WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

«ВОЕННЫЙ ФАКТОР В БОРЬБЕ С ЭКОНОМИЧЕСКИМИ Заглавие статьи КРИЗИСАМИ Автор(ы) В. С. Васильев США - Канада. Экономика, политика, культура, № 3, Источник Март 2013, C. 3-20 ...»

-- [ Страница 1 ] --

Содержание

ВОЕННЫЙ ФАКТОР В БОРЬБЕ С ЭКОНОМИЧЕСКИМИ КРИЗИСАМИ Автор: В. С. Васильев

ВЫБОРНЫЕ ЦИКЛЫ В США И КНР: СЛЕДСТВИЯ ДЛЯ ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИЙ Автор: С. М.

Труш

США И ПОЛИТИКА ПАРТНЁРСТВА НАТО Автор: О. В. Приходько

РОССИЯ, КАНАДА И НОВЫЕ МОРСКИЕ ПУТИ В АРКТИКЕ Автор: Д. А. Володин

РЕФОРМА ФИНАНСОВОГО СЕКТОРА Автор: С. С. Костяев

Информация для авторов

АНГЛО-АМЕРИКАНСКИЙ КОНФЛИКТ 1812 г. И НАЧАЛО ВТОРОЙ ВОЙНЫ ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ США

Автор: М. О. Трояновская

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ ГЛОБАЛЬНЫМИ ТЕЛЕСЕТЯМИ

Автор: А. В. Михайлова

РЕДАКЦИОННАЯ ПОЛИТИКА СИ-ЭН-ЭН: СМЕНА ПАРАДИГМЫ Автор: М. М. Алиева

ЗАПАДНАЯ ВИРДЖИНИЯ (West Virginia, WV) Автор: В. С. Ахонина

ВОЕННЫЙ ФАКТОР В БОРЬБЕ С ЭКОНОМИЧЕСКИМИ

Заглавие статьи

КРИЗИСАМИ

Автор(ы) В. С. Васильев США - Канада. Экономика, политика, культура, № 3, Источник Март 2013, C. 3- Место издания Москва, Россия Объем 63.1 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи

ВОЕННЫЙ ФАКТОР В БОРЬБЕ С ЭКОНОМИЧЕСКИМИ

КРИЗИСАМИ Автор: В. С. Васильев УДК: 330.101.541, 330.33, 330.34.01, 336. Институт США и Канады РАН, Москва В статье рассматривается изложенная ещё в середине 1930-х годов видным американским историком того времени Ч. Бёрдом теория вовлечения США в Первую мировую войну при президенте В. Вильсоне, привязанная к выходу из экономического кризиса 1913 - 1914 гг. Получается, что и сегодня в условиях мирового финансовоэкономического кризиса политическое руководство США находится в положении В.

Вильсона.

Ключевые слова: институт президентской власти США, фазы экономического цикла, военный бюджет, фискальная политика, План американского возрождения и реинвестиций, мировой финансово-экономический кризис.

Проблеме причинно-следственных и корреляционных взаимосвязей между экономическими кризисами и войнами, в том числе мировыми, экономическая наука и политология уделяют периферийное внимание. Объяснение достаточно простое: на протяжении последних 20 лет вплоть до момента, когда в 2007 - 2008 гг. разразился текущий мировой финансово-экономический кризис, масштабные экономические потрясения считались рудиментом прошлых экономических эпох, закончившихся в середине XX века после окончания Второй мировой войны.




При этом ведущие мировые экономические авторитеты в западных странах, зачастую удостаивающиеся нобелевских премий по экономике, "без сожаления" отдали военную экономику на усмотрение исследователей, имеющих главным образом научнотехническую подготовку и обслуживающих интересы военно-промышленного комплекса.

В этой связи можно отметить один поразительный факт: в коротких обоснованиях Нобелевским комитетом причин присуждения начиная с 1969 г. 70-ти нобелевских премий по экономике ни в одном нет формулировки "за исследование проблем взаимосвязи экономических циклов и генезиса мировых военных конфликтов".

Отсутствие подобного рода исследований, тем более удостоенных высших наград и премий, не может не вызывать изумления, поскольку в исторической и политической истории новейшего времени период с 1947 по 1991 г. характеВАСИЛЬЕВ Владимир Сергеевич - доктор экономических наук, главный научный сотрудник ИСКРАН. Email: vsvasiliev@mail.ru ** Но премии присуждались "за развитие теории и методов анализа дискретного выбора", "за анализ рынков с асимметричной информацией", "за исследования в области принятия решений и механизмов альтернативных рынков", "за разработку метода коинтеграции для анализа временных рядов в экономике", "за анализ межвременного обмена в макроэкономической политике", "за исследования рынков с моделями поиска" и т.д.

стр. ризуется как эпоха "холодной войны", а период после событий 11 сентября 2001 г. - как "глобальная война с терроризмом".

А ведь факты таковы, что начиная с середины XX века экономики ведущих стран мира претерпели метаморфозу, в результате которой возникло три структурных подразделения:

A. Отрасли, производящие средства производства; Б. Отрасли, производящие предметы потребления;

B. Отрасли, производящие средства уничтожения.

Именно отраслями последней группы на протяжении последних 70 лет было произведено рукотворное оружие массового уничтожения (ОМУ) и средства его доставки, способные уничтожить всё живое на нашей планете, включая и человека как биологический вид. Но эта группа отраслей почти полностью выпала из поля зрения ведущих экономистов мира.

Приходится лишь констатировать, что когда на мир обрушиваются события наподобие терактов 11 сентября 2001 г., способные изменить ход мировой истории и направление вектора экономического развития не только отдельных стран, но и всей мировой экономики, вероятность их наступления бесполезно искать в теоретических работах видных экономистов конца XX века. В этом отношении публицисты и историки прошлых эпох, активно писавшие на экономические темы, по всей видимости, обладали большими прогностическими способностями, которые, очевидно, были обусловлены гораздо лучшим пониманием логики глубинной взаимосвязи социально-экономических и политических процессов.

Сбывшееся пророчество В середине 1930-х годов, в самый разгар "Великой депрессии", в США на прилавках книжных магазинов появилась работа довольно известного в тот период публициста М.





Холлгрена "Весёлый реформатор. Прибыли вместо изобилия в эпоху Франклина Д.

Рузвельта" [9]. Изучив истоки и практику применения идей и концепций, положенных в основу "Нового курса", он сделал категоричный вывод о том, что заявленные администрацией Ф. Рузвельта реформы не смогут вывести экономику США из кризисного состояния, в котором она оказалась после биржевого краха 1929 г., говоря современным языком, "на траекторию устойчивого роста и развития". Фундаментальная причина этого неспособность "примирить "справедливое вознаграждение" для честных работников со "справедливыми прибылями" для владельцев и управляющих "вечной американской системы"" [9, р. 311 - 312].

Реформы "Нового курса", значительно расширившие присутствие государства в экономике, хотя и способствовали некоторому перераспределению доходов от состоятельных к менее состоятельным слоям американского общества, в том числе и наиболее обездоленным, однако не затронули основ частнокапиталистического извлечения прибылей как основной цели экономической деятельности общества. Поэтому, по убеждению Холлгрена, все реформаторские начинания Рузвельта по изменению глубинной природы американского капитализма должны нести "исключительно поверхностный характер. А ниже поверхности по-прежнему будет таиться неуёмный и независимый дух баронов-грабителей. И любое дальнейшее усиление государственного вмешательства в экономику будет встречать почти инстинктивное сопротивление и противодействие потомков плутократов 1880-х годов" [9, р. 313].

Поэтому реальным выходом из социально-экономических трудностей, обрушившихся на США, который, по убеждению Холлгрена, будет вынужден избрать Рузвельт, станет участие в войне. "Новый курс" закончится войной, а не социально-экономическим процветанием, написал в заключение своей работы Холлгрен. Любопытно, что сценарий втягивания США в войну как путь выхода из экономического кризиса 1930-х годов американский публицист заимствовал из статьи видного американского историка первой половины XX века. Чарлза Бёрда, опубликованной в начале 1935 г. В ней Ч. Бёрд, правда, не написал, что "президент Рузвельт намеренно ввергнет страну в... войну в своих усилиях по преодолению экономического кризиса". Но, сталкиваясь с трудностями разрастающегося экономического кризиса и сравнительной лёгкостью участия в заморской войне, предсказывал Ч. Бёрд, президент "как бы "случайно окажется втянутым" в военные действия" [9, р. 315].

Нужно было обладать особым историческим чутьём и по-настоящему глубоким пониманием хода не только исторических, но и социально-экономических процессов, чтобы за шесть лет точно предсказать возникновение ситуации, при которой США окажутся втянутыми во Вторую мировую войну Однако видный американский историк в своём предвидении трансформации длительного и глубокого экономического кризиса в полномасштабные военные действия опирался не только на интуицию исследователя, но и на раскрытые в середине 1930-х годов секретные документы администрации президентадемократа В. Вильсона (1913 - 1921 гг.) об обстоятельствах вступления США в Первую мировую войну в апреле 1917 г., на основании которых Бёрд, по сути, впервые в социальной науке и построил модель постепенного вовлечения США в военные действия под нарастающим влиянием обостряющихся экономических трудностей.

Военные корпорации США: век назад Обнародование секретных документов демократической администрации Вильсона в середине 1930-х годов в Сенате, естественно, не было случайным - в США в преддверии президентских выборов 1936 г. шла самая настоящая политическая война между республиканцами и демократами. Важной частью этой схватки стало формирование в апреле 1934 г. в Сенате специальной комиссии по обследованию состояния военной промышленности под председательством сенатора-республиканца Дж. Ная. Свою работу комиссия начала в сентябре 1934 г. и в конце февраля 1936 г. подготовила заключительный доклад, документы и факты из которого были использованы Ч. Бёрдом при подготовке книги "Дьявольская теория войны" [1].

* Появление статьи Ч. Бёрда "Национальная политика и война" в "Скрибнерс магазин" в феврале 1935 г. явилось не просто заметным событием в истории американской журналистики, но и поворотным пунктом в американской истории. В частном интервью Ф. Перкинс (1880 - 1965 гг.), бессменный министр труда в администрации Ф.

Рузвельта, заявила, как об этом свидетельствует Э. Бенет, что именно начиная с 1935 г. президент на заседаниях кабинета министров начал регулярно говорить об угрозах для мира, исходящих от Германии и Японии, а в 1937 г.

пришёл к твёрдому выводу, что США "больше не следует, подобно страусу, прятать свою голову в песок" перед лицом таких угроз [2, р. 95].

Работа комиссии Дж. Ная началась не на "пустом месте": в 1920-е годы под влиянием широкого общественного недовольства социально-экономическими последствиями участия США в Первой мировой войне, которая стоила жизни свыше 53 тыс.

американских военнослужащих, появилось немало публикаций, в которых утверждалось, что США оказались вовлечёнными в этот военный конфликт не по причине отстаивания высоких гуманистических идеалов и необходимости утверждения принципов демократии в Старом Свете, а из-за коммерческих интересов деловых кругов США, которые конспирологическим путём вовлекли страну в Первую мировую войну.

Эти представления были обобщены в вызвавшей большой резонанс в американском обществе брошюре генерала С. Батлера "Война - это рэкет", опубликованной в 1935 г. [3].

В ней он, в частности, писал: "Война является разновидностью рэкета. Такой она была всегда. Возможно, она является самым старым и самым прибыльным рэкетом, но без сомнения и самым грязным. Она является единственным видом международного рэкета.

Она также является единственным видом рэкета, в котором прибыли оцениваются в долларах, а убытки - в человеческих жизнях" [3, р. 3].

Комиссия Ная сосредоточила своё внимание на четырёх вопросах: 1) на особенностях организации и функционирования военной промышленности; 2) на специфике заключения контрактов в кораблестроительной промышленности; 3) на полученных военными компаниями во время войны прибылях; 4) на обстоятельствах вовлечения США в Первую мировую войну.

В своём итоговом докладе комиссия отметила, что "военные компании заручились активной поддержкой со стороны министерств обороны, ВМС, торговли и даже Государственного департамента в организации своих поставок вооружения за рубеж даже в тех случаях, когда аналогичные виды вооружений производились в Англии и Италии".

При этом, как отмечала комиссия, эти министерства "смотрели сквозь пальцы на неэтичное поведение" при составлении зарубежных контрактов на поставку вооружений.

Почти 100 лет назад эти компании с успехом применяли технологию "стратегического планирования", даже если она шла вразрез с интересами национальной безопасности США. Они не просто поставляли военную продукцию в воюющие европейские страны, а поставляли новейшую американскую военную технику, которая даже ещё не находилась на вооружении американской армии.

Уже в тот период американские военные компании изобрели совершенно неординарную стратегию раскручивания спиралей гонки вооружений: они стали поставлять на экспорт новейшую американскую военную технику, в результате чего США "оказывались в аномальной ситуации, когда другие страны получали преимущество в военной сфере, которое первоначально США предполагали иметь для себя; поэтому военные компании настаивали на продолжении производства этих видов военной техники под предлогом ликвидации разрыва в преимуществах, полученных другими странами в результате поставок им новейших образцов американской военной техники". Более того, эта практика усиленно поощрялась Министерством обороны, которое "активно стимулировало зарубежные поставки самой современной военной техники с тем, чтобы военные компании могли продолжать свою производственную деятельность и быть доступными в случае начала новой войны (выделено мною. - В. В.), и это обстоятельство перевешивало все соображения, связанные с сохранением военных секретов" [17].

В докладе комиссии Ная в целом был сделан далеко идущий вывод фундаментального свойства: ей "не удалось найти никаких свидетельств того, что военные компании активно способствовали продвижению и поддержке предложений по ограничению гонки вооружений; скорее наоборот..." [17]. И это при том, что в одном из исследований тех лет компании ВПК прямо назывались "торговцами смертью" [22].

Однако главный сюрприз ждал комиссию Ная, когда в начале 1936 г. она приступила, вернее, попыталась приступить к установлению причин и обстоятельств, приведших США, несмотря на декларативно объявленную и законодательно закреплённую политику нейтралитета, к активному участию в Первой мировой войне. В своём обращении к стране 19 августа 1914 г. В. Вильсон провозгласил принцип нейтралитета как основополагающий принцип внешней политики США по отношению к войне в Европе [14].

Едва только комиссия стала получать в своё распоряжение и обнародовать ранее засекреченную документацию демократической администрации Вильсона, на основании которых Ч. Бёрд и построил свою "дьявольскую теорию войны", как на Капитолийском холме разразился самый настоящий политический скандал: демократы, контролировавшие Сенат, просто-напросто прекратили финансирование деятельности комиссии на том основании, что её дальнейшая работа "порочит честь и достоинство великого" американского президента В. Вильсона [22].

Но одно дело - вскрытие своекорыстных интересов фирм и компаний ВПК и совсем другое - анализ глубинных причин и механизмов принятия судьбоносных решений на уровне высшего политического руководства США. По сути, атака на основательно забытого к середине 1930-х годов 28-го президента США была достаточно мощным, хотя и несколько завуалированным, ударом по репутации Ф. Рузвельта, который, будучи помощником военно-морского министра в администрации Вильсона в период 1913 - гг. и кандидатом на пост вице-президента от Демократической партии на выборах 1920 г., мог с полным правом считаться преемником внешне- и внутриполитического наследия предыдущей демократической администрации В. Вильсона.

Нынешние американские историки и политологи в целом согласны, что в 1933 - 1953 гг.

президенты Ф. Рузвельт и Г. Трумэн фактически продолжили внешнеполитическую линию В. Вильсона, реализовав на практике многие его идеи и наработки: "Вудро Вильсон отнюдь не сказал последнего слова в деле построения либерального мирового порядка. Его видение этого мироустройства было расширено и углублено в 1940-е годы, когда США вновь получили возможность начать активно формировать систему мировых отношений. Ф. Рузвельт и Г. Трумэн в молодости были горячими поклонниками Вильсона и впоследствии, заняв высшие государственные должности, строили свою политику, отталкиваясь от первоначальных идей и концепций Вильсона и дополняя их" [11, р. 14].

Для лучшего понимания модели вовлечения США в Первую мировую войну, сформулированной Ч. Бёрдом, следует обратиться к исторической речи В. Вильсона в Конгрессе США в начале апреля 1917 г., в которой он от имени США объявил войну Германии (вернее - попросил Конгресс от имени США Последовательные ступени вовлечения США в Первую мировую войну ("Модель Бёрда") Решение В. Вильсона Немедленное вступление в войну объявить Германии войну, что и было сделано Сенатом 4 апреля и Палатой представителей 6 апреля). В своей речи Вильсон предельно чётко и ясно охарактеризовал мотивы и цели, побудившие США вступить в войну. Дословно он заявил: "Наша цель состоит в том, чтобы утвердить принципы мира и справедливости в жизни всего мира и противопоставить их эгоистической и автократической власти, а также создать в среде действительно свободных и самоуправляемых народов мира такие условия, которые отныне гарантировали бы соблюдение этих принципов... Мы вступаем в ту эру, в которой будет считаться само собой разумеющимся, что между странами и их правительствами должны действовать такие же нормы поведения и ответственности, которые существуют между отдельными гражданами цивилизованных государств" [15].

По всей видимости, В. Вильсона не без основания можно причислить к числу великих президентов-интеллектуалов (профессор права, а затем и президент Принстонского университета в 1902 - 1910 гг.), которому удалось составить "образцовую шпаргалку" для всех последующих американских президентов и государственных деятелей, особо озабоченных судьбами демократии и правами человека в других странах - как развитых, так и не очень "продвинутых" в этом направлении.

Материалы и документы, которые удалось получить и опубликовать комиссии Ная, по заключению Ч. Бёрда, сделали "бессмысленными все "знания" * Формально основаниями для вступления США в Первую мировую войну стало потопление военно-морскими силами Германии в 1915 и 1917 гг. торговых и частных судов США, а также британского лайнера "Лузитания", в результате чего погибли несколько сот американских граждан.

американских граждан о событиях 1914 - 1917 гг., которые они получили из чтения ведущих американских газет того времени" [1, р. 13], включая, естественно, выступления и послания президента США. В то время как В. Вильсон и вслед за ним "широкое общественное мнение" оперировали категориями права, восходящими своими истоками к американской Конституции, Ч. Бёрд в своей книге "Дьявольская теория войны" использовал сугубо экономические категории и понятия, а именно: "экономические интересы и оказанное ими давление на правительство США, которые и привели в конечном итоге к вступлению Америки в войну" [1, р. 12].

Война как главное условие экономического процветания США Отправным постулатом теории Ч. Бёрда явился тезис о том, что "политики намеренно втягивают свои страны в войны" [1, р. 20]. Такое втягивание США в Первую мировую войну началось уже в августе 1914 г., когда финансовая верхушка США, олицетворяемая Уолл-стрит, осознала фундаментально новую расстановку сил в мировой экономике, порождённую начавшейся в Европе войной. Как писал Ч. Бёрд, мир оказался "разделённым на два полушария, одно из которых имело золото и товары, а другое, которое, остро нуждаясь в этих товарах, не имело собственных финансовых средств, чтобы приобрести их" [1, р. 94].

Финансисты оказались куда более талантливыми военными стратегами, чем фельдмаршалы, генералы и адмиралы, которые наивно полагали, что успех в военных действиях обеспечивается количеством сухопутных дивизий, военных кораблей, подводных лодок, самолётов и другой военной техники. Главным стратегическим наступательным оружием США в Первой мировой войне явились кредиты и займы. Уже 10 августа 1914 г. банкирский дом Джей. Пи. Морган обратился к госсекретарю У.

Брайану за неформальным разрешением на предоставление Франции займа.

В своём меморандуме В. Вильсону госсекретарь исключительно прозорливо разъяснил всю систему далекоидущих расчётов, которые финансовые круги США связывают с предоставлением внешних кредитов и займов воющим государствам, и которые, по меткому определению госсекретаря США, "являются самым худшим видом контрабанды". У. Брайан однозначно заявил, что "не знает ни одного средства предотвращения войны более эффективного, чем международное соглашение между нейтральными странами о непредоставлении займов воюющим сторонам", ибо при отсутствии международных займов "воюющие стороны вскоре будут поставлены перед необходимостью завершения военных действий" [1, р. 35]. При этом Брайан обратил внимание президента на то, что, поскольку США соблюдали нейтралитет, в принципе им было безразлично, какой стороне давать внешние кредиты, и поэтому различные политические и экономические группировки в США будут лоббировать предоставление внешних кредитов воюющим сторонам, находящимся по "разные стороны окопов", и таким образом "конфликт европейских интересов" может быстро перекинуться на внутриполитическую ситуацию в самих США" [1, р. 36].

И, наконец, самое главное: если размер внешнего кредитования приобретёт с течением времени огромные размеры, то страна, предоставляющая внешние кредиты и займы, станет фактически "заложником" воюющих сторон, и рано или поздно будет вынуждена вступить в войну ради "спасения" своих финансовых ресурсов. Растущая зависимость США от стран-должников "будет делать всё более трудным сохранение нейтралитета по мере того, как наши действия будут затрагивать интересы различных сторон, а сохранение равновесия будет осложняться задействованными могущественными финансовыми интересами" [1, р. 37].

В результате администрация 15 августа Вильсона ответила отказом, мотивируя это тем, что "займы, предоставляемые американскими банкирами любому иностранному государству, находящемуся в состоянии войны, несовместимы с подлинным духом нейтралитета" [1, р. 33].

По сути, уже в начале августа 1914 г. проницательный Брайан написал весь сценарий Первой мировой войны и подробно объяснил весь механизм устройства и срабатывания "финансового капкана", который Уолл-стрит расставила для высшего политического руководства США в середине второго десятилетия XX века.

Однако этот отказ администрации Вильсона от попадания в "финансовые силки" не обескуражил банкиров Уолл-стрит; они довольно быстро сообразили, что дело упирается в "недостаток экономической образованности" президента и лиц из его окружения, более искушённых в вопросах мировой дипломатии и хитросплетений европейской политики.

Поэтому с осени 1914 г. Уолл-стрит начала давать администрации Вильсона систематизированные уроки "макроэкономического ликбеза".

Смысл "курса по макроэкономике" был прост: экономика США-де находится в достаточно сложном положении, фактически на спаде экономической активности, и поэтому нуждается в стимулировании. В его отсутствие - да ещё в преддверии президентских выборов 1916 г. "может иметь место падение покупательной способности и банкротство деловых предприятий" [1, р. 41 - 42]. Такая перспектива угрожала США, если правительство не начнёт стимулировать американскую экономику. И наилучшим стимулом, естественно, являются внешние кредиты и займы.

Через советника Госдепартамента Р. Лансинга Уолл-стрит в октябре 1914 г. довела до сведения Вильсона, что "американские производители, которые являются клиентами ньюйоркских банков, активно настаивают на том, чтобы те выдали временные кредиты иностранным покупателям их продукции" [1, р. 41]. В итоге В. Вильсон санкционировал выдачу европейским, главным образом английским и французским, контрагентам американских военных фирм краткосрочных кредитов на сумму 500 тыс. долл. Вся эта операция, вызвавшая протест со стороны Брайана и приведшая летом 1915 г. к его отставке в знак протеста против финансирования воюющих сторон (после этого госсекретарем стал Р. Лансинг), была проделана исключительно филигранно.

* Такой ликбез стал обязательным для хозяев Белого дома только со второй половины 1940-х годов, когда в г. был создан Экономический совет при президенте США.

** Согласно современной классификации циклов деловой активности, в 1913 - 1914 гг. США столкнулись с серьёзным экономическим спадом, который продолжался на протяжении 23 месяцев, т.е. почти два года- с января 1913 г. (пик предыдущей фазы подъёма) до декабря 1914 г., когда американская экономика достигла его "дна" [13].

Банкиры разъяснили разницу между займами и краткосрочными кредитами: первые требовали официального согласия администрации, особенно в той части, которая касалась оказания финансовой помощи воюющим государствам, вторые предназначались для оплаты накопившейся к концу лета задолженности между американскими поставщиками и частными потребителями их продукции в Европе.

По договорённости (правильней сказать, по сговору) с Вильсоном Р. Лансинг, информируя Брайана о своей встрече с президентом, заявил, что он вынес "впечатление" [1, р.52], что президент не возражает против "стимулирования торговли за счёт кредитов", которые позволяют избежать дополнительных сложностей, проистекающих от использования наличных средств при осуществлении сделок купли-продажи.

Брайан понял, что его "хитро" обошли, поскольку формально он наложил запрет на выдачу займов, однако не подал в отставку сразу, оказавшись также способным учеником системы международных финансов, справедливо решив, что надолго краткосрочных займов не хватит. Так оно и получилось. К лету 1915 г. ресурсы "кредитной линии" Уоллстрит оказались полностью исчерпанными и "ребром" встал вопрос о переходе на следующий уровень финансовых отношений между США и воюющими сторонами в Европе.

С отставкой Брайана в июне 1915 г. дорога к полномасштабному финансированию американских военных поставок в Европу была расчищена, и в конце августа 1915 г.

министр финансов США У. Макаду, выражая консолидированное мнение американского банкирского сообщества, сформулированное и доведённое до него руководством ФРС США, обратился к В. Вильсону с пространным письмом. Это обращение, безусловно, следует отнести к категории "выдающегося вклада в развитие экономических знаний", ибо современные академические экономисты дошли до изложенных в нём "истин" только спустя много десятилетий.

Основной тезис меморандума У. Макаду был предельно прост: "Для сохранения нашего процветания мы должны его финансировать. В противном случае оно может прекратиться, и последствия этого будут катастрофическими" [1, р. 75]. Таким образом, задолго до Дж. Кейнса министр финансов США чётко и недвусмысленно известил президента страны, что только государственное стимулирование экономики может явиться мощным фактором экономического подъёма. Основным локомотивом развития американской экономики в тех конкретных условиях стала сфера внешнеторговых отношений.

Знакомясь с дальнейшей аргументацией меморандума Макаду, нельзя отделаться от впечатления, что, в сущности, кейнсианство родилось из служебной документации федерального правительства США с грифом "совершенно секретно" задолго до выхода в свет "Общей теории процента, занятости и денег" (1936 г.). Великобритания, указал Макаду, является и всегда была лучшим клиентом Америки: "С тех пор как началась война, её закупки, а также закупки её союзников - Франции, России и Италии, возросли в колоссальной степени".

Тезис о том, что война является важнейшим условием американского процветания, был сформулирован Макаду с экономической точки зрения совершенно безупречно: "Высокие цены на продовольствие принесли значительное процветание нашим фермерам, а закупки военного снаряжения стимулировали развитие промышленности и обеспечили полную загрузку мощностей настр. ших заводов и фабрик в большом количестве американских регионов. Уменьшение, а в ряде случаев прекращение импорта, обернулось последствиями двоякого рода: во-первых, появились новые отрасли экономики, и, во-вторых, прежние отрасли резко расширились" [1, р. 65].

Макаду не ограничился только лишь изложением краеугольных основ теории государственного стимулирования экономики, но и позволил себе заняться экономическим прогнозированием. Он сфокусировал внимание Вильсона на то, что "основное процветание находится ещё впереди... Оно возрастёт в колоссальной степени, если мы сможем предоставить значительные кредиты потребителям нашей продукции" [1, р. 65 - 66].

Эта аргументация базировалась на совершенно неотразимой экономической логике, и в конце августа 1915 г. Вильсон санкционировал переход на следующий уровень экономических отношений США с воюющими сторонами в Европе: краткосрочное кредитование сменилось длительным периодом выдачи заимствований. Говоря современным языком, администрация Вильсона "задействовала" второй пакет стимулирующих мер развития американской экономики.

Современные оценки тенденций макроэкономического развития США во второе десятилетие XX века говорят о следующем. В 1914 г. под влиянием экономического спада валовой национальный продукт (ВНП) США, измеренный в текущих ценах, уменьшился на 1 млрд. долл. по сравнению с предыдущим годом - с 39,6 до 38,6 млрд. долл., однако в 1915 г. под влиянием кредитного стимулирования экспортных поставок воюющим сторонам в Европе возрос до 40,0 млрд. долл. Массированная выдача займов воюющим сторонам привела к тому, что в 1916 г. ВНП вырос до 48,3 млрд. долл., и это обстоятельство сыграло немалую роль в переизбрании Вильсона на второй срок на президентских выборах 1916 года.

В 1917 и 1918 гг. экономический рост США продолжился, и ВНП увеличился соответственно до 60,4 млрд. долл. и 76,4 млрд. долл. [10, р. 224]. Таким образом, за годы Первой мировой войны ВНП США, измеренный в текущих ценах, увеличился в 2 раза, а в постоянных ценах 1958 г. - более чем на 20% (со 125,6 до 151,8 млрд. долл.).

Показательно также, что за период 1914 - 1918 гг. норма безработицы в США уменьшилась почти в 6 раз - с 7,9% до 1,4% на фоне того, что резко (почти в 18 раз!) возросла численность вооружённых сил - со 166 тыс. до 2,9 млн. человек [19, р. 1 - 2].

В период до 1 апреля 1917 г., т.е. до официального вступления США в войну, США продали Великобритании и её союзникам товаров на сумму 7 млрд. долл., и "именно эти поставки породили "колоссальное" процветание, которое финансовые крути и администрация Вильсона упорно пытались стимулировать в период с 1914 по 1917 г." [1, р. 106]. Согласно изысканиям более позднего времени, США предоставили кредитов и займов Великобритании, Франции, Италии и России на сумму почти 2,6 млрд. долл., в то время как Германия и её союзники получили в 85 раз меньше (!), т.е. немногим более млн. долл. [7, р. 88].

Однако к весне 1917 г., как и предсказывал Брайан, сработала глубинная логика этого "долгового капкана". США в третий раз оказались перед дилемВ 1918 г. после окончания Первой мировой войны экономика США вступила в период классического послевоенного кризиса.

мой "процветание или экономический крах": осенью 1914 г. началось краткосрочное финансирование военного экспорта в Европу, в конце лета 1915 г. США были вынуждены прибегнуть к масштабному предоставлению займов, и, наконец, в начале марта 1917 г. на стол Вильсона легла отчаянная телеграмма - доклад посла США в Великобритании У.

Пейджа, в которой он информировал президента о том, что Англия находится накануне экономического краха. Этот крах, констатировал Пейдж, сделает практически невозможным возврат долгов и кредитов США и поэтому, "вероятно, наше вступление в войну является единственным способом сохранения нашего положительного сальдо торгового баланса и предотвращения паники на мировых финансовых рынках" [1, р. 96].

Начало немцами масштабной подводной войны явилось последней каплей, которая сделала подобного рода панику реальностью. Не прошло и месяца, как "финансовые силки", расставленные для высшего политического руководства США почти за три года до этого банкирами с Уолл-стрит, захлопнулись.

Экономические циклы второй половины XX - начала XXI века и военный фактор Хрестоматийным для большинства американских специалистов по экономической истории США стал тезис о том, что из "Великой депрессии" американскую экономику "вытащила" Вторая мировая война. В 1940 г. ВВП, измеренный в текущих ценах, составил 101,4 млрд. долл., что было даже меньше уровня 1929 г., когда он составил 103,6 млрд.

долл. Таким образом, всё, что удалось сделать США за 11 лет "Великой депрессии" - это едва-едва вывести ключевой показатель состояния экономики на докризисный уровень. А за годы Второй мировой войны ВВП США, достигнув 223,0 млрд. долл., увеличился более чем в 2 раза (см. график).

Как отмечают современные американские экономические историки, "в 1941 - 1945 гг.

американская экономика развивалась беспрецедентными темпами, которые никогда не были повторены впоследствии" [20]. Секрет этого невиданного в экономической истории рывка, имевшего и научно-техническое измерение, был предельно прост - ведущую роль сыграли военные расходы, которые в конце войны составили почти 90% (!) всех федеральных расходов. Ведущая роль военного бюджета как локомотива американского экономического развития во время Второй мировой войны суммирована в табл. 1.

"Экономическое чудо", которое принесла с собой Вторая мировая война, подобно магической метаморфозе во время Первой мировой войны, нашло своё отражение в фантастически быстром решении самой взрывоопасной социально-политической проблемы первой половины XX века: хроническая безработица к середине 1940-х годов практически исчезла, "рассосавшись" как по мановению волшебной палочки с 14,6% в 1940 г. до 1,2% в 1944 г. [10, р. 126].

* Как отметил в этой связи американский экономический историк Г. Фолкнер, "к середине 1930-х годов многие американцы пришли к твёрдому убеждению, что высокая финансовая ставка, которую США связывали с победой союзников в войне, была главной фундаментальной причиной, по которой США вступили в Первую мировую войну; в частности, именно такую позицию занял комитет Сената по анализу состояния военной промышленности США" [7, р. 88].

График Динамика роста ВВП США (в текущих ценах), 1929 - 1949 гг., млрд. долл.

Составлено по: U. S. Bureau of Economic Research. National Economic Accounts. Gross Domestic Product. Current-dollar and "real" GDP (Excel) (http://www.bea.gov).

Таблица Доля военных расходов в федеральном бюджете США в 1940 - 1945 гг., млрд. долл.

Составлено по: U. S. Bureau of Economic Research. National Economic Accounts. Gross Domestic Product. Current-dollar and "real" GDP (Excel); Fiscal Year 2013. Historical Tables.

Budget of the U. S. Government. Wash.: USGPO: 2012. P. 131.

Исторические уроки подобного рода выработали у высшего политического руководства США своего рода условный рефлекс: использовать военную экономику и военные расходы из федерального бюджета в качестве "палочки-выручалочки" всякий раз, как только американская экономика оказывалась на "дне" очередного экономического кризиса.

После Второй мировой войны начиная с экономического спада 1948 - 1949 гг. и вплоть до мирового финансово-экономического кризиса, начавшегося в конце 2007 г., экономика США пережила десять периодов экономического спада, и военная экономика и/или гонка вооружений в рамках "холодной войны", по меньстр. Таблица Фазы экономического подъёма в период 1949 - 2007 гг. и стимулирующая роль военного бюджета США 1. 1949 г. (октябрь) - 1953 г. (июль). Длительность - 45 месяцев Корейская война 1950 - 1953 гг. Рост военных расходов с 13,7 до 52,8 млрд. долл., или: с 32,2 до 69,4% всех федеральных расходов и с 5,0 до 14,2% ВВП. Прямые расходы на войну - 30 млрд. долларов 2. 1961 г. (февраль) - 1969 г. (декабрь). Длительность - 106 месяцев Начало ракетно-космической гонки с СССР и модернизация ядерного потенциала, инициированные администрациями Д. Кеннеди - Л. Джонсона. Начало и эскалация войны в Юго-Восточной Азии. Военный бюджет возрос с 49,6 до 82,5 млрд. долл. Доля военных расходов в ВВП США стабильно держится на уровне почти 9%, а в федеральном бюджете - на уровне немногим более 46% 3. 1970 г. (ноябрь) - 1973 г. (ноябрь). Длительность - 36 месяцев Продолжение и расширение войны в Юго-Восточной Азии, сменившееся завершением американского участия в ней в январе 1973 г.; ежегодные военные расходы стабильно держались на уровне почти 80 млрд. долл. При этом, однако, происходит постепенное сокращение доли военных расходов в федеральных расходах и в ВВП 4. 1980 г. (июль) - 1981 г. (июль) Длительность - 12 месяцев 5. 1982 г. (ноябрь) - 1990 г. (июль). Длительность - 92 месяца Двойная рецессия начала 1980-х годов. Её преодоление началось фактически с приходом к власти администрации Р. Рейгана в январе 1981 г., ознаменовавшимся беспрецедентным наращиванием военной мощи США на заключительном этапе "холодной войны".

Военный бюджет увеличился с 134,0 млрд. долл. в 1980 фин. г. до 303,3,6 млрд. долл. в 1989 фин. г. Военные расходы стабильно держались на уровне 5,7% ВВП и 26% федеральных расходов 6. 1991 г. (март) - 2001 г. (март). Длительность - 120 месяцев Непродолжительная экономическая рецессия 1990 г. (июль) - 1991 г. (март), продолжавшаяся 8 месяцев. Совпала с началом войны в Персидском заливе, на которую было потрачено 61 млрд. долл. В период 1990 - 1994 фин. гг. военные расходы США стабильно держались на уровне почти 290 млрд. долл., или 4,6% ВВП и немногим более 21% федеральных расходов 7. 2001 г. (ноябрь) - 2007 г. (декабрь). Длительность - 73 месяца События 11 сентября 2001 г. пришлись на период, когда экономика США находилась "на дне" непродолжительной рецессии 2001 г. Они положили начало глобальной войне США с терроризмом. К концу фазы подъёма США израсходовали на войну в Ираке и Афганистане почти 800 млрд. долл. В период с 2001 по 2008 фин. гг. военные бюджеты США выросли с 304,7 до 616,1 млрд. долл., т.е. более чем в два раза. Доля военных расходов за этот период увеличилась с 3,0 до 4,3% ВВП, и с 16,4 до 20,7% федеральных расходов. Уже в 2004 фин. г. в постоянных ценах 2005 г. военный бюджет США вышел на рекордный показатель военных расходов по сравнению с периодом "холодной войны" (480 млрд. долл. в 1989 фин. г.), а впоследствии ещё более возрос шей мере, 7 раз (!) выступали локомотивом выведения её на траекторию устойчивого экономического роста и развития. При этом следует иметь в виду, что в двух из трёх оставшихся случаев экономический спад 1953 г. (июль) - 1954 г. (май) и экономический кризис 1973 г. (ноябрь) - 1975 г. (май) возникли как результат окончания Корейской войны 1950 - 1953 гг. и войны в Юго-Восточной Азии (1962 - 1973 г.), и поэтому на стадиях последующих фаз подъёма использование фактора военных расходов было блокировано по политическим причинам, главным образом, по причине широкой общественной оппозиции американскому участию в заморских авантюрах и растущей милитаризации американского общества.

Особняком также стоит непродолжительный экономический спад 1957 г. (август) - 1958 г.

(март) - вторая из "эйзенхауэровских рецессий" 1950-х годов, хотя отказ республиканской администрации Д. Эйзенхауэра (1953- 1961 гг.) от массированного использования военных расходов для её преодоления, как отмечает Х.

Фолкнер, можно считать вполне осознанным политическим решением к сдержанности в использовании военной силы после окончания Корейской войны [7].

Остальные фазы экономического подъёма сопровождались мощным наращиванием военных расходов США или прямым участием в военных кампаниях, что показано в табл.

С приходом к власти в начале 1960-х годов кейнсиански ориентированных демократических администраций Кеннеди и Джонсона инструментарий фискального стимулирования экономики значительно расширился, а рост военных расходов стал сопровождаться и/или дополняться расширением социально-экономических программ, налоговым стимулированием, дефицитным финансированием всей системы федеральных расходов в широком смысле этого слова, но тем не менее не приходится сомневаться, что и в 1960-е, и в 1980-е годы наращивание военно-космической мощи США было главным инструментом стимулирования развития экономики, тесно связанным с интересами национальной безопасности США. Помимо этого, в 1980-е годы "либерализация международных рынков капитала позволила США впервые широко прибегнуть к международным заимствованиям, что и явилось причиной, по мнению многих экономистов, огромных дефицитов торгового баланса, образовавшихся в 1980-е годы" [6, Summary].

Однако именно на протяжении последних 20 лет, как это ни парадоксально звучит, стали всё более явственно проступать элементы почти забытой теории Ч. Бёрда. Даже авторы доклада Исследовательской службы Конгресса США (2001 г.) были вынуждены невольно признать, что война в Персидском заливе 1990 - 1991 гг. "явилась единственной военной операцией, которая имела место в ходе рецессии"; более того, "после окончания конфликта экономика опять вступила в фазу подъёма и не свалилась в послевоенную рецессию, как это обычно происходило в прошлом" [6, р. 7].

События, произошедшие через десять лет, насторожили многих американских аналитиков в ещё большей степени. Получалось, что террористы, организовавшие теракты сентября 2001 г., не только хорошо освоили технологию угона магистральных пассажирских лайнеров, овладели приёмами организации масштабных терактов, сумели проникнуть в тайны "масонской" символики 9/11, но и неплохо разобрались в фазах экономических циклов, чем не всегда может похвастаться даже специальный комитет по циклам Национального бюро экономических исследований США. Во время пребывания у власти администрации Дж. Буша-мл. (2001 - 2009 гг.) серьёзные аналитики стали всё активнее указывать на то, что "пацифисты во всём мире обвиняют * Парадокс пребывания генерала Д. Эйзенхауэра на посту президента США состоит в том, что именно он обратил внимание американского общества на феномен военно-промышленного комплекса как несущий потенциально пагубные политические и социально-экономические последствия для Америки. В своей прощальной речи января 1961 г. он сделал достаточно беспрецедентное (но исключительно актуальное и в наше время!) со всех точек зрения заявление о том, что "жизненно важным элементом в поддержании мира стал наш военный истеблишмент... Потенциал для катастрофического использования им огромной власти существует и будет только усиливаться" [16].

американское правительство в милитаризации экономики ради получения высоких прибылей".

Ведущие экономисты вновь напомнили, что с "Великой депрессией" покончила именно Вторая мировая война, а не "Новый курс" Ф. Рузвельта. "Хвост виляет собакой" - это мнение получило широкое распространение в Европе, и смысл его сводится к тому, что США намеренно спровоцировали войну в Ираке, чтобы "перезапустить" свою остановившуюся экономику и отвлечь внимание общественности от череды громких корпоративных скандалов. После окончания войны в Персидском заливе весной 1991 г.

известный американский экономист Дж. Перри, слова которого приводит в своей книге В.

Вакнин, писал: "Войны, как правило, являлись благом для экономики США. Традиционно они приносят с собой рост производства, снижение нормы безработицы и полную загрузку производственных мощностей, поскольку спрос на военную продукцию ещё больше увеличивает обычную экономическую активность". По заключению Перри, писавшего задолго до эйфории на рынке ИКТ-технологий и последовавшего за ним спада, "военные расходы являются сугубо антициклическими" [24, р. 198].

Экономистам стали вторить политологи. По мере нарастания войны в Ираке и Афганистане всё большее их число начали задаваться вопросом: как "мы можем объяснить очевидное противоречие между американскими принципами, зафиксированными в Декларации независимости и Билле о правах, и действиями США в мире, которые большинство обозревателей считает издевательскими, эгоистичными и беспринципными? Применяются ли эти декларированные принципы только внутри США, а не во всём мире?" Профессор Э. Сандерс ответила на этот вопрос таким образом, что не надо смешивать американский народ и высших должностных лиц, главным образом президентов.

Американский народ по своей природе идеалистичен, миролюбив, эгалитарен и отдаёт предпочтение дипломатическому решению международных конфликтов, в то время как "американские президенты склонны к использованию военной силы и получают огромное удовольствие от выполнения обязанностей верховного главнокомандующего, используя их особенно часто тогда, когда их внутриполитическая программа блокируется Конгрессом, экономика переживает трудные времена и они нуждаются в механизме отвлечения внимания общественности от громких скандалов, а также в преддверии приближающихся выборов. Тогда они широко используют любую риторику для оправдания развязываемых ими войн под предлогом создавшейся чрезвычайной обстановки и необходимости защиты базовой системы ценностей: война должна вестись ради утверждения американских идеалов, продвижения демократии и разгрома огромного и угрожающего всем Зла" [18, р. 1].

Мировой финансово-экономический кризис: в точке главной бифуркации Ответом демократической администрации Обамы на "Великую рецессию", начавшуюся в декабре 2007 г. и достигшую "дна" в июне 2009 г., т.е. продолжавшуюся 18 месяцев или дольше, чем любой другой экономический спад в американской экономике после Второй мировой войны, явилась поспешная разработка и принятие в феврале 2009 г. Плана американского возрождения и реинвестиций, общей стоимостью 831 млрд. долл. (в расчёте на 2009 - 2019 фин. гг.). К концу 2011 г. свыше 90% этой суммы американской экономикой было освоено [5, р. 1].

Эта программа масштабного фискального стимулирования экономики США в отличие от периодов 1960-х, 1980-х и 2000-х годов не имела военного компонента и была направлена исключительно на поддержку гражданских отраслей экономики. В целом программа была рассчитана на то, чтобы стать главным спусковым механизмом, который выведет экономику США на траекторию устойчивого экономического развития и роста в течение второго десятилетия текущего столетия.

Отказ администрации Обамы от включения военных расходов в План американского возрождения и реинвестиций был вызван двумя причинами: во-первых, декларативным позиционированием Обамы как президента-миротворца, который пришёл в Белый дом с мандатом скорейшего завершения войн в Ираке и Афганистане, и, во-вторых, тем, что администрация не тронула военный бюджет "глобальной войны с терроризмом", доставшейся ей в наследство от администрации Буша: в период с 2008 по 2012 фин. г.

прямые военные расходы США увеличились с 616,1 млрд. долл. до 716,3 млрд. долл., или более чем на 16% [8, р. 137 - 138]. Этот рост носил вполне ощутимый характер: в реальном выражении (в постоянных ценах 2005 г.) военные расходы США за годы пребывания у власти Обамы выросли почти на 12%.

В 2011 г. экономика США по показателю реального ВВП (в постоянных ценах) преодолела докризисный уровень 2007 г., когда он составил 13 315,1 млрд. долл. по отношению к достигнутому в ходе предыдущей фазы подъёма пиковому показателю 206,4 млрд. долл. [23]. Официальные американские оценки вклада Плана американского возрождения и реинвестиций в изменение ключевых показателей состояния американской экономики суммированы в табл. 3.

Приведённые данные однозначно свидетельствуют о том, что по показателям годового роста реального ВВП в 2010 - 2011 гг. план обеспечил не менее 75 - 80 процентных пунктов (п.п.) годового прироста; а по показателям уменьшения нормы безработицы и увеличения занятости улучшение состояния рынка труда было достигнуто исключительно за счёт средств, выделенных по линии плана.

Эти данные привели многих ведущих американских экономистов к выводу о том, что вялые темпы восстановления экономики объясняются главным образом недостаточным объёмом средств, выделенных на стимулирование её развития. Как отметил на слушаниях в Конгрессе США известный американский экономист консервативных взглядов Дж.

Тейлор, его расчёты показывают, что "План американского возрождения и реинвестиций оказался неэффективным с точки зрения стимулирования экономики" [21, р. 16].

Помимо этого, согласно оценке БУК, к началу 2013 г. фактически прекратится стимулирующее действие не только Плана американского возрождения и реинвестиций, но и других дополнительных мер стимулирования экономики, принятых администрацией Обамы и одобренных Конгрессом в 2011 - 2012 гг. В результате в первой половине 2013 г.

американская экономика фактически окажется в состоянии рецессии, а падение реального ВВП может составить 1,3% [4, р. 6]. Иными словами, Плану американского возрождения и реинвестиций, по всей видимости, так и не суждено стать "спусковым механизмом" очередной фазы длительного экономического подъёма. Все эти данные, расчёты и Таблица Ключевые показатели развития экономики США в 2009 - 2011 гг. и вклад в их динамику Плана американского возрождения и реинвестиций

А Б А Б А Б

А - данные официальной американской статистики;

Б - оценка вклада Плана американского возрождения и реинвестиций Бюджетным управлением Конгресса (БУК) Рассчитано и составлено по: Bureau of Economic Analysis. National Economic Accounts.

Gross Domestic Product (GDP). (Excel). Interactive Table; Economic Indicators, June 2012, pp.11, 12; CBO. Estimated Impact of the American Recovery and Reinvestment Act on Employment and Economic Output from January 2012 through March 2012. May 2012. P. 3.

выкладки достаточно убедительно свидетельствуют о том, что по сравнению с "пакетными вариантами" стимулирования экономического развития, которые США применяли в 1960-е, 1980-е и 2000-е годы, когда главную роль играли военные расходы, без этого стержня "мотор" американской экономики имеет тенденцию "барахлить" и быстро глохнуть.

Летом 2001 г., буквально за несколько месяцев до событий 11 сентября, министр обороны США в администрациях Кеннеди и Джонсона Р. Макнамара (1916_2009), бывший главным архитектором войны в Юго-Восточной Азии, выпустил книгу "Призрак Вильсона". В этой книге, вызвавшей большой резонанс в США, он писал: "Призрак Вильсона витает над всем XX веком: он витал над миром во время Второй мировой войны, в которой погибли 50 млн. человек; он сопровождал весь период "холодной войны" с её ядерными страхами и разрушительными войнами "по доверенности"; и он присутствовал в бесчисленных конфликтах последующего периода, которые принесли с собой анархию, смерть и разрушение" [12, p. xvi]. Начало XXI века, как удивительно прозорливо заметил то ли что-то знавший, то ли о чём-то интуитивно догадывавшийся "один из самых способных" за всю новейшую американскую историю министр обороны, "мы также встречаем в присутствии призрака Вильсона" [12, р. 9]. И хотя Макнамара и многие другие вильсоноведы нашего времени имеют в виду "официального" Вильсона, известного по его речам, выступлениям и президентским посланиям, с ними вполне можно согласиться, полагая, что "призраки" скорее живут в секретных документах, устных распоряжениях и директивах, сопровождающих "дьяволиаду", являющуюся истоком всякой войны.

Список литературы 1. Beard Ch. The Devil Theory of War. New York: The Vanguard Press, 1936. 124 p.

2. Benett Ed. Franklin Roosevelt and the Search for Security: American-Soviet Relations, 1933 Wilmington, DE: Scholarly Resources Press, 1985. XVI + 213 p.

3. Butler S. War Is a Racket. New York: Round Table Press, Inc., 1935. 51 p.

4. CBO. Economic Effects of Reducing the Fiscal Restraint that Is Scheduled to Occur in 2013.

May 2012. 10 p.

5. CBO. Estimated Impact of the American Recovery and Reinvestment Act on Employment and Economic Output from January 2012 Through March 2012. May 2012. 9 p.

6. CRS Report for the Congress. Financing Issues and Economic Effects of Past American Wars, 7.11.2001. RL31176. ii + 15 p.

7. Faulkner H. The Decline of Laissez faire, 1897 - 1917. New York: Rinehart & Co., 1951. xiv + 435 p.

8. Fiscal Year 2013. Historical Tables. Budget of the U.S. Government. Washington: U.S. GPO, 2012. ii + 356 p.

9. Hallgren M. The Gay Reformer. Profits before Plenty under Franklin D. Roosevelt. New York: Alfred A. Knopf, 1935. XIV + 328 p.

10. Historical Statistics of the United States. Colonial Times to 1975. Part 1. Washington: U.S.

GPO, 1975. XVI + 609 pp. + var.pag.

11. Ikenberry J., Knock Th., Slaughter A-M., Smith T. The Crisis of American Foreign Policy.

Wilsonianism in the Twenty-first Century. Princeton: Princeton University Press, 2009. vii + 12. McNamara R. and Blight J. Wilson's Ghost: Reducing the Risk of Conflict, Killing and Catastrophe in the 21st Century. New York: Public Affairs, 2001. xvi + 276 p.

13. National Bureau of Economic Research. NBER's Business Cycle Dating Committee. US Business Cycle Expansions and Contractions (http://www.nber.org/cycles/cyclesmain.html).

14. Public Papers of the Presidents. Woodrow Wilson. Message on Neutrality. 19.08.1914.

15. Public Papers of the Presidents. Woodrow Wilson. Address to a Joint Session of Congress Requesting a Declaration of War Against Germany. 2.04.1917.

16. Public Papers of the Presidents. Dwight D. Eisenhower. Farewell Radio and Television Address to the American People. 17.01.1961.

17. Report of the Special Committee on Investigation of the Munitions Industry (The Nye Report). 24.02.1936. P. 3 - 13.

18. Sanders E. Presidents and War. Mario Einaudi Center for International Studies. Working Paper Series. No. 9 - 06. November 2006 (Revised February 2008). 24 p.

19. Smiley G. The American Economy in the 20th Century. Cincinnati: South-Western Publishing Co., 1994. 442 p.

20. Tassava Ch. The American Economy during World War II. 10.02.2008.

21. The Stimulus: Two Years Later. Hearing before the Subcommittee on Regulatory Affairs, Stimulus Oversight and Government Spending of the Committee on Oversight and Government Reform. House of Representatives. 16.02.2011. Serial No. 112 - 4. Washington: U.S. GPO, 2011. III + 103 p.

22. United States Senate. Historic Minutes Essays. 1921 - 1940. 4.09.1934. "Merchants of Death".

23. U.S. Bureau of Economic Research. National Economic Accounts. Gross Domestic Product.

Current-dollar and "real" GDP.

24. Vaknin S. Capitalistic Musings. Skopie: A Narcissus Publications Imprint, 2003. 263 p.

ВЫБОРНЫЕ ЦИКЛЫ В США И КНР: СЛЕДСТВИЯ ДЛЯ

Заглавие статьи

ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИЙ

Источник Место издания Москва, Россия Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи

ВЫБОРНЫЕ ЦИКЛЫ В США И КНР: СЛЕДСТВИЯ ДЛЯ

ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИЙ Автор: С. М. Труш УДК 327. Институт США и Канады РАН, Москва В фокусе статьи - полемика Б. Обамы и М. Ромни по китайской теме, а также внешнеполитический ракурс XVIII съезда КПК, его возможные следствия для китайскоамериканских отношений. Оба общества - американское и китайское - находятся на деликатной фазе развития, во многом перестраивая свои модели роста. Эта фаза, особенно в Китае, сопровождается обострением внутриэлитной борьбы. В ходе выборных циклов проявилась "интуитивная" установка обеих элит на взаимозависимость и минимизацию конфликтности. Наряду с этим риск обострения отношений сохраняется, особенно в военной сфере.

Ключевые слова: отношения КНР - США, XVIII съезд КПК, внутрифракционная борьба в КПК, президентская кампания в США.

Завершившиеся в США и Китае выборные циклы проходили сообразно сложившимся в этих социумах традициям и правилам политической игры. В Америке это была эстрадная, с претензий на максимальную открытость и активное гражданское участие предвыборная кампания, со всеми присущими ей атрибутами: ориентированными - порой достаточно искусственно - на конкуренцию программами претендентов, их часто срежиссированными пикировками, причём не всегда по самым злободневным сюжетам, скрупулёзным отслеживанием фокусных тем американского электората в надежде "наварить" на них драгоценные голоса. Каждый голос - на вес золота в условиях усилившейся поляризации общества, явно обозначившейся с начала десятилетия.

В Китае - практически закрытый, кулуарный процесс "демократических консультаций" по отбору, обкатке, тестированию лидеров "пятого" поколения, политиков, способных максимально эффективно в условиях усложняющихся реалий реформируемой страны двигаться к двум "сверхприоритетам" - стабильности и росту.

При всех атрибутах ритуала и "этнополитической" специфики, в каждой из этих двух всё более сопоставляемых "политий" подобные выборные циклы чрезвычайно важны для их будущего. Эти циклы представляют собой естественные для правящих элит периоды сверки политических часов, "переваривания" значимой социальной информации, зондажа настроений, корректировки ТРУШ Сергей Михайлович - кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник ИСКРАН. E-mail:

stroush@mail.ru нынешней и выработки перспективной политической линии. В силу центрового статуса, который США и Китай имеют в мировой политике, в ходе этих циклов практически всегда присутствует соответственно "китайская" или "американская" тема. Они вербализируются либо открыто, как это принято в Америке, либо более косвенно и завуалировано, что свойственно политической традиции КНР. Сказанное или "не сказанное" в этой связи даёт ключ к пониманию будущего этапа отношений двух ключевых игроков.

Президентская кампания в США: китайские сюжеты Китайская проблематика в предвыборной кампании в США была представлена широко и многоаспектно. Мотивация данного обстоятельства лежит на поверхности: растущая экономическая, торговая, финансовая, социальная взаимозависимость двух стран. Почти полутриллионный товарооборот и трёхсотмиллиардный дефицит, статус Китая как крупнейшего игрока на рынке ценных бумаг США, массированный перенос сборочных площадок и производств американских корпораций в КНР, сопровождающийся оттоком рабочих мест в контексте остро стоящей проблемы занятости делали присутствие китайской темы неизбежным в дискуссиях по американской экономике.

Китайские сюжеты рассматривались в контексте последствий финансово-экономического кризиса 2008 - 2009 гг. Обострившиеся и проявившиеся в ходе кризиса макроэкономические дисбалансы США - проблема тройного дефицита, ножницы "сверхпотребления", тупики "финансомики", - равно как и меры по преодолению этих дисбалансов, тесно связаны с Китаем, в первую очередь с его валютно-финансовой политикой.

Другой фактор, который стимулировал обсуждение китайских сюжетов в президентской кампании США - пересмотр военной стратегии США, сопровождающийся сокращением и оптимизацией военных расходов, перенос её регионального фокуса на АТР, о чём было заявлено в начале 2012 г. Этот пересмотр, весьма болезненно и неоднозначно воспринятый американской элитой, особенно её военным сегментом, неизбежно стал горячей дискуссионной темой. Это прямо затрагивало КНР как ключевого военного контрагента и соперника США.

Отмеченные выше моменты предопределили отличительную особенность президентской кампании 2012 г. Традиционная зацикленность этих кампаний на вопросах внутренней жизни США, в первую очередь на проблемах экономики, была если не переориентирована полностью, то сильно разбавлена, во многом за счёт именно "китайского" фактора. Так, в ходе второго раунда дебатов претендентов, сфокусированных на экономической проблематике, Китай был упомянут 12 раз. Грань между "внутренним" и "внешним" стала всё более подвижной, что естественно в условиях глобализации.

В программах и выступлениях кандидатов весьма рельефно проявилась традиционная дихотомия в китайской политике США: "сдерживание" - "вовлечение". Республиканский кандидат явно, хотя и не без дипломатического маневрирования, представлял первую тенденцию. В своей демонстративно жёсткой критике в адрес китайских "обманщиков" и постоянно подчёркиваемом желании "жёстко разобраться" с Китаем М. Ромни однозначно превзошёл своих республиканских предшественников - Дж. Буша-мл. и Р. Маккейна, ни одного из которых невозможно было упрекнуть в чрезмерных симпатиях к Поднебесной.

Обвиняя Б. Обаму в "мягкотелости", М. Ромни выдвинул три главные претензии к его китайской политике. Это валютные "махинации" Китая, намеренное занижение курса юаня к доллару; воровство интеллектуальной собственности и технологий;

попустительство администрации в вопросе увода реальных производств и рабочих мест в Китай.

Особенно остро ставилась валютная проблема. Валютный "обман" Китая, по версии республиканского кандидата, был "квинтэссенцией" несправедливости в двусторонних торгово-экономических связях, причиной "катастрофического" внешнеторгового дефицита США и их пагубной зависимости от притока китайской валюты на американский финансовый рынок. Особое внимание избирателей губернатор обращал на стремительный рост американского дефицита в торговле с Китаем (295 млрд. в 2011 г.) при нынешнем хозяине Белого дома [9]. М. Ромни подчёркивал, что одним из первых шагов, в случае его прихода в Белый дом, будет признание Китая валютным манипулятором [7].

Не меньший акцент М. Ромни сделал на критике "порочной экономической мотивации", заставляющей американский бизнес уводить капиталы, производства, технологии, а главное - рабочие места в Китай. "Моя главная задача -обеспечить занятость как можно большего числа людей. Если мы обеспечим занятость, если мы вернём рабочие места в реальный сектор экономики, мы получим рост доходов простых американцев, которые упали вследствие высокого уровня безработицы. Я знаю, что нужно делать для того, чтобы исправить положение. На это направлен мой план, и часть этого плана - заставить Китай играть по правилам" [7].

Тема "увода" рабочих мест в Китай педалировалась республиканским кандидатом с явным популистским прицелом: он делал ставку на недовольство американцев сокращением "реального производства" в США, высоким уровнем безработицы. При этом в экономической программе М. Ромни было достаточно смутно прописано как, посредством каких экономических мер, налоговых и инвестиционных инструментов, этот "увод" может быть приостановлен. Детализацией этих мер претендент себя не обременял. Дьявол, как известно, в деталях, в данном же случае - в их отсутствии. Непредвзятому избирателю было ясно, что проблема оттока рабочих мест, хотя и является частично регулируемой и управляемой, в основном связана с трудно преодолимыми экономическими трендами глобализации, переливом капиталов и производств в оптимальные инвестиционные зоны мира.

Спорной и также слабо проработанной была продвигаемая губернатором идея переориентировать фокус американской деловой активности - торговлю, инвестиции, размещение производственных площадей - с Китая на Латинскую Америку [7]. При всей заманчивости и частичной реалистичности такой переориентации, было ясно, что этот регион не может рассматриваться в качестве полновесной альтернативы Китаю по ряду причин. В их числе - узость потенциального рынка латиноамериканских стран по сравнению с КНР, неравномерность условий и характеристик инвестиционного климата в регионе, проблемы управляемости общества в ряде латиноамериканских стран и, наконец, отсутствие конфуцианской трудовой мотивации.

Подход Б. Обамы к заявленным претензиям М. Ромни к китайской политике США, отличался меньшей популистской заострённостью, не столь сильно выраженным стремлением видеть противоречия с Китаем в чёрно-белых тонах, более объёмным, перспективным видением двустороннего взаимодействия.

Реагируя на критику М. Ромни по "валютному спору" с КНР, Б. Обама подчёркивал, что его администрация не снимала этот вопрос с повестки дня и систематически оказывала на Пекин жёсткое давление. Реальным результатом такого давления стал рост курса китайской валюты к доллару на 11% в период с 2008 г., а суммарно с 2005 г., когда курс юаня перестал быть жёстко фиксированным, на 30% [7]. С точки зрения интересов США это можно считать значительным прогрессом. Кроме того, действующий президент полагал, что признание Китая "валютным манипулятором", на чём настаивал М. Ромни, почти наверняка вызовет ответную реакцию Пекина, приведёт к обмену протекционистскими мерами и торговой войне. Обама считал, что для долгосрочных интересов Америки, стремящейся максимально наращивать свой экспорт в КНР, искать для этого новые ниши и таким образом распутать проблему тройных дефицитов Америки, это контрпродуктивно. С такой аргументацией Обама выглядел весьма убедительно.

Ещё более выигрышно действующий президент выглядел в "обмене ударами" вокруг темы утечки рабочих мест в КНР в результате транснационализации производственных цепочек. Он обозначил свой подход к проблеме следующим образом. Во-первых, по его мнению, нельзя не понимать, что этот процесс объективен, необратим и представляет собой устоявшийся тренд мировой экономики. Во-вторых, задачу своей администрации он видит в совершенствовании налогового законодательства США. По мнению Б. Обамы, надо закрыть те налоговые дыры, которые позволяют компаниям, переносящим производства в Китай, уходить от налогообложения в США. В-третьих, подчеркнул Б.

Обама, в тех случаях, когда производство экономически целесообразно оставить в стране, предпринимаются все возможные меры, включая налоговые преференции, инвестиционные рычаги, меры ВТО. В известной степени используя президентский "административный ресурс", Белый дом в разгар президентской кампании в августе г. инициировал в ВТО очередной иск к Китаю, по вопросу о субсидировании китайского экспорта комплектующих к автомобилям [4]. Важные психологические очки в этой теме Б. Обама набрал, обвинив губернатора-претендента в том, что последний активно использовал преимущества от переноса производств в Китай в своих прошлых бизнеспроектах. Причём особую остроту эти обвинения приобрели в связи с тем, что речь шла о поставках в Китай чувствительных технологий двойного назначения. "Вы явно не тот человек, который, придя в Белый дом, будет жёстко разбираться с Китаем", - резюмировал эту атаку президент [7].

Последняя фраза в данном обмене ударами была весьма симптоматичной. Она недвусмысленно даёт понять, что оба претендента на Белый дом, чувствовали необходимость продемонстрировать жёсткость в отношении КНР. Будучи искушёнными политиками, тонко чувствуя настроения избирателей, оба кандидата отчётливо понимали, что "твёрдая рука" в отношении КНР востребована американским электоратом. Эта потребность складывалась из настроений посткризисной нестабильности, страха безработицы, газетных отчётов о династр. мике китайской экономики, информации об очередных интервенциях юаня на американском фондовом рынке, из новостей о растущей конфликтогенности ситуации в Южно- и Восточно-Китайском морях.

В отношении Китая Б. Обама, как и его республиканский оппонент, не производил впечатления "размазни" и выглядел достаточно твёрдо, но при этом его аргументация звучала более взвешенно, "диалектично", отличалась глубоким пониманием долгосрочных интересов США. Действующий президент успешно уходил от чёрно-белой интерпретации противоречий с Китаем, подчёркивал свою способность и решимость строить с ним полифонические и многоуровневые связи, сочетая твёрдость подходов с готовностью к конструктивному взаимодействию.

Очевидным просчётом республиканского претендента стал его чрезмерный акцент на валютных претензиях к Китаю, что фактически означало ставку на слабый доллар в торговле с ним. Как справедливо отмечали экономические аналитики, М. Ромни в валютных претензиях к Китаю фактически переходил черту разумного. Прагматичные американцы интуитивно поддерживали напор претендента в вопросе о защите рабочих мест в Америке, но их инстинкт самосохранения не позволял им поддерживать ослабление доллара с неизбежным снижением его покупательной способности на внутреннем рынке и повышением цен [10]. Для напуганного и неуверенного в завтрашнем дне американского потребителя это было уже слишком.

Тот факт, что в "прямой" дискуссии между М. Ромни и Б. Обамой приоритет отдавался экономической проблематике, не удивляет. Экономический аспект американо-китайских отношений - наиболее релевантная тема для массового американского избирателя.

Прессингуя именно в этой проблемной зоне, соперники набирали - или сохраняли наибольшее число голосов массового электората. Что касается иных аспектов американокитайских отношений - стратегических, военных, идеологических, "общепланетарных проблем", то внимание к ним самих кандидатов было менее акцентированным. Об этом свидетельствовало, в частности, то, что в последнем раунде теледебатов, непосредственно посвящённом внешней политике, тема Китая практически осталась за кадром [8].

Приоритет был явно отдан ситуации на Ближнем Востоке - Ливия, Сирия, Иран, Афганистан - очевидным горячим точкам американской стратегии на временном срезе выборов.

Нюансы китайской политики США, позиции кандидатов по другим - неэкономическим аспектам американской стратегии более внятно артикулировались членами их команд, профессионально ответственными за соответствующую проблематику. Их предвыборные дискуссии давали представление о ключевых ориентирах команд М. Ромни и Б. Обамы в более широком спектре отношений КНР и США.

В этой связи весьма иллюстративными для понимания будущего отношений стали специальные экспертные дебаты по Китаю, проведённые авторитетным университетскоисследовательским центром, Школой перспективных международных исследований (SAIS) при Университете Джонса Гопкинса * SAIS - School of Advanced International Studies.

совместно с "Комитетом 100" - влиятельной общественной организацией, работающей для стимулирования американо-китайского диалога. Эти экспертные дебаты привлекают интерес и считаются весьма репрезентативными прежде всего потому, что они единственные в своей проблемной нише - "отношения с Китаем" - дебаты, которые проводились совместно двумя "штабам" кандидатов публично, в статусе on record.

Мероприятие регулировалось правилами и регламентом, определёнными официальной Комиссией по президентским дебатам, и широко освещалась Общественно-политической кабельной телесетью - CSPAN. Команду республиканцев представлял А. Фридберг -один из руководителей "Рабочей группы М. Ромни по азиатско-тихоокеанским проблемам", профессор Принстонского университета, в прошлом один из ключевых внешнеполитических советников Д. Чейни. Демократов представлял Д. Байдер, один из архитекторов китайской политики Б. Обамы, ответственный сотрудник СНБ в его администрации [15].

Эти экспертные дебаты оказались весьма индикативными по широкому кругу проблем американо-китайских отношений. Позиции участников демонстрировали существенные нюансы и различия между ними, давая понять, какой будет линия того или иного кандидата в отношение КНР в случае его победы.

Касаясь горячей темы о переориентации американской стратегии на АзиатскоТихоокеанский регион, эксперт команды М. Ромни отметил, что прежняя американская политика в этом регионе явно страдала "недостатком ресурсов". Эта переориентация, прямо заявлял он, направлена на "сдерживание" Китая, предотвращение нежелательных для Америки последствий китайского роста. По его мнению, проблема для Америки заключается в том, в какой степени США способны реально "сдержать" китайский рост.

"Слишком многие в Китае уверены, что Америка необратимо ослабла", - отмечал А.

Фридберг.

Эксперт от демократической команды Д. Байдер заявил в этой связи, что США не могли в полной мере осуществить переориентацию на АТР ранее, будучи связаны серьёзными проблемами и вызовами в других регионах мира, в первую очередь в Ираке и Афганистане. Тот поворот к АТР, который администрация Обамы начала фактически с 2011 г., был, по мнению Д. Байдера, продиктован сформировавшейся к тому времени "критической массой" вызовов. Многоаспектность этого решения проявилась не только в том, что США объявили об усилении своей военной группировки в АТР, о ротированном присутствии военного контингента США в Австралии, но и в параллельном продвижении концепта Транстихоокеанского партнёрства (ТТП), восстановлении связей США с Мьянмой, дипломатических инициативах с Вьетнамом, Индией и другими странами АТР [15].

Показательная полемика экспертов развернулась по тайваньскому вопросу.

Администрацию Обамы было трудно критиковать на этом поле: после её прихода в Белый дом Тайваню были санкционированы поставки вооружений более чем на 13 млрд. долл., что стало рекордной суммой для всех американских администраций. При этом Б. Обама разрешил поставки на Тайвань истребителей F-16 (модификации А/В), от чего воздерживалась администрация Дж. Буша-мл.

* Commission on Presidential Debates.

Тем не менее, позиция команды М. Ромни и по тайваньскому вопросу выглядела жёстче.

Её эксперт особо акцентировал существующий дисбаланс ракетных и военно-морских возможностей КНР и Тайваня, хотя и признавал "бесперспективность" строительства политики США на основе достижения военного паритета в Тайваньском проливе.

Несмотря на это, он недвусмысленно обозначил решимость М. Ромни поставлять на Тайвань и более совершенное вооружение, в частности, истребители F-16 самых продвинутых модификаций [15].

Оппоненты на экспертных дебатах существенно разошлись и в другом ключевом вопросе китайской политики США - проблеме нераспространения ядерного оружия, её иранской и северокорейской "подтеме". Представитель М. Ромни считал использование "китайского фактора" для давления на Иран и Северную Корею, если не провальным, то однозначно малоэффективным в период администрации Обамы. Говоря о Северной Корее, эксперт отметил, что хотя для Китая безъядерный статус Пхеньяна был бы предпочтительнее, КНР потенциально готова согласиться и на приобретение ядерного оружия Северной Кореей. В отношениях с КНДР, отметил А. Фридберг, Пекин имеет ряд более значимых для себя приоритетов. Среди них - благоприятный для КНР региональный баланс сил в северовосточной Азии и "управляемость" Пхеньяна со стороны КНР, даже с его ядерным оружием.

Полемизируя с А. Фридбергом, эксперт из команды Б. Обамы Д. Байдер заявил, что при Обаме Китай продвинулся ближе к США в иранском и особенно корейском вопросах. В 2010 г. после инцидента с потоплением Пхеньяном южнокорейского судна и ускорения темпов северокорейской программы по обогащения урана, Вашингтон осуществлял эффективный нажим на КНР по корейской теме. В частности, в ходе встречи G-20 в Торонто президент Б. Обама предпринял активный демарш в адрес КНР, и этот демарш возымел действие. В результате китайцы возобновили призывы к КНДР вернуться за стол шестисторонних переговоров [15].

В вопросе о результативности и действенности контактов на военном уровне позиции участников экспертных дебатов также были весьма далеки друг от друга.

Республиканский эксперт считал, что связи США и КНР по военной линии не должны быть самоцелью. Более того, он отметил, что в нынешней общеполитической ситуации, когда стратегическое и военно-технологическое преимущество однозначно на стороне США, от таких связей с Вашингтоном китайцы получают больше чем американцы.

Следовательно, заявил А. Фридберг, США "не должны гоняться за Пекином" в этом вопросе; "стратегическое доверие сторон" остаётся на низком уровне.

По мнению его оппонента - Д. Байдера, связи по военной линии, прерванные после поставок вооружений на Тайвань администрацией Дж. Буша-мл. и восстановленные при администрации Обамы в 2010 г., позволили Вашингтону и Пекину завязать диалог по широкому спектру весьма чувствительных тем. В их числе минимизация ядерных рисков, противоракетная оборона, открытый космос, морские вооружения, кибербезопасность.

Обсуждение этих тем на уровне военных существенно важно, отметил эксперт-демократ, в том числе и с учётом особого - "изолированного, специфичного" - статуса китайских военных в структуре власти в Китае. Такие связи, несомненно, повышают уровень трансстр. парентности военной сферы в КНР, и в этом смысле администрация Обамы, по мнению Д.

Байдера, предпринимала оправданные, плодотворные шаги [15].

Пожалуй, единственной темой китайской политики США, в которой эксперты были более или менее солидарны друг с другом, стала позиция США по островным конфликтам в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях. С учётом тех или иных нюансов, оба они были согласны, что поведение Китая в этом вопросе представляет собой тест на солидарность США со своими союзниками в регионе, прежде всего с Японией. Линия Китая по островным конфликтам, подчеркнули оба эксперта, стала следствием роста экономических возможностей, военных амбиций и энергетических аппетитов КНР [15].

Предвыборная кампания в США со всей очевидностью показала растущее "горячее дыхание" Китая внутри американского общества. С учётом того широкого резонанса, который "китайская тема" получила в ходе предвыборных дебатов в Америке, можно сказать, что, голосуя за Б. Обаму, американский избиратель во многом позитивно реагировал на его философию отношений с Китаем, продемонстрированную в первый президентский срок. Для этой философии характерно сочетание "твёрдости", жёсткого отслеживания и регламентирования действий Китая на американской экономической площадке и в мировых делах с креативным расширением поля взаимозависимости, поиск новых и перспективных для Китая завязок, отход от назидательности и навязывания жёстких рецептов внутреннего развития.

Президенты США приходят и уходят, а Китай остаётся, и Б. Обама продемонстрировал понимание этого непреложного факта лучше и убедительнее чем его оппонент.

XVIII съезд КПК и американская тема Переключаясь на выборный цикл в Китае, следует особо остановиться на трёх его взаимосвязанных составляющих. Это, во-первых, явно обострившееся напряжение внутри китайского правящего класса, вышедшее на поверхность в громком "деле Бо Силая". Этот внутриэлитный конфликт во многом предопределил и усилил нервозность и клановый торг в китайской верхушке накануне и в ходе съезда. Во-вторых, это конкретные кадровые назначения на высшие посты в КПК и китайской армии, понимание того, что они могут значить для китайского видения мира и внешней политики. В-третьих, формулировки партийных документов, имеющие прямое или опосредованное отношение к Америке - в первую очередь формулировки отчётного доклада Ху Цзиньтао съезду, сохраняющие "установочное", индикативное значение в китайском политическом дискурсе.

В марте 2012 г. было объявлено о выводе из состава Политбюро и снятии со всех постов Бо Силая - политического "тяжеловеса", весьма неординарного по стилю, идеологии и прежней карьере деятеля КПК. До своей опалы это был, пожалуй, один из наиболее заметных потенциальных лидеров КНР "пятого поколения", обладающий яркой индивидуальностью.

Карьерные перспективы Бо Силая в новом составе руководства оценивались весьма высоко: считалось, что он однозначно войдёт в Постоянный Комитет Политбюро на XVIII съезде. Ещё ранее, на этапах, предшествующих выдвижению Си Цзиньпина на вторую позицию после Ху Цзиньтао, кандидатура Бо Силая даже рассматривалась в качестве варианта, альтернативного Си Цзиньпину. Их обоих относят к особой элитной группе "принцев" - потомков лидеров КПК эпохи Мао Цзэдуна.

"Принцы", наряду с "шанхайцами" - выдвиженцами Цзян Цзэминя и "комсомольцами", группирующимися вокруг Ху Цзиньтао, считаются конкурирующими группировками в высшем эшелоне власти. Такое структурирование носит весьма условный характер;

данные о связях конкретных фигур в номенклатуре спекулятивны, тем не менее фракционный характер китайского руководства мало кем оспаривается в мировой аналитической синологии [3; 13].

Конфликт вокруг Бо Силая развивался в нетрадиционной для постдэновского периода острой и публичной форме. Имели место громкие критические заявления членов высшего руководства в адрес друг друга, шокирующие криминальные подробности и разоблачения, вплоть до явного противостояния региональных и центральных спецслужб и даже прямой вовлечённости в события властей США. Всё это, особенно последний факт, нанесло серьёзный удар по репутации руководства КПК. Несмотря на ограниченность и спекулятивность информации, многое говорит о том, что обострившийся конфликт в КПК глубже, чем банальная схватка кланов за власть. Он касается более широких проблем, таких как приоритеты и перспективы дальнейшего развития, будущая трансформация партии, судьба госпредприятий и госкорпораций, пересмотр политики сокращения рождаемости, демонополизации банковской сферы, социальные гарантии сельскому населению.

Бо Силай зарекомендовал себя явным сторонником "неолевых" подходов к реформам в КНР с особой ностальгией по "эпохе Мао Цзэдуна, акцентом на уравнительность, преодоление имущественной дифференциации, поощрение коллективизма и коммунистической идеологии. Его жёсткая, вне рамок даже китайского правового поля борьба с коррупцией снискала популярность в народе.

Деятельность Бо Силая как руководителя Чунцина - крупного мегаполиса на правах провинции - получила название "чунцинская модель" реформ. Эту модель часто противопоставляли "гуандунской модели" развития. Гуандун -это богатая приморская провинция, с высокими доходами населения, с продвинутой ориентированной на экспорт промышленностью, плотно интегрированная совместными производственными цепочками с корпорациями США, Японии, Европы и стран АСЕАН. Население Гуандуна, этнически и исторически отличающееся от северных и глубинных провинций Китая, традиционно дистанцировалось от них, в той мере в которой это было возможно под жёстким скрепом КПК.

С "гуандунской моделью" связывают имя другого яркого и полярно противоположного Бо Силаю руководителя - Ван Яна, который считается приверженцем либерально-рыночных, прозападных акцентов в социально-экономической политике. Сторонником Ван Яна по такой ориентации счиВан Лицзюнь - вице-мэр и руководитель силового блока Чунцина - обратился в консульство США в Чэнду в просьбой о политическом убежище, в чём ему было отказано.

тался и бывший руководитель другого индустриального региона - провинции Цзянсу - Ли Юаньчао.

На протяжение всего 2012 г. - подготовительного периода к съезду - наблюдателикитаеведы констатировали прямые и косвенные симптомы подковёрной борьбы. В сентябре 2012 г. в западной прессе были опубликованы компрометирующие материалы о коррупционных доходах Си Цзиньпина и нынешнего премьера Вэнь Цзябао, что, скорее всего, можно было расценить как атаку на них влиятельных сторонников группировки Во Силая.

Конфликт негативно сказался на эффективности госуправления на местах, увеличил отстранённость социальной массы от управленческого механизма, ещё больше ослабил действенность идеологической индоктринации. Косвенным образом эти проблемы отражены даже в следующем пассаже Отчётного доклада ЦК КПК XVIII съезду, принимая во внимание всю специфику, тональность и стиль этого партийного документа. "Твёрдо оберегая авторитет ЦК, необходимо идеологически, политически и в конкретных действиях оставаться с ЦК партии в максимальном единстве, неуклонно следовать теории, линии, курсу и политике партии, обеспечивать неукоснительное исполнение решений ЦК и абсолютно не допускать таких явлений, когда "наверху - меры, а внизу - контрмеры", ни в коем случае не допускать несоблюдения полученных указаний и нарушения запретов" [1].

Процедура перехода власти к новому поколению руководителей была серьёзно осложнена. Фракционный торг продолжал идти вплоть до последней минуты, что для съездов КПК совершенно нетипично. Съезд проходил в обстановке гораздо большей закрытости и усиления мер по поддержанию правопорядка и безопасности в Пекине.

Центральным решением съезда стало назначение Си Цзиньпина и формирование центральных органов партии - ПК Политбюро, Военного Совета ЦК (он же Центральный Военный Совет КНР), Политбюро, ЦК, Комиссии по проверке дисциплины ЦК.

В состав ПК Политбюро вошли семь человек: Си Цзиньпин, Ли Кэцян, Ван Цишань, Чжан Гаоли, Чжан Дэцзян, Лю Юнынань, Юй Чжэншэн. Одновременно в него не вошли пролиберальные фигуры Ван Ян и Ли Юаньчао, что было расценено как компромиссный шаг, сделанный под давлением влиятельных в партии сил, симпатизирующих Бо Силаю.

Другим симптомом компромиссного подхода стало то, что по возрастным ограничениям, которым последние 20 лет строго следуют в КПК, 5 из ныне избранных 7 членов ПК ПБ считаются своего рода "хромыми утками". Они вынуждены будут уйти уже на следующем XIX съезде партии. Это косвенно усиливает шансы Си Цзиньпина на формирование в значительной степени "своей" команды на последующее пятилетие.

Хотя фракционная принадлежность каждой из семи фигур в ПК Политбюро, самом Политбюро и ЦК спекулятивна, по мнению тайваньских и западных аналитиков, уверенную победу в продвижении своих кадров одержал Цзян Цзэминь, в то время как позиции Ху Цзиньтао ослабли [2; 11] Ху Цзиньтао оставил, несмотря на иную традицию на предыдущих съездах, высший военный пост в стране - Председателя Центрального военного совета КНР. Это обстоятельство, судя по всему, стало результатом "пакетного компромисса", устроившего соперничающие группировки. Новый генсек таким образом концентрирует в своих руках всю полноту партийно-военного управления. Си Цзиньпин при таком раскладе становится максимально независимым и от Цзян Цзэминя и от Ху Цзиньтао, хотя они по существующей парадигме китайской политики и сохранят за собой определённое неформальное влияние.

Каким образом проведённые кадровые назначения съезда релевантны для китайскоамериканских отношений? Следует отметить ряд аспектов.

Назначение Си Цзиньпина, не подвергавшееся сильному сомнению, вряд ли может считаться неблагоприятной для Америки опцией. Новый лидер КПК, судя по имеющимся о нём данным, волевой, достаточно самостоятельный и в меру гибкий политик постдэновской формации. Он обладает разносторонним опытом партийного управления на различных постах в номенклатуре КПК, включая и относительную глубинку, и средний мегаполис, и бурно развивающиеся приморские провинции. Провинции Фуцзянь и Чжэцзян, в которых он проработал несколько лет вплоть до перевода в центр уникальные китайские провинции, сочетающие в себе и локально специфичное население, и крепкое сельское хозяйство, и гиперактивную, ориентированную на экспорт зону. Кроме того Фуцзянь - географически и экономически главная зона взаимодействия с Тайванем, а также весьма значимый "форпостный" регион в военном смысле (Тайваньский пролив).

Как региональный руководитель он несомненно приобретал здесь знания в области мировой экономики, транснациональных производств, понимание региональных тихоокеанских проблем, военной стратегии, геополитики. В его послужном списке американцам не менее важны и другие обстоятельства. Он как минимум не "неолевый" политик и, скорее всего, достаточно взвешено оценивает и маоистский, и дэнсяопиновский, и постдэнсяопиновский период китайской истории, причём первый из них в меру критично. Отец Си Цзиньпина - Си Чжунсюнь занимал пост вице-премьера Госсовета (правительства) КНР, в 1962 г. был репрессирован Мао Цзэдуном и реабилитирован при Дэн Сяопине.

В январе 2012 г. Си Цзиньпин совершил визит-смотрины в США, который прошёл весьма успешно. Турне имело "хорошую прессу" в США. Заместитель Председателя КНР вёл себя одновременно гибко и "не прогнулся" в ключевых вопросах, что зафиксировала и китайская блогосфера. По отзывам американской прессы, Си Цзиньпин продемонстрировал "более яркую индивидуальность", чем Ху Цзиньтао. Немаловажен для американцев и тот факт, что дочь Си Цзиньпина учится в Гарварде. Но первостепенное значение для американцев будет иметь следующее: насколько эффективно - при всей фракционной многослойности руководящей верхушки - Си Цзиньпин будет контролировать ситуацию. Полной ясности в этом нет: критерием истины станут будущие решения.

Какие темы, касающиеся Америки, будут в центре дискуссий нового китайского руководства? Их может быть несколько:

1. В какой степени "ослабла" Америка? Каковы ресурсы её адаптации и продолжения роста? С какими макроэкономическими и макрополитическими вызовами столкнётся администрация Обамы, и как она их разрешит?

* В Фузцяньском военном округе дислоцированы крупные ракетные части, нацеленные на Тайвань.

2. Как реагировать на новую расстановку внешнеполитических приоритетов США и перенос "центра тяжести" в АТР? В какой мере это манёвр противоречит китайским "базовым интересам"? Какие конкретные шаги - военные, экономические, внешнеполитические - Китаю целесообразно предпринять?



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 
Похожие работы:

«АЖ МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ БИБЛИОТЕКА (ФГБУ РГБ) 119019, М осква, ул. В оздвиж енка, 3/5 тел.: +7 (495) 695-73-71 e-m ail: nbros@ rsl.ru hltp://w w w. rsl.ru факс: +7 (495) 690-60-62; 913-6933 О К П О 0 2 17 5 175 Депутату Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации на № Исх-ГДГ-4/188. от 29.05. № Исх-ГДГ-4/189. от 29.05. № Исх-ГДГ-4/190. от 29.05.2013 Д.Г. Гудкову №...»

«Взаимодействие веб-сайтов по культуре с пользователем. Рекомендации Под редакцией рабочей группы проекта MINERVA EC Качество, доступность и удобство работы Издание на русском языке подготовлено Центром ПИК при финансовой поддержке Министерства культуры Российской Федерации. Перевод: Е. Малявская Редакторы перевода: Н. Браккер, Л. Куйбышев ©2008 MINERVA EC Project ©2010 Центр ПИК 1 Оглавление Предисловие к русскому изданию Предисловие Введение 1.Пользователи и информационные ресурсы по культуре...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКАЯ ПРАВОВАЯ АКАДЕМИЯ МИНИСТЕРСТВА ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ РОСТОВСКИЙ (Г. РОСТОВ-НА-ДОНУ) ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ (ФИЛИАЛ) НАПРАВЛЕНИЕ ПОДГОТОВКИ 030900 – ЮРИСПРУДЕНЦИЯ КВАЛИФИКАЦИЯ (СТЕПЕНЬ) – БАКАЛАВР КАФЕДРА ГУМАНИТАРНЫХ И СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ДИСЦИПЛИН БЕЗОПАСНОСТЬ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС Ростов-на-Дону ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ВОЛГОГРАДСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ КАФЕДРА ТЕОРИИ И МЕТОДИКИ ФИЗИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ ПАСПОРТ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО КОМПЛЕКСА ОЦЕНКА ФИЗИЧЕСКОГО, ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО И ЛИЧНОСТНОГО РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ 3-10 ЛЕТ Волгоград – 2012 2 Пояснительная записка Научно-исследовательский комплекс (НИК) предназначен для проведения научноисследовательских работ по изучению и выявлению...»

«В.С. Юркевич Одаренный ребенок иллюзии и реальность книга для учителей и родителей Содержание От автора Часть I. Попытка найти начало и конец 1. Вредные стереотипы 2. Так что же такое одаренность? 3. Мотор способностей 4. Родители как великие инквизиторы одаренности 5. Завершающий удар Часть II. Разная одаренность - разная личность 1. Одаренные дети - группа риска 2. Что же такое способности, одаренность, задатки? 3. О способностях творческих и интеллектуальных 4. Разная одаренность - разная...»

«Курганская областная универсальная научная библиотека им. А.К. Югова Отдел естественнонаучной и сельскохозяйственной литературы ЭКОЛОГИЯ И ОБРАЗОВАНИЕ В ХХI ВЕКЕ БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ Курган 2006 Курганская областная универсальная научная библиотека им. А.К. Югова Отдел естественнонаучной и сельскохозяйственной литературы Центр экологической культуры и информации ЭКОЛОГИЯ И ОБРАЗОВАНИЕ В ХХI ВЕКЕ БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ (2000 – 2005 гг.) ВЫП. Курган, Экология и образование в ХХI веке:...»

«Приказ Министерства культуры Российской Федерации от 8 октября 2012 г. N 1077 г. Москва Об утверждении Порядка учета документов, входящих в состав библиотечного фонда Приказ о Порядке учета документов, входящих в состав библиотечного фонда Приказ Министерства культуры Российской Федерации от 8 октября 2012 г. N 1077 г. Москва Об утверждении Порядка учета документов, входящих в состав библиотечного фонда Дата подписания: 08.10.2012 Дата публикации: 22.05.2013 00:00 Зарегистрирован в Минюсте РФ...»

«1 ЧАСТЬ 1 (обязательная) 1. Пояснительная записка 1.1. Возрастные и индивидуальные особенности контингента детей, воспитывающихся в образовательном учреждении. 1.2. Приоритетные направления деятельности образовательного учреждения по реализации основной общеобразовательной программы дошкольного образования 1.3. Цели и задачи деятельности образовательного учреждения по реализации основной общеобразовательной программы дошкольного образования 1.4. Особенности осуществления образовательного...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ЭКОНОМИКИ И ФИНАНСОВ КАФЕДРА ФИЗИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ СОЦИАЛЬНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ УЧАЩЕЙСЯ МОЛОДЕЖИ Сборник научных трудов ИЗДАТЕЛЬСТВО САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ЭКОНОМИКИ И ФИНАНСОВ ББК 75. C...»

«Организация Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры Бюро ЮНЕСКО в г. Москве по Азербайджану, Армении, Беларуси, Грузии, Республике Молдова и Российской Федерации РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ БИБЛИОТЕКА КЛЮЧИ от XXI века Сборник статей перевод с французского Москва, 2004 УДК 304 (082) ББК 60.52 К 52 Ключи от XXI века: Сб. статей.– М., 2004. – 317 с. – (пер. с фр. яз.) К 52 ISBN 5-7510-0299-7 Готовы ли мы к XXI веку? Это поле для размышлений. Будущее становится все более...»

«МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ СОВЕТ ПО КООРДИНАЦИИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЗООПАРКОВ РОССИИ ДЕПАРТАМЕНТ КУЛЬТУРЫ ГОРОДА МОСКВЫ Московский государственный зоологический парк ЕЖЕГОДНЫЙ ОТЧЕТ 2009 ANNUAL REPORT 2009 МОСКВА 2010 1 Министерство культуры Российской Федерации Правительство Москвы Департамент культуры города Москвы Государственное учреждение культуры города Москвы Московский государственный зоологический парк ЕЖЕГОДНЫЙ ОТЧЕТ Информационно-справочный материал о...»

«СЕВЕРО ЗАПАДНАЯ АКАДЕМИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ Кафедра мировой и национальной экономики Учебно методический комплекс по курсу ЭКОНОМИКА РОССИИ Издательство СЗАГС 2004 Рассмотрено и утверждено на заседании кафедры 16 июня 2004 г., протокол № 10. Одобрено на заседании учебно методического совета СЗАГС Рекомендовано к изданию редакционно издательским советом СЗАГС Учебно методический комплекс подготовили: проф. Нещерет Алек сандр Карлович, ст. преп. Васильева Татьяна Владимировна. © СЗАГС, 2004...»

«СОДЕРЖАНИЕ Стр. 1. Общие положения 5 1.1. Определение основной образовательной программы (ООП) бакалавриата; 5 1.1.1. Обоснование выбора направления и профиля подготовки; 5 1.2. Нормативные документы для разработки ООП бакалавриата; 1.3. Общая характеристика вузовской основной образовательной программы высшего профессионального образования (ВПО) (бакалавриат); 6 1.4. Требования к абитуриенту. 6 2. Характеристика профессиональной деятельности выпускника ООП бакалавриата 6 2.1. Область...»

«Казанский (Приволжский) федеральный университет 420008, г. Казань, ул. Кремлевская, 18 Тел.: 8 (843) 233-71-09 Факс: 8 (843) 292-44-48 e-mail: public.mail@kpfu.ru www.kpfu.ru Приемная комиссия КФУ 420008, г. Казань, ул. Кремлевская, д. 35, корпус 2, кaб. 114, 115, 116 Тел.: 8 (843) 292-73-40; 233-70-76 (внутр. 70-76) e-mail: priem@kpfu.ru Проект Пресс-центра КФУ Редактор – Юрий Алаев Дизайн – студия Артифакт Верстка – Раиса Щербакова Фотосъемка – Алия Галимуллина, Диана Поварова, Алексей...»

«Печатный орган Уральского государственного университета путей сообщения № 16 (141) · ноябрь 2010 г. В номере: Е П Ч — К Э К М Э Я— ! Н РЖД Мы — студенты А ? лучшего вуза планеты У — Э та мысль стала лейтмотивом выступлений всех команд УрГУПС, участвовавших в празднике День первокурсника. Готовили свое первое культурное домашнее задание студенты всего полтора месяца, а если учесть, что на З знакомство с университетом и адаптацию ушло энное количество времени, то и того меньше. Поэтому основная...»

«119 Отдельные проблемы рыболовства и аквакультуры ЧАСТь 2 ОТДЕЛьНыЕ ПРОБЛЕМы РыБОЛОВСТВА И АкВАкУЛьТУРы Учет гендерной проблематики в рыболовстве и аквакультуре: от признания к реальности СУТь ВОПРОСА “Учет гендерной проблематики – это не только вопрос социальной справедливости, но и необходимый фактор обеспечения равноправного и устойчивого развития людских ресурсов. Результатом учета этой проблематики в долгосрочной перспективе станет достижение более масштабного и более стабильного развития...»

«НАЧАЛЬНОЕ И СРЕДНЕЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ А. А. БишАевА Физическая культура Рекомендовано Федеральным государственным учреждением Федеральный институт развития образования в качестве учебника для использования в учебном процессе образовательных учреждений, реализующих программы начального и среднего профессионального образования Регистрационный номер рецензии 410 от 2 июля 2009 г. ФГУ ФИРО 6-е издание, стереотипное Москва Издательский центр Академия 2013 УДК 796/799(075.32) ББК 75я722...»

«Свердловская областная общественная организация Центр содействия национально-культурным объединениям при Уральском государственном горном университете 620144, г. Екатеринбург, ул. Куйбышева, д. 30, ауд. 1201 Тел. (343) 257-66-92 E-mail: CSNKO2004@gmail.com ИНН 6671253145 КПП 667101001 ОГРН 1086600000915 Центр содействия национально-культурным объединениям при Уральском государственном горном университете Кафедра теологии Уральского государственного горного университета Отчет по выполнению I...»

«Ирина Чобану-Сухомлин Звуки в Белом безмолвии: сочинение Геннадия Чобану в контексте тенденций современной музыки [Д.Шостакович:] — Как прикажете передать в музыке такую штуку, как “белое безмолвие”? (Михаил Ардов. Книга о Шостаковиче1). С именем Геннадия Чобану – успешного топ-менеджера молдавской культуры и композитора с солидной репутацией, – связаны многие музыкальные достижения последнего двадцатилетия в Республике Молдова. В области музыкальной композиции ему удалось инициировать процесс...»

«1 СОДЕРЖАНИЕ Стр. 1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 4 1.1. Нормативные документы для разработки ООП по 6 направлению подготовки 1.2. Общая характеристика ООП 7 1.3. Миссия, цели и задачи ООП ВПО 8 1.4. Требования к абитуриенту ХАРАКТЕРИСТИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ 2. 9 ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ВЫПУСКНИКА ПО НАПРАВЛЕНИЮ ПОДГОТОВКИ 2.1. Область профессиональной деятельности выпускника 9 3. КОМПЕТЕНЦИИ ВЫПУСКНИКА (РЕЗУЛЬТАТ ОБРАЗОВАНИЯ) ПО ЗАВЕРШЕНИИ ОСВОЕНИЯ ООП 3.1. Выпускник должен обладать следующими общекультур- ными...»





Загрузка...



 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.