WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |

«СОДЕРЖАНИЕ К 110-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ С. И. ТЮЛЬПАНОВА Торкановский В. С. Воспоминания об учителе и друге (1920-е годы — 1945).......... 3 Басистов Ю. В. ...»

-- [ Страница 1 ] --

Серия 5 2012

2010

Выпуск 1 Июнь

2 Март

СОДЕРЖАНИЕ

К 110-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ С. И. ТЮЛЬПАНОВА

Торкановский В. С. Воспоминания об учителе и друге (1920-е годы — 1945).......... 3

Басистов Ю. В. Воспоминания о совместной работе в Германии в первые послевоенные годы....................................................... 7 Скляр М. А. С. И. Тюльпанов — воспитатель научной молодежи................ 9

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И ХОЗЯЙСТВЕННАЯ ПРАКТИКА:

ГЛОБАЛЬНЫЕ ВЫЗОВЫ

Рязанов В. Т. Наднациональные и национальные регуляторы в условиях глобальной экономической нестабильности....................................... Шавшуков В. М. Посткризисные императивы развития глобальной финансовой системы........................................................................

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ

Крылова Ю. В. Основные подходы к измерению и оценке коррупции: аналитический обзор.................................................................... Молчанов Н. Н., Полякова О. А. Оценка конкурентоспособности высокотехнологичных услуг................................................................ Рисованный И. М. Эволюционная институциональная микроэкономика: размышления над книгой......................................................... Ve_5_2_2012.indd 1 05.06.2012 15:31:

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РОССИИ

Рыбаков Ф. Ф. Стратегическое планирование социально-экономического развития Петербурга: эволюция и новые подходы................................... Нестеренко Н. Ю., Цуканов Д. Г. Инновационная политика России: региональный аспект...................................................................

ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИКИ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ





Дубянский А. Н. Финансовая реформа в России в начале XIX века...............

ФИНАНСЫ, КРЕДИТ, СТРАХОВАНИЕ

Калайда С. А. Бизнес-процесс по формированию и использованию страховых резервов...................................................................

СТАТИСТИКА И УЧЕТ

Ковалев Вит. В. Концепция достоверности и непредвзятости в бухгалтерском учете:

трактовка и применение..................................................

ЭКОНОМИКО-МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ

Калениченко В. В., Шалабин Г. В. Оценка влияния системы отраслевых цен на возможности роста экономики России........................................ Холодкова В. В. Оценка устойчивости показателей эффективности инвестиционного проекта с помощью метода Монте-Карло................................

КРАТКИЕ НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ

Яковлева Е. Б. Влияние экономических кризисов на изменение структуры общественного производства.................................................... Смирнова Д. В. Формирование региональных валютных фондов на рубеже XX– XXI веков................................................................ Лебедева П. М. Политика фирмы в области калькулирования себестоимости..... Ананьева М. А. Тенденции мирового и российского энергопотребления: роль атомной энергетики........................................................... Тонкова А. П. Международные нерыночные блага в современной экономической литературе...............................................................

ХРОНИКА НАУЧНОЙ ЖИЗНИ

Кузнецова Н. П., Лещенко К. Е., Ломагин Н. А. Экономическая теория и хозяйственная практика: глобальные вызовы.........................................

КОРОТКО О НОВЫХ КНИГАХ

Рязанов В. Т. — Р ы ж ко в Н. И. Великая Отечественная: битва экономик и оружие победы...................................................................... Аннотации...................................................................... Annotations..................................................................... Авторы выпуска................................................................. Contents........................................................................ Ve_5_2_2012.indd 2 05.06.2012 15:31: 2012 ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 5 Вып. К 110-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ С. И. ТЮЛЬПАНОВА УДК В. С. Торкановский ВОСПОМИНАНИЯ ОБ УЧИТЕЛЕ И ДРУГЕ (1920 -е годы — 1945) Семьдесят лет тому назад началась блокада нашего города, в обороне которого большую роль сыграли сотни тысяч ленинградцев, офицеров, солдат, и среди них Сергей Иванович Тюльпанов, которому сейчас мы отмечаем 110 лет со дня рождения. Между Сергеем Ивановичем и мной разница в двадцать лет.





Но это не мешало нам на протяжении многих десятилетий сохранять дружбу, искренние товарищеские отношения. Наша дружба началась в раннем детстве в  доме моих родителей. В годы Гражданской войны Сергей Тюльпанов, тогда еще совсем молодой человек двадцати с небольшим лет, познакомился с моим отцом, который был главным врачом в одном из госпиталей г. Воронежа. В начале двадцатых годов он приехал в  Ленинград вслед за моими родителями и поселился в нашем доме, где прожил около десяти лет. Тюльпанов оказался в кругу людей, которые знали Германию, следили за революционными событиями в  этой стране, изучали немецкий язык. Живя в квартире на улице Каляева, он поступил на учебу вначале в Пединститут им. А. И. Герцена, затем в Военно-политическую академию им. Толмачева. В то же время начиналась его преподавательская, а также семейная жизнь. Его женой стала Таисия Феофиловна Павлович. Юная девушка, член партии, страстный партийный агитатор — тогда это было очень модно. Учеба Сергея Ивановича в Военно-политической академии проходила очень успешно; хотя он был моложе преподавателей Академии, многие из которых были комиссарами в недавно закончившейся Гражданской войне, они относились к нему с глубоким уважением и доверяли ему преподавательскую деятельность.

Виктор Семенович ТОРКАНОВСКИЙ — участник Великой Отечественной войны, д-р экон. наук (1968 г.), профессор СПбГУЭФ. Работал по совместительству в  ЛГУ и  Европейском университете.

В разное время читал лекции в Университете им. Гумбольдта (Берлин), в Институте народного хозяйства им. К. Маркса (София), в Дрезднер Банке (Франкфурт-на-Майне). В 1994 г. был избран академиком Академии гуманитарных наук. Под руководством В. С. Торкановского защищено 5 докторских и более 20 кандидатских диссертаций, в том числе аспирантами из стран СНГ, Польши, Германии и Кубы.

Сергей Иванович все время что-то писал. Вместе с комдивом в 1934 г. он написал книгу «Десять лет без Ленина по ленинскому пути». Она была опубликована и роздана всем делегатам XVII партийного съезда в 1934 г. Это, конечно, было крупное достижение — и научное, и политическое.

Сергей Иванович жил в трудных условиях, у нас на ул. Каляева у него уже появились двое детей — Рой и Доти, и он добивался отдельной квартиры. И в конечном итоге ему была предоставлена отдельная квартира на Тверской ул. около Смольного.

Я  упоминаю об этом потому, что с  этим домом связаны самые мрачные страницы в  истории Ленинграда той поры. Дело в  том, что там жили сотрудники Военно-политической академии, большая часть которых была уничтожена. В 1936 г., через пару лет после убийства Кирова, началась расправа Сталина над участниками Гражданской войны, работавшими в Военно-политической академии. Академия была переброшена в Москву, а большая часть ее работников была расстреляна, сюда относится и всё ее командование. Сергей Иванович был исключен из партии, но история шла вперед, политическая обстановка в стране менялась: он был полностью реабилитирован и восстановлен в партии, более того, назначен заведующим кафедрой политической экономии Лесотехнической академии. Все же около года ему пришлось трудиться рабочим на заводе, чтобы смыть так называемую вину перед партией.

Приближение войны чувствовалось задолго до ее начала, это ощущали и мы, студенты политэкономического факультета Ленинградского университета. Я был в числе первых студентов, которые были приняты на этот факультет. И решил я поступать на него под влиянием не только С. И. Тюльпанова, но и Александра Алексеевича Вознесенского, его близкого друга, которого я встречал у Тюльпанова дома. Вслед за ними Уже вечером 22 июня 1941 г., потрясенные известием о вторжении гитлеровской Германии в  СССР, отец, мать и  я приехали домой к  Тюльпанову в  Лесотехническую академию. Тая нас принимала, мы ужинали, сидели в большой гостиной у него в центре квартиры, на стене слева висела огромная карта Западной Европы и частично Восточной Европы. Сергей Иванович отмечал на этой карте, как немцы постепенно захватывают города Западной Европы и целые страны — Голландию, Бельгию, Францию.

С этого дня он стал внимательно следить за ситуацией на советско-германском фронте.

Я никогда не забуду, как в первый же вечер по радио передали, что немцы совершили нападение на СССР и движутся дальше вглубь нашей страны. Настроение было ужасное, потому что все понимали, с каким зверем столкнулся СССР. Отметили на карте наши первые потери и часов около 12 ночи, мрачные, мы стали расходиться по домам.

И Сергей Иванович, встав из-за стола в конце встречи, сказал: «Дорогие друзья, это только начало, впереди, конечно, большая, тяжелая кровопролитная война, но вы не сомневайтесь — мы победим. Они начали войну, мы эту войну закончим». И вскоре все сидящие за столом оказались в военной форме. Тюльпанов стал генералом, мой отец — старшим офицером, врачом, мать моя тоже пошла в армию военным врачом, ну и я стал солдатом, а позже сержантом наших вооруженных сил. Началась мировая война.

Впервые с  Сергеем Ивановичем после того, как Ленинград оказался в  блокаде, я встретился в конце ноября 1941 г. при следующих драматических обстоятельствах.

Нас отвели в  Ленинград, и  мы  — те, кто уцелел,  — стали нести патрульную службу, в  основном по ночам, когда город подвергался обстрелам. Мама получила от меня информацию о том, что положение очень серьезное. И когда пришел в очередной раз к нам домой, она и Тая ему все это рассказали. Он ответил, что окажет помощь. Вскоре я был временно откомандирован как инструктор переводчика с  немецкого языка из батальона в политуправление Штаба округа в седьмой отдел для работы против войск противника. Жданов издал приказ, по которому запретил всем руководителям воинских частей и подразделений ночью в блокаду одним ходить по городу без сопровождения. Были случаи диверсионных нападений и т. п. И такой человек, как Тюльпанов, должен был ходить обязательно в чьем-то сопровождении.

Сергей Иванович работал очень много, практически вся пропагандистская литература была подготовлена им. Особенно мне запомнилась большая листовка, где была изображена старая немка-мать, которая смотрит на фото с изображением ее погибшего сына, тут же вести с фронта и многое другое.

По радио объявляют, что в  Центральном лектории будет собрание, посвященное предстоящему прорыву блокады Ленинграда, приглашаются все желающие. Сергей Иванович говорит мне: «Пойдешь со мной туда, потом зайдем к маме и к Тае». И мы с ним отправляемся на Литейный, 42, а там уже собрался народ, я не знаю сколько, но думаю, что там сотни не было  — ленинградцы, бледные, замерзшие, голодные, кашляющие, с  тоскливыми умирающими глазами; ужас, вот что было написано на лицах этих людей. Если б сейчас вы заглянули в них! Сергей Иванович поднялся на сцену, несмотря на холод, сбросил шинель, остался в одном мундире, снял шапку и начал рассказывать о положении дел под Ленинградом: «Товарищи ленинградцы, армия Кулика наступает на город, она скоро прорвет оборону, вы будете свободны, продержитесь!» Эта лекция уверенного в  себе, твердого, мужественного человека произвела колоссальное впечатление, она была свидетельством того, что может сделать один человек, чтобы поднять дух и укрепить волю многих десятков других. Когда он закончил говорить, обратился ко мне и сказал: «Солдат, дай мешок». Я подал ему мешок, который был у меня, он взял его, тряхнул над столом и из него посыпались немецкие ордена и нашивки. И он сказал:

«Товарищи ленинградцы, вот то, что мы взяли с побитых немцев, на самом деле у нас еще много этого барахла, берите, кто хочет, берите, берите, ленинградцы». Потянулись руки и в момент все исчезло, и у людей надежда стала гораздо более крепкой, более твердой.

Мы пошли на ул. Каляева: он, как всегда, впереди, я сзади. Дело в том, что сопровождать его обязательно должен был человек с винтовкой, которая весила четыре с чем-то килограмма, а в моем состоянии ее очень тяжело было нести. По дороге от Штаба округа до гостиницы «Европейской», поскольку это был Невский проспект и было много патрулей, я шел за Сергеем Ивановичем с этой винтовкой, но когда мы загибали за угол гостиницы и доходили до садика, там никаких патрулей уже не было. Сергей Иванович останавливался, протягивал руку, я ему давал винтовку, а дальше уже он нес ее, и мы шли до нашего дома — так он облегчал мне бремя груза.

Сергей Иванович все время говорил о том, что когда кончится война и мы победим, он станет ректором Кёнигсбергского университета. Тогда я как-то пропускал это мимо ушей, но теперь-то понимаю, что он уже тогда готовил себя для работы в Германии в послевоенный период, в частности он изучал немецкий язык. Но своих детей он бы не послал получать высшее образование за рубеж. Получить высшее образование его дети могли только в России, на русской земле, другого образования, как и многого другого, он просто не признавал. Он всегда был настоящим патриотом, не только Советского Союза, но и России в самом глубоком, широком ее понимании как русской цивилизации, которой он был бесконечно предан.

На этом я и заканчиваю повествование о моем герое, что сделать очень трудно, поскольку это означает навсегда с ним проститься, больше у меня с ним встреч уже не будет. Сергей Иванович помогал мне в самые тяжелые периоды жизни, и на его помощь я рассчитывал и в дальнейшем. Он значил для меня очень много, и нередко мысленно я возвращаюсь к нему и теперь.

Пусть Россия в дальнейшем живет счастливо, и пусть будет у нее побольше таких сыновей, как Сергей Иванович Тюльпанов.

ВОСПОМИНАНИЯ О СОВМЕСТНОЙ РАБОТЕ В ГЕРМАНИИ

В ПЕРВЫЕ ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ

С Сергеем Ивановичем я познакомился в Германии после войны, когда получил назначение в  Управление информации Советской военной администрации в  Германии (СВАГ), которым он руководил. Это была огромная организация, влияние которой распространялось на все стороны политической, культурной, научной, церковной жизни в  советской оккупационной зоне. В Управлении были отделы политических партий и профсоюзов, отдел культуры, молодежный отдел. Я попал в отдел политических партий, и мне вместе с другим сотрудником была поручена референтура по линии социал-демократии. Для меня это было удивительным открытием — левая партия с человеческим лицом. Но это другая история. Сергей Иванович с его лысой головой, проницательным взором и умением производить большое впечатление на людей был уже тогда легендой Восточной Германии, да и всей Германии. Его хорошо знали, о нем писали. В наше Управление в Карлсхорсте приезжали Вильгельм Пик, Вальтер Ульбрихт, руководители других партий, видные деятели искусства и литературы.

Я помню Сергея Ивановича очень деловым, принципиальным человеком, спокойно, как-то, я бы сказал, не по-советски относящимся к своим сотрудникам. В нем была определенная терпимость, мягкость — не интеллигентская, но человеческая мягкость.

Вспоминаю одно его поручение. Тюльпанов входил в состав Политического комитета Союзной контрольной комиссии, заседавшей в Берлине, поэтому ему приходилось постоянно общаться со своими западными коллегами. И вот ему сообщает американская сторона, что его коллега генерал Маклюр хочет посмотреть восточную зону. Сергей Иванович вызвал меня и сказал: «Учитывая то обстоятельство, что Вы, говорят, еще помните английский язык, будете сопровождать генерала Маклюра». Я двое суток путешествовал с Маклюром и его женой. Вернувшись в Управление и докладывая Сергею Ивановичу о поездке, я ему сообщил, что Маклюр предлагает обменяться сотрудниками: три-четыре американца поработают у нас в Управлении, а несколько наших сотрудников — у него. Я понимал, что это невозможно. Сергей Иванович сказал: «А что, было бы хорошо», потом посмотрел на меня, улыбнулся и  продолжил: «Но, как Вы понимаете, нереально». Я сказал: «Сергей Иванович, вчера к  нам в  бюро пропусков поступил пакет на мое имя. В пакете было маленькое письмо от генерала Маклюра, который от своего имени и от имени жены благодарит меня за сопровождение, к письму была приложена бутылка виски “Белая лошадь” (“White Horse”)». Тогда еще «Один день Ивана Денисовича» Солженицына не был издан, поэтому историю про нашего морского офицера, который сидел за английскую бутылку виски, не знал, но чувство Юрий Васильевич БАСИСТОВ — канд. исторических наук, участник Великой Отечественной войны, полковник в  отставке. Более 40 лет служил в  органах разведки, в  отделах по работе среди войск и населения противника, а также внешних отношений. Проходил службу в Австрии, на Дальнем Востоке, в Средней Азии, был в Китае, в 1960–1970 гг. возглавлял службу специальной пропаганды и внешних связей в Группе советских войск в Германии, а после этого в течение шести лет работал начальником Отдела внешних связей Ленинградского военного округа. Автор более 120 публикаций по истории Второй мировой войны, отечественной истории и истории международных отношений.

самосохранения в нас было всегда огромное. Сергей Иванович сказал: «Ну а что, выпьем вместе». Таким он был. Никаких последствий бутылка виски от американского Сергей Иванович был лично дружен с В. Ульбрихтом. Когда он работал на Сталинградском фронте начальником 7-го отдела политуправления, туда однажды приехал В. Ульбрихт, с тех пор они были знакомы. Он уже знал молодого Хонеккера, других деятелей партии. Я думаю, что Сергей Иванович очень во многом помог руководству ГДР согласиться на так называемую многопартийную систему. Тюльпанов в  полной мере проявил себя на Сталинградском фронте, он сумел, я думаю, в известной степени с помощью нашей пропаганды убедить немецкие войска в том, что Сталинград — это действительно поворотный пункт, который означает начало конца. Большое значение имело то, что Сергей Иванович умел привлекать к работе нужных людей. Он пригласил немецких политэмигрантов, известного немецкого поэта Альфреда Куреллу, который жил в Советском Союзе как эмигрант. Листовка Альфреда Курелла «Мертвые Сталинграда взывают к вам» — это классическая листовка специальной пропаганды того времени.

Когда в небе над Сталинградом был сбит лейтенант граф Хайрих фон Айнзидель, Тюльпанов очень быстро разобрался, сколь важная это была фигура. Ведь это был правнук «железного» канцлера Бисмарка, и использовать этого человека в интересах советской пропаганды было очень важно. Сергей Иванович сразу с ним встретился, и, надо сказать, что Айнзидель оказался, в общем, очень разумным человеком, который умел политически ориентироваться в жизни. Впоследствии его немецкие родственники с возмущением называли его «красным графом», он даже вступил в Социалистическую единую партию Германии, работал в восточногерманской газете Tgliche Rundschau.

В Германии Сергея Ивановича знали не только немецкие антифашисты, эмигранты из Коминтерна, возвратившиеся на родину, но и люди нового поколения. Накануне создания ГДР Сергея Ивановича отозвали в Москву. Там ему сообщили, что его переводят в Ленинград, что подыскано хорошее место для работы. Он ответил, что хотел бы вернуться в Берлин, в Карлсхорст. Но Сергею Ивановичу не разрешили ни вернуться, ни даже взять вещи. Его все-таки отстранили от работы в Германии, слишком он был самостоятельной и одиозной фигурой для московского, так сказать, взгляда. И вот в завершение военной службы он получил пост начальника кафедры политэкономии Военно-морской академии. Тут ему, наконец, по кафедре дали звание генерал-майора береговой службы. Сергей Иванович иногда одевал свой роскошный морской мундир, он очень ему подходил. Ирина Константиновна, его супруга, мне не раз говорила:

«Сергей Иванович, знаете, несмотря на свою лысую голову, пользуется большим успехом у женщин». Это была правда, его уважали мужчины, но он имел успех и у женщин.

Здесь, в Ленинграде, он стал «львом» для гэдээровской публики. Многочисленные делегации из ГДР просто рвались повидаться с ним. Он вел большую работу во влиятельном Обществе германо-советской дружбы.

И последнее, что я хочу сказать. Мы жили по соседству, я имел честь быть его заместителем, мы дружили семьями. Перед смертью Сергея Ивановича, в канун перестройки и появления Горбачева, я понял, как он ждал перемен, реформации того общества, в котором мы жили. Как он проявлял интерес к первым шагам Горбачева, как размышлял о праве каждой страны на самостоятельный путь в создании и развитии социалистического общества. К сожалению, он этого не дождался, смерть вырвала его уже на склоне лет. Все, кто знал Сергея Ивановича, сохранили о нем очень светлую память. Это был умный, принципиальный, смелый, обаятельный человек.

С. И. ТЮЛЬПАНОВ — ВОСПИТАТЕЛЬ НАУЧНОЙ МОЛОДЕЖИ

Мне посчастливилось с 1961 по 1964 г. учиться в аспирантуре при кафедре экономики современного капитализма ЛГУ, которую возглавлял Сергей Иванович Тюльпанов. Судьба свела меня с ним при не совсем обычных обстоятельствах. Я окончил Ленинградский финансово-экономический институт, в течение четырех лет работал экономистом, но со студенческих лет интересовался научными исследованиями в области экономики современного капитализма и мечтал поступить в аспирантуру. Но мне не повезло с анкетными данными, я оказался жертвой государственного антисемитизма (молодежь сейчас, к счастью, не знает, что это означало), и под различными предлогами, несмотря на отличную сдачу вступительных экзаменов в других вузах, мне было отказано в приеме в аспирантуру.

Знающие люди подсказали, что помочь мне может только профессор Тюльпанов.

По рекомендации моих бывших преподавателей я обратился к нему. Шел я на первую встречу с ним, разумеется, с большим волнением и с малой надеждой на успех. Я знал, что Сергей Иванович  — крупный ученый, автор многих книг, генерал, известный общественный деятель. Встретил он меня очень доброжелательно, «прощупал» мои «научные познания», поговорили как о научных интересах, так и вообще «за жизнь».

Сказал, что постарается мне помочь, хотя это будет нелегко, к тому же прием в аспирантуру уже закончен и у него на кафедре нет вакансий, но, возможно, на других факультетах остались незаполненные аспирантские вакансии, и он попросит в ректорате, чтобы ему передали одну из них. Предложил позвонить через некоторое время. Я ушел, очарованный личностью этого человека, но с пессимистическими ожиданиями. Однако примерно через месяц я был зачислен в аспирантуру. Моим научным руководителем была назначена профессор Н. Г. Поспелова  — видный исследователь экономики развивающихся стран, правая рука Сергея Ивановича, исключительно благородный, строгий, но доброжелательный человек.

Откровенно говоря, я, экономист-конкретник, опасался, что буду уступать коллегам-аспирантам, которые, как я считал, вероятно, имели университетское экономическое теоретическое образование. К моему удивлению, в аспирантуре при кафедре учились как экономисты, так и филологи — лингвисты, историки, философы и т. п., т. е.

люди без базового образования. Все они под влиянием Сергея Ивановича и Натальи Георгиевны стали экономистами. Я только позже понял, почему Сергей Иванович не обращал серьезного внимания на базовое образование в области политической экономии.

Дело в том, что экономическая наука в Советском Союзе, прежде всего политическая экономия, была китайской стеной отгорожена от мировой экономической науки, преподавание основывалось на пропаганде марксистско-ленинских идеологических догм.

Моисей Абрамович СКЛЯР  — д-р экон. наук, профессор кафедры теоретической экономики Российского государственного ун-та им. А. И. Герцена. В 1957 г. окончил Ленинградский финансовоэкономический институт. В 1964 г. защитил кандидатскую, в 1986 — докторскую диссертации. Сфера научных интересов — экономика развивающихся стран, экономика научно-технического прогресса, институциональные проблемы российской экономики. Автор более 120 работ.

Большинство диссертаций по политэкономии капитализма посвящалось непрерывному «загниванию капитализма», который скоро умрет в соревновании с социализмом (это положение носило характер аксиомы); доступа к западной литературе практически не было, да и языкам нас учили преподаватели, которые никогда в жизни не видели живьем иностранца. Остряки говорили, что все науки делятся на естественные, неестественные и противоестественные. К последним обычно относили научный коммунизм и политическую экономию социализма. Все «научные» доказательства сводились к ссылкам на подобранные цитаты из произведений классиков марксизма и решений очередного съезда КПСС. В вводной части ко всем диссертациям по общественным (да и не только по общественным) наукам они приводились в качестве основного О работах западных экономистов мы узнавали в основном из цитат, содержащихся в книгах и статьях, посвященных критике западных (так называемых буржуазных) теорий. При этом вся критика сводилась к тому, что не могут быть научными труды, противоречащие марксизму1. Вряд ли преподавание, основанное на таких постулатах, могло послужить базой для подготовки экономиста-исследователя. Те, кто постарше, знают, что всем экономистам приходилось в начале 1990-х годов полностью переучиваться.

Сергей Иванович и Наталья Георгиевна делали ставку в развитии научных исследований прежде всего на молодежь. В аспирантуре мы впервые столкнулись с методологией подлинно исследовательского подхода. Не случайно, когда в  конце прошлого века произошел отказ от марксистских догм в  преподавании экономической науки, воспитанникам кафедры экономики современного капитализма было зачастую легче воспринять, изучить и преподавать по-новому, чем многим другим коллегам.

Начало 60-х годов прошлого века — это время, когда хрущевская «оттепель» уже завершилась, но ее климат еще сохранялся в душах и умах многих людей. Завоеванную в тот период, хотя и ограниченную, идеологическую свободу, было уже трудно отнять.

Кафедра профессора С. И. Тюльпанова была сохранившимся островом, на котором приветствовалась любая плодотворная научная идея, независимо от ее идеологического облачения и от того, кто ее высказал.

Сергей Иванович учил, что цитаты не являются способом научных доказательств.

Он часто говорил, что необходимо опираться на статистические материалы (основные западные статистические издания имелись в  Публичке и  БАН), кое-какие западные книги и журналы (чаще всего в спецхране) были в библиотеках Москвы и Ленинграда. По протекции Сергея Ивановича мы, аспиранты, могли работать в  библиотеках ИМЭМО, Института востоковедения и других научных центров, где, в частности, имели возможность читать западные газеты и научные журналы. К тому же все материалы приходилось переписывать, так как ксерокопировальной техники еще не существовало. Сергей Иванович эзоповским языком стремился отбить у  нас чувство слепого поклонения марксизму. Он говорил, что новое часто не укладывается в  известные 1 Правда, некоторые труды, принадлежавшие, как правило, экономистам прошлых поколений, издавались в  переводе на русский язык с  грифом «для научных библиотек», т. е. в  свободное распространение не поступали. Событием явилось издание в 1964 г. самого известного во всем мире учебника П. Самуэльсона, в предисловии к которому указывалось, что классовых врагов надо все же знать, чтобы более обоснованно их критиковать с марксистских позиций.

и апробированные категории и выводы (читай — марксистские). Все новые процессы и явления не могут и не должны уложиться в ранее сформулированные категории. Научное исследование капитализма наших дней должно неизбежно не только выявить, но и объяснить новые явления. Он учил, что при жизни Маркса и Ленина многих новых явлений просто не было, и не надо пытаться их объяснить положениями классиков марксизма, указывая при этом, что некоторые явления, свойственные прошлому периоду, могут исчезать, опускаться до уровня деталей и несущественных моментов.

Творческий подход к делу у него проявлялся во всем. Возьмем кандидатские экзамены. Сергей Иванович считал, что главная цель обучения в аспирантуре — написание хорошей кандидатской диссертации. Этому должно быть подчинено всё. Он не требовал, чтобы мы при сдаче экзамена вызубривали курс политэкономии и идеально знали «Капитал», говорил, что если жизнь заставит, то выучишь, что надо. Обычно предварительно давалось несколько вопросов, касающихся, в той или иной степени, темы будущей диссертации и беседа шла вокруг них. Так, перед экзаменом по истории экономической мысли мне дали прочитать привезенную кем-то из-за рубежа толстую книгу на английском языке — сборник статей видных западных исследователей по экономике слаборазвитых стран, и  беседа шла вокруг проблем, поднятых в  этой книге.

Кстати, это помогло мне и в изучении языка.

По поводу тематики диссертаций. Когда сейчас читаешь название многих диссертаций, написанных в то время, то ничего, кроме улыбки, это вызвать не может. Однако это не относится к таким диссертациям, защищенным на нашей кафедре, как «Монополии в атомной промышленности США», «Финансовая группа Рокфеллера», «Структурные сдвиги в платежном балансе Англии», «Структурные сдвиги в Швеции», «Социально-экономические предпосылки и особенности накопления капитала в развивающихся странах», «Социально-экономическая характеристика планов хозяйственного развития в несоциалистических странах Юго-Восточной Азии», «Роль производственной инфраструктуры в  развитии освободившихся стран», «Португальский колониализм в Африке» и т. п. Думаю, что подобная тематика и сегодня звучала бы актуально.

Идеологический момент присутствовал лишь в такой степени, в какой его нельзя было избежать (в виде дежурных цитат в введении).

Прекрасной школой для аспирантов были заседания кафедры, на которых обсуждались диссертации, статьи, монографии. Всегда в качестве рецензентов привлекались аспиранты и  к их мнению прислушивались. Кафедра являлась одним из немногих центров в  стране по изучению современного капитализма. Она, благодаря личности Сергея Ивановича, сотрудничала с теми академическими институтами, где велись подобные исследования. Интересно проходили и защиты. Как правило, оппонент — доктор наук — приглашался из московских учреждений. Это были известные профессора.

В качестве ведущей организации выступали ИМЭМО, ИВ АН, МГУ, Институт Африки и т. п. По материалам диссертаций публиковались статьи в ведущих научных изданиях, монографии. Сергей Иванович просил нас помочь ему в написании отдельных фрагментов его монографии «Очерки политической экономии: развивающиеся страны».

В предисловии упоминается об этом с благодарностью.

Лучших воспитателей научной молодежи, чем Сергей Иванович Тюльпанов и Наталья Георгиевна Поспелова, представить невозможно. Воспитывал сам по себе их пример — стиль чтения лекций, методы приема экзаменов, практика заседаний кафедры, поведение в быту, уважительная манера обращения со всеми людьми, независимо от их возраста и положения, даже способ отчитывать человека, не унижая его достоинства.

Сергей Иванович обладал удивительным свойством  — располагать к  себе человека.

Как подлинно интеллигентный человек, он одинаково уважительно говорил и с коллегами-профессорами, и со студентами-первокурсниками, я никогда не слышал, чтобы он на кого-нибудь повышал голос или раздражался при беседе с кем-либо.

Когда я учился в аспирантуре, у меня родились дети-двойняшки. Я оказался в довольно стесненных жилищных условиях. В то время развивалось кооперативно-жилищное строительство. Естественно, что размеры аспирантской стипендии не позволяли мне вступить в ЖСК. Я был вынужден «пойти с шапкой по кругу» и обращался к друзьям с просьбой одолжить денег. Кто-то сказал об этом шефу. Сергей Иванович сам предложил мне солидную сумму взаймы.

Мы общались с Сергеем Ивановичем не только на кафедре. Он часто приглашал нас в гости, у него был хлебосольный дом. Нас тепло привечала его жена — Ирина Кирилловна, профессор-химик. За чашкой чая он часто рассказывал о своей интересной и нелегкой жизни. Это были уроки жизни. Мы приходили и после его смерти к Ирине Кирилловне отмечать дни его рождения.

Все ученики Сергея Ивановича Тюльпанова сейчас уже далеко не молодые люди.

Большинство из нас имеют своих учеников. Наши пути, естественно, разошлись, но все мы храним в своем сердце память об Учителе.

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ И ХОЗЯЙСТВЕННАЯ ПРАКТИКА:

ГЛОБАЛЬНЫЕ ВЫЗОВЫ*

НАДНАЦИОНАЛЬНЫЕ И НАЦИОНАЛЬНЫЕ РЕГУЛЯТОРЫ

В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛЬНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НЕСТАБИЛЬНОСТИ

После кризисного обвала 2008–2009 гг. мировая экономика продолжает находиться в ситуации неустойчивого и противоречивого развития, которая чревата возможными новыми острыми вспышками кризиса. Есть достаточные основания предполагать, что мировое хозяйство вступило в длительную фазу нестабильности, с характерным для нее неравновесным состоянием. Это означает, что к постоянно усиливающейся изменчивости рынков добавляется нестабильность самой глобальной экономики. Поэтому для ее функционирования приоритетное значение приобретает выработка нового подхода к экономическому регулированию применительно к неустойчивым и быстро меняющимся ситуациям в экономике. Затяжной характер выхода из рецессии в немалой степени порожден сбоями и рассогласованностью в действии сложившихся наднациональных (международных) и национальных регуляторов, что не могло не повлиять на снижение результативности антикризисных мер, ранее традиционно используемых.

Предварительно поясним, что в качестве наднациональных (международных) регуляторов выделяются институты (организации, центры), созданные на межгосударственной основе и  функционирующие вне национальной юрисдикции, что отличает * В настоящей рубрике представлены две статьи, подготовленные на основе докладов авторов на международной конференции «Экономическая теория и хозяйственная практика: глобальные вызовы» (Санкт-Петербург, 13–14 октября 2011 г.), посвященной С. И. Тюльпанову.

Виктор Тимофеевич РЯЗАНОВ — д-р экон. наук, профессор, заведующий кафедрой экономической теории СПбГУ. В 1972 г. окончил экономический факультет ЛГУ. В 1978 г. защитил кандидатскую, в 1987 — докторскую диссертации. С 1968 г. работал в НИИКСИ ЛГУ, с 1972 — на экономическом факультете ЛГУ (СПбГУ). В 1989–1994 гг. — декан факультета, с 1995 г. — заведующий кафедрой. Научные интересы — теория экономического развития России, макроэкономические и  институциональные проблемы переходной экономики. Избран действительным членом Академии гуманитарных наук и РАЕН. Заслуженный работник высшей школы РФ. Автор более 140 научных работ, в том числе 11 монографий (4 индивидуальных и 7 коллективных: руководитель авторских коллективов, автор, соавтор). Монография «Экономическое развитие России. Реформы и  российское хозяйство в XIX–XX вв.» (СПб., 1998) издана при финансовой поддержке РГНФ.

их от регуляторов, действующих непосредственно в  государствах. При этом определение наднациональной или национальной природы не только связано со сферой их ответственности — применительно ко всему мировому или национальному хозяйству, но и зависит от подчиненности и нацеленности на решение соответствующего круга задач. Важно также учитывать, что международные регулирующие органы, выполняя предназначенные для них функции по регулированию, стимулированию и  надзору в сфере хозяйственной деятельности, должны рассматриваться в единстве с соответствующим набором экономических инструментов (методов, норм, правил и т. п.), которые разрабатываются ими и реализуются в национальных экономиках.

В этой связи можно утверждать, что экономическое развитие последних лет вновь актуализирует вопрос о том, насколько нынешняя хозяйственная модель обоснованна с точки зрения соотношения рынка и эффективного его регулирования национальногосударственными или глобальными институтами. Поиск ответа на данный вопрос имеет фундаментальное значение для теории и политики и направлен, в частности, на оценку перспектив пересмотра характера взаимодействия международных форм регулирования экономики и национальных регуляторов, призванных обеспечить возвращение устойчивости и  сбалансированности развития как всего мирового хозяйства, так и его национальных звеньев.

Обсуждению вопросов о необходимости разработки нового подхода к сфере регулирования рыночной экономики и к созданию системы антикризисной защиты предпошлем оценку природы и причин мирового кризиса. Ведь именно современный кризис побудил обратиться к проблеме соотношения и роли наднациональных и национальных регуляторов в современной капиталистической рыночной экономике и поиску путей повышения их эффективности.

Анализируя возникшие трудности преодоления мирового экономического кризиса, таящего в себе опасность наступления периода достаточно длительной глобальной депрессии, полезно вспомнить прошедшие дискуссии, посвященные оценке его природы и причин. Экономистами предлагались разные трактовки. Одни считали кризис обычным и неизбежным при капитализме циклическим спадом, другие — кризисом в финансовой сфере, третьи обосновывали наличие системных характеристик, в нем доминирующих. Спустя три года после начала кризисной фазы, принимая во внимание один только факт высокой вероятности новой волны рецессии без предшествующей фазы подъема (так называемой W-рецессии), можно утверждать, что наиболее точной является оценка кризиса как системного, а потому и длительного, что, впрочем, не исключает присутствия в нем дополняющих циклических признаков1.

Если бы кризис был сугубо циклическим, то проверенный на практике способ преодоления циклического спада, использующий денежную политику «количественного смягчения» за счет предельно низких значений учетной ставки и других мер в денежно-кредитной сфере, должен был бы привести к положительным результатам. Однако рекордно низкое значение учетной ставки, введенное в  большинстве развитых 1 Такая оценка содержится в «Докладе Стиглица», в котором указывается, что «переживаемый нами кризис является в полном смысле системным и к тому же многосторонним» [1, с. 34].

стран и действующее уже длительный период времени, не смогло вывести их в фазу Что значит — кризис системный? Такая характеристика обусловлена его трактовкой как первого всеобщего кризиса неолиберальной модели глобализации. Выделим в нем одну, но сущностную черту. Она связана с  оценкой кризиса как неудачной попытки демонтажа национального государства и  его замены наднациональными структурами и регуляторами, действующими в масштабе всей мировой экономики. Подчеркнем, что замещение государственного регулирования международным раскрывает содержательный смысл глобализации. Именно такой подход к  ее определению как к  объективному процессу и в то же время как к политике более чем оправдан. Ведь введение нового термина — в данном случае глобализации — всегда преследует цель привнесения нового значения в устоявшиеся процессы. В противном случае не надо было бы его вводить, имея в наличии широкий набор понятий, раскрывающих мирохозяйственный аспект экономических отношений (международное разделение труда, интернационализация производства, мировой рынок, международная интеграция и т. д.).

Форсированное развертывание глобализации фактически лишило государства отработанных и привычных рычагов регулирования и управления. Неизбежным результатом такого процесса стала попытка «растворения» национального в глобальном вплоть до исчезновения первого, что предполагало исключение национально-цивилизационных факторов и макроэкономических регуляторов из числа таких, которые непосредственно влияют на экономическое развитие. Такого рода подход сопровождался призывами о необходимости разрыва с «национальной аксиоматикой», или с «методологическим национализмом», вместо которого предписывалось поставить в центр теории и политики «методологический космополитизм». В частности, РФ, как и другим странам, обеспеченным минеральными ресурсами, предлагалось отказаться от «ресурсного национализма» в пользу международного контроля над ними.

Причем в этой концепции замена национальных (государственных) регуляторов не была связана с появлением глобальных регуляторов, действующих вне рынка. Напротив, ее целью стало рождение по сути дела новой диктатуры — диктатуры «глобальных рынков». За этим скрывалась экспансия базовой неолиберальной установки об «эффективных рынках», которые при переходе к глобальному формату становятся еще более эффективными, а  потому якобы рыночные принципы важнее национальных границ, институтов и регуляторов.

Возвышение глобального за счет денационализации государства, наблюдаемое в  хозяйственной практике недавнего прошлого, выразилось в  таких важнейших направлениях, как:

— форсированное устранение самих национальных границ в экономическом взаимодействии хозяйствующих агентов;

— акцентирование хозяйственных решений на первичности глобальных проблем и угроз для обеспечения устойчивого социально-экономического развития всего мира и каждой страны в отдельности;

2 Ранее ФРС США в  1930 г. впервые за свою историю резко сокращал учетную ставку с  6% в  октябре 1929 г. до 1,5% в  сентябре 1931 г.  В период же последнего кризиса она была уменьшена с  5–25% (сентябрь 2007 г.) до 0,00–0,25% (с  марта 2009 г.), действуя по настоящее время. Что же касается ЕЦБ, то с мая 2009 г. в течение 24 месяцев из 30 эта ставка равнялась 1%.

— стремление подорвать сами основы национальной организации хозяйства и государства и перейти к новой постгосударственной (рыночно-сетевой) системе хозяйствования.

При этом ставка на сохранение экономической самодостаточности государства оценивалась как рудиментный элемент в политике, противоречащий реалиям и новым возможностям развития. Действующие в глобальной экономике центробежные силы разрывали национально-воспроизводственные связи. Соответственно, влияние и экономическая власть в условиях глобализации трактовались в контексте их перемещения от президентов и премьер-министров большинства стран в межгосударственные управляющие центры, а также в руки собственников и высших менеджеров ТНК, превратившихся в «мегакорпорации». Особо следует подчеркнуть, что утверждение наднациональной системы управления призвано было закрепить глобальную гегемонию США в мире как единственной сверхдержавы.

Относительно других государств происходящие экономические процессы служили, по мнению радикальных приверженцев глобализации, свидетельством реальной трансформации самой природы государства и его функций. В этой связи уместно сослаться на позицию экономистов и политологов, которые выдвигали гипотезу о целесообразности разграничения понятий «государство» и «национальное государство» (см., напр., [2]). Этим предполагалось, что в условиях глобализации происходит денационализация государства, в процессе которой оно превращается в «космополитическое государство», т. е. такое, которое в своей деятельности отстаивает не национальные, а космополитические интересы, фактически защищая приоритеты глобального лидера и транснационального финансово-спекулятивного капитала. Именно такое денациональное государство и становится проводником в действии глобальных регуляторов.

Еще одним близким по содержанию был прогноз об устранении национальной территориальности как основы для организации экономической и политической жизни. Вместо нее должно возникнуть замещающее «нетерриториальное функциональное пространство», размывающее исключительность значения привязки хозяйственных процессов к «месту пребывания» и формирующее «постсовременное гиперпространство». В предельном своем выражении концепция замещения государства в социально-экономической жизни находит выражение в  идее создания мирового правительства, управляющего экономикой и миром из одного центра вместо национальных государств, которая наиболее полно представлена в теории мондиализма.

Конечно, такая радикальная версия глобализации разделялась далеко не всеми экономистами и политиками, не говоря уже о том, что ей изначально противостояла достаточно представительная оппозиция в виде многовекторного антиглобалистского движения. Нарастающее сопротивление глобалистской тенденции прежде всего было связано с выбором неолиберальной модели, главным проявлением которой стала финансовая глобализация. Ее становлению предшествовала революция дерегулирования в идеологии (конец 1970-х годов), которая заложила, как это чаще всего происходит, необходимое теоретическое основание скачка к  новой экономике  — экономике глобального рынка. Самая ее характерная черта — это ориентация на максимальное открытие национальных рынков (в первую очередь финансовых) для транснационального капитала. Наступление такой революции во многом объясняется действием двух причин: заметным падением эффективности используемых ранее методов государственного регулирования экономики, опирающихся на кейнсианство, и наступившей в середине 1970-х годов тенденцией уменьшения нормы прибыли из-за перенакопления капитала. Окончательно данная экономическая модель стала доминировать в мировом хозяйстве в  1990-е годы, прежде всего благодаря развернувшейся череде по своей сути революционных изменений в информационно-компьютерной, финансовой Каков результат ослабления, а в каких-то случаях разрушения, самих границ между национальными рынками?

Ограничимся одним примером (более подробно см. [3]). Следствием открытости рынков стало то, что движение товаров между странами в возрастающих объемах осуществляется не через традиционные каналы внешней торговли, а  как перемещение комплектующих изделий в рамках глобальных технологических цепей. Сама же внешняя торговля трансформируется в торговлю поверх государственных границ, образуя внутреннее транснациональное пространство мегакорпораций. В целом доля мировой торговли, приходящаяся на операции внутри фирм, выросла с 20–30% в 1960-е до 40–50% в 1990-е годы. В частности, более половины американской внешней торговли в стоимостном выражении было простым перемещением товаров внутри глобальных Что представляют собой последствия неолиберальной глобализации мировой экономики в режиме ее форсирования?

Они неоднозначны и  противоречивы. Несомненно, по мере усиления глобализации появляются новые факторы, стимулы и  источники роста. Несравнимо высокая емкость рынка и  более сильная конкуренция создают дополнительные стимулы расширения производства. Не случайно, что в  период до нынешнего кризиса мировая экономика демонстрировала впечатляющую динамику практически на всем своем пространстве. Вместе с тем его наступление выявило многочисленные негативные последствия, связанные с отрывом финансового сектора от реальной экономики, завышенными оценками возможностей экспортно ориентированной модели экономического роста с опорой на узкую специализацию в рамках международного разделения Произошедший системный кризис глобализации, имея многочисленные проявления, выразился также в неспособности сложившихся наднациональных регуляторов противодействовать стремительному нарастанию негативных процессов, а затем обнаружилось, что они не в состоянии вывести экономику из рецессии и создать эффективные стимулы посткризисного восстановительного роста. Вот почему преодоление системного кризиса предполагает смену модели функционирования экономики с перегруппировкой в ее регуляторах.

Кризис глобализации и роль наднациональных регуляторов:

В глобально организованном мировом хозяйстве именно наднациональные институты должны были первыми активно включиться в борьбу с кризисом, разработав согласованную стратегию с набором эффективных антикризисных инструментов, если уж они и не смогли предотвратить его развертывание. Но этого не случилось. Самые авторитетные глобальные институты — МВФ и ВБ — фактически ограничились общими декларациями о вреде протекционизма и необходимости согласованных действий, а также в ряде случае предоставили дополнительные денежные средства особо пострадавшим государствам. Такие стандартные меры помогали, хотя и  не всегда, при наступлении локальных кризисов в  отдельных странах или регионах. При этом сфера ответственности этих международных структур не распространялась на антициклическую деятельность, а потому в условиях наступления всеобщего кризиса они оказались малоподготовленными к нему.

И это произошло вполне закономерно. Теоретически деятельность международных регуляторов предполагает замену или дополнение к национальным регуляторам, встроенным в механизм государственного управления. Для этого должны были быть не только созданы сами институты прямого и косвенного глобального управления, но и  разработаны соответствующие инструменты для регулирования в  глобальном экономическом пространстве, действующие по аналогии с макроэкономическими инструментами на уровне государств. Однако ставка на политику дерегулирования фактически блокировала теоретическую разработку принципов действия глобальных регуляторов при изменяющейся мировой конъюнктуре, не говоря уже об их реальном применении.

Получилось так, что международные управляющие центры в условиях доминирования постулатов неолиберальной идеологии и политики занимались не столько созданием наднациональных инструментов регулирования, сколько лоббированием политики дерегулирования, реализуя рекомендации в рамках так называемого Вашингтонского консенсуса. На этой основе формировалась эталонная национальная хозяйственная модель с соответствующим набором предлагаемых правил и норм, который распространялся повсеместно. Их внедрение в  практику регулирования национальных хозяйственных систем фактически выступало способом осуществления надгосударственного управления, а сами такие формально национальные нормы и правила приобретали наднациональные черты. Поэтому крушение исповедуемой ведущими центрами глобализации господствующей модели регулирования обернулось их неспособностью эффективно противостоять мировому спаду, ими же и  подготовленному. Неолиберальный багаж антикризисных мер явно недостаточен для преодоления системного кризиса.

Что же касается глобального гегемона — США, то именно в этой стране возник эпицентр кризиса, распространившийся в дальнейшем на все мировое хозяйство. Породив рецессию, американская экономика за счет своих ресурсов не смогла эффективно с ней справиться и тем более предложить действенные антикризисные инструменты, выступив в качестве локомотива, выводящего мировую экономику из кризисного Имелся и  другой возможный сценарий глобального ответа на вызов, который предполагал оперативную реакцию уже группы стран-лидеров как ведущих игроков глобализации с  выработкой согласованной платформы в  проведении общей антикризисной политики. Казалось бы, для этих целей существовала «семерка» (плюс РФ), а затем и созданная «двадцатка». Но и в этом случае проводимые заседания и принимаемые решения с  такой задачей в  должной мере не справились. Достичь значимых договоренностей и согласованных мер, хотя бы в финансовой сфере, практически не удалось из-за несовпадения интересов, неодинаковых условий хозяйствования, расходящихся оценок происходящих событий и т. п.3 Особо подчеркнем, что трудность 3 Так, по существу, главным результатом переговоров в рамках «двадцатки» в ноябре 2008 г. стало решение о моратории на протекционистские меры в течение года. Но и оно не исключило принятия этих мер многими государствами.

в принятии согласованных решений дополняется еще большей сложностью в их практической реализации, даже если и удается о чем-то договориться.

Почему произошел такой крутой сбой в  деятельности глобальных институтов?

Почему они оказались столь малоэффективными в тяжелой кризисной ситуации?

Для объяснения выделим ряд ключевых и взаимосвязанных причин. Во-первых, абсолютизация принципа саморегулирования рынков в хозяйственной деятельности полностью дискредитировала себя. Неолиберальное представление о том, что провалы рынка в национальных экономиках удастся преодолеть за счет экспансии рынков «вширь и вглубь», не подтвердилось. Ставка на глобальные рынки обернулась их глобальными провалами.

Глобальные рычаги регулирования, а  в старой мирохозяйственной модели это прежде всего рынки, в кризисных условиях не сработали, тем самым доказав, что если они и  действуют, то только при «хорошей погоде». Заметим, что эффективность регуляторов как раз и проявляется в экстремальных ситуациях, демонстрируя способность если не предотвращать, то хотя бы успешно преодолевать кризисные явления.

Необходимо учитывать, что рыночное саморегулирование на деле означает ставку на абсолютизацию частных интересов и стимулов, опора на которые объясняет гипотезу об «эффективных рынках». Следствием такого саморегулирования является не только игнорирование общественных интересов, но и  недооценка высоких рисков и  неоправданных решений в  бизнес-среде, последовательно ведущих к  кризису. В итоге опора на «эффективные рынки» закономерно приводит к действию принципа: «Бизнес присваивает доходы, государство (общество) оплачивает его убытки».

Во-вторых, предпринимаемые экстренные антикризисные меры, направленные на установление контроля и  регулирующего влияния межгосударственных институтов над финансовыми операциями и  хозяйственными процессами, также не смогли эффективно сработать из-за недостаточной их легитимности. То, что в подавляющем своем масштабе они носили рекомендательный характер, резко снижало их применительную силу. К тому же предлагаемые решения, вырабатываемые путем непростого и  длительного согласования позиций участников переговоров, отличающиеся несовпадающими интересами и представлениями, неизбежно носят половинчатый характер, не позволяющий осуществлять назревшие коренные реформы. С этим связаны постоянное запаздывание в подготовке даже рекомендательных решений и фактическая неспособность договориться о радикальных преобразованиях.

Основная причина такой трудносогласуемой деятельности и еще больших сложностей в реализации даже принимаемых половинчатых решений связана с ограниченной легитимностью международных регулирующих органов, которая существенным образом ниже исторически сложившейся легитимности национальных государств и их институтов. Дело в том, что государство как отлаженный длительной исторической практикой институт по-настоящему способно создать наилучшие условия для функционирования рынков и деятельности экономических агентов с учетом конкретных условий хозяйствования и цивилизационного своеобразия. Тем более что в рамках государства складывается более однородная среда, не сопоставимая с  огромной дифференциацией в глобальной экономике.

На современном этапе только государство обладает требуемой легитимной властью для обеспечения законности и правопорядка, защиты прав собственности и действия регулирующих институтов. Нарастающая по мере форсирования глобализации напряженность между экономической логикой формирования рынков без границ и легитимацией государства как политического института, ее сдерживающей, должна рассматриваться как фундаментальное противоречие самой глобализации, требующее своего разрешения. По сути дела речь идет об усиливающемся расхождении между экономической глобализацией и политической интеграцией и возникшем между ними Еще одним противоречием, существующим в самой хозяйственной сфере, является противоречие между сформировавшейся «экстерриториальностью капитала» и сохраняющейся национальной юрисдикцией относительно рабочей силы и природных Возможно ли преодолеть возникшие разрывы и возродить глобалистскую тенденцию? Теоретически это достижимо, если будет устранена асимметричность глобализации в экономической и политической сферах, иначе говоря, если удастся реализовать давнюю идею формирования всемирного государства и  создать мировое правительство с необходимым объемом правомочий и с работоспособными механизмами принуждения. На практике достижение такой глобальной сверхцели предполагает решение огромного по масштабам и  широте охвата комплекса конкретных задач. Ограничимся только указанием на ряд из них: установление универсальных экономикоправовых правил и принципов хозяйствования с единой системой налогообложения, внедрение общемирового механизма формирования цен на большинство товаров и услуг, переход к мировым деньгам с соответствующим эмиссионным центром, замена национально-воспроизводственного глобально организованным воспроизводственным В обозримом будущем реализация этих задач представляется утопичной, учитывая неустранимую в своей основе дифференциацию условий хозяйствования в мире, несовпадение экономического поведения и национальных традиций и т. п. Кроме того, не менее существенным препятствием экономико-политической интеграции является то, что сама глобализация выступает сферой утверждения господства стран лидирующего центра, и прежде всего США как единственной сверхдержавы. В обоснованности такого подхода убеждает соответствующая оценка одного из ведущих американских идеологов Зб. Бжезинского, который четко сформулировал: «…глобальная гегемония и экономическая глобализация превосходно дополняют друг друга: США выступают за открытую глобальную систему, но они же в основном и определяют правила, решая, насколько они хотят быть зависимыми от этой системы» [4, с. 175].

Капиталистически организованное мировое хозяйство изначально построено так, что оно не может функционировать, не воспроизводя отношения соперничества и всевластия, гегемонизма и подчинения слабых игроков сильным. Либерально нацеленная глобализация не могла в  принципе устранить этих родовых свойств капиталистического хозяйствования. Ее результат выразился в неизбежном и повсеместном обострении конкурентной борьбы, которая в условиях несовпадения экономических интересов становится еще одной из ключевых причин, подрывающих возможности согласованного использования наднациональных регуляторов. Причем для Запада 4 Этот разрыв предлагается устранить при помощи создания при ООН как самом легитимном международном институте Совета по глобальной экономической координации, призванного системно решать проблемы функционирования глобальной экономики (см. [1, с. 215–224]).

отказ от неолиберальной глобализации равнозначен потере своего доминирующего и  привилегированного положения в  мировом хозяйстве, закономерным следствием которого становится демонтаж модели избыточного потребления. Данная модель была внедрена благодаря потребительскому перекредитованию, и ее упразднение ведет к сокращению значительной части привычных привилегий для среднего класса, которые играют роль защитной оболочки и социального буфера в современном капиталистическом обществе. В этих условиях выход из кризиса за счет стимулирования потребительского спроса ограничен. Остается возможность его переключения на инвестиционный спрос, базирующийся на резком увеличении расходов (в первую очередь государственных) на развитие нового и перспективного технологического уклада, на военные закупки и улучшение инфраструктуры.

Преодоление кризиса мировой экономики при сохранении ее глобального устройства в обновленном варианте может быть обеспечено и другим способом, если будет реализован новый курс на опережающий рост глобального потребительского спроса, а  значит, и  уровня жизни в  развивающихся странах. В сущности, это предполагает перенесение антикризисных кейнсианских рецептов по стимулированию спроса с национальных экономик на глобальный уровень. Рост мирового совокупного спроса за счет развивающихся стран может оказаться эффективной антикризисной мерой. Вопрос только в  том, насколько транснациональный капитал в  состоянии поделиться своими прибылями и властью с другими, а ведущие державы — отказаться от своей Именно сохранение ведущими странами своего доминирующего положения в мире в условиях резкого обострения противоречий и конкурентной борьбы за лидерство предопределяет наиболее вероятную реакцию на кризис глобализации. Вместо «большой глобализации» акцент переносится на «малую глобализацию» в варианте регионализации мирового хозяйственного пространства. Усиление роли региональных интеграционных объединений, созданных в достаточно однородной социокультурной и хозяйственной среде, может рассматриваться как более реалистичный проект форматирования интегрированных экономических пространств. Он дает возможность успешнее вырабатывать согласованные и  взаимовыгодные решения, формировать общие принципы регулирования хозяйственной деятельности и  проводить единую политику, используя наднациональные регулирующие органы. Немаловажным преимуществом региональных экономических союзов является возможность сокращения трансграничных издержек за счет прозрачности границ.

В известном смысле регионализацию даже можно трактовать как своеобразную альтернативу «большой глобализации» и одновременно как попытку преодоления возникшего в ней системного кризиса. Заметим, что свобода доступа участников региональных блоков на рынки своих стран в принципе противоречит идеологии единого глобального пространства, и в силу этой причины она вызывала весьма сдержанное отношение к ней институтов «большой глобализации».

Процесс укрепления регионализации отражает реально существующую сегментацию глобализации в  мировом хозяйстве, обусловленную неодинаковой степенью включенности регионов и  отдельных стран в  интеграционные процессы и  разными уровнями развития экономик. Более того, благодаря регионализации создание многомерных и тяжеловесных центров глобального управления может быть замещено построением более эффективных и эластичных региональных управленческих структур и регуляторов, трансформирующих мировое хозяйство в определенную совокупность «больших экономических пространств». Вероятно, что при таком понижении уровня глобального управления до регионального сохранится потенциал развития межстрановых объединений на основе использования фактора расширения емкости рынка и возможности сохранения контроля над ключевыми ресурсами.

Не случайно процесс регионализации в  мировой экономике становится значимым способом объединить усилия групп стран по преодолению последствий кризиса и укрепить позиции на рынках в условиях глобальной экономической нестабильности и  обострения конкурентной борьбы. Потенциально он может привести к  серьезной перестройке в мировом хозяйстве с появлением более крупных региональных организаций (или перегруппировкой действующих) и даже коалиций государств по защите общих интересов, которые тем не менее будут конкурировать друг с другом вплоть до варианта «столкновения цивилизаций».

В 2010 г. в мире насчитывалось свыше 20 «продвинутых» интеграционных объединений, ставящих своей целью постепенное объединение их хозяйств путем сближения экономико-правового механизма хозяйствования, прежде всего во внешнеэкономической сфере. Что же касается более простой формы регионализации, к которой относятся региональные торговые соглашения, то их число превышает 280.

Каковы возможности и перспективы «малой глобализации»?

Как показывает хозяйственная практика, эффективное функционирование региональных союзов предполагает соблюдение ключевых условий. Пример ЕС как наиболее амбициозного интеграционного проекта подтверждает, что мало для этого убрать барьеры на пути движения товаров, денег и людей, перейти на единую валюту и непрерывно расширяться. При этом следует иметь в виду, что именно ЕС дальше всех продвинулся в развертывании интеграционных процессов, направленных на перемещение экономического суверенитета с  национального на наднациональный уровень, особенно после принятия Лиссабонского договора в 2007 г., который вступил в действие с  1 декабря 2009 г. Так, до 3/4 экономических законов и  правовых норм, проходящих утверждение в национальных законодательных органах, предварительно разрабатываются в надгосударственных органах ЕС. Более того, особенностью европейского объединения является наличие собственного права, которое непосредственно регулирует межгосударственные отношения, а также отношения граждан и юридических лиц. Причем право ЕС характеризуется прямым действием во всех странах, входящих в  него, и обладает приоритетностью по отношению к национальному законодательству.

Важной интеграционной характеристикой Евросоюза является применение принципа его исключительной компетенции в  таких сферах хозяйства, как таможенные правила, политика в области общих торговых норм, конкуренции, денег, сохранения Дополнительным показателем экономической интеграции выступает плотность экономических связей внутри Союза. Согласно имеющимся данным, в  среднем 2/ внешнеторгового оборота стран ЕС приходится на участников этой интеграционной группировки; свыше 3/5 потоков прямых иностранных инвестиций осуществляется Тем не менее мировой кризис показал, что даже это, казалось бы, состоявшееся объединение не устояло перед ним, продемонстрировав свои зоны уязвимости, которые характеризуют общие трудности регионализации экономики при «незавершенной Речь идет о том, что согласованные правила регулирования экономики при наступлении рецессии легко нарушаются, поскольку национальные интересы и стремление местных правящих элит создать для себя более комфортные условия оказываются важнее поддержания прочности Союза. С этим связано, в частности, неисполнение принятых на себя базовых обязательств по соблюдению финансово-бюджетной устойчивости в еврозоне, которые Маастрихтским соглашением были определены относительно накопленного госдолга  — в  размере не более 60% ВВП, бюджетного дефицита  — не более 3% ВВП. С учетом огромного объема денежных ресурсов, вброшенных для подавления кризиса, средняя величина госдолга стран ЕС-27 в середине 2011 г. составила 82% ВВП, а еврозоны (ЕС-17) — 89% ВВП5, в том числе Греции —142, Италии — 119, Ирландии — 97%. Еще хуже обстояло дело с дефицитом госбюджетов. Установленная норма 3% ВВП в 2010 г. была превышена в ЕС-27 до уровня 6,4%, а в еврозоне — 6,0, в том числе в Ирландии дефицит госбюджета достиг 32,4, в Греции — 10,5, в Великобритании и Франции — по 7% ВВП.

Возобновление кризисных процессов, эпицентр которых переместился в страны ЕС, испытывающие колоссальное давление из-за долгового перенапряжения, убедительно подтвердило: интеграция, даже экономическая, не может долго оставаться односторонней и должна в равной степени быть глубокой и синхронно продвинутой во всех сферах деятельности государств (экономика, финансы, госбюджет, социальная сфера и т. д.). Одновременно не менее важно для нее иметь единую и централизованную систему регуляторов, управляющую экономикой как единым целым. Это означает, что и для региональных объединений нельзя исключить соблюдение принципа симметричности и синхронности экономической и политической интеграции.

Данная проблема имеет еще один аспект, связанный с постановкой вопроса о гипотетическом существовании определенного «предела экономической интеграции».

Таким пределом может оказаться падающая эффективность управления по мере роста масштабов экономики и сложности возникающих взаимосвязей в условиях избыточной разнородности и разноуровневости развития субъектов интеграционного процесса. Приходится считаться с тем, что история пока дает примеры образования больших государств не столько из экономической логики, сколько из действия геополитических факторов и  особенно внешних угроз. В этих условиях в  перспективе судьба ЕС как единого государства, сформировавшегося под воздействием экономической целесообразности, представляется весьма проблематичной. При этом следует признать, хотя бы теоретически, что в конечном счете историческая жизненность любого экономического союза зависит от того, насколько его участники готовы в перспективе, пусть и долгосрочной, завершить процесс хозяйственной интеграции образованием единого и жизнеспособного государства. Экономика с общей валютой и единым управлением в рамках государства — всегда более прочное и надежное образование.

Исторический пример ЕС и особенно экономическая модель еврозоны, основанные на принципе консенсуса в  принятии решений при сохранении политического 5 В номинальном значении внешний долг ЕС-27 равнялся 10,3 трлн евро, ЕС-17 — 8,2 трлн евро.

суверенитета, подтверждают, что в условиях несовпадения экономических интересов и действия разнородных политических сил экономические союзы не в состоянии оперативно и эффективно реагировать в нестабильной ситуации.

Отрыв экономической от политической интеграции в ЕС, поспешность в объединительном процессе стран с сохраняющимися существенными различиями в уровне развития и типе хозяйственного устройства — все это в условиях мирового кризиса обострило внутреннюю несопряженность данного интеграционного Союза. В итоге неизбежно возникает вопрос о  его судьбе в  существующем составе, усиливаются сомнения по поводу жизнеспособности евро как единой валюты, ставшей главным скрепляющим звеном в  экономической интеграции Европы. Ведь острота нынешнего долгового кризиса в  еврозоне порождена фактическим демонтажем внутренних денежных инструментов в  проведении макроэкономической политики антициклического регулирования, которое не было компенсировано полноценной работой наднациональных регуляторов. По большому счету, они и  не могли этого сделать из-за особенностей создания данного интеграционного устройства, рассчитанного на безоблачное и неограниченное временными рамками существование. В результате возникший кризис долгов образовал общую связь с кризисом евро. Поэтому одновременное разрешение этих двух кризисов предполагает выход стран (возможно, временный), обремененных долгами, из зоны евро. Этим возвращаются в арсенал государств монетарные рычаги преодоления долгового кризиса с восстановлением необходимой их независимости в проведении антикризисной политики и вместе с тем обеспечивается усиление устойчивости евро на рынке мировых валют. Таков наиболее рациональный экономический сценарий разрешения кризиса в ЕС. Мешают осуществиться ему опасения запуска всеобщей дезинтеграции и высокие политические риски.

Последние события, которые происходят в ЕС, раскрывают попытку реализовать альтернативный сценарий, нацеленный не на замораживание, а на углубление интеграционных процессов. Он представлен в выдвинутом в конце 2011 г. плане реформирования ЕС, предложенном Саркози и Меркель, в котором сделана ставка на формирование по сути дела европравительства с проведением жесткой согласованной экономической политики по широкому фронту, начиная от общих принципов бюджетирования и завершая налоговой унификацией6. Его реализация позволит существенно укрепить бюджетную дисциплину и  усилить полномочия наднациональных органов управления. Фактически речь идет о варианте демонтажа системы национального экономического суверенитета с выходом на создание Соединенных Штатов Европы (СШЕ), призванного спасти ЕС от саморазрушения. Сразу же следует подчеркнуть, что при всей оправданности предлагаемых мер с точки зрения интеграционной логики этот вариант представляется запоздалым, а потому его шансы на успех весьма проблематичны.

Анализируя возможность осуществления этой идеи, стоит вспомнить о том, что сама она не нова. В начале ХХ в. ее уже выдвигали в  числе стратегических приоритетов в  европейской политике. Так, в  1914 г. К. Каутским была предложена концепция «ультраимпериализма». В ней обосновывалась гипотеза о его переходе на стадию 6 Важным элементом в  его реализации стало принятие 2 марта 2012 г. Пакта о  бюджетной дисциплине, который подписали 25 из 27 государств ЕС, за исключением Великобритании и Чехии. Он ужесточает требование к бюджетному дефициту до 0,5% ВВП с сохранением общей величины долга не более 60% ВВП, одновременно вводя штрафные санкции при нарушении бюджетной дисциплины.

интернационализации хозяйственной деятельности, которая должна сопровождаться отказом от насилия, господства и  войн в  разрешении возникающих экономических и  политических противоречий в  пользу формирования ненасильственных межгосударственных отношений. Одним из результатов такого развития должно было стать объединение Европы в  единое государственное образование  — СШЕ, а  в более отдаленной перспективе прогнозировалось образование всемирного картеля, управляющего мировым хозяйством при помощи установившегося господства транснационального финансового капитала.

По сути дела, К. Каутского можно рассматривать в качестве провозвестника современной концепции глобализации. Не стоит забывать, что эта инициатива закончилась войнами и революциями, радикальным образом изменившими архитектуру мирового сообщества. Полезно также вспомнить, что при выдвижении лозунга СШЕ его бесперспективность весьма проницательно раскрыл В. И. Ленин. В статье с характерным названием «О лозунге Соединенных Штатов Европы», опубликованной в 1915 г., он отмечал, что ультраимпериалистические союзы, в том числе и Соединенные Штаты Европы, при капитализме «либо невозможны, либо реакционны». Если они и возникнут, то лишь как «временные соглашения»[5, с. 354].

Главные причины, которые обусловили утопичность старого варианта СШЕ, были связаны с  острыми противоречиями между европейскими странами, их соперничеством и борьбой за рынки и ресурсы. К тому же неравномерность экономического и политического развития, которая, согласно взглядам Ленина, приняла на империалистической стадии форму закона, усиливала существующие противоречия и антагонизмы.

Интересно и то, что еще один мыслитель (О. Шпенглер) примерно в те же годы опубликовал труд под названием «Закат Европы»7, сквозной темой которого стал анализ начала увядания западного мира как исчерпавшего свой потенциал специфического типа культуры.

Насколько на современном этапе противоречия и пределы в развитии западной цивилизации, конкурентная борьба могут рассматриваться в качестве непреодолимого барьера в судьбе европейской интеграции? И не станем ли мы свидетелями теперь Во всяком случае, кризис подтвердил, что угрозы дезинтеграции не исчезли, о чем свидетельствует, в частности, расхождение позиции о реформировании ЕС Германии и Франции, с одной стороны, и Великобритании, с другой. По этому поводу полезно вспомнить высказывание Ш. де Голля, сделанное им в начале интеграционного пути Европы в 1962 г. Прошедший период времени показал, что французский президент не без оснований называл интегрируемую Европу «самоблокирующим ансамблем», предвосхитив оценки нынешних «евроскептиков».

Однако, пожалуй, в настоящее время важнее еще одно обстоятельство. Оно связано с тем, что упрочение интеграции с неизбежностью порождает трудноразрешимую дилемму. Дело в том, что достигнутый уровень экономического развития ЕС в целом уже не в  состоянии обеспечить поддержание установившегося достаточно высокого уровня жизни населения, сглаживая возросшие социальные различия на всем европейском пространстве после включения в  2004 г. в  свой состав большой группы 7 Первый том книги «Закат Европы» О. Шпенглера был опубликован в 1918 г.

восточноевропейских и прибалтийских государств8. Ведь ЕС, декларируя себя в качестве социально-солидарного объединения, в  течение длительного периода проводил целенаправленную политику сокращения отставания наименее благополучных стран и регионов, формируя тем самым притягательный имидж для пополнения своего состава, используя так называемый демонстрационный эффект9. Проводя такую перераспределительную политику, данное интеграционное объединение по этому параметру может вполне рассматриваться как обновленный вариант «евро-СССР».

До кризиса политику выравнивания удавалось проводить, но ценой наращивания долга и  усиления разрыва между социальным развитием и  реальным экономическим потенциалом, тем самым снижая конкурентоспособность европейской экономики на мировых рынках. В условиях кризиса этот разрыв превращается в наиболее острую и  болезненную проблему, разрушающую европейское единство, основанное на конструкции социального рыночного хозяйства и  политике всеобщего благосостояния.

Из этого следуют два возможных варианта решения данной проблемы: либо восстановить сбалансированность экономического и социального развития (и для этого придется понизить уровень жизни в тех странах, в которых он экономически не подкреплен), либо поддерживать достигнутый уровень жизни во всех экономически более успешных странах и в последующем посткризисном периоде своими ресурсами неизбежно обрекая ЕС на общую социальную, а затем и экономическую стагнацию, с вытекающими политическими последствиями в виде роста повсеместного недовольства, конфликтности и политического брожения во всех странах.

Удастся ли ЕС выйти из этой ловушки «необеспеченного социального государства», в котором он оказался, и как это будет сделано? Этот вопрос чрезвычайно сложный, и ответ на него трудно прогнозировать. Тем более что он обусловлен взаимодействием многих факторов, действующих не только в Европе. Вместе с тем следует принять во внимание, что подход к разрешению этой проблемы в немалой степени зависит от того, как в дальнейшем будут соотнесены экономический рационализм, присущий западному мировоззрению, с  политической мечтой о  единой Европе, основанной на общих ценностях и устремлениях. Учтем: произошедшая прагматизация ЕС, особенно ставшая значимой после его самого масштабного расширения, выдвинула на передний план получение выгод и выигрышей, а не укрепление общих ценностей, что обостряет противоречия между ними, делая их трудноразрешимыми.

Для нас же важно, что исторический опыт ЕС, как ранее и СССР, должен тщательно учитываться в  развертывании интеграционного процесса на постсоветском пространстве, чтобы в будущем не допустить непродуманных решений. И одновременно мы должны видеть в  развитии интеграции вполне разумную защитную реакцию на кризис глобализации с поиском выхода из него.

8 В своем нынешнем расширенном составе ЕС-27 уровень ВВП по ППС в  2010 г. на душу населения варьировался между его участниками в  диапазоне от 11,6 (Румыния) до 82,6  тыс. долл.

США (Люксембург) при среднем значении по Союзу в 32,7 тыс. долл.

9 Так, пороговым критерием для получения помощи регионами является уровень ВВП на душу населения, если он не достигает 75% от среднего уровня в  ЕС. Именно поэтому на развитие региональных проектов сегодня направляется свыше 30 % от общего бюджета ЕС, а это более 50 млрд евро в  год. Подчеркнем, что получают такую помощью не страны, а  непосредственно конкретные регионы, что должно укреплять интеграцию Европы, ослабляя национально-государственные узы.

Государство и национальные регуляторы в постглобальной экономике:

Итак, кризис вынудил государства в  срочном порядке вернуться в  экономику. Этим подтверждается, что оно на сегодняшний день остается единственным понастоящему легитимным институтом, способным подчинить стихию рынка и направить ее в нужное русло. При этом традиционный недостаток государства, состоящий в  бюрократизации управления, не исчез при переходе к  глобальным рынкам. Более того, запущенный процесс глобализации обернулся быстрорастущей ролью нового носителя бюрократизма — международной бюрократии, представленной разросшимся чиновничьим аппаратом наднационального уровня. Сформировался новый глобальный управляющий класс или «новые кочевники», по определению Ж. Аттали [6, с. 95], а власть превратилась в «глобальную паутину».

Ограничимся двумя примерами. Так, аппарат управления ЕС в Брюсселе насчитывает 20 тыс. человек, и только на обслуживание его переводчиков ежегодно затрачивается более одного миллиарда евро. Еще пример. Действующий Лиссабонский договор, заключенный вместо евроконституции (2005 г.), которую из-за разногласий не удалось принять, включает 358 статей с  огромным количеством подпунктов (для сравнения:

Конституция США состоит из 7 статей с 26 поправками, а Конституция РФ включает 137 статей). Такой детально расписанный регламент организации общественно-хозяйственной деятельности не столько отражает потребность в четкости прав и норм, сколько характеризует серьезные трудности, с  которыми приходится сталкиваться в процессе согласования и поиска компромиссов участниками ЕС. Вряд ли в таком громоздком варианте он станет по-настоящему эффективным правовым инструментом.

Пример ЕС свидетельствует о том, что функционирование надгосударственных институтов — дело весьма затратное, а главное, то, что они чаще всего не ведут к более эффективным управленческим решениям. Это означает, что глобальное управление не в  состоянии изжить бюрократизм, а  рынки, даже мировые, не являются достаточно эффективным средством его преодоления, как это часто представляется либеральным Еще один характерный пример, связанный с возможностями «малой глобализации» в  замещении государственных регуляторов. В ЕС быстрее и  дальше всего этот процесс продвинулся применительно к  формированию Европейского центрального банка, что неудивительно. Дело в  том, что центральные банки в  европейских странах в соответствии с действующими нормами выступают как самостоятельная ветвь экономической власти, напрямую неподконтрольная национальному правительству.

Поэтому передача их полномочий на наднациональный уровень не столь существенно сужала экономический суверенитет в  текущей хозяйственной деятельности, хотя и заметно ограничивала проведение внутренней денежной политики в интересах макроэкономического регулирования.

Значимость и уникальность государства как института, создающего и эффективно использующего экономические регуляторы, подкрепляются разного рода новыми альтернативными концепциями, призванными разрешить главную проблему глобализации  — повысить легитимность ее власти. В этой связи сошлемся на выдвигаемую концепцию глобального переустройства мира в посткризисную эру на основе превращения США в новую мировую империю — «Американскую империю» [7]. Как обосновывает Д. Лал, либеральный экономический порядок в мире может быть утвержден, если США возьмут на себя две главные функции: поддержание международного правопорядка и защиту прав собственности. И ими ограничатся, исключив навязывание другим странам стандартов американского образа жизни и экспорт западной системы ценностей. Иначе говоря, предлагается вариант завершения формирования гомогенного (глобального) экономического пространства, основанного на американском военно-политическом руководстве, при сохранении цивилизационного многообразия и общественного устройства в рамках мировой империи. Тем самым благодаря такому имперскому проекту будет обеспечена требуемая легитимность наднациональных экономических институтов и их регулирующих инструментов, подкрепленная признанием мировым сообществом имперских правомочий и  опирающаяся на эффективную Таков экзотический замысел, призванный устранить изъян нынешнего глобального проекта. Сразу же следует отметить, что он не менее утопичен, чем проект «мирового правительства». Во-первых, США уже не в такой экономической форме, чтобы выступать военно-политическим гарантом в мировом сообществе. Во-вторых, не только страны, входящие в данный момент в лидирующую группу стран, но и рождающиеся новые лидеры — «развивающаяся сверхдержава» (КНР) и «восходящий гигант» (Бразилия), вряд ли согласятся на такое доминирование какой-либо страны.

Вообще же следует подчеркнуть, что утверждение легитимности власти, будь она основана на всеобщем избирательном праве или на других началах, в конечном счете определяется тем, насколько признают ее законной жители своей страны, а применительно к глобальному проекту — все мировое сообщество. В этом случае органы власти (правительство, армия, полиция и т. п.) приобретают должный авторитет. Рассчитывать на то, что в  условиях существующего разношерстного мирового сообщества можно получить такой мандат на властные полномочия, не приходится. Легитимность не столь просто поддерживать даже в рамках одной страны, о чем свидетельствуют революции, перевороты и другие радикальные изменения в сфере властных отношений, регулярно происходящие в мире.

Попутно заметим, что легитимность ЕС при наличии множества наднациональных институтов и правовых документов также уязвима, прежде всего имеется в виду доминирование бюрократического характера в разработке и принятии правил и норм.

Этим порождается контраст с демократическими режимами стран, входящих в еврообъединение. На данный момент можно констатировать, что ЕС как интеграционная организация функционирует преимущественно в  бюрократически-управленческом формате с ограниченными демократическими институтами и процедурами, что ослабляет его легитимность.

Обсуждая проблему восстановления значимости национальных регуляторов в постглобальной экономике, привлечем особое внимание к вопросу о роли протекционизма в преодолении кризисных процессов. Ведь выбор режима взаимодействия национальной экономики с другими странами — важнейшая прерогатива государства.

Стоит напомнить, что первой реакцией на Великую депрессию было повсеместное распространение протекционизма. Причем инициатором выступили США, которые в июле 1930 г. приняли таможенный закон, вводящий запретительный импортный тариф в размере 40% на 800 видов товаров. Это не могло не породить ответных мер, что привело к началу торговой войны между странами. В 1931–1932 гг. 76 стран повысили таможенные пошлины и ввели импортные квоты. В результате уровень мировой торговли в 1929–1934 гг. упал на треть. В 1934 г. в США этот закон, от которого в большей степени они же и пострадали, был отменен. Их экспорт за этот период сократился с 5,2 млрд до 1,7 млрд долл. Приведенный пример подтверждает, что всеобъемлющий торговый протекционизм с точки зрения развития всего мирового хозяйства способен лишь углубить экономический спад в мире. Снятие барьеров во внешней торговле — важный рычаг преодоления кризиса всей мировой экономики.

Вместе с тем обратим внимание на то, что использование протекционистской политики как антикризисной меры может быть достаточно успешным в тех странах, которые располагают необходимыми ресурсами и развиваются преимущественно в самодостаточном режиме с ориентацией на внутренний рынок. В качестве примера можно сослаться на опыт экономики СССР. Форсированная индустриализация в  нашей стране продолжалась на высокой скорости, несмотря на масштабный спад ведущих мировых держав в  период Великой депрессии. Или другой пример  — современный впечатляющий экономический рост КНР, который сохранился в  условиях мирового кризиса за счет своевременного переключения на освоение необъятного внутреннего рынка и защиты своей валютно-финансовой сферы от внешних шоков.

Что же касается нынешней ситуации, то заявленные декларации о необходимости сохранить открытость торговли и не допустить возрождение протекционизма не помешали большинству стран в том или ином объеме вводить защитные меры10. Хотя они и не носили массированного характера, но тем не менее объем мировой торговли в разгар кризиса (2009 г.) сократился на 12%, в том числе и под влиянием протекционистских мер.

Следует обратить внимание на то, что современный протекционизм, выступая в виде традиционных мер по селективной защите ключевых и стратегически важных отраслей производства от иностранных производителей, вместе с тем приобрел новые формы проявления. В последнем случае речь идет о сфере валютно-финансовых отношений. Известно, что на современном этапе валюта и манипулирование ее курсом стали грозным финансовым оружием. Многие страны разными способами стремятся обеспечить ослабление собственных валют, чтобы добиться конкурентных преимуществ в  борьбе на мировых рынках. Такая ситуация уже получила название валютных войн, пришедших на смену торговым войнам. Особенно она артикулирована в  политике США относительно заниженного, по их оценке, курса китайского юаня.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
Похожие работы:

«Бездомность: есть ли выход? институт экономики города Е. Коваленко, Е. Строкова Бездомность: есть ли выход? Москва 2013 УДК 354:364.022 ББК 6.0.5.4.1 К 56 Коваленко, е.А. К56 Бездомность: есть ли выход? / Е. Коваленко, Е. Строкова. – Москва : Фонд Институт экономики города, 2013. 3-е изд., перераб. – 132 с. ISBN 978-5-8130-0172-7 Сегодня бездомный должен преодолеть множество препятствий, прежде чем получить какую-либо услугу или решить какую-либо проблему. Авторы постарались систематизировать...»

«Рабочий доклад 2008/ 02 Совершенствование инвестиционной политики: макроэкономические условия и предпосылки активизации частных инвестиций в Узбекистане Исследовательский проект был реализован Центром экономических исследований при поддержке Программы развития ООН в 2008 году. Ташкент 2008 Рабочий доклад подготовлен группой национальных экспертов: Гулямов Р.А., Чепель С.В., Исмоилов Ш.Я. Руководитель: Саидова Г.К. Координатор: Фаттахова Ж.А. Точка зрения, выраженная в данной аналитической...»

«ВЛИЯЮТ ЛИ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ УСИЛИЯ НА ФОРМИРОВАНИЕ ГЛОБАЛЬНОЙ НАУКИ В РОССИИ: ТОЧКА ЗРЕНИЯ СОЦИОЛОГИИ НАУКИ. А.А.Кожанов Государственный университет – Высшая школа экономики, ст. преподаватель кафедры анализа социальных институтов В докладе предпринимается попытка применить концепт глобализация науки к анализу современного состояния дел в институте науки. Проверяются популярные доказательства глобализации науки: статистические показатели роста научного производства и увеличения темпов роста...»

«Правительство Оренбургской области ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДОКЛАД О СОСТОЯНИИ И ОБ ОХРАНЕ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ В 2009 ГОДУ г. Оренбург, 2010 г. Государственный доклад выпущен под общей редакцией министра природных ресурсов, экологии и имущественных отношений Оренбургской области К. П. Костюченко Составители: Антонов С. В., Барцев А. С., Белов В. С., Белокуров В. А., Бондаренко Н. А., Вяльцина Н. Е., Ганина Т. Н., Горшенин С. Г., Жуков А. А., Жутов Н. Ф., Зобков А. С., Зубанков В. И.,...»

«УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ПО ДИСЦИПЛИНЕ УПРАВ ЛЕНИ Е КАЧ ЕС Т ВО М ПРО ДУК Ц ИИ СЫКТЫВКАР 2004 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СЫКТЫВКАРСКИЙ ЛЕСНОЙ ИНСТИТУТ (ФИЛИАЛ) ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЛЕСОТЕХНИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ ИМ. С. М. КИРОВА Кафедра менеджмента и маркетинга УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ПО ДИСЦИПЛИНЕ УПРАВЛЕНИЕ КАЧЕСТВОМ ПРОДУКЦИИ Для студентов специальности...»

«2. ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ РАЗДЕЛ 2.1. Конспект лекций 2.2. Литература 2.1. Конспект лекций РАЗДЕЛ I. ТЕОРИЯ ФИНАНСОВ ТЕМА 1. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СУЩНОСТЬ ФИНАНСОВ И ФИНАНСОВЫЕ РЕСУРСЫ ПРЕДПРИЯТИЙ 1.1 Сущность и функции финансов 1.2 Финансовые ресурсы 1.1 Сущность и функции финансов Финансы (латинское finalis – конечный,) возникли как взаимоотношения налогоплательщика с государством (властью). Свидетельством окончательного расчета плательщика являлся документ finale. Отсюда произошло английское finish -...»

«2010 ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 5. Вып. 4 МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА УДК 339.9 Н. В. Пахомова РЕГУЛИРОВАНИЕ СДЕЛОК СЛИЯНИЙ И ПОГЛОЩЕНИЙ В США И ЕС: ЭКОНОМИКО-ПРАВОВЫЕ РАМКИ, СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ, УРОКИ ДЛЯ РОССИИ Введение В России в последние годы активизировались усилия по модернизации различных направлений государственной политики, включая меры по поддержке конкурентной среды и развитию эффективно действующего предпринимательства. Результатом этих усилий стало, в частности,...»

«МЕЖДУНАРОДНЫЙ МАРКЕТИНГ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЛЕСОТЕХНИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ ИМ. С. М. КИРОВА СЫКТЫВКАРСКИЙ ЛЕСНОЙ ИНСТИТУТ КАФЕДРА МЕНЕДЖМЕНТА И МАРКЕТИНГА Международный маркетинг Опорный конспект лекций для студентов специальности 061100 Менеджмент организаций всех форм обучения Курс: 4 Семестр: 7 Форма контроля: опрос СЫКТЫВКАР 2003 2 УДК 338.658 М 43 Утвержден на заседании кафедры менеджмента и маркетинга Сыктывкарского лесного института...»

«Министерство иностранных дел Республики Таджикистан ДИПЛОМАТИЯ ТАДЖИКИСТАНА ЕЖЕГОДНИК - 2009 Внешняя политка Республики Таджикистан: хроника и документы Душанбе “Ирфон“ 2011 ББК 66.5 (2Тадж)+66.4 (2 Тадж)+63.3 (2Тадж) Д–44 Д–44 Дипломатия Таджикистана. Ежегодник - 2009 год. Внешняя политика Республики Таджикистан: хроника и документы. Под общей редакцией Хамрохона Зарифи. (Составители: Д.Назриев и др.) Душанбе, “Ирфон”, 2011, - 370 с. Серия книг: Внешняя политика Таджикистана. Издание...»

«Качество знаний УДК 378.048.2 МОНИТОРИНГ ЭФФЕКТИВНОСТИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СИСТЕМЫ ПОСЛЕВУЗОВСКОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ВУЗАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ С УЧЕТОМ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ А.М.Бершадский, д.т.н., проф., зав. каф. Тел.: (8412) 36-48-84; E-mail: bam@pnzgu.ru А.С.Бождай, к.т.н., доц. Тел.: (8412) 36-82-47; E-mail: bozhday@yandex.ru Кафедра САПР Пензенский государственный университет http://www.pnzgu.ru This paper analyses some defects of the current methods of the activity...»

«7 ОКТЯБРЯ 2011 BULL VS BEAR информационное агентство всё об инвестициях, финансах и рынках КРИЗИС ВОЗВРАЩАЕТСЯ В УМЫ ИНВЕСТОРОВ Тема номера: Коллективные инвестиции Банковским фондам удалось обогнать рынок, однако подавляющее большинство ОФБУ понесли потери. Остаться в плюсе удалось только консервативным фондам. Главные новости: Мировые рынки: Инфраструктура: Новый министр финансов Инвесторы продают акции, Информационная прозрачобещает проводить поли- не видя перспектив миро- ность: как...»

«Б.И.АЛЕХИН ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДОЛГ Москва – 2003 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение 1 Долговое финансирование государственных расходов 1.1 Обоснование долгового финансирования 1.2 В долгах как в шелках 1.3 Финансовые последствия государственных заимствований 2 Экономические последствия бюджетного дефицита 2.1 Точка зрения большинства 2.2 Рикардианская эквивалентность 3 Подкопы под общепринятое определение бюджетного дефицита 3.1 Дефицит хуже, чем мы думаем 3.2 Дефицит не существует 3.3 Дефицит ничего не значит -...»

«85 РЕФОРМА ЭКОНОМИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В БЕЛАРУСИ В КОНТЕКСТЕ БОЛОНСКОГО ПРОЦЕССА Михаил Ковалев* Резюме Статья посвящена анализу отдельных проблем экономического образования в Бе ларуси на фоне процессов реформирования высшей школы в Европе (Болонский процесс). Рассмотрена структура подготовки экономистов в Беларуси в разрезе спе циальностей. Проанализирован опыт Белорусского государственного университе та по переходу на двухуровневую подготовку – бакалавров и магистров экономики. Сделаны...»

«Федеральное агентство по образованию Иркутский государственный университет А. Ю. Филатов Задачи иркутских экономических олимпиад с решениями (издание второе) Сборник задач Иркутск – 2007 УДК 373.167.1:330 ББК 65.01я721 Рецензенты: д-р техн. наук, проф. Зоркальцев В. И. (зав. кафедрой математической экономики ИМЭИ ИГУ), канд. физ.-мат. наук Бокмельдер Е. П. (доцент кафедры математического анализа ИМЭИ ИГУ), Филатов А. Ю. Задачи иркутских экономических олимпиад с решениями (издание второе): сб....»

«ЗОНы АКТУАЛьНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: ТИПОЛОГИя ЛПХ, УЧАСТВУюЩИХ В ПНП РАЗВИТИЕ АПК О.А. Оберемко1 Законодательно ведение личного подсобного хозяйства (ЛПХ) определяется по существу как товарная непредпринимательская деятельность. С формально-социологической точки зрения закон закрепляет сословную привилегию – свободу от налогообложения, с формально-правовой – консервирует сектор неформальной экономики, к которой относится совокупность видов хозяйственной деятельности, не отраженной в...»

«60 РЕФОРМИРОВАНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ, БЕЛАРУСИ И УКРАИНЕ* Александр Ковзик, Майкл Уотс** Резюме Авторы исследуют перестройку высшего экономического образования в Московс ком государственном университете (МГУ) начиная с 1989 г. Они выясняют, в какой степени реформы, предпринятые в МГУ, отразились на изменениях, происходящих в Белорусском государственном университете в Минске и Киевском государствен ном университете. Кроме того, используя свое положение инсайдеров, они рас сматривают...»

«637 АНТИДЕМПИНГОВЫЕ МЕРЫ ПРОТИВ СТРАН С НЕРЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКОЙ: НЕКОТОРЫЕ КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ОДИН ПРИМЕР Андрей Баканов, Людмила Жулего* Резюме В данной работе представлены свидетельства того, что производители из стран с нерыночной экономикой, сталкивающиеся с антидемпинговыми мерами, являются производителями с действительно низкими издержками, то есть имеют ярко выра женные сравнительные преимущества. Вследствие этого применяемые против них антидемпинговые меры следует расценивать как...»

«НЕФОРМАТ В предлагаемой вниманию читателей статье поднимается проблема методологической рефлексии в ходе этнографического исследования и производства этнографических текстов с помощью анализа полевых дневников. За отдельными исключениями, полевой дневник в социологии сегодня не имеет широкого распространения, производство социологической информации воспринимается вне контекста анализа личных впечатлений исследователя о деталях тех или иных этапов исследования – сбора, обработки, анализа и...»

«урналНовойэкономическойассоциации,№4(16),с.26–44 Ж К.П.Глущенко ИЭОППСОРАН,НГУ,Новосибирск Мифы о бета-конвергенции1 Статья посвящена популярному методу исследования пространственного неравенства по доходам – тестированию бета-конвергенции (обратной зависимостидушевыхдоходоввтекущиймоментотихисходногоуровня).Его широкое использование основано на убеждении, что теория экономического роста предсказывает конвергенцию экономик (стран, регионов страны) по доходам, а наличие бета-конвергенции...»

«3 Мир России. 2001. № 4 РОССИЯ В МИРОВОМ КОНТЕКСТЕ Модернизационный вызов современности и российские альтернативы МАТЕРИАЛЫ КРУГЛОГО СТОЛА Мы предлагаем вниманию читателей авторизованную стенограмму заседания Круглого стола, состоявшегося в Международном общественном Фонде социальноэкономических и политологических исследований (Горбачев-Фонде) 25 апреля 2001 года в рамках Модернизационного проекта для России, который осуществляется исследовательской группой в составе: д.ф.н., проф. В.И. Толстых...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.