WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

НиНа ВороНель

Черный

Маг

`

Бостон•2012•Boston

Нина Воронель. Черный маг

Black Magician by Nina Voronel

Copyright © 2010-2012 by N. Voronel

Copyright © 2012 by М•Graphics Publishing

All rights reserved. No part of this book may be reproduced, stored in

a retrieval system, or transmitted by any means, electronic, mechanical,

photocopying, recording, or otherwise, without written permission from

the copyright holder, except for the brief passages quoted for review.

ISBN 978-1-934881-92-7 Library of Congress Control Number: 2012946847 M•Graphics Publishing www. mgraphics-publishing. com mgraphics.books@gmail.com Phone: 781.990.8778 Печатается по изданию:

Нина Воронель. Черный Маг / Москва–Иерусалим, 2010 Дизайн обложки: А. Волошановская © Printed in the United States of America новая книга нины Воронель Н ачну с главного — новая книга Нины Воронель «Черный маг» — это очень удачное смешение жанров, которое, на мой взгляд, породило новый литературный жанр. Здесь и римейк известных романов, и литературный «перевертыш», и детективно закрученный сюжет, и роман в романе и даже какие-то намеки на черную магию, и Израиль, и Россия, и случайное, и неизбежное… Вообще, первое, что я сказала себе, читая «Черный маг»: «Будто листаешь любимые книги, будто перечитываешь что-то знакомое, но забытое и испытываешь ту же радость от встречи со старым знакомым».

У меня название романа Нины Воронель, а затем и полное его прочтение почему-то  вызвало ассоциации с  нашумевшим несколько лет назад научно-популярным фильмом The Seсret (в русском варианте «Тайна») — о мире вокруг нас, который мы сами в силах создать или изменить.

Другая ассоциация  — формула: «литература  — жизнь или  жизнь — литература»? Вопрос, который задает себе любой пишущий человек, и Нина Воронель отвечает на него однозначно:

мы творим свой собственный сценарий, и наш полет фантазии нередко становится реальностью, но пусть нас это не пугает, — успокаивает автор, — мы сами можем создать счастливый финал, только от нас это и зависит… В романе несколько историй, совершенно реальных, почти документальных — наверняка читатель найдет среди персонажей кого-то неуловимо напоминающего либо его самого, либо очень хорошо знакомого ему человека. Роман населен героями, которые неизбежно связаны между собой, автор не дает им ускользнуть, нет ни  одной незавершенной сюжетной линии, как  это часто бывает во многих детективах даже у больших мастеров этого жанра. «Я  не  могу читать из-за  этого Агату Кристи»,  — призналась мне Нина Воронель, когда я позвонила ей и сказала, Марина К онцевая Новая книг а Нины Вороне ль что мне ее книга очень понравилась, особенно за то, что, закрыв ее, испытываешь чувство желанного читательского удовлетворения: все герои нашлись, все загадки распутаны, финал логичен и правдоподобен.

Первый комплимент: книга написана добросовестно.

Но за комплиментом следует немного разбавленное критикой замечание: очень подробное описание начала романа показалось мне слегка даже затянутым, но в этом, по-видимому, был и особый писательский прием: в самом начале были разбросаны загадки и намечены основные сюжетные линии, но даже самый опытный читатель не смог бы предположить, как и куда поведет его действие романа — почему один из, казалось бы, совершенно неорганизованных среди героев и неудачливых по сути людей — станет в конце концов тем, кто выступит в качестве некоего «супермена»; как история мамы и дочки превратится в «Лолиту наоборот», когда часть романа, практически списанные с Набокова сцены, будут переданы через девочку, через ее переживания — и до чего же правдиво! А главное — действие настолько захватывает, что потом оторваться от книги невозможно, — очень хочется узнать, как же развяжется этот узел, так мастерски завязанный автором — из любовей, измен, похищений, убийств, отъездов и переездов, карьерных потуг и еще очень многого — того, из чего складывается наша повседневная жизнь На мой вопрос, что же все-таки первично — придуманный полностью сюжет или литературная подоплека или какая-то реальная жизненная ситуация, Нина Воронель призналась, что после того, как вышла одна из новелл романа, посвященная истории публичного дома, один друг прислал ей вырезку из газеты, в которой рассказывалось о том, как некую бордель подожгли сами проститутки, чтобы, таким образом, спастись от своих сутенеров и сбежать на свободу. Жизнь подбрасывает сюжеты, а сюжеты оказываются самой жизнью… Еще одна особенность романов Нины Воронель, или обязательная часть ее творчества — это литературный эпизод, связанный с самой страшной трагедией еврейского народа — уничтожением генофонда нации. Во всех своих книгах Воронель обязательно должна отомстить за эту трагедию — одним, ей известным способом. Так происходит и в другом ее романе «Ведьма и парашютист» (случайны ли колдовские названия ее романов?), где герой — израильский десантник Ури загоняет бывших нацистов в огромную холодильную комнату — антипрототип душегубок;

Марина К онцевая Новая книг а Нины Вороне ль так происходит и в «Черном маге», когда герои почти случайно наказывают бывшую нацистку Маргариту, доведя ее до абсолютного страха и ужаса одним своим появлением… Это, безусловно, месть, пусть литературная, но очень справедливая, и у меня при чтении этих мест романа возникло точно такое же желание, как у израильских зрителей фильма Тарантино «Бесславные ублюдки». В том месте, где в фильме герои расстреливают Гитлера и все его окружение, на премьерном показе в тель-авивском кинотеатре зрители встали и аплодировали, стоя.

Многие сцены в  романе Воронель вызывают такое чувство и, надеюсь, будут вызывать еще у многих читателей. Хорошая книга, отличный язык, удивительный поворот событий, а  каков ее жанр? Так ли это важно, когда встречаешься с настоящей литературой?

Черный Ж дали поэта Перезвонова, заезжую знаменитость высокого полета. Поэт запаздывал и застолье откладывалось. Тоскливо поглядывая на нарядно накрытый стол, проголодавшиеся гости небольшими стайками клубились вокруг лакированного подноса с крекерами и сырами, окаймленного колоннадой разноцветных бутылок.

В конце концов, женщины устали от затянувшегося стояния с бокалами в руках и дружно выпорхнули на балкон — щебетать и сплетничать. А мужчины заговорили о политике. А о чем бы еще? Не об искусстве же им было говорить в этой комнате, так густо увешанной картинами, что не было видно стен. Картины были выстроены строго по линейке, — все, как на подбор, яркие, в крупных размашистых мазках, купленные по случаю — Габи сразу определила опытным глазом — у бродячих художников, робко звонивших по вечерам у двери.

Стандартный дверной звонок Ритуля давно заменила мелодичным двузубчатым колокольчиком — пусть в живописи она разбиралась слабо, зато искусством быта владела, как … как чем, черт побери? Габи порылась в закромах памяти, но там нашлись только пыльные глупости, вроде «птицы для полета», и ничего приятного на вкус. Смирившись, Габи взяла крекер и ткнула вилкой в растекшуюся по тарелке маслянистую мякоть камамбера.

Ничего не зачерпнув, вилка бесплодно проскрежетала по пустой, прочерченной голубым фарфоровой поверхности, на что Ритуля отреагировала мимолетным поворотом шеи — без взгляда, словно клюнула. И опять повернулась к Дунскому.

Дунский о политике не говорил принципиально, чтобы подчеркнуть, как все в этой стране ему чуждо. И потому Ритуля завладела им с легкостью — искусство летучей интеллектуальной беседы было составной частью искусства быта наравне с умением сервировать стол. Ради такой беседы Ритуля стригла ежиком проволочные свои кудряшки у Лидии, самой модной парикмахерши Тель-Авива, и обильно опрыскивала их купленными в Париже духами «Диориссимо» фирмы «Кристиан Диор». Ради такой беседы расставляла она на  смуглых плетеной соломки салфетках, купленных в Мексике, купленные в Лондоне тарелки с голубыми разводами, и ограничивала их строем бокалов венецианского стекла. Купленных, конечно, в Венеции — где же еще прикажете покупать венецианское стекло? «Ах, мы так растратились! Так растратились!».

«Становлюсь злюкой, становлюсь сукой!» — честно сформулировала Габи и подцепила шелковистую мякоть камамбера указательным пальцем, благо никто на нее не смотрел. Она старательно облизала палец — а может, вся беда была в том, что никто на нее не смотрел? Она этого терпеть не могла.

Ритуля продолжала ворковать с Дунским, почти касаясь губами его уха. Даже на расстоянии терпкий настой «Диориссимо»

раздражал носоглотку Габи — и как только он, с его постоянными жалобами на аллергию, это терпит?

«Верить в Бога, так вот просто верить и все, — увы, на это я неспособна. «Бисквиту» подлить? По секрету от всех. «Бисквит»

я держу только для близких друзей».

Марки коньяков Ритуля изучила не хуже, чем фразы для интеллигентных бесед. Дверца бара скрипнула интимно, тягучим темным золотом плеснулась жидкость из пузатой бутылки.

«Коньяк следует наливать на дно высокого бокала и греть в ладони — вот так».

Дунский греть коньяк не стал, однако и пить не спешил. Он задержал бокал у самых губ, чуть касаясь языком края стекла, — глаз его Габи не видела, но взгляд, соответствующий ситуации, знала наизусть, как и прочие его штучки. Так хорошо она его знала, так подробно, что могла бы срежиссировать все его игры на двадцать лет вперед.

Ритуля и себе налила на донышко:

«Но вот язык звезд — совсем другое дело. В язык звезд я верю, я воспринимаю его всей кожей», — в подтверждение своих слов она провела пальцем от шеи вниз, до края глубоко вырезанного декольте. Дунский последнее время увлекался астрологией.

Он сглотнул «Бисквит» с донышка и коснулся пальцев Ритули — как  она умудряется сохранять ногти, посуду она в  перчатках моет, что ли? Боже, какая глупость — посуду она вообще не моет, для этого у нее есть посудомоечная машина!

Ответа Дунского Габи не расслышала, потому что в мужском углу голоса вдруг взорвались, зарокотали, рассыпались мелкой шрапнелью. Понять ничего было нельзя, — все говорили разом, никто никого не слушал, но одно слово, «демократия», выплеснулось из общего гула и, нигде не задерживаясь, запрыгало над головами, как мячик. Лица у всех были потные, ожесточенные, ни одной привлекательной морды, — не то что пофлиртовать, даже просто подразнить никого не хотелось. Они все были так оголтело озабочены устройством — устройством карьеры, устройством квартиры, устройством государства, устройством устройства. Один лишь Дунский выпал из этой повальной игры — хоть иврит у него был неплохой, он принципиально говорил только по-русски, зарабатывал гроши, составляя гороскопы, и в свободное время, которого у него было хоть отбавляй, составлял тщательный каталог своей обожаемой коллекции ключей и замков, с трудом вывезенной когда-то из России.

«Уволь меня от этой мышиной возни, — брезгливо морщась, отвечал он на упреки Габи. — Уехал — умер. А что нужно человеку на том свете?».

«На том свете человеку нужна посудомоечная машина», — возражала ему Габи, на что он только пожимал плечами и оставлял ей в раковине гору грязной посуды. Ритуле, правда, он сейчас объяснял свое безделье не совсем так, как жене:

«Увы, я родился под знаком Льва. А лев должен быть только первым, — ни третьим, ни вторым, а именно первым, или уж лучше никаким».

Ритуля согласно кивала, создавая турбулентные завихрения «Диориссимо»:

«Как это верно! Как верно! Уж лучше никаким!»

Соглашаясь с Дунским, она прекрасно знала, что быть пятым, и даже седьмым не так уж плохо, — даже и сто пятый, такой, как ее Борис, мог позволить себе венецианское стекло и мелодичный дверной колокольчик, который уже почти час упорно молчал, не возвещая о прибытии долгожданного гостя. А Дунского она видела насквозь, хоть с удовольствием с ним кокетничала. Для кокетства он подходил куда лучше, чем для семейной жизни, — бедная Габи, бедная, бедная Габи, как несладко ей с ним приходится! Впрочем, она не стоит жалости, уж слишком много о себе воображает, вон битый час сидит одна, в стороне от всех, ни с кем и словом перекинуться не желает — и правильно, о чем ей с нами, убогими, разговаривать?

Ритуля снова повернула на миг голову и клюнула Габи взглядом. От этого остро неприязненного взгляда швы вдруг начали расползаться на  новой, впервые надетой золотистой блузке Габи, — неужто опять купила на размер меньше? И волосы встали дыбом на затылке — а ведь перед выходом пять минут начесывала! И  кожа вокруг глаз набухла внезапно, намекая на возраст и морщинки, а руки сами спрятались под стол, чтобы скрыть недостаточно любовно отполированные ногти. Ничего иного не оставалось, как встать и, независимо покачивая бедрами, выйти на широкий балкон, откуда доносился женский щебет.

Ритулин взгляд остро кольнул в спину, подкашивая коленки и выворачивая внутрь слишком высокие каблуки нарядных сандалет.

Балкон, весь в  цветах и  плетеных креслах, был сервирован для уюта и любви. Женщины расселись в таких позах, которые наиболее выгодно подчеркивали элегантные линии новых туалетов — хоть внешне все вели себя по-дружески цивилизованно, соревнование за первенство туго натягивало над балконом напряженные нити многофигурного силового поля. Разговор не умолкал ни на миг — все говорили разом. Поскольку они ничего друг дружке не сообщали, слушать им было необязательно — они просто совместно перебрасывались звонкими стеклянными бусами, то и дело роняя отдельные бусинки и рассыпая в воздухе разноцветные хрусталики смеха.

«Здесь кожа портится быстро, из-за климата…»

«За рулем на шоссе — такое блаженство, лучше, чем в постели с любовником…»

«Зачем мне мясорубка? Всегда можно купить молотое мясо…»

«Каждые полгода я набавляю ей десять процентов, но она все равно недовольна…»

Фразы не пересекались, они текли без запинок по параллельным руслам, не прерываясь и не смешиваясь, — общение с женщинами всегда сильно подтачивало феминизм Габи. Водоворот голосов закружил ее, сбивая с толку — на шоссе приятней, чем в постели с любовником, если, прокручивая мясо в мясорубке, каждые полгода добавлять из-за климата десять процентов.

На десяти процентах розы и азалии внезапно сникли в знойном вечернем воздухе, а стеклянные бусинки слов рассыпались среди кресел и затаились за цветочными горшками. Все вдруг замолчали и уставились на Габи. Нужно было срочно прощебетать что-нибудь на их птичьем языке, что-нибудь такое, бессмысленное, необязательное и невесомое, но ничего, как назло, не приходило в голову.

Габи вдохнула воздух поглубже и выпалила первое, что пришло в голову, — то, что весь вечер там гвоздило и ни на миг ее не оставляло:

«У нас в школе скандал. Мой лучший студент котенка повесил во время съемок — для художественного эффекта. Боюсь, его теперь выгонят, а он там единственный, который чего-то стоит».

Идиотка! Нашла, с  кем  делиться своими тревогами! Яркие лица над смуглыми вырезами ярких платьев колыхнулись прочь от  нее  — какая сила дернула ее за  язык? Подведенные глаза встретились над опавшими лепестками и обменялись согласным мнением о ней: «Чего от нее еще ждать? Чтобы быть в центре внимания, готова придумать любую мерзость, вплоть до дохлой кошки!» И тут же откатились прочь, исключив Габи из заколдованного круга нанизывательниц бус.

Добрая половина сознательной жизни Габи ушла на запоздалые сожаления. Ну зачем она полезла к ним с этим дохлым котенком? Разве нельзя было по-простому: «Ах, Ализа, какое дивное платье! Так тебе к лицу!». И все бы заулыбались, закивали, приняли бы за свою и впустили в оранжерейное дамское братство — а точнее, сестринство. Или может, подружество? Впрочем, не все ли равно? Главное, что не впустили. Не захотели совместно нанизывать и рассыпать стеклянные бусы, а оставили одиноко топтаться в дверном проеме между комнатой и балконом, на нейтральной полосе и между перестрелкой мужских голосов и перезвоном женских.

Габи так бы и превратилась там в соляной столб, если бы не выручило долгожданное двузубчатое кукование дверного звонка. Не дослушав Дунского, Ритуля ринулась открывать: «Наконец-то!». Дунский не обиделся на такое очевидное предпочтение.

С наблюдательной позиции у балконной двери Габи был хорошо виден настороженный блеск его очков — он ждал Перезвонова.

Губы его, выпукло очерченные сердечком, — не из-за этих ли губ Габи, не разобравшись толком, смолоду выскочила за него замуж? — что-то шептали, готовили приветственную речь.

Речь эту он сочинял уже дней десять, — с тех пор, как Ритуля пригласила их на свой прием для избранных. Их, собственно, для того и пригласили, чтобы обеспечить Перезвонову подходящего собеседника, — ну кто еще, кроме Дунского, мог быть на уровне Перезвоновской эрудиции? Кто еще мог бы небрежным бархатным говорком определять вехи развития русской культуры?

«Эмиграция, батенька, это стиль нашей российской словесности, столь же полноправный, как романтизм или реализм. Эмиграция внутренне присуща русской литературе. Ведь вы — поэт истинно русский, — вы были эмигрантом и дома, не правда ли?

Так что здесь ничего для вас не изменилось, кроме разве гастрономического изобилия и разнообразия марок спиртного».

Тут должна была возникнуть естественная пауза, чтобы Перезвонов мог ответить — согласиться или возразить, неважно.

Важно, что он был бы потрясен тем, какие умы таятся здесь, в отдаленной жаркой провинции за семью морями, ну пусть не за семью, а всего лишь за двумя, но все равно отдаленной и жаркой.

Дунский бы выслушал его с почтительной, хоть и несогласной улыбкой эрудита, а  потом, как  опытный теннисист, перехватил бы Перезвоновский мяч и послал бы его через сетку под неожиданным стремительным углом. А преуспевшие зубные врачи, инженеры и профессора математической лингвистики слушали бы эту беседу авгуров, затаив дыхание, хоть Дунского привезли сюда на чужой машине и зарабатывал он почасовые копейки внештатно вычитывая одну из бессчетных зачуханых газетенок на русском языке.

Но  напрасно Дунский ровными вдохами втягивал в  легкие воздух, налаживая голосовые связки, — Ритуля, как выскочила отворять дверь, так и не возвращалась. Из-за увешанной тряпичными куклами деревянной перегородки, отделяющей прихожую от гостиной, доносились всплески Ритулиного голоса, неожиданно пронзительные и даже, вроде бы, истерические. Второй голос, мужской, которому все не удавалось проникнуть с лестницы в квартиру, никак не мог быть голосом знаменитого русского поэта — слишком он был картав и по-одесски певуч.

Безобразие это продолжалось так долго, что мужчины начали понемногу стихать и прислушиваться, и даже два-три цветка с дамской клумбы заколыхались в дверном проеме за спиной Габи. Ритулино сопрано выкатилось на лестничную площадку и запричитало там на высоких нотах, но натиск картавого баритона преодолел сопротивление сопрано, и оба они в конце концов затрепыхались в узком волноводе прихожей.

«Немыслимо! Почему именно сегодня? — Ритулин голос взвился аккордом, похожим на рыдание. — В такой день!»

Певучие перекаты баритона затопили было следующую Ритулину фразу, но конец ее все же прорвался пронзительным заклинанием: «Поэт… знаменитый поэт… из Парижа-а-а!».

Похоже, на этом протяженном «а-а-а!» Ритуле не хватило воздуха, и она на миг смолкла, уступая дорогу реплике баритона:

«Уверяю тебя, поэты тоже в уборную ходят».

Ритуля явно сдавалась, ее обнаженная рука уже нащупывала опору по эту сторону перегородки. Не найдя ничего надежного, она вскрикнула, как раненая птица: «Боря, ну подойди же!», и, покинув поле боя, стремительно убежала на балкон, всем своим видом выражая несогласную покорность обстоятельствам.

Боря в прихожую не пошел, а остался стоять, где стоял, почесывая мохнатую поросль, курчавящуюся из распахнутой на груди рубахи с голубой надписью «Пьер Карден», вышитой по карману стебельчатым швом. Из прихожей навстречу его обреченному взгляду выкатился бодрый старичок, ловко составленный из набора шаров разной величины, причудливо насаженных один на другой. К среднему шару он прижимал картонную коробку от пылесоса, перевязанную шпагатом.

«Боря, представь папу!» — весело прокукарекал старичок и направился к накрытому для ужина столу.

«Папа, у  нас люди»,  — с  упреком сказал Боря без  всякой надежды.

«Конечно, люди, а кто ж еще, — согласился папа и начал деловито отодвигать в сторону Ритулин английский фарфор и венецианское стекло, освобождая место для своей коробки. — Именно люди мне и нужны, ведь только люди спускают воду в уборной».

Он развязал шпагат, снял круглую крышку и принялся осторожно вытаскивать из коробки какой-то сложный агрегат, оплетенный серпантином резиновых трубок. Размотав трубки, он водрузил на плетенную мексиканскую салфетку миниатюрный унитаз со сливным бачком, соединенным с оранжевой резиновой клизмой огромного размера. Папа укрепил клизму на металлическом штативе, извлеченным со дна коробки, — при каждом движении в оранжевых недрах клизмы звонко булькала вода.

Пока папа налаживал свой агрегат, все дамы, кроме Ритули, одна за другой выпорхнули с балкона и столпились вокруг стола.

Именно к дамам папа обратил свою речь:

«Прелестницы, — начал он зычной скороговоркой ярмарочного зазывалы. — Признайтесь, ведь все вы без исключения, даже такие прекрасные и  нежные, как  вы, мадам,  — тут он указал на кудрявую Ализу, самую молодую из гостий, схватил ее за руку и, грациозно колыхаясь всеми своими шарами, поцеловал ее дрогнувшие от неожиданности пальчики, — да, да, даже вы, много раз в день ходите в уборную, как по малой, так и по большой нужде. Кто посмеет это отрицать, кто?»

Никто из присутствующих не посмел отрицать столь очевидный факт.

«И каждый раз, что бы вы там ни сделали, вы спускаете воду!»

Круглая ладошка папы потянула за какую-то ручку, от чего спусковой механизм бачка пришел в  действие, направляя веселый поток воды в недра унитаза. Пузатая оранжевая клизма со вздохом опала, папа нажал на скрытый от чужих глаз рычажок, и по сплетению резиновых трубок забулькала вода — она вытекала из унитаза вниз в круглый баллон, а оттуда со свистом втягивалась обратно в клизму.

Папа умолк, завороженный волшебными превращениями, вызванными к жизни им самим. Насладившись, он продолжал:

«Вы спускаете воду и разбазариваете величайшую ценность.

По  вашей вине человечество может погибнуть от  жажды. Вы все — преступники и растратчики, все без исключения, даже вы, прелестная мадам!».

Папа попытался опять схватить пальчики Ализы, но она испуганно попятилась и отступила к балконной двери. Папу это нисколько не обескуражило:

«Все вы  — невольные соучастники преступления, потому что пользуетесь стандартным бачком. А ведь есть, есть истинное решение этой трагической проблемы. Смотрите!»

Папин взгляд заскользил по любовно приготовленным Ритулей яствам. Он протянул было руку к блюдцу с маринованными грибочками, но, приглядевшись, отставил, пробормотав: «крупноваты», и придвинул поближе керамическую тарелку с баклажанной икрой. Он зачерпнул серебряный половничек икры и обратился к Ализе:

«Представьте, мадам, что вы сходили по-большому», — тут он бережно выложил икру в углубление унитаза и замолчал, залюбовавшись коричневой остроконечной горкой. Она выглядела очень убедительно.

Насладившись этим захватывающим зрелищем, он требовательно спросил присутствующих, что следует сделать, чтобы очистить унитаз. Кто-то  робко предположил, что нужно спустить воду.

«Отличная идея! — возликовал папа, и ладошка его нависла над ручкой сливного бачка. — Но прошу обратить внимание, на какую ручку я нажимаю!».

Только сейчас все заметили, что  ручек было две  — над  одной красовалась картинка с  кудрявым мальчиком, сидящим на горшке, над другой — тот же мальчик писал в горшок крутой дугообразной струей. Ловким движением профессионального фокусника папа нажал ручку под мальчиком на горшке, снова продемонстрировав весь процесс опустошения и наполнения оранжевой клизмы. Горка баклажанной игры была смыта, и папа перешел к следующему этапу.

«А у нас в конторе уже есть бачок с двумя ручками, — осмелился кто-то из гостей. — Да и в ресторанах я видел не раз…»

«Халтура это, а не аппараты, те, что в ресторанах сейчас ставят. — Папа даже побледнел от возмущения. — Там принцип безграмотный, они через полгода сломаются! А мое устройство — навеки, это я вам говорю!».

Папины решительные слова заставили скептика стушеваться и умолкнуть, и папа удовлетворенно вернулся к своему бачку.

«А теперь, — протянул он картаво, не сводя глаз с Ализы, явно покорившей его старое сердце, — представьте, что вы сходили по-маленькому».

Ализа вспыхнула, а папа оглядел стол в поисках подходящей жидкости. Он бережно поднял бокал с недопитым Ритулей «Бисквитом» и вылил его содержимое в унитаз.

«С первого взгляда ясно, что теперь для очистки унитаза требуется гораздо меньшее количество воды. Именно для этого случая я изобрел вторую ручку, применение которой спасет человечество от жажды!».

Папин палец торжественно потянул вторую ручку, украшенную писающим мальчиком. Захлюпала вода, смывая золотистую лужицу «Бисквита», забулькали резиновые трубки, перекачивая содержимое баллона обратно в клизму. Так что на этот раз никто, кроме Габи, не услышал мелодичного кукования дверного звонка. Да и кому было услышать? Ритуля, заткнув уши, изнемогала от стыда на балконе, а остальные, как завороженные, следили за феерическим папиным представлением.

Звонок прокуковал один раз, за ним — другой. Габи пожала плечами и пошла открывать — не оставлять же знаменитого поэта за дверью? Пока она, никем не замеченная, пересекала по диагонали гостиную, она хорошела и расцветала, себе на диво — зоНина Вороне ль Черный маг лотистая блузка подчеркивала высокую грудь и округлые бедра, золотистые сандалеты подчеркивали высокий подъем и изящную поступь, кремовая юбка с длинным разрезом слева подчеркивала эластичную мускулистость икр, золотистые волосы, рассыпанные по плечам, подчеркивали теплую матовость загара.

Именно такой видела себя Габи внутренним взором, и такой увидел ее поэт Перезвонов, когда, с трудом оттянув непослушный рычажок хитроумного замка, она распахнула перед ним дверь. Поэт глянул на нее, зажмурился, покачнулся, и, не переступая порог, бухнулся на колени:

«Богиня! — выдохнул он, заполнив прихожую концентратом винного перегара, и прильнул губами к покрытому сиреневым лаком ногтю, выступающему из-за золотистой перепонки ее сандалеты. — Золотая и лучезарная! Наконец-то я нашел тебя!»

В гостиной стало тихо-тихо. И пока Габи решала, что лучше — поднять поэта или попятиться, за ее спиной тоненько звякнул бокал о стекло журнального столика, задребезжал, покатился и вдребезги разлетелся по полу на звонкие осколки. Даже не поворачивая головы, Габи догадалась — бокал уронил Дунский!

Значит, ревнует — интересно, кого к кому? Перезвонова к ней или ее к Перезвонову?

Острый Ритулин локоток вонзился в предплечье Габи и столкнул ее с порога. Перезвонов, потеряв равновесие, качнулся вперед, схватился за  воздух, но  тут  же дюжина услужливых рук подхватила его, подняла и понесла к столу, к свету, к шуму приветствий. Габи осталась стоять, подпирая косяк, обтекаемая потоком сопровождающих поэта лиц. Перезвонов сделал несколько шагов и остановился, обшаривая многоликое пространство гостиной мутным взглядом.

«Богиня! — сказал он скорбно. — Где она? Неужели я нашел ее, чтобы тут же потерять?».

Кто-то подтолкнул Габи в спину, в направлении ищущих рук поэта, но она не могла сдвинуться с места, пригвожденная непрощающим взглядом Дунского. Опять не удержалась, дура торопливая, опять выскочила вперед и выхватила у него заранее облюбованный кусок! И так всю жизнь!

Ритуля подскакала к ней, твердо цокая копытцами:

«В России невеста при сватовстве печку колупала», — насмешливо пропела она, отдирая руку Габи от косяка.

О, высокое искусство салонного красного словца! Сопротивляться ему было бесполезно, и Габи смирилась — во главе сваГлава первая Любите живо тных дебного шествия пошла она к столу об руку с именитым гостем.

Навстречу им выступил папа и обручально воздел над их головами огромную оранжевую клизму.

«Папа! У нас важный гость из Парижа», — предостерегающе прошипела Ритуля.

«Именно важный мне и нужен, — обрадовался папа. — Пусть он расскажет у себя в Париже про мой бачок. Мой бачок и в Париже нужен! И  там  люди два раза в  день ходят по-большому и много раз по-маленькому».

Папа набрал новый половник баклажанной икры, но не успел положить ее в унитаз, потому что Ритуля завизжала и повисла на его руке. Унитаз покачнулся, разбрызгивая воду во все стороны. Папа попытался его подхватить, но поскользнулся на мокрых плитках, от чего резиновая трубка напряглась и стащила со стола весь его хитроумный агрегат, веером рассыпая по полу фаянсовые черепки. Папа пару секунд ошалело смотрел на груду обломков, а потом встал на четвереньки и, по-детски всхлипывая, одной рукой начал собирать их в картонную коробку от пылесоса.

Другой рукой прижимая к груди клизму, он шептал:

«За что? За что?».

Перезвонов зачарованно наблюдал за крушением унитаза.

«А другого у вас нет? — спросил он жалобно. — Мне как раз очень надо».

Рука его машинально потянулась к ширинке.

Вечер был испорчен безнадежно. Ритуля заподозрила это еще на лестничной площадке, когда ей так и не удалось отбиться от настырной папиной атаки. Сердце подсказывало ей, что, впуская в дом папу с его унитазом, она впускает в дом беду. Однако масштаба этой беды она не оценила даже тогда, когда, воспользовавшись ее, Ритулиной, оплошностью, наглая вертихвостка Габи отворила дверь Перезвонову.

Истинный размер потерь она осознала только услыхав зазвеневший над ее праздничным столом голос Габи, читающий какие-то стихи. В этой точке Ритуля прямо взвилась — с какой стати выставляет себя перед всеми эта особа, которую и в дом-то пригласили только ради ее эрудированного мужа? Что Габи читает стихи Перезвонова, Ритуля тогда не знала, так что первым ее по-

 
Похожие работы:

«КАТАЛОГ ПРОДУКЦИИ СОДЕРЖАНИЕ 3 PRODERM ® 5 ТЕРАПЕВТИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ПРОТИВ СТАРЕНИЯ КОЖИ Система Nu Skin 180°™ 8 СИСТЕМА GALVANIC SPA II 10 N U T R I O L ® Уход за волосами 15 Tru Face™ Целенаправленный уход 19 Лифтинг-система Face Lift™ 20 N U T RI C E N T I A L S ® Базовый уход за кожей 22 Пилинги, Скрабы 24 Увлажнение и восстановление 27 Уход за телом 30 E P OC H 32 ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ НАУЧНЫЙ СОВЕТ NU SKIN 34 ГЛОССАРИЙ ИНГРЕДИЕНТОВ 1 w w w.nuskin.com/ru Сканер для кожи PRODERM ® Позвольте...»

«Документированная процедура Системы менеджмента качества Издание 2014-04 Управление документацией СМК 02-01-2014 Лист 1 из 38 ГОСТ Р ИСО 9001-2011 п.4.2.3 Документированная процедура Системы менеджмента качества Издание 2014-04 Управление документацией СМК 02-01-2014 Лист 2 из 38 ГОСТ Р ИСО 9001-2011 п.4.2.3 СОДЕРЖАНИЕ 1 НАЗНАЧЕНИЕ..3 2 ОБЛАСТЬ ПРИМЕНЕНИЯ..3 3 НОРМАТИВНЫЕ ССЫЛКИ.. 4 ОПРЕДЕЛЕНИЯ.. 5 ОБОЗНАЧЕНИЯ И СОКРАЩЕНИЯ.. 6 ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.. 7 ОРГАНИЗАЦИЯ РАБОТ.. 7.1 Общие положения.. 7.2...»

«Поль Чаппиус Брэгг Патриция Брэгг Шокирующая правда о воде и соли http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=162622 Аннотация Человек может прожить без еды не более 90 дней, однако если лишить его кислорода, то смерть наступит через несколько минут, без воды человек может прожить лишь несколько дней. В этой повышенной зависимости людей от воды наблюдается странная ирония природы: человек едва ли протянет более 72 часов без воды, однако именно вода в большинстве случаев – основная причина...»

«МАЛААИ-КАРА ОЧЫ-БАЛА АЛТАЙСКИЕ ГЕРОИЧЕСКИЕ СКАЗАНИЯ Поэтический перевод А. Плитченко СОВРЕМЕННИК • МОСКВА • 1983 82.3(2) А 52 Сказитель АЛЕКСЕЙ КАЛКЦН Маадай-Кара: запись, подстрочный перевод и примечания С. Суразакова Очы-Бала: запись К. Укачиной, подстрочный перевод и примечания Г. Калкина Вступительная статья А. Адарова Рецензенты А. Преловский, В. Ларичев, А. Романов А 52 Алтайские героические сказания/Сказитель А. Калкин; пер. с алт. А. Плитченко; худож. А. Дианов.— М.: Современник,...»

«Петр Рябко ОБЕЩАЛ МОРЯК ВЕРНУТЬСЯ. 2011 УДК 821.161.1-3 ББК 84(Рос=Рус)-5 Р 64 Рябко П. Д. Р 64 Обещал моряк вернуться. / П. Д. Рябко. – М., Идея написать эту книгу пришла вместе со зрелым возрасс. том – все меньше и меньше моих товарищей-однокашников остается в живых. Если они не погибли трагически в море, то морская жизнь, тяжелая работа не позволили им быть долгожителями. Когда-то в светлое советское время профсоюз добился для капитанов-промысловиков пенсии в 55-летнем возрасте, ибо в 50-е,...»

«3F Презентация CАМОГО СИЛЬНОГО ПРОФСОЮЗА ДАНИИ 3F – Fagligt Flles Forbund (Общий профсоюз) – самый крупный профсоюз Дании. В 3F входят как неквалифицированные, так и квалифицированные члены. Около 1/3 членов – женщины. Основная часть 2 2 членов работает в частном секторе. ПРЕЗЕНТАЦИЯ 3F ПРЕЗЕНТАЦИЯ 3F Текст и редакция: Карин Сколник, Коммуникационный отдел 3F. Дизайн: Dansk Kommunikation. Фотографии: Сёрен Цойт, Томас Иде, Харри Нильсен, Йоаким Роде, Томас Арнбо, Йенс Бак, Симон Кнудсен, Хейди...»

«Рабочая программа Окружающий мир 1-3 класс Составитель : методическое объединение учителей и воспитателей начальных классов ГБОУ СОШ № 319 Сидорова Е.В., Антипова Е.В., Воробей И.В.,Бражникова С.А.,ГомыловаН.В.,Ильина В.В., Ефимова Н.О., Стоскова Е.А., Инюшкина Т.К., Иванова С.А., Жерихова Е.В., Головлёва Л.А.,Варгина Т.А., КоробковаА.И.,Панова Л.Ю. Приложение к п.п. 2.2 ООП НОО ГБОУ СОШ № 319 2013 –2014 учебный год Пояснительная записка Программа реализует Федеральный государственный стандарт...»

«1 14 mm Nordic Council of Ministers Store Strandstrde 18 DK-1255 Kbenhavn K www.norden.org Lorem ipsum dolor sit amet, consectetuer adipiscing elit, sed diam nonummy nibh euismod tincidunt ut laoreet dolore magna aliquam erat volutpat. Ut wisi enim ad minim veniam, quis nostrud exerci tation ullamcorper suscipit lobortis nisl ut aliquip ex ea com modo consequat. Duis autem vel eum iriure dolor in hendrerit in vulputate velit esse molestie con sequat, vel illum dolore eu feugiat nulla faci lisis...»

«Абрам ТЕРЦ Прогулки с Пушкиным ImWerdenVerlag Mnchen 2006 © Издание: Абрам Терц (Андрей Синявский), Собрание сочинений в 2-х томах, том I. Изд-во: СП Старт, Москва, 1992. © Im Werden Verlag. Некоммерческое электронное издание. 2006 OCR и вычитка: Александр Белоусенко, 2002. Примечание OCRщика: в оригинале все стихотворные цитаты приведены в стиле italic. Поскольку этот стиль на компьютере выглядит не четко, он заменен на обычный. hp://imwerden.de Бывало, часто говорю ему: “Ну, что, брат...»

«весеннего Источники вдохновения стиля С пробуждением весны мы стряхиваем с себя зимнюю сонливость, становимся более жизнерадостными и энергичными. Мы всегда с нетерпением ожидаем этого времени года и стремимся меняться вместе с природой: блеснуть, удивить себя и других новыми сочетаниями цветов, обновиться и продемонстрировать всем, что солнцем и светом наполняются и наши сердца. Это необычайно просто, когда осознаешь, что вокруг – огромное количество источников вдохновения, помогающих создать...»

«Фокусировка непрерывного и импульсного. Стафеев С.С., Козлова Е.С., Козлов Д.А., Морозов А.А., Котляр В.В. ФОКУСИРОВКА НЕПРЕРЫВНОГО И ИМПУЛЬСНОГО ЛАЗЕРНОГО ИЗЛУЧЕНИЯ С ПОМОЩЬЮ МИКРОСФЕРЫ Стафеев С.С., Козлова Е.С.1,2, Козлов Д.A.2, Морозов А.А.1,2, Котляр В.В.1 1 1 Институт систем обработки изображений РАН, 2 Самарский государственный аэрокосмический университет имени академика С.П. Королёва (национальный исследовательский университет) Аннотация Рассмотрена фокусировка непрерывного и...»

«ТИТО МАСИА ЛУННАЯ АСТРОЛОГИЯ ЛУННЫЕ ВОЗВРАЩЕНИЯ И УЗЛЫ Мир Урании Москва, 2005 Тито Масиа Лунная астрология: лунные возвращения и узлы. Пер. с испанского Ксении Дмитриевой — М.: Мир Урании. — 2005 —192с. Разбираются основные методы интерпретации лунара, подробно рассмотрены методы прогнозирования событий на выбранный лунный месяц — транзиты быстрых планет и вхождения в дома лунара медленных планет. Приведены методы интерпретации и использования лунных узлов при прогнозировании. Книга содержит...»

«Яна Завацкая Чрная книга или Приключения блудного оккультиста Аннотация Несколько лет я состояла в эзотерическом обществе, созданном на основе Розы мира. Теперь кажется, что вс это было не со мной. Страшные события привели меня к осознанию истины и покаянию. Может быть, кому-то окажется полезным мой опыт, хоть и не хочется выставлять его на всеобщее обозрение. Но, похоже, я уже созрела для этого. 2001 г. Содержание Часть первая. Цветок мира Часть вторая. Анастасия Часть третья. Вальдорфская...»

«Регламент Ротари Интернэшнл Статья 1. Определения Приведенные в настоящей статье слова имеют следующие значения в тексте настоящего регламента, если иное прямо не следует из контекста: 1. Правление означает совет директоров Ротари Интернэшнл; 2. Клуб означает клуб Ротари; 3. Учредительные документы означает Устав Ротари Интернэшнл, Регламент Ротари Интернэшнл и Типовой устав клуба Ротари; 4. Губернатор означает губернатора округа Ротари; 5. Член означает члена клуба Ротари, кроме почетных...»

«Дальневосточное отделение Российской академии наук ИНСТИТУТ АВТОМАТИКИ И ПРОЦЕССОВ УПРАВЛЕНИЯ УДК 519, 519.677, 519.8, 519.853.32 УТВЕРЖДАЮ № госрегистрации Директор ИАПУ ДВО РАН член-корр. РАН Инв. № Ю.Н.Кульчин 2007г. ОТЧЕТ О НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ РАБОТЕ 09-01-00042-а ПРОЕКТИВНЫЕ МЕТОДЫ ДЕКОМПОЗИЦИИ НА ОСНОВЕ ФЕЙЕРОВСКИХ ОТОБРАЖЕНИЙ С МАЛЫМИ ВОЗМУЩЕНИЯМИ (промежуточый) Руководитель проекта, заведующий лабораторией №11, Е.А. Нурминский подпись, дата д.ф.-м.н., профессор Ученый секретарь,...»

«NATIONAL AVIATION UNIVERSITY INTERNATIONAL ASSOCIATION FOR GREEN ENERGY PROCEEDINGS of 8-th INTERNATIONAL GREEN ENERGY CONFERENCE Monograph June 17–19, 2013 80 Kyiv-2013 УДК 620.92(08)(043.2) ББК З20 Р93 Editorial board: Oleksandr Zaporozhets – chief editor, Sergii Boichenko – deputy chief editor, Yaroslav Movchan, Tamara Dudar, Georgii Sokolskyi, Valerii Karpenko Р93 Proceedings of 8-th International Green Energy Conference. – Monograph. – NAU, June 17-19, 2013. – 517 p. Considered and...»

«СТАНДАРТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБРАЗОВАНИЕ: НАЧАЛЬНОЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ПРОФЕССИЯ: СОЦИАЛЬНЫЙ РАБОТНИК ОСТ 9 ПО 02. 38.18 – 2000 Издание официальное СОГЛАСОВАН УТВЕРЖДАЮ Департамент профессионального Заместитель Министра Обучения и развития человечес- образования Российской ких ресурсов (Минтруд России) Федерации В.А. Болотов 05 июля 2000 г.. 05 сентября 2000 г. СТАНДАРТ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБРАЗОВАНИЕ: НАЧАЛЬНОЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ПРОФЕССИЯ: СОЦИАЛЬНЫЙ РАБОТНИК ОСТ 09 ПО...»

«Ури Дадуш, Сергей Алексашенко, Шимелс Али, Вера Эйделман, Мойзес Наим, Беннет Стэнсил, Паола Субаччи КРИЗИС ЕВРО, или ПОТЕРЯННАЯ ПАРАДИГМА Под редакцией Ури Дадуша Содержание Предисловие Об авторах Введение Часть I. Причины Ури Дадуш и Беннет Стэнсил. Долговой кризис в Европе — не только бюджетная проблема Ури Дадуш и Вера Эйделман. Германия: надежда или проблема Европы Часть II. Страновые заметки Беннет Стэнсил. Почему Греции необходимо реструктурировать задолженность. 20 Ури Дадуш и Беннет...»

«1 Ольга Моисеенко e-mail: olga-moiseenko@tut.by Серия Забавы богов: Забавы богов-1. Пешки Считаю своим долгом предупредить, что все персонажи, события, географические объекы, названия и в принципе все, что описано в этой книге – вымысел. Любые совпадения с реальностью – случайность. Хочу выразить искреннюю благодарность своему мужу Олегу, за поддержку и понимание. Автор Под грустное мычание, Под бодрое рычание, Под дружеское ржание, Рождается на свет Большой секрет Для маленькой, Для маленькой...»

«DOI: 10.2298/GEI1302113B УДК: 398.3:128/129 (=16) 257.7 398.3:128/129 (=163.41) Прихваћено за штампу на седници Редакције 11. 9. 2013. Ивана Башић Институт за српски језик САНУ, Београд xeliot@gmail.com Тело духовно – концепт (словенске) душе (I) У раду се испитује концепт душе у словенској и српској култури Кључне речи: концепт душе, у контексту општих представа о лексичка иконичност, души и долази до закључка да словенска култура, српски дуалистичка концептуална категори- језик. зација...»




 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.