейн (Д. Д. П., Васёк Покусай) М. Вербицкий, А. Вольфовский (Посторонним в.) А. Габриэль (Танжер), Н. Гашимзаде (м-ка) Д. Гусев (Ценсор), В. Каневский (Кинтаро) И. Кригер (Грирке), Д.Кулиш (Автоматическое, Квебек) Г. Лансберг, М. И. Мухин ( ПППвППП), Д. Манин А. Осипов (*оп?ов, Револьвента Иванова) Э. Пикалев (Латакот), Д. Прокофьев (Д. П.) П. Просянкин (Дед Буквоед),...»

«КОЛЛЕКЦИЯ ДЕТСКОЙ КНИГИ И ИЛЛЮСТРАЦИИ • ПЛАКАТЫ Аукцион № 7 Букинистика, графика 13 апреля 2014 КОЛЛЕКЦИЯ ДЕТСКОЙ КНИГИ И ИЛЛЮСТРАЦИИ ПЛАКАТЫ Аукцион № 7 Букинистика, графика 13 апреля 2014 Аукцион состоится 13 апреля 2014 года в 15.30 по адресу: Москва, ул. Большая Ордынка, д. 16/4, стр. 3 Галерея Три Века Предаукционная выставка с 5 апреля по 12 апреля, ежедневно с 11.00 до 19.00 в Галерее Три Века Заявки на участие в аукционе + 7 (495) 951 info@triveka-auction.com Заказ каталогов:...»

«Владимир Вестник Впервые о главном секрете благополучия Книга вторая. СОДЕРЖАНИЕ (Номера страниц указаны при шрифте 22, после / – при 12). Часть 1. Рассказы и письма Глава 1. Рассказы. Облачный фантом.4/2 Он.20/7 Жадничать надо разумно.37/12 Истерика – дорогое удовольствие.40/13 О таинстве красоты.52/17 Полярное сияние в Подмосковье.62/20 Начало Новой Эры.68/22 Праздник.75/24 Праздник общения.95/30 Перераспределение кармы.96/31 Падение Алии.110/35 Глава 2. Письма и ответы. Ответы Холину.121/38...»

«Нижний Новгород | Бесплатная газета новостей | Рекламно–информационное издание рд фр ц д ЕСТЬ НОВОСТЬ? Сообщите по т. 291-31-50, e-mail: red@pg52.ru Опубликуйте новость в соцсетях, используя 16+ хэштег #progorodnn WWW.PROGORODNN.RU №17 (138) | 19 АПРЕЛЯ 2014 | ТИРАЖ 350 000 Собаки Никас Задумались изгрызли корпус Сафронов привез з о новом ремонте? автомобиля Нижнему привет Планируете горожанина от Пугачевой стройку? Мы вам поможем! (0+) стр. 14 (0+) стр. 2 (0+) стр. Эксклюзив: чета Кондрашовых...»

«ЕВРОАЗИАТСКАЯ РЕГИОНАЛЬНАЯ АССОЦИАЦИЯ ЗООПАРКОВ И АКВАРИУМОВ EUROASIAN REGIONAL ASSOCIATION OF ZOOS AND AQUARIA ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ GOVERNMENT OF MOSCOW МОСКОВСКИЙ ЗООЛОГИЧЕСКИЙ ПАРК MOSCOW ZOO Научные исследования в зоологических парках Scientific Research in Zoological Parks Выпуск 22 Volume 22 Москва Moscow 2007 УДК [597.6/599:639.1.04]:59.006 Предыдущий 21 выпуск сборника был опубликован зоопарком Новосибирска. Настоящий выпуск, подготовленный Московским зоопарком, как и предыдущие,...»

«Анастасия Дробина Барыня уходит в табор Анастасия ДРОБИНА БАРЫНЯ УХОДИТ В ТАБОР Пролог Вечер 6 июля 1878 года был теплым и тихим. Красное солнце опускалось за Серпуховскую заставу, и последние лучи гасли один за другим на далеких куполах Данилова монастыря. Шумные толпы людей и скота, заполнявшие Серпуховку днем, сильно поредели, и в Москву тянулся лишь припозднившийся соляной обоз и цепочка богомольцев, а из Москвы катилась, подпрыгивая на ухабах, одинокая пролетка. Она миновала разбитые...»

«ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ СОДРУЖЕСТВА НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ Информационно-аналитический департамент РАЗВИТИЕ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СОДРУЖЕСТВА НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ В 2013 году (сборник информационно-аналитических материалов, выпуск № 2) Минск, 2014 Под общей редакцией первого заместителя Председателя Исполнительного комитета – Исполнительного секретаря СНГ В. Г. Гаркуна Редакционная коллегия: А. К. Заварзин (главный редактор), А. Ю. Чеботарев, И. Б. Зеленкевич, С. И. Мукашев, О. А. Капустина, О. Н....»

«Федеральный закон от 29.12.2012 N 273-ФЗ (ред. от 25.11.2013) Об образовании в Российской Федерации (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2014) Документ предоставлен КонсультантПлюс www.consultant.ru Дата сохранения: 15.01.2014 Федеральный закон от 29.12.2012 N 273-ФЗ (ред. от 25.11.2013) Документ предоставлен КонсультантПлюс Дата сохранения: 15.01.2014 Об образовании в Российской Федерации (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2014) 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ...»

«DP/FPA/2004/15 Организация Объединенных Наций Исполнительный совет Distr.: General Программы развития 6 August 2004 Организации Объединенных Russian Original: English Наций и Фонда Организации Объединенных Наций в области народонаселения Вторая очередная сессия 2004 года 20–24 сентября 2004 года, Нью-Йорк Пункт 7 предварительной повестки дня ЮНФПА Фонд Организации Объединенных Наций в области народонаселения Годовой финансовый обзор за 2003 год Резюме В период с 2002 по 2003 год общая сумма...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.