WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 


Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«* * * Анатолий Кан Сувенир нейрохирурга 1 Дождливая сентябрьская ночь. Первомайский район Новосибирска. На улице ни души. Из районного управления милиции вышел высокий ...»

-- [ Страница 1 ] --

Выпуск 80.

Содержание:

Анатолий Кан Сувенир нейрохирурга

Чарльз Де Вет Жизненно важный ингредиент

Наталья Сорокоумова Счет на оплату

Евгений Добрушин Телепорт

Михаил Максаков Fare-thee-well

Екатерина Четкина Прекрасное далёко

Наталия Сигайлова Небольшая оплошность

* * *

Анатолий Кан Сувенир нейрохирурга 1 Дождливая сентябрьская ночь. Первомайский район Новосибирска. На улице ни души.

Из районного управления милиции вышел высокий мужчина в черном кожаном пальто и, не спеша, направился в сторону автобусной остановки «Гастроном».

Сверкнувшая в темном небе молния высветила на мгновение его рыжие, коротко стриженые волосы. За этим мужчиной из старой серой «Волги», припаркованной у тополя на обочине дороги, наблюдает худощавый пожилой мужчина в потертом черном плаще и старой широкополой шляпе. Он сидит за рулем автомобиля, мотор которого потихоньку работает. При близком рассмотрении на его лице можно разглядеть глубокие старческие морщины и тонкие, плотно сжатые губы. Намерения его в отношении появившегося мужчины явно не дружеские. Когда рыжеволосый прошел мимо, не обратив на него внимания, он выскользнул из автомобиля, PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com быстрыми бесшумными шагами догнал ненавистного ему мужчину в кожаном пальто и из-за спины брызнул ему в лицо удушливой струей из баллончика.

Зажав лицо руками, рыжеволосый согнулся и закачался. И тут сбоку в его шею впилась, словно жало пчелы, острая игла шприца. Через несколько секунд мужчина потерял сознание и свалился на мокрый асфальт. Подхватив под мышки обмякшее тело пострадавшего, злоумышленник дотащил его до автомобиля и, озираясь по сторонам, не без труда запихнул его в пустой багажник. Тотчас же «Волга» исчезла с места происшествия. Усилившийся дождь смыл следы колес автомобиля.

Что это: сон или явь? Сознание еще четко не определило той грани, которая отделяет действительность от галлюцинаций мозга, подвергшегося воздействию какого-то сильного вещества. Ни боли, ни звуков, ни запахов. Только дымка и он, идущий сквозь нее по неустойчивым кочкам, словно по болоту. Но вот он стал видеть сквозь какие-то кривые странные деревья проблески света. А свет – это хорошо. Но почему так тихо? Почему нет ни одного звука? Где люди, животные, птицы? Куда все подевались? И что ему здесь надо среди вымершего болота? Куда он идет? Зачем?





Но если он может задавать себе вопросы – значит, его мозг жив? Но если жив мозг, выходит, жив и он сам. Но почему он ничего не ощущает, ни руками, ни ногами – не идет по кочкам, а будто плывет, не прикасаясь к ним? Он не знал ответов на эти вопросы, и спросить было не у кого. Вот он увидел перед собой, не далее как в метре, огромную зеленую лягушку, сидящую на вершине кочки и смотрящую на него большими выпученными глазами. Лягушка открывала широко рот и, по-видимому, квакала. Конечно, квакала, а не разговаривала, ведь она лягушка, а не человек.

Однако почему он не слышит ее голоса? Что у него случилось со слухом? Может, все же он умер, а на том свете никаких звуков нет, полная тишина и никакой боли? Ведь он ничего не чувствует, и ему так хорошо, спокойно… Но вдруг пришла боль. В голову. Ее заломило так, словно виски зажали в столярную струбцину. Вместе с болью стало приходить ощущение реальности. Боль пересиливала возникающие другие ощущения, более слабые. Внешняя вселенная состояла теперь в основном из болевой дымки, окутавшей его сознание. Короткая, как вспышка молнии, сверкнула мысль: «Лучше бы умереть, чем терпеть эту ужасную, изматывающую боль». Однако подоспела другая мысль: «Действительно ли он желает себе смерти из-за этой, хотя и адской, боли?» И засомневался в ответе.

Разве ему не приходилось в жизни терпеть мучительную боль?! Хотя бы в тот раз, когда его тело прижигали раскаленной кочергой. Память о той далекой неудачной оперативной ночи осталась на его груди и спине на всю жизнь. «Надо потерпеть, – подсказало сознание, – должно же это когда-то кончиться!»

Он тяжело застонал и медленно приподнял налитые свинцом веки. Сначала перед глазами различил только серые очертания чего-то непонятного, потом появилась резкость, словно сфокусировался объектив фотоаппарата. Над ним возникло лицо:

несомненно мужское, старое, изрезанное глубокими морщинами, губы тонкие, поджатые, а глаза – две черные бездонные ямы. Губы у старика разлепились, сквозь PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com щелку рта заблестели металлические зубы, и раздалось тихое и удовлетворенное:

– Оклемался, милый. А я уж забеспокоился. Подумалось, что больше не свидимся на этом свете.

Его дыхание смердило, как разлагающийся труп.

– Кто вы? – с трудом выдавил вялыми губами пострадавший и осознал, что лежит на чем-то жестком, без пальто, в своем цивильном сером костюме, в каком-то мрачном, низком и слабо освещенном помещении, а руки его закинуты за голову и удерживаются в таком положении.

– Я че-ло-век! – ответил старик, растягивая слово, будто хотел убедить оппонента в этом. – Не ожидал вновь встретиться со мной, Захар Леонидович? – Старик вынул из кармана своей мятой клетчатой рубахи красное удостоверение и, раскрыв его, прочитал вслух с придыханием: «Начальник уголовного розыска Первомайского РУВД города Новосибирска подполковник милиции Прокопьев Захар Леонидович». Так-то, милый. Попался. Долго же я тебя искал! Сколько годочков мечтал об этой встрече!.. – С этими словами старик спрятал удостоверение в карман и, как показалось Захару, с нотками извинения обронил: – Прости, не рассчитал дозу. Чуть было не отправил – Ничего не пойму, – прошептал Захар спекшимися губами и невольно сделал мучительную гримасу от резкой головной боли. – Что это значит? Кто вы и где я нахожусь? Почему у вас мое удостоверение?

– Притворяешься, словно не узнал, – осуждающе покачал головой старик. – Издеваться над беззащитными людьми – вы герои, а как ответ держать – слабаки.

Нехорошо, милый. Вспоминай. Мне не к спеху. Могу помочь. Казимир я. Казимир Абрамович Гаревских. Вспомнил?

– Мы с вами не встречались, Казимир Абрамович, – превозмогая боль, ответил – Ну, ну, не упрямствуй. А вспомнить придется, и попросить прощения. Времени у нас впереди много, милый. – Казимир похлопал старческой, в бугристых жилах рукой Захара по ноге и, не спеша, вышел из помещения, плотно прикрыв за собой дверь. С противоположной стороны громыхнул деревянный засов, входя в петли.

«О, Господи, что за наваждение! – прошептал Захар. – Неужели это не сон?!» Ему захотелось вытереть выступивший на лбу пот, но правая рука, дернувшись, врезалась запястьем в браслет наручников. Пошевелил левой рукой – то же самое. Подвигал ногами – и на них были стальные браслеты. «Как я до сих пор не чувствовал на конечностях оковы? – подумал он, холодея. – Похоже, этот странный старик здорово накачал меня какой-то гадостью. Зачем? Кто он такой и что ему от меня надо? То, что у нас никогда не пересекались пути-дороги, – это однозначно. Но, может быть, он отец какого-нибудь осужденного, с которым я имел дело при расследовании уголовного дела? Возможно. В таком случае чего он хочет от меня? Отомстить за сына или другого родственника? Может быть. Однако не припоминаю, чтобы я задержал или тем более подвел кого под суд без законных на то оснований.

Гаревских. Га-ре-вских. Нет, решительно нет. Впервые встречаюсь с такой PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Хотя Захар был не из трусливого десятка, тем не менее, сейчас к нему подкрался страх. «Кто знает, что можно ожидать от озлобленного старика? – подумал с нарастающей тревогой. – Какой-то он странный, вежливый. Да-а, влип начальник угрозыска. Но что я лежу чуркой и ничего не предпринимаю? Нужно действовать.

Помощи, похоже, ждать неоткуда. Первое – освободиться от наручников, пока мой Захар приподнял голову, насколько мог, и осмотрелся. Он был прикован к большой массивной железной кровати. Под низким потолком, словно далекий маячок, светила тусклая, грязная электролампочка, в торцевой стене, метрах в пяти от койки Захара, находилось единственное на все помещение оконце, похожее на окошко тюремной камеры. За окошком – кусочек темно-синего неба (по всей «Любопытное помещение, прохладное и грязное, – отметил Захар, поежившись. – Просматривается только верхняя часть, а нижняя – в полумраке, и что-либо там разобрать без напряжения зрения невозможно. И запах. Мерзкий, отвратительный!»

Пришедшим в норму обонянием он стал в полной мере чувствовать ужасный запах… Чего? Свинарника? Да, он не ошибся, он в свинарнике. Так могут пахнуть только экскременты свиней. Бывший или действующий свинарник? Если действующий, то где же свинья или свиньи? Наверное, все же действующий, так как испражнения довольно резкие на запах, не застоявшиеся.

Невеселые размышления Захара прервал грохот засова и скрип ржавых петель на двери. Следом за этими звуками раздалось громкое хрюканье свиней.

В помещение свинарника суетливо вбежали две огромные свиньи: одна – в темных пятнах, другая – белесо-розоватая, с небольшим темным пятном под левым глазом, что придавало ей подгулявший вид. Вслед за ними вошел Казимир. Он любовно пошлепал свиней по жирным задам и, не сгоняя улыбки с тонких губ, обратился к Захару приветливо:

– Это мои любимцы, два боровка: Адольф и Иосиф. Временно во двор уводил, чтобы не мешали, пока я тебе кроватку устраивал. Будете жить вместе. Вместе веселее. Теперь я буду заботиться о вас троих. Ты, Захар Леонидович, можешь с ними разговаривать. Они все понимают. Вот этого зовут Адольф. – Он принялся чесать за ухом пятнистого борова. – А второго – Иосиф. – Иосиф в это время отошел в сторонку и замер, вроде как прислушивался к словам хозяина.

– Адольф буйного характера, – продолжал с теплотой в голосе Казимир, почесывая борова за ухом, – а Иосиф более спокойный, я бы сказал, хитрый, – кивнул он на белобрысого с пятном под глазом. – Надеюсь, вы поладите и подружитесь.

Но вот улыбка сошла с губ Казимира, и он еще некоторое время молча разглядывал пленника. Глаза его были совершенно пусты. Они напоминали глубокий темный колодец в пасмурную ночь.

– Я скоро вернусь, – проговорил он глухо и, круто развернувшись, вышел из свинарника. Дверь на засов закрывать не стал.

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Захар до того был ошеломлен всем происшедшим, что не вымолвил ни слова.

Сердце его бешено колотилось, а тело покрылось холодным потом. Он закрыл глаза и, стиснув зубы, застонал от бессилия что-либо предпринять для своего спасения.

Казимир сдержал слово. Он вернулся минут через десять. На нем был мятый застиранный белый халат, на шее висел фонендоскоп, а в руках он держал хромированный бикс, в котором погромыхивали какие-то металлические предметы.

– Ну, как чувствует себя больной? – спросил он ласково и бережно поставил бикс на кровать, между раскинутых ног «арестанта». На мгновение Захару показалось, что он лежит в больничной палате, и к нему пришел добродушный и ласковый лечащий – Пардон, одну минуточку, – Казимир извинительно склонил голову, приложил ладонь к левой стороне груди, быстро вышел из свинарника и тут же вернулся, волоча за собой обшарпанный раскладной столик с дюралевыми ножками.

Раскрыв столик, он утвердил его возле кровати и перенес на него бикс. Затем, ловко орудуя тонкими длинными пальцами, снял с бикса крышку и разложил на столике хирургические инструменты: скальпель, пинцет хирурга, анатомический пинцет, зажимы, ранорасширители, острые и тупые крючки, ножницы, иглодержатель с иглами, трепан, электропилу и небольшой моток викрила. Оценивающе осмотрев инструмент, он зачем-то поменял местами скальпель с остроконечными ножницами, довольно улыбнулся, после чего присел на край кровати и, внимательно посмотрев в хмурое потное лицо пленника, приветливо спросил:

– К чему? – с трудом разлепил пересохшие губы Захар.

– Как к чему?! – ласково удивился непонятливости собеседника Казимир. – К – К какому покаянию? Разве я перед вами провинился?

– Продолжаешь упорствовать, – недовольно вздохнул Казимир. – Я бы не советовал.

Одумайся. – Он резко встал и, пригнув голову с редкими, пробитыми сединой черными волосами, нервно заходил по низкому помещению свинарника. – Так и – Хорошая любовь, – вымученно усмехнулся Захар, – напали, как бандит, усыпили, приковали кандалами к кровати в столь «комфортабельном» помещении… Своеобразная любовь. Что к свиньям, то и ко мне.

Казимир вдруг остановился напротив Захара и вопросительно уставился на него.

– Тебе не нравится быть вместе с моими любимцами? Что за каприз, милый?!

В словах Казимира было столько неподдельного недоумения, простодушия и вместе с тем огорчения за неприязнь к его любимым свиньям, что Захар понял: он попал в руки ненормального человека, сумасшедшего. На чем этот старик свихнулся, еще предстояло выяснить. Но это не главное. Важнее то, что от него можно ожидать самых непредсказуемых действий. Разложенный на столике хирургический инструмент – это, похоже, один из аргументов для осуществления задуманного PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com плана. Но какого плана? Что придумал для него этот маньяк? В больное воображение может прийти что угодно. Что же делать? Ждать, когда он, ласково приговаривая «милый», отрежет голову? Перспектива не из приятных. Но что может сделать человек, прикованный наручниками к железной кровати? Физически ничего. Однако… Однако дара речи я не лишен. И что из этого следует? Видимо, то, что в разговоре я должен найти с ним точки соприкосновения, подружиться. Подружиться с маньяком? Да, подружиться с маньяком и перехитрить его. Может быть, подполковник, у тебя есть выбор? Нет, Захар Леонидович, выбора у тебя нет. Надо полюбить помешанного старика и говорить с ним только самыми ласковыми словами. И без промедления попросить у него прощения, раз ему так хочется услышать его.

– Что вы, Казимир Абрамович, – ответил Захар дружелюбно, хотя искусственный тон дался ему не без труда. – Мне очень даже приятно находиться в компании ваших любимых животных. Надеюсь, что со временем я их так же полюблю, как и вы. Очень Казимир смотрел на подполковника с подозрением. Но через некоторое время лицо его несколько смягчилось.

– Я готов попросить прощения за ту неприятность, которую доставил вам прежде, – продолжил Захар. – Извините, Казимир Абрамович. Ведь прошло уже достаточно времени, и я запамятовал. Потому и не попросил прощения сразу. Простите! Я виноват и прошу вас забыть обиду. Словом, приношу тысячу извинений! Теперь вы На тонких губах Казимира зародилась победоносная улыбка. Он присел на койку в ногах Захара и удовлетворенно произнес:

– Давно бы так, милый. А то: не знаю, за что просить прощения, – передразнил он.

С минуту он сидел неподвижно, отрешенно уставившись взглядом в грязную стену свинарника, и о чем-то, как показалось Захару, мучительно думал. Но вот он поморщился, помассировал пальцами виски и недоверчиво посмотрел в лицо – А ты, милый, случайно не подумал, что я тебя уже простил? Нет, так не пойдет.

Будь любезен, попроси прощения за каждый выстрел в отдельности. Назови имена убиенных тобою, объясни мне, за что ты лишил их жизни, и попроси прощения у – Как это – у каждого в отдельности? Сколько убитых было всего? – невольно – Сколько?! И ты спрашиваешь это у меня? То вспомнил, а теперь вдруг забыл! Ты что, решил поиздеваться надо мной?! Тебе мало того злодейства?! Говори, ты издеваешься?! Насмехаешься над стариком, который столько пережил по твоей милости? Подлый мерзавец и - негодяй! – Казимир вскочил с кровати и, размахивая руками, выкрикивал гневные слова все громче и громче. В углах его рта появилась слюна. Немигающие глаза его были неподвижны и мертвы, словно две тусклые оловяшки, лицо побледнело, а губы приобрели фиолетовый оттенок.

Захар с содроганием понял, что у старика нервная истерика. Но чем она PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com закончится? Не наступит ли худшая часть психического цикла? Если так, то не доживает ли он, начальник угрозыска, последние минуты? Как глупо погибнуть от руки свихнувшегося маньяка. В каких только переделках не приходилось бывать за долгую службу в милиции! Доводилось брать, и не раз, «малины» закоренелых бандитов разных мастей, которые были вооружены далеко не перочинными ножичками и не детскими игрушечными пистолетами, а тут… Неожиданно Казимир схватил его за отвороты пиджака и притянул к себе с такой силой, что его нос едва не коснулся лица Захара. Изо рта его исходил запах темных, затхлых глубин его души, запах, напомнивший Захару запах тухлой рыбы. Нечто в тысячу раз худшее, чем запах половой тряпки. Захар почувствовал спазм в желудке, но все же заставил себя дружески улыбнуться:

– Вы меня не совсем правильно поняли, Казимир Абрамович. Я, наверное, какуюто глупость сказал. Не подумал. Это, возможно, от страха. Вы и меня поймите. Лежу в наручниках, руки и ноги отекли. К тому же, без пищи и воды. Дайте хоть глоток воды.

Во рту пересохло. Язык к нёбу прилипает. Прошу вас, дайте попить.

Казимир медленно отпустил отвороты пиджака Захара, выпрямился, отошел от койки и долго, молча смотрел поверх головы своего пленника. На лбу его выступил пот. В уголках губ остались следы слюны. Через некоторое время он медленно подошел к двери свинарника, взялся за ручку и, посмотрев угрюмо на Захара, тихо – Видишь, как я постарел, а ты хорошо сохранился. Это несправедливо. Будет справедливо, если сравняешься со мной.

Он неспешно вышел из свинарника, оставив дверь приоткрытой. Вскоре вернулся с небольшой кружкой, эмаль на которой во многих местах была отбита. Поставив кружку на столик, где были разложены хирургические инструменты, он вновь покинул помещение. Через минуту пришел с большим цинковым ведром, наполненным густой жижей. Свиньи, почуяв, что это для них, стали совать рыла в ведро, повизгивать и отталкивать друг друга, с жадностью выхватывать оттуда какие-то куски то ли картошки, то ли хлеба. Казимир вылил содержимое ведра в широкое корыто и опять удалился. Но не надолго. На этот раз он принес в том же ведре воды. Вылив ее во второе корыто, он посмотрел на Захара и сказал с чувством удовлетворения:

– Питья тебе надолго хватит. Боровки пьют очень редко и мало.

Взяв кружку со столика, он зачерпнул воды из корыта и поднес к пересохшим – Пей, милый. Водицы хватит на всех. У меня во дворе свой насос. Вода чистая, из земли, без хлорки. Пей, чего задумался?

Захару до того хотелось пить, что он готов был выпить из болота, из грязной лужи, но вот из свиного корыта… Весь его организм инстинктивно запротестовал против такого сервиса. Но как хотелось пить! И жажда переборола, притупила чувство отвращения.

Превозмогая брезгливость, Захар закрыл глаза и сделал небольшой глоток. Его тут же чуть не вырвало. Казалось, желудок вывернется наизнанку. Но через минуту спазм прошел, и он сделал второй глоток, затем еще. Он выпил бы всю кружку, но Казимир PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com – Достаточно, – сказал он твердо и взял в руки скальпель. – Не думаешь ли ты, милый, что я буду поить и кормить тебя до отвала. Сначала нужно заслужить уважение. Добейся, чтобы я вновь полюбил тебя. Ведь ты же сам виноват, что мы поссорились. Ты этого не отрицаешь?

– Нет, – превозмогая усиливающуюся ненависть к своему тюремщику, выдавил Захар. – Я вас очень люблю, Казимир Абрамович. Я вел себя нетактично, чем разозлил вас. Простите! Вы меня простили? Мы помирились? Надеюсь, теперь вы освободите хотя бы мои руки от наручников – они совсем отекли.

– Ну и хитрец же ты, подполковник! – укоризненно покачал головой Казимир. – Хочешь усыпить мою бдительность, обмануть, и улизнуть? Принимаешь меня за ненормального? Нехорошо. Признаюсь, что действительно со мной иногда бывает что-то непонятное, будто рассудок теряю на некоторое время. Но это не часто. Это когда меня рассердят. Тогда могу сотворить такое, о чем и сам пожалею. – С этими словами он покачал скальпелем перед глазами Захара и даже коснулся острым лезвием его носа, от чего на носу Захара выступила большая капля крови. Подрожав, В Казимире вдруг произошло какое-то внутреннее волнение. Он торопливо положил скальпель на столик и, стерев пальцем кровь со щеки жертвы, с наслаждением облизал палец. Со стороны могло показаться, что он полизал очень – Сладкая у тебя кровь, подполковник, – раздумчиво вымолвил он, пристально уставившись взглядом в глаза Захару. – Похоже, ты неплохо жил все эти годы, хорошо питался. Вон каким молодцом выглядишь. А ведь по годам ты старше меня. Но получается, что я выгляжу старше. Вот ведь как изменили меня страдания. А страдал я по твоей вине, милый. Согласись, что это несправедливо. Ведь так?

Казимир с напряжением ждал ответа. И Захар окончательно понял, что лучше не возражать обезумевшему тюремщику, а попытаться найти с ним контакт, разговорить. Тем более, что при данных обстоятельствах альтернативы не было.

– Согласен, Казимир Абрамович. Несправедливо. Вы расскажите о своих бедах.

Может быть, мы вместе разберемся в этой запутанной истории, и вам не придется держать в наручниках подполковника милиции. Это чревато… Последнюю фразу Захар не договорил. Да лучше бы он ее и не начинал. Казимир резко сел на койку, склонил голову набок, словно ворон перед куском падали, прищурился и с презрительной усмешкой прошипел:

– Пугаешь, господин подполковник?! Зря стараешься. Теперь моя очередь пугать.

Хочу предупредить, что не глупее тебя. Я более трех десятилетий отработал нейрохирургом в спецклинике. И на твое звание мне плевать. Под-пол-ковник…, – с сарказмом произнес он и вскочил с кровати. Сдернув с шеи фонендоскоп и размахивая им, он закричал: – Рассказать тебе о своих бедах? Какой умник нашелся!

Как будто ты не знаешь о них. Словно не ты – причина всех моих несчастий и мучений.

Мерзавец, и негодяй. Мерзавец и подлец. И еще хочешь, чтобы я тебя полюбил. Как PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com только у тебя язык повернулся такое предложить, как твой, поганый язык...

Казимир внезапно замолчал, нахмурился и стал зло рассматривать своего обидчика. Некоторое время он усиленно о чем-то размышлял, покусывая плотно поджатые губы. В нем шла какая-то напряженная внутренняя борьба. Но вот он зловеще усмехнулся, перевел взгляд на скальпель, не спеша, взял его, подсел к Захару в изголовье и, словно советуясь с ним, нервно спросил:

– А может быть, подполковник, тебе отрезать язык? Кроме пакостных слов, которыми ты выводишь меня из равновесия, он ничего не произносит. Зачем он тебе?

А? – И Казимир приставил скальпель к губам Захара.

Захар почувствовал, как все его тело от макушки до пяток мгновенно покрылось холодным липким потом. Но он быстро осознал, что должен что-то ответить, и ответить – Мой язык нужен нам обоим, – хрипло ответил он и не узнал своего голоса.

– Обоим? – озадаченно переспросил Казимир и отстранил руку со скальпелем. – Как тебя понимать? Мне-то зачем?

– Вам – чтобы услышать от меня просьбу о прощении, с которой я должен буду обратиться к убитым. Ну а мне – для того, чтобы произнести эти слова.

Казимир внимательно выслушал, подумал о чем-то своем и, положив скальпель на – Ладно, подполковник, пользуйся моей добротой. Но знай, что она не беспредельна. Когда же ты намерен просить прощения у убиенных? Ведь моему терпению может наступить конец. Тебе, Захар Леонидович, повезло, что у меня добродушный характер. Иначе твоя грешная душа давно бы вознеслась к небесам.

Захар вдруг почувствовал огромную усталость во всем теле. Силы убывали.

Особенно из-за нервного напряжения. Он даже и не вспомнил, что вторые сутки ничего не ел. Все тело налилось чугунной тяжестью, ломило поясницу, наверное, из-за того, что лежал в одном положении. В опухших руках, вздернутых за голову и удерживаемых наручниками, нарушилось кровообращение, и ему казалось, что это уже и не руки, а две палки, приставленные к плечам. И несмотря ни на что он сознавал, что должен поддерживать беседу с рехнувшимся стариком и постараться – Вы очень добры ко мне, Казимир Абрамович, – выдавил он устало, – но поймите и вы меня. В моем положении забыть имена убитых не мудрено. Страх перед вами совсем отшиб у меня память. Но я непременно вспомню. Только у меня одна небольшая просьба. Интимного свойства.

– Я вторые сутки не ходил по нужде. Мне бы хоть по-маленькому. Дальше терпеть Казимир задумался. Через некоторое время, не проронив ни слова, он покинул помещение. Захар остался наедине со свиньями, развалившимися на полу и похрюкивающими в полудреме.

Однако Казимир ненадолго оставил пленника. Он вернулся со стеклянной PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com больничной «уткой» и, поставив ее между ног Захара, вновь задумался. Потом, почесав в затылке, объявил свое решение:

– Я сниму наручники с одной руки, с левой, чтобы ты смог сам себя обслуживать.

Быть твоей няней я не намерен. Большая честь для паразита. Когда справишь нужду, поставишь посудину на пол. Сара уберет. Будешь вести себя примерно – левую руку оставлю свободной. За правую и не проси. Правой ты сотворил то страшное – Спасибо, Казимир Абрамович, – поблагодарил Захар, – вы очень добры ко мне.

– Моя супруга. Но не надейся разжалобить ее. Ничего не выйдет. Она, как и я, – Обещаю вести себя хорошо, – словно запрограммированный робот ласково ответил Захар. Другого средства борьбы с ненормальным тюремщиком у него не В следующую минуту Казимир достал из кармана темных засаленных брюк ключи от наручников, открыл замок наручников на левой руке, снял их и, положив на столик рядом с хирургическим инструментом, назидательно погрозил Захару пальцем:

– Смотри на эти браслеты и не забывай, что они могут вновь оказаться на руке при Захар промолчал. Он хотел опустить руку к бедру и не смог. Рука онемела и совершенно не подчинялась приказу мозга.

– Я не могу опустить… она не слушается, – прошептал он. – Помогите.

Казимир взял со столика длинный хирургический пинцет и, ловко схватив им непослушную руку Захара в запястье, опустил ее на кровать. Пинцет содрал на руке кожу до крови, но Захар этого пустяка не почувствовал. Он попытался пошевелить пальцами, но они не подчинились.

– Ерунда, – деловито ответил Казимир. – Сейчас оживим.

Он взял со столика остроконечные ножницы, проворно разрезал на недвижимой руке пленника рукава пиджака и рубахи, затем выдернул свой узкий брючный ремень и с неожиданным остервенением принялся хлестать им оголенную руку.

Черные глаза его засверкали, на лице проступил румянец. Бедная рука Захара покрылась иссиня-красными полосами. Потом Захар почувствовал, как по руке побежали мурашки. Вскоре руку заломило до адской боли, но через минуту боль отступила, и по руке разлилась приятная теплота.

– Работает, – вздохнул Захар, пошевелив пальцами.

Но Казимир будто не слышал. Он продолжал бить и бить, бить все сильнее и сильнее, с присестом и выдохом, размахиваясь со всего плеча. Когда Захар, не выдержав жгучих ударов, отдернул руку, то Казимир, не остановившись, продолжал хлестать жертву по животу и груди. Румянец на его лице сменился бледностью, а блеск глаз – матовой черной пустотой.

– Хватит, рука уже действует! – не вытерпев резкой боли, вскрикнул Захар и, PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com изловчившись, схватился за ремень. – Спасибо, Казимир Абрамович. Вы мне здорово Почувствовав, что ремень крепко удерживается, Казимир замер в недоумении, долго и бессмысленно взирал на пленника, наконец вышел из ступора, как и прежде, с выражением легкого удивления на лице.

– Я рад, что смог тебе помочь, милый, – с придыханием обронил он и, забрав ремень, вдел его в брюки. – Ну и замучил же ты меня сегодня. Пойду, отдохну. Посплю.

Повесив халат и фонендоскоп на гвоздь у двери, Казимир приоткрыл дверь и, обернувшись к Захару, задумчиво проговорил:

– Тебе тоже надо отдохнуть, милый, успокоиться. Пришлю Сару. Она тебя покормит. Вспоминай, подполковник, убиенных. Надеюсь, утром ты назовешь мне их Казимир ушел. Через несколько минут в помещение свинарника вошла пожилая низенькая и худенькая женщина в длинном черном платье. Темные волосы у нее были завязаны на затылке в узел. На морщинистом продолговатом бледном лице ее выделялись крупные черные глаза навыкат. На вид ей можно было дать около Сара окинула Захара долгим неприязненным взглядом и, указав пальцем на Захар справил малую нужду, но опустить потяжелевшую посудину на пол не смог.

Женщина быстро повернулась к нему, взяла «утку» и вышла. Через некоторое время вернулась с пустой «уткой» и сунула ее под столик с хирургическими инструментами. Остановилась в изголовье Захара и, скрестив руки на животе, стала пристально рассматривать его.

Захар молчал. Он решил не торопить события в отношениях с этой суровой на вид женщиной. Может быть, она – единственная его надежда на спасение. Очень может быть. Если, конечно, у нее тоже не «съехала крыша».

Прошло несколько долгих минут. Вдруг в глазах Сары Захар уловил какую-то перемену – то ли сомнение, то ли недоумение. Или то и другое вместе. Вот Сара отвернула от него лицо, посмотрела задумчиво в дальний, темный угол свинарника, потом вновь принялась рассматривать его.

– Сара, это ошибка, – тихо вымолвил Захар, глядя в глаза женщине, – Казимир Абрамович принял меня за другого человека, который, возможно, причинил ему немало горя. Но я здесь - ни при чем. Уверяю вас, это нелепая ошибка. Однако для меня, как вы догадываетесь, она может стоить жизни. Прошу вас, помогите выбраться из этого ужасного плена. Обещаю, что ничего плохого в отношении Казимира Абрамовича я предпринимать не буду. Ведь он больной человек. Или я ошибаюсь? Вы Ничего не ответив, Сара вышла из свинарника. Глухо хлопнувшая за ней дверь PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com острой болью отозвалась в сердце Захара. «Сколько осталось жить в этом заточении? – подумал он с горечью. – Что надумает сделать со мной свихнувшийся старик в любую из следующих минут? Кто знает…»

Вскоре Сара вернулась, что было приятной неожиданностью. Эта женщина была для Захара последней соломинкой.

Подойдя к Захару, она с грустью в голосе сказала:

– Вы не тот человек, но Казимир думает, что тот. Вы слишком молоды. Но отпустить я Скрестив руки на животе, Сара смотрела на Захара без прежней враждебности.

Захар решил достучаться до самого сердца женщины. Это был единственный – Сара, неужели вы готовы взять грех на душу? Вы же убедились, что я не тот человек, который принес вашей семье несчастья. Объясните это супругу.

Сара тяжело вздохнула и печально ответила:

– Ему не объяснишь. У него что-то с головой случилось. Единственное, что я могу сделать – приносить еды тайно. Казимир приказал кормить из свиного корыта. Но если бы я даже и решилась вас отпустить, то просто не смогла бы: у меня нет ключей от наручников. Господи, не знаю, что и делать. Я, конечно, подумаю, как вам помочь.

– Назовите имена убитых. Прошу вас. Ведь Казимир Абрамович ждет, чтобы я попросил прощения у мертвых, называя их по именам. Но я их не знаю и не могу знать. Я же никого не убивал. Может, после этого он меня отпустит.

Сара отрицательно покачала головой:

– Не отпустит. Никогда. – И она, вновь тяжело вздохнув, сгорбившись вышла из «Хреновые мои дела», – мрачно подумал Захар. Будут ли меня искать? Наверное, будут. Но найдут ли? Где расположен этот мрачный свинарник, ставший моей тюрьмой? Трудно предположить. Может быть, в одном из глухих сел области? Таких сотни. Сколько времени вез меня (не тащил же на себе) этот свихнувшийся старикашка? С неделю искать не будут. Пока не приедут жена и сын. (Его супруга, Мария Михайловна, была в Пензе на похоронах матери. А сын, Игорь, старлей ОМОНа, должен вернуться из Чечни только через два с половиной месяца.) На кого же надеяться в ближайшие дни? На коллег, конечно. На старого верного друга – начальника РУВД полковника милиции Новикова Евгения Ивановича. Женя постарается сделать все возможное и невозможное для моего розыска. Но когда он узнает о моем исчезновении? Ведь я только что пошел в отпуск, и коллеги целый месяц не будут обо мне тревожиться. А чего беспокоиться? Человек в отпуске и мало ли куда уехал. Дело личное. Словом, куда ни кинь – везде клин. Ситуация тупиковая.

Получается, что пока можно надеяться только на самого себя. Но неужели сдаться и сдохнуть рядом со свиньями в тюрьме, приготовленной для тебя маньяком? Эх, подполковник, подполковник, за какие прегрешения уготована тебе такая печальная PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com участь? Вроде, жил по справедливости, не хитрил, не обманывал, не наказывал никого зря. Однако что ты можешь предпринять, Захар? Что? Надо думать. Думать и думать. Пока голова соображает. Не может быть, чтобы не было выхода. Пусть сейчас все козыри на стороне Казимира, но и в этом случае шанс должен быть. Надо его искать. Ведь даже волк, попавший в капкан, может перегрызть себе лапу и уйти.

Потому что инстинкт свободы выше всех остальных».

Уставший от напряженных размышлений, Захар вдруг почувствовал, что ему холодно. Приподняв голову, посмотрел на потемневшее оконце. Снаружи его заливали струи воды. Дождь. Вечер. Осень. Тревожная тишина, нарушаемая мерным похрюкиванием дремлющих свиней. Холод неумолимо прилипал к слабеющему Неожиданно у левого уха раздался тихий шорох и отчетливый писк. В следующую минуту что-то длинное, похожее на влажный ворсистый шнурок, протянулось по его шее и щеке. Захар скосил глаза и встретился взглядом с внимательным взглядом большой черной крысы, такой редкой в Сибири. Крысы вызывали у Захара не то чтобы чувство страха, но, в первую очередь, чувство брезгливости и омерзения. Резким движением левой руки он сбросил с себя крысу, которая отлетела от кровати на несколько метров. Ударившись об пол, она издала угрожающий визг и растворилась в сумерках, царивших в нижней половине свинарника.

«Не исключено, что это не последняя встреча с этими наглыми тварями, – отметил про себя Захар. – Вероятно, что их здесь немало. Кто знает, что у них на уме. Вполне могут вцепиться в лицо. Черные крысы отличаются особой агрессивностью».

Лежа с широко открытыми глазами и прислушиваясь к малейшим шорохам, Захар успокаивал себя тем, что крыса – это еще пустяки. В его положении нужно быть готовым к большей опасности, со стороны Казимира. Неизвестно, что можно ожидать от свихнувшегося старика. Но что он может противопоставить нападению маньяка?

Левую руку. Хотя это тоже не мало, но может оказаться недостаточным. Вот если бы освободить правую… тогда можно было бы дать бой. Например, задушить тюремщика, которого успел возненавидеть всем своим существом. Задушить? Ты, подполковник милиции, способен задушить человека, представься тебе такая возможность? Наверное, задушил бы. Разве это была бы не необходимая оборона?

Никто меня не убедит в противоположном. Убежден, что обстоятельства могут загнать любого в такое положение, в котором у него не бывает выбора.

Захар вдруг обратил внимание на то, что дышит полной грудью и уже не замечает тошнотворного запаха свинарника, от которого прежде к горлу подступала тошнота.

«Человек ко многому может привыкнуть, – с горечью подумал он. – Только вот к неволе Попытался пошевелить правой рукой, но не ощутил ее. Рука онемела, словно была чужой. Это его напугало. Стал усиленно массировать руку. Через некоторое время по ней побежали колючие мурашки. «Надо постоянно шевелить пальцами, делать гимнастику», – подумал он, сжимая и разжимая припухшие пальцы.

Вдруг подвернувшаяся мысль словно обдала ледяным душем: «А если у его PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com тюремщика изменится настроение и он снова наденет наручники на левую руку?

Это будет очень плохо. Свободная левая рука – единственная его защита и оружие.

Но разве я смогу воспрепятствовать такому его желанию? В порыве озлобленности маньяк может, не приближаясь, огреть меня какой-нибудь дубиной или железякой.

Кроме того, у него есть более безопасный и проверенный прием вырубить свою жертву – уколом в неподвижную ногу. А потом надеть наручники. И больше не снимать. Тогда надежда на освобождение приблизится к нулю».

Прекратив массировать правую руку, Захар скосил глаза на наручники, лежащие на столике в каком-то полуметре. Но как дотянуться? Как преодолеть это небольшое расстояние? Хорошо было бы вывести замок наручников из строя. Но чем? Нужна стальная проволочка. Если попробовать добыть ее от сетки кровати?

Опустив руку, он нащупал металлическую сетку, а на ней, у рамы, свободный конец проволоки – не более трех сантиметров длиною. Но отломить его было не просто. Стальной хвостик проволоки с трудом поддавался сгибам. Прошло изрядно времени, прежде чем Захар, исколов пальцы, наконец-то отломил его и зажал в кулаке. И вдруг неожиданно пришедшая самая простая мысль бросила его в пот.

Почему эта банальная мыслишка сразу не посетила его голову? Или от нервного стресса он перестал нормально соображать? Смешно подумать, до какой степени усложнил себе задачу: добыть проволочку и вывести из строя замок на наручниках, которые еще достать со столика представлялось проблематичным. Ведь проще всего открыть замок наручников на правой руке. И тогда – свобода! Можно будет вступить в схватку с приблизившимся к нему маньяком. Тут уж преждевременно не выдать себя, что правая рука свободна.

Бешено заколотилось сердце. Он понимал, что справиться с замком наручников будет несложно (подобный навык у него имелся). Но тут главное – не поторопить себя и не допустить ошибки: не обронить проволочку на пол и своевременно вернуться в исходное положение в случае внезапного появления Казимира.

Прислушался. За окошком по-прежнему слабый шелест дождя. В помещении похрюкивание Адольфа и Иосифа. За дверью тихо. Надо действовать. Кто знает, представится ли еще удобный случай.

Зажал двумя пальцами драгоценную проволочку, полежал с закрытыми глазами, успокаивая дыхание, через некоторое время открыл глаза и… в этот самый момент ему на грудь ловко забралась большая черная крыса. Прежняя это была крыса или другая, кто ее знает, но ее появление перед самым лицом в самый, может быть, напряженный момент для узника было столь неожиданным, что он совершенно непроизвольно, повинуясь инстинкту, ударил свободной рукой непрошеную гостью с такой силой, что крыса, отлетев к окошку, ударилась о стекло и разбила его.

Половина стекла выпала, оставшаяся часть повисла острыми осколками. В свинарник потянул свежий сырой воздух с брызгами дождя, снаружи донесся какойто равномерный непрекращающийся шум, словно от водопада. Куда скрылась крыса – Захар не видел. До нее ли. Ужаснее было то, что вместе с крысой из руки улетела и проволочка, цена которой, может быть, была его жизнь.

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Некоторое время Захар лежал в полном шоке. Было такое ощущение, будто он шел по тонкой досточке, перекинутой через пропасть, и досточка треснула. Он не обратил внимания на то, что из щели в потолке ему на лоб потекла струйка мутной воды. Видимо, за крышей свинарника хозяин перестал следить.

Через какое-то время из состояния прострации Захара вывел визг свиней, которые суетились возле пустых корыт и тыкали в их дно беспокойными пятачками. Они требовали еды и выказывали недовольство в адрес забывчивого хозяина. Недовольство животных нарастало, однако Казимир не приходил. Поняв, видимо, что от пустых корыт ничего не добиться, Адольф и Иосиф, словно сговорившись, подошли к койке Захара и, задрав рыла, принялись покусывать его голые ступни. Откуда им было знать, что лежащий человек, скованный наручниками, не в силах дать еды. Он и сам уже двое суток был без пищи. Правда, Захару, в отличие от свиней, есть совсем не хотелось. Его сознание было захвачено более важными мыслями. Без еды можно потерпеть. Но свиньи – другое дело. Они привыкли к распорядку. Им очень хотелось есть, и они требовали пищи согласно установленным правилам этого помещения. Их обида и злость нарастали, и они все больнее покусывали малоподвижные ступни пленника. В некоторых местах они прокусили кожу, и из ранок засочилась кровь.

«Если Казимир не принесет им еды еще несколько часов, то они запросто отгрызут мне ступни, – с содроганием подумал Захар, по возможности отбиваясь голыми окровавленными ногами. – Где ж ты запропастился злодей несчастный?!»

Чувство самосохранения подсказало Захару, что от голодных животных можно попытаться спастись криком. И он стал кричать. Что было сил. До хрипоты. К его радости, крик оказался весьма действенным оружием. Но надолго ли? Оба борова отступили от кровати, уставились на него недовольными глазками, затем вновь принялись со злым похрюкиванием исследовать пустые корыта.

И тут, наконец, раздался долгожданный скрип дверей, и через порог шагнул Казимир. Вид у него был ужасный. Волосы всклокочены. Глаза тусклые. Лицо бледносерое. Под левым глазом синяк. Рубаха на впалой груди расстегнута, правый рукав наполовину оторван. На лице, на рубахе и на брюках – бурые пятна, похожие на кровь. Захару окончательно стало понятно, что это душевнобольной человек.

Подполковнику, повидавшему за годы работы в милиции немало подобных субъектов, поставить диагноз не представляло особого труда. На память пришло из книги «Судебная психиатрия»: при маниакально-депрессивном психозе один из возможных симптомов приближения периода депрессии таков: человек принимается наказывать самого себя – бьет, колет, наносит ожоги горящей сигаретой и т. д. Похоже, что Казимир разбил себе нос и измазался кровью. А причиною всему, вероятнее всего, плохая, пасмурная погода, падение атмосферного давления… Казимир с минуту стоял возле открытых дверей как статуя, потом, заложив руки за спину и уставившись в пол, медленно прошелся по свинарнику. Остановился возле разбитого окошка и так стоял некоторое время, обдуваемый прохладным сырым ветерком с мелкими дождевыми каплями. Редкие спутавшиеся волосы на его голове PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com отлетали то в одну, то в другую сторону. Глядя сквозь разбитое окошко на улицу, Казимир недовольно с хрипотцой произнес:

– Негодяи, шпана поганая. Такое крепкое было стекло. Поймаю – дорого Он торопливо вышел и вскоре вернулся с какой-то старой грязной подушкой. Вынул остатки стекла и наглухо заткнул окошко подушкой. Вновь ушел и через некоторое время вернулся с полным ведром еды для свиней. Вылил содержимое ведра в корыто и, отступив в сторону, стал наблюдать за тем, с какой жадностью его любимцы набросились на еду. Так он стоял в задумчивости не менее пяти минут, не обращая внимания на прикованного к кровати узника. Захар в эти минуты задал себе вопрос:

«Действительно ли я способен задушить своего тюремщика, представься мне такой случай?» И ответил: «Да, способен. Не задумываясь». И вторично поймал себя на мысли, что в жизни он еще никого так сильно не ненавидел, как возненавидел этого свихнувшегося старика. И тут же подступила прежняя тревожная мысль: «А если Казимир снова наденет на его левую руку наручники? Тогда шансов на освобождение не будет. Значит, чтобы этого не произошло, нужно при любых обстоятельствах вести себя по отношению к мучителю как можно дружелюбнее».

Однако со своей стороны тюремщик не склонен был проявлять к узнику какоелибо дружелюбие. Как раз наоборот. Казимир вдруг резко развернулся в сторону – Негодяй и подлец! Стоило тебе здесь появиться, как беды вновь посыпались на мою бедную голову. Ведь это из-за тебя я побил мою несчастную Сару. Негодяй! Нет Казимир нервно заходил вперед и назад возле Захара, не глядя на него. Тяжело дыша, он сжимал и разжимал в ярости кулаки, ходил и ходил, чуть ли не бегая.

– Вы избили Сару? За что? И причем здесь я? – воскликнул Захар. – В чем моя вина?

Ведь я прикован к кровати, а ваша супруга живая и здоровая вышла отсюда.

– Замолчи, сволочь! – в бешенстве закричал Казимир и, подскочив к Захару, почти в упор приблизил свое побледневшее, с дико вытаращенными глазами лицо к лицу узника. Брызгая слюной, он скорее прошипел, чем проговорил с переполняющей его ненавистью: – Еще смеешь оправдываться, мерзавец. Не ты ли уговаривал ее поспособствовать тебе сбежать! И она по своей женской слабости согласилась помочь и приносить тайно от меня еду. Ты – дьявол! Ты сумел склонить ее на свою сторону. Я все слышал. Я был за дверью. Она предала меня. Негодяй. Ты не достоин легкой смерти. Получишь сполна за мои страдания. Пройдешь все муки ада, какие испытал я по твоей вине. Только после этого отправишься на суд Божий.

Руки у Казимира тряслись, как у заядлого алкоголика, слюна из уголка его скривившегося рта тоненькой струйкой стекала на подбородок Захара.

– Убейте сразу, – тихо попросил Захар и закрыл глаза. Про себя отметил, что не боится смерти. Его больше беспокоили непредсказуемые истязания со стороны Казимира. Что можно ожидать от психически больного, избившего жену только за то, что она пообещала приносить пленнику еду.

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com У Казимира вдруг резко переменилось настроение. Он опустился на колени к кровати Захара и, положив свою растрепанную голову ему на грудь, стал тереться о пиджак Захара заросшей щекой и с наигранной лаской приговаривать:

– Убей-й-те сра-а-зу. Ишь, какой обидчивый. Смотри, какой ранимый. И не проси.

Не могу, милый, сделать тебе такое одолжение. Ты у меня еще поживешь. Ой, как Встав с колен и закинув руки назад, он с прежней садистской лаской продолжил:

Неожиданно Казимир заплакал. Закрыв ладонями лицо, он стал страшно рыдать, как это делают любящие мужья на свежем холмике супруги. Рыдания его перешли в завывающий крик, от которого у Захара холодные мурашки подирали по коже.

Адольфу и Иосифу – и тем стало жутко. Они отошли к дальней стене и замерли в молчаливом недоумении. Похоже, они еще не видели своего хозяина в таком Казимир прекратил плакать так же неожиданно, как и начал. Не вытирая слез с изборожденных морщинами щек, он сел на хирургический инструмент, лежащий на столике, положил узловатые руки на колени и несколько минут сидел неподвижно, уставившись пустыми глазами в дальний угол свинарника. Через некоторое время медленно поднялся и, сгорбившись, направился к выходу. Взявшись за верх двери, остановился и, полуобернувшись к Захару, угрожающе выпалил:

– За все злодеяния заплатишь сполна. А пока ты живой, возьму у тебя на память сувенир. Он будет напоминать мне, что возмездие свершилось. А тебе остатки жизни не покажутся такими сладкими, как сейчас. – И он резко вышел, хлопнув дверью.

Не было Казимира, может быть, около часа. За это время разные отрывочные мысли проносились в голове Захара. Сумбурно, одна наслаиваясь на другую.

Сплошной винегрет. Тут было отчаяние от безнадежности положения и неспособности придумать способ освобождения, нарастающее желание умереть, чтобы поскорее избавиться от мучений, беспокойство о семье, мольба к родной милиции о спасении, желание узнать место заточения, стремление самому освободиться из плена, увеличивающаяся ненависть к тюремщику, вопрос, сколько времени он сможет продержаться в таком состоянии. Неделю? Две? Три? Если, конечно, свихнувшийся старик не прикончит его раньше каким-нибудь изощренным способом, специально для него придуманным, дабы утешить свое больное самолюбие. Сплошная неразбериха, от которой раскалывалась голова. С некоторым удивлением он отметил, что главенствующее положение в его сознании все же стала занимать ненависть к Казимиру. Такая ненависть, какой он в себе раньше не предполагал. Она все больше одолевала желание поскорее умереть.

Неужели подполковник Прокопьев уже сдался?! За какие-то двое суток. Нет, так не годится, Захар. Надо попытаться одолеть тюремщика одной рукой, пока силы совсем не оставили его. Вцепиться в горло и не разжимать пальцев несмотря ни на какую боль, которую в ответ причинит ему его палач. Только не упустить момент!

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Захар почувствовал, что холодный озноб встряхивает его тело. Видно, простыл, а слабеющий организм не в силах сопротивляться. Не исключено, что он может отойти в мир иной от обыкновенного воспаления легких. Трудно представить, что Казимир будет лечить его. Он, возможно, даже обрадуется, что его враг, как он полагает, будет умирать медленной смертью. И, вероятно, станет наслаждаться этим зрелищем.

Скорее всего, так оно и произойдет.

Зубы Захара стали выбивать мелкую дробь. С лица на трясущиеся шею и грудь стекали капли холодного пота. Вот так просто поддаться простуде и сдаться? Это было не в характере начальника угрозыска. Надо согреться. Но как согреться в наручниках? Свободная левая рука? Но как одной рукой? А ты пробовал? Умереть Он принялся растирать левой рукой грудь, шею, ноги, массировать правую руку.

Работал до изнеможения, до полной усталости. Чуть отдохнул, и опять. Короткий отдых – и вновь. Наконец трудолюбие и настойчивость были вознаграждены. По телу потекла приятная теплота. Он почувствовал, что согрелся. Чтобы сохранить тепло, поднял воротник и лацканы пиджака. Укутавшись, тут же стал проваливаться в тяжелый сон.

Когда веки окончательно слиплись, и сознание уплыло куда-то в фантастический тревожный мир, тюремщик вернул пленника в суровый мир реальности.

Проскрипев ржавыми петлями, дверь свинарника широко распахнулась, и на пороге появился Казимир с трехлитровой стеклянной банкой в руках, наполненной какой-то прозрачной жидкостью и закрытой полиэтиленовой крышкой. Сначала Захар подумал, что в банке обыкновенная вода, но после того как Казимир бережно поставил банку на столик с хирургическим инструментом и подальше отодвинул столик от кровати, он усомнился в этом.

– Интересно, чем наполнена эта емкость? – как-то по-приятельски осведомился Казимир, перехватив взгляд Захара. – Это спирт с некоторыми добавками. Словом, консервант. В этом растворе можно законсервировать что угодно на долгие годы.

Он сел на койку в ногах Захара и, переводя взгляд с узника на банку с консервантом и обратно, с нотками удовлетворения в голосе произнес:

– Мы с тобой заспиртуем в этом сосуде твой сувенир – кисть правой руки. Почему правой? Потому что именно ею ты совершил свое гнусное преступление: убил мою семью – отца, мать и сестренку. Это всего лишь маленькая плата за твое злодейство.

После этого ты уже не сможешь держать оружие. Ведь это будет справедливо?

Казимир вопрошающим взглядом уставился в глаза Захару и ждал ответа. А у Захара пересохло во рту. «Неужели это исчадие ада исполнит то, что сказал? – подумал он с содроганием. – Стоит ему только начать. Не исключено, что затем у него может возникнуть желание отрезать и левую кисть, потом еще что-нибудь. И больной его рассудок в каждом случае будет находить этому оправдание».

– Какая тут справедливость? – с трудом выдавил из себя Захар. – Одно дело – если бы я был виновником убийства вашей семьи, но совсем иное – когда я тут ни при чем.

Вы ошибаетесь, Казимир Абрамович. Умоляю вас, не берите грех на душу.

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Отпустите. Я не тот человек, который причинил вам горе. Поверьте, не тот. Вы расскажите, когда и как было дело, и мы вместе разберемся. В каком это было Захар говорил тихо и мягко, стараясь достучаться до самых глубин помутневшего сознания своего тюремщика, но лицо Казимира в это время багровело и превращалось в маску без какого-либо проявления мысли в потемневших глазахомутах.

– Ты опять за свое, негодяй! – процедил Казимир. – Ты же признался в убийстве и просил у меня прощения. А теперь вновь отказываешься. Хочешь улизнуть, уйти от ответа. Спасти свою преступную руку. Лживый подлец. Нет тебе прощения! Я тебя никогда не прощу! И разговаривать больше с тобой не буду.

В углах посиневших губ Казимира выступила пена. Начиналась истерика.

Со словами: «Я тебе лагерный режим устрою, мерзавец! Такой, какой я испытал на своей шкуре по твоей милости!» – Казимир поискал вокруг что-то лихорадочным взглядом, по-видимому, не нашел и выскочил из свинарника. Вскоре вернулся с полуметровым куском резинового шланга и стал неистово избивать неподвижного узника по ногам, груди, рукам, а затем и голове. Если бы не свободная левая рука, то, возможно, от ударов по голове Захар отдал бы Богу душу. Но свободной рукой он как мог защищался, стараясь не пропустить удара по глазам. Палачу это не нравилось, и он старался ударить под руку, попасть именно по глазам. Изрядно запыхавшись, он стал с придыханием выкрикивать:

– Я тебя, пса легавого, хорошо запомнил: рыжий, в кожаном пальто. Ни с кем не спутаю. Ишь ты – не тот! Все вы, легавые, лжецы.

И вдруг без перехода он стал называть Захара вертухаем Совой:

– Думаешь, вертухай Сова, я забыл, как ты в лагере № 13 под Магаданом не давал мне покоя ни днем, ни ночью?! Не-е-т, не забыл. Помню, как отделывал меня резиновым шлангом за малейшую провинность, а то и без всякой причины. Просто так, для развлечения. Лейтенантом ты тогда был. Усердствовал. Потому, видно, и в подполковники выбился. Мне и шестнадцати не было. И весу во мне было не более сорока килограмм. Кожа да кости. А помнишь свою любимую фразу: «Вам, евреям, нет места среди людей, даже среди зэков». Ну, вспомнил?

Захар принимал удары молча. Тело горело, словно его обдали кипятком. На рассеченном лице выступила кровь. В голове – колокольный звон.

Обессилев, Казимир отшвырнул шланг в дальний угол свинарника и скинул с взопревшего тела рубаху. На левой стороне груди его худого, жилистого тела темнела татуировка – портрет Сталина на фоне пятиконечной звезды в двух кругах колючей проволоки и надписью по окружности: «Начальник лагеря социализма».

Захару стало понятным прошлое его тюремщика. Но как объяснить помешанному старику, что тот, являясь жертвой сталинизма, накопившийся в подсознании праведный гнев несправедливо изливает на невинного человека. Больной мозг Между тем Казимир, отерев рубахой потное лицо, повесил ее возле двери на PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com гвоздь и стал прохаживаться взад-вперед, восстанавливая силы. Когда он повернулся к пленнику спиной, то на его костлявой спине Захар увидел крупную татуировку – книгу, опутанную колючей проволокой и цепями на замке. На обложке книги значилось:

«Конституция СССР. Права человека».

«Ясней ясного, – грустно подумал Захар, – бывший политический зэк. Наверняка Казимир вдруг приблизился к кровати Захара и с ехидцей спросил:

– А помнишь, Сова, как тушил окурки об мой лоб, руки, ступни ног? Я изгибался в страшных мучениях, а тебе это доставляло огромное удовольствие. Вспомнил?

Что было ответить маньяку? Если сказать, что вспомнил – значит, подтвердить версию Казимира, что он и есть тот самый надзиратель Сова.

Тут уж Казимир будет сводить счеты с большим энтузиазмом. Если возразить, можно вызвать с его стороны новую истерику. Словом, и так плохо, и этак нехорошо.

При всей ненормальности поведения, Казимир, тем не менее, не подходил к левой, свободной руке Захара. Инстинкт самосохранения в нем, похоже, был интуитивно развит неплохо. Он и шлангом-то бил со стороны правой, в наручниках, руки Захара.

– Хочешь сказать, что запамятовал? – угрожающе прошипел Казимир и, отыскав брошенный кусок шланга, вернулся с ним к Захару. – Ну, вспомнил?

– Да, припоминаю, Казимир Абрамович, – вымолвил Захар, с трудом шевеля – Вот и молодец, – подобрел Казимир. – Чего упрямиться? А тебя, Сова, никогда не – Ну, это дело поправимое. Такая процедура запоминается надолго. Вот только… – отбросив шланг, он вздохнул и развел руками. – Папирос нет. Я ведь не курю. А у тебя – А может, в твоем кожаном пальто есть? Оно висит у меня на кухне. Хорошее пальто. Жаль было пачкать в свинарнике.

– Это плохо, – покачал головой Казимир и задумался.

– Выход найден. В шифоньере рассыпана махорка. От моли. Ты подожди. Я сейчас. Словно Захар мог не подождать. Казимир сходил за махоркой, прихватил газетный лист и спички. Сев на столик с хирургическим инструментом, стал неумело свертывать самокрутку, рассыпая махорку.

– Надо же, тринадцать годков мотался по лагерям, но так и не научился курить. А ты – Ах, какой нехороший мальчик, – укоризненно покачал головой Казимир. Было очевидно, что настроение у него улучшилось. – Стесняешься признаться во вредной привычке. Курить, как говорит медицина, – здоровью вредить. Курил ты, Сова, PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com папиросы «Казбек». Уж я-то помню.

Захар промолчал, с напряжением наблюдая за приготовлениями тюремщика.

Наконец Казимир справился с самокруткой и неумело раскурил ее. Затянулся раз, другой, закашлялся и, сплюнув под ноги, изрек:

– Тьфу, какая гадость. Зачем курят эту мерзость?

И вдруг без какого-либо предисловия придавил горящую самокрутку к оголенной стопе Захара. Адская боль пронзила все тело несчастного. Невольный крик вырвался из его распухших губ. Прижженная нога дернулась инстинктивно, но стальные браслеты удержали ее в прежнем положении.

– Ори не ори, – никто не услышит, – хихикнул Казимир, отнимая самокрутку от ноги.

– Ведь мой свинарник на берегу Ини, напротив сброса сточных вод от красильной фабрики. Шум во дворе, как от доброго водопада. Хоть заорись. – И Казимир, растянув тонкие губы в довольной усмешке, прижег стопу Захара вторично.

Запахло прижаренным человечьим мясом.

Слушая душераздирающий вопль пленника, Казимир блаженно улыбался и тихо Раскурив самокрутку посильнее, он придавил бело-алый конец ее к стопе, приговоренного к пытке, в третий раз. Ослабленный организм обреченного на этот раз не выдержал адской боли, и Захар вырубился, впал в долгое беспамятство.

Не слыша крика пленника, Казимир отнял от стопы орудие пытки, швырнул самокрутку в свиное корыто с водой, обхватил голову руками и, шатаясь, медленно вышел из свинарника. Он инстинктивно притворил за собой дверь и, сделав несколько неуверенных шагов, опустился на одно колено, затем на оба. Страшная боль стиснула его виски. В полуобморочном состоянии он уткнулся лицом в поленницу и начал что-то бессвязно бормотать. От перевозбуждения нервной системы у него зашкалило в голове. В очередной раз начались черно-белые Он, Козя, как ласково звали его в семье, дрожа от страха худеньким детским тельцем, забился в дальний угол под кроватью, боясь сделать неосторожное движение и выдать себя. Было до того страшно, что во рту пересохло. В ячейки спускающегося с кровати вязаного покрывала он видел хромовые сапоги и подол кожаного пальто расхаживающего по комнате мужчины с опущенным пистолетом в правой руке. Сознание работало четко, зрение обострено. Сердечко колотилось бешено, словно у мышонка в норке, к которой подкралась голодная кошка. От злобного крика мужчины с пистолетом сжался пуще прежнего.

– Я кому сказал – собирайтесь поживее, поганые евреи.

– В чем мы провинились? – услышал Козя робкий вопрос отца. – Вы ошиблись. Мы – НКВД не ошибается! – раздался язвительный мужской голос от двери. – Будете сопротивляться – живыми до управления не доедете. Пристрелим и скажем, что была PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com попытка к побегу. Нам некогда уговаривать. Надо еще по трем адресам… – Да что им объяснять, жидам вонючим, – грубо оборвал тот, что был в кожаном пальто с пистолетом. – Живо собирайтесь! Брать только сменное белье и мыло. Даю – Я пойду, – засуетился отец. – Прошу вас: не трогайте детей и жену. У нее сердце – Абра-а-м, не пущу! – заголосила мать и упала на колени перед энкавэдэшником с пистолетом. – Пощадите, не оставляйте детей без кормильца! – И ухватила в отчаянии грозного блюстителя закона за полу кожаного пальто.

А тот стволом пистолета – в лицо, пинком сапога – в грудь. Заорал истерично:

– Кому сказал: всем собираться жи-и-во! А где пацан? Куда спрятался? Вылазь, Козе захотелось превратиться в муравья и залезть в самую глубокую щелку. Но он не мог превратиться в муравья. Стуча зубами от навалившегося ужаса, он видел в ячейки покрывала, как от пинка энкавэдэшника упала на спину его мама и как отец, сжав кулаки, бросился на ее защиту и был сбит с ног ударом рукоятки пистолета в И тут произошло самое страшное. Стоявшая в сторонке с прижатыми к груди трясущимися руками пятнадцатилетняя сестренка Соня схватила со стола увесистую отцовскую книгу и запустила ею в палача. И попала. Реакция блюстителя закона была мгновенной. Он в упор выстрелил в Соню и тут же, не раздумывая, в поднимающегося с пола отца. Оба рухнули на пол замертво. Мать же, как выяснилось позже, скончалась от разрыва сердца.

– Похоже, Тимофей, ты погорячился, – высказал сомнение тот, что был у двери.

– Но ты же видел, что они напали на меня, – зло огрызнулся убийца. – По-твоему, я должен был подставлять свое лицо под удары этих паршивых жидов?! Кто здесь – То-то. Так и запишем в протоколе: нападение на представителей власти.

– Уходим. Но где их пацан? Куда-то спрятался щенок. Не оставлять же нам – Да бегает, поди, где-нибудь на улице. Был бы в квартире – давно бы заорал от испуга. Пошли. Лучше, если нас вообще здесь не увидят. Еще объяснительные придется писать. А так мы можем сказать, что по этому адресу нас вообще не было.

– И верно, – с удовлетворением ответил убийца. – За смекалку я тебя и уважаю.

И они быстро покинули место происшествия.

У самой двери убийца в кожаном пальто обернулся. Козя запомнил его яркую Через какое-то время в квартиру стали заходить разные люди. Соседи, PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com милиционеры в форме, дядьки в белых халатах с носилками. Но безмолвный, дрожащий от нервного шока Козя оставался под кроватью. Его обнаружила соседка баба Дуня, которая стала замывать на полу кровь, когда все покинули осиротевшую квартиру. Выходило, что Козю спасла от расправы энкавэдэшников его любимая деревянная лошадка, которую он искал в старом чемодане среди других игрушек.

Сколько же тогда ему было? Шесть? Нет, семь. Может, все же шесть? Наверное, семь. Так шесть или семь? Шесть или семь? Шесть или семь? Господи, как больно голову. Шесть или семь? Что с головой? За что его бьют по ней молотками два рогатых уродливых существа в форме сотрудников НКВД?..

Леденящий кровь крик боли вырвался из распахнутого в яростной пене рта Казимира Абрамовича. Он упал лицом в дворовую грязь и стал царапать ее На страшный вопль мужа из сеней торопливо вышла его жена Сара. Лицо ее было в синяках и ссадинах. Печально склонив растрепанную голову набок, она опустилась перед супругом на колени, перевернула его на спину и, приподняв его голову, стала жалостливо гладить несчастного по редким слипшимся волосам. Через некоторое время, подложив под голову мужа старую тряпку, сдернутую с поленницы, она устало сходила за водой и облила из ведерка голову Казимира Абрамовича. Вскоре тот пришел в себя, с помощью жены поднялся и, опершись на нее, молча удалился к Первое, что вспомнилось Захару, когда он очнулся от обморока, это слова Казимира: «Ори не ори – никто не услышит. Мой свинарник на берегу Ини, напротив сброса сточных вод от красильной фабрики. Шум – как от доброго водопада».

Похоже, тюремщик не соврал. Значит, он, Захар, заточен в свинарник в Первомайском районе, недалеко от своей квартиры. На территории родного управления милиции! Вот уж действительно ирония судьбы! Умереть от рук маньяка недалеко от собственной квартиры! Более позорного конца он и представить себе не мог. Но что можно придумать в этой ситуации для спасения?

К сожалению, никакого мало-мальски пригодного плана в голову не приходило.

Уточнил в памяти, что сброс сточных вод от красильной фабрики Октябрьского района – на противоположном, крутом берегу Ини, напротив конца улицы Физкультурной. Физкультурная. Конечно, на этой улице Захару приходилось бывать не раз. Улица как улица. Частные дома, огороды. По обе стороны – тополя да березы.

Плохо, что тупиковая, тихая. Участковым здесь старший лейтенант Волобуев Сергей.

Толковый парень, хороший спортсмен. Но не передашь же ему телепатически, что надо прийти на помощь попавшему в беду начальнику угрозыска. Если предположить, что старлей зайдет к Казимиру Абрамовичу, то, конечно уж, не проверит его свинарник. Какие к тому основания? Наверняка на людях его тюремщик ведет смирный образ жизни. Это естественно для большинства помешанных.

Они тихи и необщительны. Агрессивными становятся лишь тогда, когда на них «наезжают» или по какой другой причине их нервная система испытывает стресс.

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com Выходит, остается одно: ждать садистской операции на правой руке?! А затем медленно умереть если не от потери крови, то от общего истощения. Хреновая перспектива. А что, если не роптать, усыпить бдительность палача покорным поведением, а при начале операции понадежнее ухватить его за руку, потом за горло. Это единственный шанс. Но шанс ли? А если он перед операцией поставит укол и наденет наручники на левую руку? Не помню, когда в последний раз ел. И есть не хочется. А вот пить охота. Очень. Хоть бы дал какой-нибудь воды.

Не вспоминал о воде – не так хотелось пить, а как вспомнил – в горле ощутил сухой спазм. С трудом облизал распухшие потрескавшиеся губы и с тяжелым вздохом закрыл глаза. Если бы не хрюканье свиней, то можно было услышать:


Сквозь тяжелую дрему услышал, как кто-то вошел и вылил в корыто еду свиньям.

Поставил пустое ведро на пол. Звякнула металлическая ручка о железное ведро.

Потом что-то мягкое коснулось его губ. С трудом поднял опухшие веки. Над ним склонилась Сара. Тычет ему в рот соску, натянутую на бутылочку с молоком. Лицо ее, осунувшееся, в синяках, строгое, но не злое.

Как изголодавшееся малое дитя, Захар на одном дыхании высосал молоко до донышка, не спуская благодарных глаз с жены своего мучителя. Оторвавшись от Сара отрицательно покачала головой. Захару показалось, что чуть приметная улыбка зародилась на ее поджатых губах. А может, ему почудилось от возникшей теплоты к этой суровой на вид женщине.

– Теперь не попадусь, – ответила она и, прихватив ведро, ушла.

Вскоре вернулась с той же бутылочкой, но без соски. В ней была какая-то мутная Пил большими глотками, кадык торопливо прыгал вверх-вниз. Выпив, вернул – Спасибо! Мне бы не хотелось, чтобы вы пострадали из-за меня.

– Не беспокойтесь. Он долго проспит. Был приступ. Тяжелый. Я сделала – И часто с ним бывает такое? – спросил Захар, остановив вопросом собравшуюся уходить женщину.

Сара переступила с ноги на ногу, потом, решившись, села на кровать в ногах – Первый был полгода назад. Вскоре после того, как он случайно увидел вас возле райотдела милиции. Пришел сам не свой. Белый как мел. Молчит – и все ходит и ходит по комнате. Я его не трогаю, жду, когда успокоится и сам расскажет, от чего так расстроился. А с ним все хуже и хуже. Смотрю: руки ходуном заходили. Я не на PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com шутку забеспокоилась. Спрашиваю осторожно: «Что с тобой, Козя?» В детстве его так звали, и он очень дорожит этим прозвищем. Посмотрел он на меня каким-то бессмысленным, диким взглядом. У меня аж в сердце кольнуло. И тут говорит: «Сара, я нашел наконец того человека, который убил мою семью». – «Какого человека, Козя?

Тот сотрудник НКВД, что расстрелял твоих родных, давно уж на том свете. Ты сам посуди. Тебе в ту пору было шесть лет, а ему – за тридцать. Ведь ты сам мне это говорил. Сегодня ему должно быть за сто. Тебе-то семьдесят шесть». И тут я испугалась по-настоящему, потому что он ответил мне не как нормальный человек, а как помешанный. Похоже, именно в этот момент у него и случилось что-то с головой.

«Я его обязательно выслежу и отомщу, – сказал он таким злобным голосом, какого я никогда от него не слышала. – Я его хорошо помню – высокий, рыжий, в кожаном пальто. Он это». – «Да кто – он? – пыталась я вразумить беднягу. – Не может быть этот человек тем энкавэдэшником. Опомнись, Козя! У твоего обидчика и кости-то уже сгнили в земле сырой. Что с тобой? Ты в своем уме? Натворишь бед на старости лет!»

Но Казимир уже не воспринимал реально мои слова. Что-то бормотал о возмездии.

А вскоре случился приступ. Вызвала «скорую». Пролежал в психиатрической больнице месяц. Но потом отпустили, так как он был тихий. Сказали, что для общества не опасный. В случае обострения сделать укол. Научили, чем и как.

Сара помолчала, поправила растрепанные волосы и грустно продолжила:

– Ведь Казимир – хороший человек. Спокойный, умный. После реабилитации с таким рвением взялся за учебу, что закончил вечернюю школу, а затем с отличием медицинский институт. Стал нейрохирургом. Прекрасным нейрохирургом. Защитил кандидатскую. Работал в закрытой военной клинике. Присвоили звание полковника.

Есть правительственные награды. У него хорошая военная пенсия, и я получаю пенсию. Нам двоим вполне хватает. Жить бы да жить, если бы не эта беда… – А где вы познакомились? – спросил Захар, желая как можно больше расположить Сару. В этой женщине он чувствовал свое спасение.

– После лагерей, – с неохотой ответила Сара и поднялась. – Простите, вспоминать неохота. У меня тоже была 58-я. Достаточно было сказать одно неосторожное слово в адрес вождя всех народов… Не будем об этом… Махнув рукой, Сара взялась за дверь, но Захар взмолился:

– Не уходите, прошу вас! Неужели оставите прикованным к этой чудовищной кровати? Стоит Казимиру Абрамовичу прийти в себя, и он осуществит свой жуткий план – отрежет мне кисть правой руки и заспиртует ее. По его разумению, именно я правой рукой расстрелял его семью. Но вы убедились, что это сущий бред. Фантазии больной головы Казимира Абрамовича. Пока он спит – отпустите меня. Потом может оказаться поздно. Не берите грех на душу. Вместе мы вылечим вашего мужа.

Снимите эти ужасные «браслеты». У меня уже отекли ноги и правая рука. Нет ключа от наручников? Поищите у супруга… – Как это? Вы же нормальная женщина. Видите, что на ваших глазах совершается PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com – Ну и любите на здоровье. Я же не призываю к мужеубийству. Всего-навсего – То, что он меня прибьет, – не пугает. Тревожит другое: с ним непременно случится удар на нервной почве. И никто его не спасет. Некому будет. Не знаю, как и быть. И вас жалко, и его. Господи, за что такое испытание?!

– Сара, сделайте так, чтобы меня обнаружил другой человек. И тогда гнев Казимира Абрамовича не падет на вас. И вы будете возле него. В случае чего – Ну да, другой. Например, участковый. Вы ходите в магазин за продуктами?

– Вот и скажите кому-нибудь, чтобы участковый к вам зашел. Ну, под любым предлогом. И пусть заглянет в этот свинарник. Не вслед за вами придет, а попозже.

Казимир Абрамович не догадается, что по вашему вызову. Тогда вы оба не возьмете – Ну, хорошо – нерешительно согласилась Сара. – Так, наверное, можно. Схожу за манной крупой. Как проснется Козя, сварю ему манной кашки на молочке.

Может быть, эта история вскоре бы и закончилась благополучно, если бы… Казимир Абрамович стоял за стеной свинарника, устало навалившись на нее, и тяжело дышал. Он слышал разговор пленника с его женой. Вначале хотел войти в свинарник и избить заговорщиков палкой. Но, почувствовав, что у него совсем нет сил, переменил свой план. Мстительная садистская усмешка пробежала по его посиневшим губам. Он решил воспользоваться услышанной информацией и перехитрить заговорщиков. А впоследствии разоблачить их и наказать.

Беззвучно, словно привидение, он появился в дверях сарая.

Сара и Захар от неожиданности остолбенели. Если можно так сказать про – Козя, что так быстро поднялся? Лежать надо. Смотри: на тебе лица нет. Пойдем в постель. Не дай Бог, вторично удар хватит.

Она подошла к хмуро стоявшему мужу и хотела взять его под руку.

Казимир вяло оттолкнул ее руку и сказал с усталой хрипотцой:

– Сейчас манной кашки сварю, – с готовностью ответила Сара. – Сбегаю за крупой, у нас закончилась. Я быстро.

Она хотела было проскользнуть мимо Казимира, но тот палкой преградил ей PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com – Оклемался я. Сказал же. – В голосе Казимира обозначились стальные нотки. – Ты за свиньями пригляди, да зачерпни из корытца для Тимофея. Его надо поддержать – Тебе что, не по глазам?! – начал возбуждаться Казимир. – Не видишь, кто нам попался? Это и есть Тимофей. Он самый и стрелял. Я его, рыжего дьявола, сразу признал. Покорми. Адольф с Иосифом, похоже, наелись. Но не перекармливай.

– Хорошо, покормлю, – Сара обняла мужа за плечи и стала гладить его по голове.

– Покормлю. Ты успокойся. Все сделаю, как скажешь. Так, может, в магазин за крупой схожу? А ты полежи, отдохни.

Казимир посмотрел на супругу со злостью:

– Угомонись, Сара! Или я тебя мало поучил?! А ну выходи. Позже покормишь этого Вытолкав жену из сарая, Казимир ненавидящим лихорадочным взглядом обжег Захара и вышел из свинарника. Лязгнул железом закрываемый замок.

Затем Захар услышал раздраженные слова Казимира, обращенные к супруге:

– С сегодняшнего дня сарай буду закрывать на замок. Тебе доверять больше не могу. Хочешь отпустить злодея. Я все слышал о вашем уговоре. Сначала я не хотел признаваться в этом, но терпения нет молчать. Как ты можешь идти против меня!

Бессовестная, родного мужа предаешь! И кого отпустить – убийцу! Это же дьявол во плоти! Все, с этого момента одна в свинарник ни ногой.

После минутного молчания Захар вдруг услышал мужской плач со взрыдами.

Похоже, что плакал Казимир Абрамович. И тут же послышались слова утешения Захар устало смежил веки. Ему впору тоже было разрыдаться от бессилия изменить ситуацию в свою пользу. Единственная надежда была на Сару, но ее теперь Казимир не пустит к пленнику. Остается одно – сохранять силы для последнего боя.

Но как их сохранить, если с каждым часом, с каждой минутой они убывают. Хватит ли этого остатка остановить руку со скальпелем, отнять его и схватить палача за горло?

Тут очень большой вопрос. Без пищи какие уж силы?! Но сможет ли он есть еду, приготовленную для свиней? Другой, похоже, не предвидится.

Вскоре плач и слова утешения затихли. Наверное, Сара увела обезумевшего супруга в избу. Если Казимир уснет, то решится ли запуганная женщина ослушаться мужа и сообщить кому-нибудь о пленнике в их свинарнике? Кто знает.

Захар пошевелил затекшими ногами и тут же почувствовал резкую саднящую боль в стопе. Вспомнил – от ожога. Силы небесные, когда же закончатся эти мучения?! Не шевелился – и боли не было. Притупилась. Нет, долго не продержаться. При первом же приближении Казимира схватить его свободной левой рукой, а затем перегрызть ему горло. Тут же вспомнилось давнишнее размышление: а смог бы он убить PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com человека в экстремальной ситуации? Тогда отвечал себе: нет, не смог бы. При любых обстоятельствах. Но теперь на этот вопрос ответит себе: да, смог бы. Убедился, что действия человека зависят от того, до какой степени психического расстройства он доведен обстоятельствами. И за человека становится страшно. А может, не он так думает, а кто-то другой, поселившийся в нем? Возможно, он уже и не подполковник Прокопьев, начальник уголовного розыска, а просто человек с помутившимся рассудком. Может, он свихнулся? Где та грань, за которой начинается отклонение от нормы? Способен ли он понять, что уже переступил эту грань? Господи, только бы не Слабость взяла верх, и он провалился в тяжелый кошмарный сон… Казимир чувствовал, что скоро уснет, и неизвестно, сколько проспит. К тому же, Сара напомнила об этом, сказав, что сейчас даст ему снотворное, и он хорошенько поспит. А когда проснется – вновь станет нормальным человеком. Его больное воображение стало рисовать возможные действия супруги во время его сна. Вот она вышла на улицу, якобы в магазин за манной крупой, позвала участкового и тот освобождает этого негодяя Тимофея, за которым он столько охотился. И, конечно же, отпустит милиционер милиционера без каких-либо вопросов. Ведь они из одной конторы и у всех у них рыльце в пушку. Словом, одного поля ягоды. Этого нельзя допустить. И у него созрел простой план.

– Так вот они, на комоде, в коробочке, – с готовностью ответила Сара и направилась к комоду, но Казимир, собрав все силы, ухватил ее за предплечье, выдернул из-под матраца наручники, увлек супругу к батарее отопления (в избе было автономное отопление от котла, вмонтированного в печь) и приковал ее правую руку к трубе от батареи. Сара и ойкнуть не успела, как оказалась арестованной.

– Пока сплю – ни шагу из дома, – сурово вымолвил Казимир. Ноги его подкашивались, а глаза слипались. – Закричишь – убью, – добавил он и, забыв про снотворное, рухнул на кровать ничком и почти тотчас же захрапел.

Болезненное состояние его головы породило нездоровый тревожный сон. Из отдаленных уголков кладовой памяти выползли самые тяжелые, самые эмоционально напряженные моменты пережитой жизни. В основном лагерной и тюремной… Внутренняя тюрьма Лубянки. Сыро, холодно. Скученность. Тюремная вонь, не сравнимая ни с какой другой вонью. Полудрема в неестественном положении тела.

Ночь. Вызов на допрос. Следователь в форме офицера НКВД – толстомордый и угрюмый, с покрасневшими глазами. Разворачивает настольную лампу на Казимира. В лицо бьет нестерпимо яркий свет. Следуют вопросы: «Расскажите, как готовили покушение на товарища Сталина? Кто был в группе террористов? Фамилии, адреса? Запираться бесполезно. Ваш товарищ по общежитию уже дал правдивые показания. Не усугубляйте своего положения. Раскаяние облегчит вашу участь. Кто был инициатором подготовки покушения? Фамилия, адрес? Напрасно упрямитесь.

Ваш товарищ, давший правдивые показания, теперь отдыхает в отдельной камере, PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com хорошо питается, и его больше не вызывают ночью на допрос».

– Все ложь, – бормочет бессильно подследственный Казимир Гаревских. – Выдумки следователей. Не знаю никаких террористических групп. Я ни в чем не виноват. За что держите в этой ужасной камере? Там можно сойти с ума. Здесь какая-то ошибка. Вы принимаете меня за другого человека. Мне больше нечего – Упрямец, – не повышая голоса, монотонно продолжает следователь. – Надеешься, что я устану и отпущу тебя спать? Напрасно надеешься. Меня заменит другой следователь, и так будет каждую ночь, пока не сознаешься в своем – Мне больше нечего сказать. Дайте пить. И уберите этот ужасный свет. От него – Воды получишь после того, как расскажешь о заговоре. Ты сам себя мучаешь.

– Я не виноват. Вы ошиблись. Отпустите… – голова набок, и упал со стула.

Очнулся от холодной воды, вылитой на голову. Торопливо слизал капли с пересохших губ и мокрой тюремной пижамы. Вновь посадили в кресло перед яркой лампой. И те же вопросы. Но голос другой. Следователь сменился. Прежний ушел отдыхать после тяжелой работы с несговорчивым евреем.

Ничего не сказал № 6663. Никого не оклеветал. Прежняя камера. И вновь яркая бессонная ночь. Допросы, допросы. Камера. Допросы. Обморок. Режущий свет, воспаленные глаза. И даже когда не на допросах, голос следователя звучит в голове однообразными вопросами, словно заевшая истертая пластинка на патефоне.

Кажется, он сходит с ума. Но что это: кажется, его оставили в покое? За что такая милость? Может, потому, что № 6663 что-то подписал? Да, кажется, подписал. Но что подписал? Какая разница. Зато теперь нет бессонных изматывающих ночей, перемежающихся с обмороками. Но вскоре он оказался в специальном арестантском вагоне. Девять дней в клетке. Клетки в три яруса по всей длине вагона, в каждой клетке – три человека, в коридор – решетчатая дверь на замке, там шагает взад и вперед часовой. В клетке можно только лежать. Пища – селедка и три кружки Кого-то понесли из вагона. Чей-то голос вслед: «Отмучился, бедолага. Чахоточный был, из тюремной больницы». И вдруг Казимир оказался в трюме парохода среди сотен каторжан. Их везут на Соловки. Подошли к острову. На носу парохода сотни каторжан сбились в плотный, вонючий, вшивый комок. Вот его сотоварищи по лежачему «купе» в «особом вагоне». Рядом с ними – профессор, то ли поляк, то ли волжский немец, высокий и худой, как цапля, с бледным лицом и треснутыми очками на длинном остром носу. Глаза зэков прикованы к мрачным очертаниям острова. На Преображенском соборе вместо креста – обвисший красный флаг. Соловки готовы к приему очередной партии узников.

– Выходи по одному с вещами! Не толпись у сходней! Стройся в две шеренги!

– Казалось бы, куда и зачем торопиться? У каждого впереди долгие годы на PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com острове. Но привычка берет свое: на сходнях давка, чей-то мешок шлепается в воду, у кого-то выхватили из рук сумку, и он истошно орет. Толчея и на берегу. Наконец, построены. Появляется начальник, владыка острова товарищ Носков – упитанный, в кожаном пальто на меху. Этому человеку предстояло в течение всего срока играть особую, исключительную роль в жизни каждого заключенного. От изломов его похмельной фантазии зависел не только каждый шаг узников острова, но и сама – У нас здесь власть не советская, а соловецкая, – с ухмылкой изрек Носков. – Обо всех законах надо теперь позабыть. У нас – свой закон!

Владыка острова отступил в сторону, и вперед вышел начальник административной части Соловецких лагерей особого назначения Сологуб – человекгорилла, без лба и шеи, с тяжелой небритой нижней челюстью и отвисшей губой. В руках Сологуба списки, по которым он вызывает заключенных. Вызванные проходят мимо него и сбиваются в кучу за пристанью.

Вот Сологуб вызывает полковника Валишевского. Долго смотрит на худую, но подтянутую фигуру бывшего заместителя начальника генштаба и, презрительно Полковник, повинуясь жесту Сологуба, не теряя достоинства, спокойно шагнул в указанном направлении. И тут неожиданно Сологуб стреляет ему в грудь из револьвера. Выстрел был неожиданным и громким, словно раскат майского грома над головой. Полковник падает навзничь, как репей, подкошенный литовкой косаря.

Брезентовый мешок из ослабевшей руки откатывается в сторону, седая барашковая папаха – в другую. Два солдата, стоявших возле будки часового, подбежали и потащили труп за ноги. Стриженая голова полковника подпрыгивала на замерзших кочках дороги. Страшно. Был не только страх смерти, но отвращение, ужас перед гнусностью этой смерти от руки полупьяного палача, смерти безвестной, жалкой, собачьей… Ощущение бессилия, порабощенности, плена ни на секунду не покидало глубин сознания и делало этот страх нестерпимым.

Больше выстрелов не было. Позже зэки узнали, то же самое происходило на приемках почти каждой партии. Сологуб лично убивал одного или двух прибывших по собственному выбору. Он делал это не в силу личной жестокости. Этими выстрелами он стремился разом нагнать страх на новоприбывших, внедрить в них сознание полной бесправности, безвыходности, пресечь в корне возможность попытки протеста, сковать волю заключенных, установить полное автоматическое подчинение По лицу Сары, прикованной наручниками к батарее, скатываются скупые слезы, а Казимир, метаясь в жару, продолжает видеть свои страшные сны. Больное сознание порождает уродливые галлюцинации, хотя в основе их лежат пережитые Колыма. Чудная Колыма длиною в Днепр и живописностью похожая на Чусовую – символ лагерной лихорадки, а уникальный город Магадан – зэковская столица. В PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com мозгу засевшая, словно гвоздь в бревне – по самую шляпку, строка из известной почти каждому песни: «Будь проклята ты, Колыма!» Сплошные в ту пору лагеря и никакой справедливости. Даже намека на нее. Вышки, колючка, вышки, колючка, злобный лай овчарок… Мороз под шестьдесят. В прогнивших бараках чертовски холодно. Зэки согреваются, навалив на себя все имеющееся тряпье и прижавшись друг к другу грудью и спиной. Круг мыслей у арестантов узок. Он вращается в основном вокруг желания согреться, ожидания лагерной баланды, борьбы со вшами, блохами, тараканами, крысами, цингой, трупов несчастных узников, увозимых похоронной командой в тундру, в безымянные могилы.

Огромная, с откормленного кота начлага, крыса, пробравшись в тумбочку, потащила пайку ослабленного от начавшейся цинги Казимира, припрятанную им с вечера. Зэк успел ухватить ее поперек и выбить пайку из хищного рта. Но крыса не сдавалась. Она вступила в схватку с ослабевшим зэком. Искусала ему до крови кисти рук, а когда вырвалась, то не убежала, а кинулась ему в лицо и вцепилась острыми, как иголки, зубами в кончик носа. Хорошее чутье имела крыса на ослабевшего доходягу. Казимир заорал, как мог, и разбудил весь барак. Выручил сосед – сбил крысу валенком с лица Казимира. Крыса, потерпев поражение, не убежала, а неохотно ушла в дальний угол барака. Но через некоторое время вернулась и, посверкивая черными глазами-бусинками, приготовилась вновь заскочить на выбранную жертву. Казимир хотел вновь закричать, позвать на помощь, но не мог раскрыть рта и пошевелиться. И тут он проснулся… Сев на кровать, он продолжал тяжело дышать, словно финишировал на марафонской дистанции. Отдышавшись, посмотрел перед собой лихорадочным взглядом и встретился с заплаканными грустными глазами Сары. Несколько минут он не мог понять, кто перед ним. Потом какой-то проблеск мысли появился в его глазах, и он стал массировать виски, тяжело постанывая. Устав, опустил бессильно руки и более осмысленно уставился на женщину, прикованную к батарее.

– Не узнаешь? – печально вымолвила Сара. – Отпусти. Я приготовлю ужин.

– Кто ты? – спросил озадаченно Казимир и поднялся с кровати. Руки и ноги его – Сара? – Казимир подошел к супруге и стал разглядывать ее, будто редкую – Наконец-то начал что-то соображать, – покачала головой Сара. – Я просто – Ну и шуточки у тебя, – хихикнул Казимир, трогая наручники. – Зачем это тебе?

– Пол бы лучше помыла, – рассердился Казимир. – Тоже мне, нашла забаву. А где Освободив жену от наручников, он сурово спросил:

PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com – Как я могла, если была пристегнута к батарее наручниками?

– Меня не проведешь, – почему-то перешел на шепот Казимир. – Я врагов носом – Какой же я тебе враг? Я твоя жена, твой друг. Тебе, Козя, надо поесть и отдохнуть, и все наладится. Сейчас бульончика свежего сварю.

– Потом бульончик, – остановил жену Казимир и показал пальцем в угол комнаты. – Смотри, крыса притаилась. Она давно за мной охотится. За нос схватила. Надо ее – Да какая крыса, нет никакой крысы. Ты в своем уме? – последнюю фразу Сара произнесла, не подумав о последствиях. Видимо, перенервничала. Последнее время она старалась не напоминать своему Козе о его болезни, чтобы лишний раз не травмировать его нервной системы. Но слово не воробей.

Казимир схватил полиэтиленовое ведро с мусором и принялся избивать им супругу. Сара прикрывала лицо и голову руками, но не издавала ни единого звука.

Она любила и жалела своего несчастного мужа.

Обессилев, Казимир бросил ведро, сел на полу и бессмысленно уставился в угол комнаты, где, по его разумению, притаилась крыса.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |


Похожие работы:

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ РЯЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ С.А. ЕСЕНИНА А.К.МУРТАЗОВ ENGLISH – RUSSIAN ASTRONOMICAL DICTIONARY About 9.000 terms АНГЛО-РУССКИЙ АСТРОНОМИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ Около 9 000 терминов РЯЗАНЬ-2010 Рецензенты: доктор физико-математических наук, профессор МГУ А.С. Расторгуев доктор филологических наук, профессор МГУ Л.А. Манерко А.К. Муртазов Русско-английский астрономический словарь. – Рязань.: 2010, 180 с. Словарь является переизданием...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИЗВЕСТИЯ ГЛАВНОЙ АСТРОНОМИЧЕСКОЙ ОБСЕРВАТОРИИ В ПУЛКОВЕ № 219 Выпуск 2 История науки Санкт-Петербург 2009 Редакционная коллегия: Доктор физ.-мат. наук А.В. Степанов (ответственный редактор) член-корреспондент РАН В.К. Абалакин доктор физ.-мат. наук А.Т. Байкова кандидат физ.-мат. наук Т.П. Борисевич (ответственный секретарь) доктор физ.-мат. наук Ю.Н. Гнедин кандидат физ.-мат. наук А.В. Девяткин доктор физ.-мат. наук Р.Н. Ихсанов доктор физ.-мат. наук Ю.А. Наговицын...»

«Михаил Васильевич ЛОМОНОСОВ 1711—1765 Биография великого русского ученого и замечательного поэта М. В. Ломоносова достаточно хорошо известна. Поэтому напомним только основные даты его жизни и деятельности. Ломоносов родился 8 ноября 1711 года в деревне Куростров близ Холмогор в семье зажиточного крестьянина Василия Дорофеевича Ломоносова. Мать Михайлы Ломоносова — Елена Ивановна (дочь дьякона) — умерла, когда мальчику было 8—9 лет. Первыми книгами Ломоносова, по которым он учился грамоте, были...»

«Министерство культуры и туризма Украины Одесская государственная научная библиотека имени М.Горького Ученые Одессы Серия основана в 1957 году Выпуск 38 ВАЛЕНТИН ГРИГОРЬЕВИЧ КАРЕТНИКОВ Биобиблиографический указатель литературы Составитель И.Э.Рикун Одесса 2007 Этот выпуск серии биобиблиографических указателей “Ученые Одессы” посвящен Валентину Григорьевичу Каретникову, астроному, доктору физико-математических наук, директору Астрономической обсерватории Одесского национального университета им....»

«11стор11л / географ11л / этнограф11л 1 / 1 вик Олег Е 1 _ |д а Древнего мира Издательство Ломоносовъ М осква • 2012 УДК 392 ББК 63.3(0) mi Иллюстрации И.Тибиловой © О. Ивик, 2012 ISBN 978-5-91678-131-1 © ООО Издательство Ломоносовъ, 2012 Предисловие исать про еду — занятие не­ П легкое, потому что авторов одолевает множество соблаз­ нов, и мысли от компьютера постоянно склоняются в сто­ рону кухни и холодильника. Но ры этой книги (под псевдонимом Олег Ивик пишут Ольга Колобова и Валерий Иванов)...»

«ГУ “ВИТЕБСКАЯ ОБЛАСТНАЯ БИБЛИОТЕКА ИМ. В.И.ЛЕНИНА” БЮЛЛЕТЕНЬ НОВЫХ ПОСТУПЛЕНИЙ (февраль 2007 г.) Витебск, 2007 ПРЕДИСЛОВИЕ Бюллетень новых поступлений информирует читателей о новых книгах, которые поступили в отделы библиотеки. Размещение материала в бюллетене – тематическое, внутри раздела – в алфавитном порядке. С правой стороны описания книги указывается ее шифр, сигл отдела библиотеки, получившего книгу и экземплярность. Расшифровка сиглов отделов библиотеки: АБ – абонемент БЕ – отдел...»

«Владимир Александрович Кораблинов Дом веселого чародея Серия Браво, Дуров!, книга 1 Сканирование, вычитка, fb2 Chernov Sergeyhttp:// lib.aldebaran.ru Кораблинов В.А. Дом веселого чародея (повести и рассказы): Центрально-Черноземное книжное издательство; Воронеж; 1978 Аннотация. Сколько же было отпущено этому человеку! Шумными овациями его встречали в Париже, в Берлине, в Мадриде, в Токио. Его портреты – самые разнообразные – в ярких клоунских блестках, в легких костюмах из чесучи, в строгом...»

«FB2:, 26 March 2011, version 1.0 UUID: AEF0AF17-671C-4C7A-89AE-9D0BD47C28C2 PDF: fb2pdf-j.20111230, 13.01.2012 Александр Розов Пингвины над Ямайкой (Драйв Астарты #1) Содержание Александр Розов Драйв Астарты. Книга 1. Пингвины над Ямайкой. 1. Очень хороший взрыв и Сердце Африки. 2. Китайская разведка. Социология и астрономия. 3. Француз, китаец и канак. 4. Парад парадоксов. Принуждение к свободе. 5. День стабильного Лабысла. 6. Город Табак и океанийский католицизм. 7. Подводные атоллы,...»

«Г.С. Хромов АСТРОНОМИЧЕСКИЕ ОБЩЕСТВА В РОССИИ И СССР Сто пятьдесят лет назад знаменитый русский хирург Н.И. Пирогов, бывший еще и крупным организатором науки своего времени, заметил, что. все переходы, повороты и катастрофы общества всегда отражаются на науке. История добровольных научных обществ и объединений отечественных астрономов, которую мы собираемся кратко изложить, может служить одной из многочисленных иллюстраций справедливости этих провидческих слов. К середине 19-го столетия во...»

«Моравия и Силезия Регион полный вкусов и впечатлений Гастрономический путеводитель Местные фирменные блюда, рестораны, итинерарии, рецепты Magic of Variety Zln Region Моравия и Силезия Регион полный вкусов и впечатлений Обычно, наши путешествия за границу связаны с многочисленными новыми впечатлениями и воспоминаниями. Будете ли Вы снова и снова возвращаться в данную страну – это зависит от различных факторов. Однако именно неповторимые впечатления, связанные с отличной едой, могут стать...»

«4. В поэме Медный всадник А. С. Пушкин так описывает наводнение XXXV Турнир имени М. В. Ломоносова 30 сентября 2012 года 1824 года, характерное для Санкт-Петербурга: Конкурс по астрономии и наукам о Земле Из предложенных 7 заданий рекомендуется выбрать самые интересные Нева вздувалась и ревела, (1–2 задания для 8 класса и младше, 2–3 для 9–11 классов). Перечень Котлом клокоча и клубясь, вопросов в каждом задании можно использовать как план единого ответа, И вдруг, как зверь остервенясь, а можно...»

«КАТАЛОНСКАЯ КУХНЯ Представляет собой смесь итальянских, французских, иберийских и даже арабских кулинарных традиций. Кухня Каталонии довольна сытная – с колбасой, дичью, оливковым маслом и поражает изобилием даров моря (каракатицы, лангусты, всевозможные виды рыб и малюски). Поваренная книга знаменитого гастронома Руперта де Нолья, датируемая 1490 годом свидетельствует о её давней богатой истории. Со времени выхода Кулинарной библии изменились вкусы людей, появились новые технологии...»

«Методы обработки спектральных и фотометрических изображений, полученных на крупных телескопах (курс) Лаборатория Физики Звезд Специальная астрофизическая обсерватория РАН Нижний Архыз 1 В курсе рассмотрены и описаны современные методы работы с астрофизическими изображениями, полученными на крупных телескопах, как наземных, так и космических. Целью данного курса является обучение стандартным методам обработки в среде MIDAS наблюдательных данных, полученных на спектрографах с длинной щелью, и...»

«Надежда и утешение Н.Н.Якимова Смотри в корень! Структурное единство мира Москва 2008 ББК 22.17 Я 45 Якимова Н. Н. Я 45 Смотри в корень! : Из цикла Структурное единство мира / Н. Н. Якимова. – М. : Дельфис, 2008. – 288 с. : ил. ISBN 5 93366 011 6 Книга кандидата физико математических наук, исследователя проблем структурного единства мира, астронома и художника, Якимовой Н.Н. предназначена для специалистов в области естественных наук, учащейся молодёжи – всем тем, кто склонен смело сопоставлять...»

«ВЛ.КНЕМИРОВИЧ-ДАНЧЕНКО РОЖДЕНИЕ ТЕАТРА ВОСПОМИНАНИЯ, СТАТЬИ, ЗАМЕТКИ, ПИСЬМА МОСКВА ИЗДАТЕЛЬСТВО ПРАВДА 84 Р Н50 Составление, вступительная статья и комментарии М. Н. Л ю б о м у д р о в а 4702010000—1794 080(02)89 1794—89 Издательство Правда, 1989. Составление, Вступительная статья. Комментарии. ВСЕ ДОЛЖНО ИДТИ от жизни. На седьмом десятке лет Владимиру Ивановичу Немировичу-Дан­ ченко казалось, что он живет пятую или шестую жизнь. Столь насы­ щенным, богатым событиями, переживаниями,...»

«114 mixмикс м Морской коктейль из Коста Браво Кухня создала человека — с этими словами ученого эволюциониста итальянских, французских, иберий Фаустино Кордона трудно не согласиться. А приготовить и подать ских и даже арабских кулинарных тра неповторимый пряный колорит в одной тарелке земляки знаменитых диций. Смесь, как можно подозревать, на весь мир каталонцев Сальвадора Дали и Монсеррат Кабалье могут просто взрывоопасная (в смысле ост на самом высоком уровне роты приправ и пряностей). Смеем...»

«Annotation В занимательной и доступной форме автор вводит читателя в удивительный мир микробиологии. Вы узнаете об истории открытия микроорганизмов и их жизнедеятельности. О том, что известно современной науке о морфологии, методах обнаружения, культивирования и хранения микробов, об их роли в поддержании жизни на нашей планете. О перспективах разработок новых технологий, применение которых может сыграть важную роль в решении многих глобальных проблем, стоящих перед человечеством. Книга...»

«, №24 (50) 2005 www.gastromag.ru холодец салат из курицы с яблоками в карамели петровские щи утка под соусом из инжира рождественская свинина в имбирной глазури хрустящая рыба по-тайски суфле из лосося паста морское дно мясная плетенка груши в тесте безе безе с мороженым засахаренные фрукты творожный торт с желе из грейпфрута Товар сертифицирован xx Дорогие друзья! От всей души поздравляем вас с наступающим Новым годом. Вы, конечно, xx не забыли, что он пройдет под знаком Собаки. Обязательно...»

«О. Б. Шейнин Статьи по истории теории вероятностей и статистике Часть. 2-я Берлин, 2008 Авторский перевод с английского @Oscar Sheynin, 2008 Текст книги размещен также в Интернете www.sheynin.de ISBN 3- 938417-72-2 Содержание I. К предыстории теории вероятностей, 1974 II. Ранняя история теории вероятностей, 1977 III.Теория вероятностей XVIII в., 1993 IV. К истории статистического метода в астрономии, ч. 1, 1993 V. К истории статистического метода в астрономии, ч. 2, 1984 Приложение: рефераты...»

«П. П. Гайденко ПОНЯТИЕ ВРЕМЕНИ И ПРОБЛЕМА КОНТИНУУМА Часть 1 До Нового времени. (к истории вопроса)* Категория времени принадлежит к числу тех, которые играют ключевую роль не только в философии, теологии, математике и астрономии, но и в геологии, биологии, психологии, в гуманитарных и исторических науках. Ни одна сфера человеческой деятельности не обходится без соприкосновения с реальностью времени: все, что движется, изменяется, живет, действует и мыслит, – все это в той или иной форме...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.